Собирая осколки души

...а сам того не делал... После того дня прошла неделя. Вэй Ин подбирал день, и вот он наконец настал. Шицзе занята готовкой, мадам Юй отбыла в Мэйшань Юй по просьбе своей матушки, Цзян Чэн, как наследник, обучает адептов в другой стороне пристани, а дядя Цзян отбыл из ордена для выполнения поручений. День был идеальным. Вэй Ин незаметно вышел из своей комнаты и направился к своему любимому пруду с лотосами. Он присел около дерева и поднял взгляд на небо. Вечер уже подступал. Солнце заходило за горизонт, из-за чего был прекрасный закат. Жалко, что он больше его никогда не увидит. Просидев так минут десять, Вэй Ин понял, что пора. Он закатал рукав и достал меч из ножен. По своим расчетам он понял, что если ударит чуть ниже места, где делал порезы, то достанет до вены и просто умрёт. Вот он уже занёс меч для последнего рывка. Вот уже меч начал резать кожу, но его перехватили. Кто-то перехватил меч Вэй Ина, когда он почти убил себя! Он незаметно задрожал. Плохо, плохо, плохо, плохо, плохо, плохо! Вэй Ин аккуратно поднял взгляд на человека, что помешал ему. Чёрт! Это был дядя Цзян. Но он должен был вернуться только завтра! Почему он прибыл сейчас? Хмурый взгляд впился в Вэй Ина. Он рассматривал испуганное лицо Вэй Ина, кровь, которая начала течь из небольшой раны, и старые шрамы. Взгляд бегал с одного места на другое, после чего опять пришёл к лицу Вэй Ина. –А-Ин… – начал Фэнмянь. Он говорил это аккуратно, будто боясь спугнуть своего воспитанника. Названый только как можно быстрее вернул рукав в прежнее место, прижал ноги к груди, прижался лицом к ним и обнял руками свои ноги, полностью сворачиваясь клубочком. На это действие Фэнмянь смотрел широко раскрытыми глазами. Его воспитанник страдает самоистязанием?… Но его отвлёк всхлип. Вэй Ин начал плакать. Глава Цзян присел рядом со своим воспитанником и положил руку ему на голову. На этот жест Вэй Ин начал плакать ещё сильнее, чуть ли не впадая в истерику. Он уже и не помнил, когда к нему последний раз проявляли такую нежность. Фэнмянь протянул ему руки, как бы приглашая обнять его. Вэй Ин это понял и сразу налетел на своего дядю. На протяжении десяти минут они сидели в одной позе. Вэй Ин обнимал дядю Цзяна, плача ему в плечо, когда сам Фэнмянь поглаживал его по спине. Спустя эти десять минут всхлипы прекратились. Глава Цзян посмотрел на лицо Вэй Ина и понял, что тот заснул. Он аккуратно встал, держа его на руках, направляясь к резиденции. Там их встретили Цзян Чэн и Цзян Яньли. –Отец? А-Сянь? – удивилась Яньли. Впрочем, её брат не сильно отстал. –А-Чэн, А-Ли, если А-Сянь захочет, то позже сам вам расскажет. Сейчас не могли бы вы принести аптечку в покои А-Сяня? – начал говорить Фэнмянь. –Хорошо, отец, – сказал Цзян Чэн и тут же ушёл в лекарское крыло. За ним последовала Цзян Яньли. Как только они ушли в лекарское крыло, глава Цзян понёс воспитанника в его покои. Зайдя в комнаты Вэй Ина, он положил его на кровать и засучил рукав. Ему предстала ужасающая картина. Начиная от запястья и заканчивая местом до сгиба, руки всю кожу предплечья покрывали шрамы. Были побольше, поменьше. Более старые, более новые и один небольшой порез около вен. Хорошо, что Фэнмянь вовремя остановил его. В дверь постучали. –Отец? – голос его сына. Они с сестрой уже пришли. Глава Цзян встал с кровати и подошёл к двери. –Спасибо, А-Чэн. А теперь идите в свои покои. С А-Сянем всё хорошо. Если он захочет, то позже расскажет, – он говорил с улыбкой, но аптечку забрал. –Хорошо, отец, – также улыбнулась ему дочь и, взяв брата за руку, увела его. Закрыв дверь покоев, он опять подошёл к Вэй Ину. Он достал из аптечки заживляющую мазь и, набрав чуть-чуть на пальцы, намазал её на руку Усяня. Для того чтобы мазь не стёрлась, сверху он наложил бинты. Чтобы хоть как-то поспособствовать заживлению шрамов, он начал передавать свою ци. Через пять минут, когда мазь уже впиталась, он вернул рукав и, укрыв своего воспитанника, вышел из его покоев, направляясь в свой кабинет. Взяв пасту и листок, он начал писать письмо. Здравствуйте, учитель Лань. Насколько мне известно, в клане Гусу Лань помогают людям с психологическими проблемами, ведь так? Могли бы вы помочь Вэй Ину? Он страдает самоистязанием, а сегодня и вовсе попытался покинуть этот мир. Совсем скоро начнётся учеба в вашем клане. Я хотел бы, чтобы вы помогли ему. Глава ордена Цзян, Цзян Фэнмянь. Написав письмо, он свернул его и подозвал своего помощника. – Отправь это письмо в орден Гусу, учителю Лань, – приказал он. –Да, глава, – он согнулся в поклоне, приняв письмо, и тут же вышел из кабинета. Оставшись один в кабинете, Фэнмянь вздохнул и почти беззвучно сказал: –Надеюсь, тебе помогут, А-Ин...

***

До обучения в Гусу оставалось три дня. Эти три дня дети Цзян провели вместе под неодобрительное бурчание госпожи Юй. За два дня до учебы в Гусу пришёл ответ учителя Лань. Здравствуйте, глава Цзян. Да, наш орден может помочь людям с подобными проблемами. Мы попытаемся помочь молодому господину Вэю за этот год и сделать так, чтобы он больше не страдал самоистязанием. Учитель Лань, Лань Цижэнь. Фэнмяню этого ответа хватило, и он надеется, что Вэй Ину правда помогут. В своих переживаниях он даже не заметил, как быстро пролетели оставшиеся два дня.