Главное быть рядом

Сережа не мог забыть тот самый вечер, когда понял что без Кира его жизнь стала бы серой, днём сурка. Они учились в седьмом классе, сидели в рандомном подъезде в котором была размагничена парадная дверь. Последний этаж на который редко кто ходил, о чём они с недавних пор прекрасно знали, ведь Кир научил его курить именно там и с тех пор они всё чаще зависали именно на нём возле мусоропровода. Холод колол пальцы рук после улицы, которыми младший растрепал мокрые от снега волосы Серёжи и рассмеялся с его недовольного лица. Уже через несколько минут этими же пальцами он подносил сигарету к губам нажимая на смартфоне иконку приложения вконтакте чтобы полистать ленту из бессмысленных постов. И всё тогда было хорошо, по крайней мере у этих двоих точно. Через 2 года они так же сидели в том же месте. Всё шло по накатанной, время близилось к весне, к экзаменам. Они сидели на ступеньках, а рядом лежала пачка винстона с зажигалкой. Телефон в руке Кира иногда выбрировал, но все уведомления упорно игнорировались. Ему сейчас не до этого, его голова на плече Серёжи после тяжёлого учебного дня вызывала ощущения не хуже чем от подушки в тёплой постели, хоть и было чуть твёрже. У старшего каша в голове после промывок на уроках, ему бы сейчас хотелось завалиться дома на кровать и спать, много спать. Но что может быть лучшего этого? Конечно же погулять с Киром. Гулять - значит курить в вонючем падике в окружении шприцов и жжёных ложек, зная что до девяти вечера тут кроме кошек никто не объявится, смеясь с тупых мемов в телефоне. В начале десятого класса Кир сменил стиль, стал пропадать и поведение у него резко поменялось. И Акума (так его однажды назвал младший после чего кликуха приелась) сразу узнал в чем дело, ведь лучший друг секретов от него не имел и свое употребление наркотиков скрывать не стал. Первый раз был всё в том же падике на последнем этаже, он и Серёже предлагал, но тот ясно дал понять что баловаться такими вещами не планирует, и младшему не советует. Отговаривать было бесполезно и он всё-таки смирился с тем что его друг становится наркошей. Переживал конечно, но не запирать же его дома с железными решетками на окнах? Хотя наверное стоило именно так и сделать. Пару раз Кир пропадал на неделю, а потом возвращался как овощ из больнички где его откачивали от передоза. Однажды его даже хотели отправить в дурку, но родители быстро решили этот вопрос закинув денег в карман врача. И Серёжа не понимал почему им всегда так похуй на сына, который буквально убивает себя на их глазах, но кто он такой чтобы им что то предъявлять? Вот именно, никто. -забей Серёга я привык -и он понимал что тот переживает и прекрасно осознаёт почему Кир выбрал такую жизнь. Им по восемнадцать и они снова на том этаже. Пьяные и весёлые, смеются с какой то шутки младшего и им похуй на всё. Завтра Кира заберут с очередной вписки с передозом, а через неделю отправят в дурдом где он будет гнить и умирать от ломок и морального давления. Серёжу и на порог не пустят к нему, а родители ничем помочь уже не смогут, только руками разведут со словами- -он знал к чему это приведёт, мы просто разочарованы тем что он это наш сын. И через три месяца новая квартира Акумы приняла нового жителя в виде лучшего друга вернувшегося из дурки от которого отказались все, кроме того кто всё был готов отдать за Кира сам не понимая почему. А тот в свою очередь со слезами на глазах будет умолять не бросать и не пускать снова в мир таблеток и порошков от которых отхода пиздецовые. -не брошу я тебя, придурок -тихо, но этого достаточно чтобы младший вцепился крепкими обьятиями рыдая в плечо. Кир вообще человек недоверчивый, и когда осознал что в друга влюбился, ещё года 3 назад, решил что лучше это при себе оставить, хоть и доверие к нему было стопроцентным. Любовь это не просто секреты из личной жизни. И он не знал как Серёжа вообще к этому отнёсся бы, ведь об этом они и не говорили никогда. Хотя в школе когда их пидорасами называли Акума лишь смеялся и демонстративно Кира в щеку целовал еле касаясь кожи губами, но и этого вполне хватало чтобы у второго сердце трепетало и бабочки органы скручивали в узел, но он лишь тоже смехом заливался не спеша признаваться в правдивости слов одноклассников. Однажды под мефом сплитовый писал ему о том как сильно любит, но там было столько ошибок что второй ничего и не понял, а когда пытался узнать что же такого в тех сообщениях было Кир просто говорил мол не помнит и отчасти даже не врал если бы не зашёл в галерею и не увидел там видео снятое в одно время с отправкой сообщений Серёже, на котором признавался ему в любви сидя возле туалета на чьей то хате. После таких открытий в галерею он решил заходить реже. Точнее вообще забыть о существовании этого приложения на его смартфоне. Серёжа пожимал плечами и делал вид что ему совсем неинтересно что там такого скрывает друг. Темнеть стало раньше. В одной лишь кофте теперь не походишь. У Кира в голове мешанина из мыслей и ни одной адекватной он вытянуть не может. Он может и привык скрывать чувства, подавлять их и прикрываться шутками на очередной порыв нежности в виде объятий без причины и сна в одной постели. Притворяться что моментами боится темноты и одиночества с некоторых пор стало нормой. Хотелось больше близости с Серёжей, больше его внимания к себе. Просыпаться обхваченным тонкими конечностями и с горячим дыханием в макушку или шею стало одной из главных проблем хотя бы потому что движение в штанах заставляло чувствовать себя неловко. И пусть друг думает что это лишь потому что он молодой парень с бушующими сперматозоидами ударившими в голову. Пока он рядом Киру не страшно потерять себя и смысл жизни. Не страшно что снова сорвётся. Вообще ничего не страшно. И плевать что это не навсегда.