С днем рождения, детка

***

      Торговый центр был забит под завязку, хотя оно и понятно. На дворе вечер пятницы, завтра выходной, чего ж не расслабиться на шоппинге, в кино или просто на фудкорте? Вот только кто-то пришёл сюда не просто убить время от скуки...       Взгляд карих глаз скользит по ярким, и не очень, вывескам. Везде разные названия и все скрывают за собой разные, практически не схожие между собой магазины. Где-то одежда, где-то просто игрушки и другие детские принадлежности, где-то обувь, а где-то дальше от входа мелькали эстетичные и притягивающие взгляд вывески, на витринах под которыми на маникенах красовалось утонченое и местами вызывающее нижнее белье...

***

      Это было оно. То, что так жаждал найти Джон среди бесконечных маникенов и одежд, если это можно так назвать... Из зеркала на шатена смотрел он сам, облаченный в чёрные кожанные шорты, что плотно обтягивали его круглые бедра, подчеркивая задницу и ляжки. По бокам были вырезаны небольшие "искры", в которых проглядывала голая кожа, и это выглядело ещё горячее. Казалось, вот оно, лишь протяни руку и прикоснись, но чтобы дотронуться до чего-то действительно важного нужно было бы полностью снять костюм, ведь в эти вырезы ладонью было не пролезть, уж слишком узко...       Казалось бы, вот и весь наряд, что еще там могло бы быть, однако нет. На груди молодого человека была затянута портупея, тоже чёрная и тоже кожаная. Ремешки красиво оплетали собой тело, пересекаясь и расходясь, подчеркивая талию и грудную клетку. На кистях рук были надеты напульсники, угадаете какие? Черные и кожаные. А на ногах чёрные капроновые гольфы с маленькими бантиками...

Оплата прошла успешно...

***

      Дейви придирчиво осмотрел себя, ещё раз убеждаясь, что костюм сидит на нем идеально. Спальня была освещена лишь светодиодной лентой, излучающей приглушенный красный свет, из колонки на прикроватной тумбочке тихо играла какая-то английская мелодия, добавляя атмосферы уединения, а в коридоре послышался щелчок в замочной скважине.       Лёгкой походкой гений вышел из комнаты, направляясь в прихожую. Его возлюбленный, только что вернувшийся с работы, в которой сам Дейви не видел никакого смысла, деньги итак имелись, и не маленькие, устало стягивал с себя белую ветровку и наклонился, чтобы снять туго завязанные кроссовки. Когда Лололошка услышал тихие шаги партнера он уже было поднял голову и открыл рот, чтобы поприветствовать младшего, но так и замер с упавшей челюстью и широко раскрытыми глазами. Синими очами Уильям прошелся по телу любимого, подмечая каждую детальку, задерживая взор на бедрах и пухлых ляшках, что так красиво сейчас подчеркивались кожанным костюмом и гольфами. Лололошка сглотнул, а Джон с довольной улыбкой в три шага преодолел расстояние между ними, кладя ладони на чужие плечи. – Привет, милый? Как ты? Сильно устал? - Ло пришлось закрыть рот и понадобилось ещё пару секунд на обработку событий, прежде чем он смог ответить, положив при этом руки на талию парня. – Привет, малыш. Я в порядке, нет, не сильно, а ты... - Дейви усмехнулся, казалось бы, взрослый человек, старший, а стесняется как подросток в пубертате - Что за повод для столь... откровенного... наряда?.. – Как, ты забыл? - Джон нахмурился, а Ло в голове лихорадочно перебирал все важные даты. День знакомства, день начала отношений, день рождения Джона, какой-то календарный праздник... Ничего. Все даты другие. Старший напрягся, глядя на партнёра, по лицу которого нельзя было понять, думает тот над планом его смертной казни или просто ждёт ответа. – Нет, сладкий, не помню... – Ну как же так, Лоши. Сегодня твой день рождения, дурик. - синие глаза открылись ещё шире, чем прежде, а с губ сорвался неуверенный смешок. – Точно... А я то думал, что это меня весь день все поздравляют... – Точно дурик. - Харрис, порядком уставший ждать, скользнул руками вниз, беря одну из кистей Ло в свою и сжимая её, а после сделал шаг назад, утягивая парня за собой. - Пойдём, милый. Мне не терпится вручить тебе твой подарок, но! только после хорошего, горячего и долгого секса. - резкая остановка и гений, прижавшись своей грудью к чужой, шепчет на ухо синеглазого. - Я соскучился и весь извелся в ожидании.       Лололошке понадобилось меньше пары секунд, чтобы сообразить и, растянув губы в лёгкой улыбке, сделать шаг навстречу парню, перенимая инициативу и укладывая ладони на чужую талию, слегка проводя вверх-вниз, вызывая у младшего мурашки по коже.       Дейви, улыбнувшись, обвил руками шею любимого, прижимаясь к нему собственной грудной клеткой, ощущая, как он плавится под внимательным взглядом именинника. Переключив свое внимание на любимые губы, кареглазый притянул возлюбленного к себе за шею, сливаясь с ним в мягком поцелуе, что постепенно обретал оттенок страсти и желания. Утонув в этих ощущениях, Джон удивлённо простонал, в недоумении распахивая глаза и обнаруживая себя, подхваченного под бедра старшим и висящим в воздухе, однако он быстро собрался, снова переключаясь. Это не было редкостью, был у Лололошки такой фетиш на подхваченного им Джона, когда тому, ради собственной безопасности, приходилось плотнее прижиматься к возлюбленному, обвивая его талию своими ногами и слегка вздрагивая от прикосновений старшего, что в то время жамкал его ягодицы. – Фетишист чёртов... - в перерыве между поцелуями прошептал Харрис, прикрывая глаза, но успевая зацепить взглядом хитрые и довольные синие омуты. – Тебе нравится. - губы вновь слились в приятном поцелуе, язык скользнул в чужой рот, проходясь по деснам и зубам, заставляя младшего вновь простонать, пока старший, улыбаясь в поцелуй, по памяти пошёл в их спальню.       Харриса аккуратно опустили на постель, сразу отнимая его руки от шеи старшего и прижимая их сверху, над головой молодого человека. Однако такой расклад не то чтобы устраивал младшего, сегодня доминантом планировал быть он, постонать под Лололошкой он ещё успеет. Сегодня день Ло, значит и стонать будет он.       Ноги младшего плотнее сжались на талии синеглазого, одно резкое движение - и Харрис восседает на бедрах любимого, удовлетворенно глядя на растерявшегося парня. – Лоло, сегодня доминирует детский сад, именинники кайфуют. – Ну как скажешь. И что же у нас сегодня в программе? – Я уже говорил, горячий и долгий секс со мной доминантом. Будешь стонать подо мной, как сучка. - Дейви усмехнулся, наклоняясь к голове партнёра и протягивая уже освободившуюся руку в сторону прикроватной тумбочки. Из ящика вытягивают повязку на глаза и меньше чем через минуту она оказывается на глазах Ло. – Э, малыш, это что такое. – Знаешь такое слово "амаурофилия"? Если нет то потом погуглишь. – За кого ты меня принимаешь... – За деда. Все, сучка, лежать и стонать. Дай одежду с тебя стяну и все, будет секс. – О боже, с кем я встречаюсь... - по плечу прилетел слабый удар, призывающий к молчанию.       Темнота опьяняла, тело становилось более чувствительным и теперь Лололошка ощущал все. Одежды уже не было, зато были чужое тело, восседающее на нем, и шаловливые пальчики, что сейчас скользили по грудной клетке старшего, переходя на покрывающийся от прикосновений впалый живот. Пальцы пропали, зато появились губы. Они фантомно коснулись мочки уха, а после уже более уверенно переместились на шею. Поцелуи оставляли за собой влажные следы, а на ключицах появились засосы и укусы, и тело от этого вздрагивает, разрываясь между желанием отодвинуться или наоборот прижаться ближе. Увлажненные маслом губы обхватили бусинку соска, слегка посасывая и прикусывая её, пока вторую начали сжимать и прокручивать пальцами. Сверху слышатся томные, тяжёлые вздохи, свидетельствующие о кайфе, что получает старший.       Джон готов был кончить от одного прикосновения к любимой части тела. Да, ласкали не его, но одна возможность сжимать в ладонях подкаченную грудь была по ощущениям лучше любого минета. Дейви может поспорить, что если бы грудь его парня поместили в бюстгальтер и сверху надели бы обтягивающую водолазку, то никто бы не отличил его от девушки. По крайней мере, пока не посмотрел бы в лицо парня. А ещё Джон на все сто процентов уверен, что может вечно смотреть на три вещи: как его студенты позорно тупят на экзамене, как поднимается ароматный пар над очередной чашкой кофе и как неравномерно поднимается грудь его возлюбленного, когда он нежно ласкает его. М-да уж, и это Харрис что-то там говорил про фетиши старшего...       Вдоволь наигравшись с сосками и оставив на грудной клетке не меньше тысячи засосов и поцелуев, младший все же спускается ниже, к все еще почему то одетым на другом человеке боксерам. Гений довольно жмурится, когда видит на тонкой ткани пятно от предьекулянта.       Боксеры скользнули вниз и отлетели с кровати.       Тело Лололошки было напряжено до предела, но это напряжение приносило неистовое удовольствие. Каждое прикосновение стало ярче, нельзя было предугадать, где и когда в следующий раз коснутся чужие пальцы, и от этого адреналин подскакивал сильнее. Кожа покрывалась мурашками от любого взаимодействия с ней, щеки пылали, а внизу тянуло так, что казалось, любое прикосновение к члену и молодой человек поплывёт окончательно.       И это была правда. Лололошка подавился собственным стоном, когда он ощутил, как на стоящий колом орган опустился младший, садясь резко и полностью. Внутри доминанта было невероятно жарко и влажно, словно Харрис вылил в себя весь тюбик смазки, пока растягивал. Не трудно догадаться, что Джонни очень хорошо подготовился к сексу с именинником. Как минимум об этом говорила хорошая растяжка, которую сделал младший, дабы не тратить на неё время во время акта любви.       На грудь вновь легли ухоженные ладошки, сжимая мышцы, пока ведущий привыкал к чужому члену в себе.       Первое движение вверх-вниз и с губ младшего срываются громкие стоны, пока старший лишь тихо мычит, сжимая и прикусывая собственные губы. Ладони тянутся вперёд, нащупывая мягкие бедра и пухлые ляшки, что сейчас так правильно сжимают таз, пока по члену двигаются не останавливаясь.       Пальцы скользят по ягодицам, сжимая и раздвигая их, заставляя принимающего тихо шипеть и громко стонать, сильные руки сами начинают приподнимать и обратно насаживать Харриса, помогая тому. Повязка сползает с глаз и синие глаза фокусируются на прекрасной картине: Джон Дейви Харрис, с покрасневшими щеками, на которых блестит испарина, полностью обнажённый и с растрепанными или прилипшими к влажному лбу волосами сдавленно стонет, опираясь ладонями на чужую грудь и не переставая двигая бёдрами. Лололошка видит, как его член пропадает в любимом, чувствует, как он входит до упора и попадает по простате, слышит, как с пухлых губ срывается очередной стон, разбивающийся о стены. Кому расскажешь, что этот парень так горячо смотрится в роли принимающего - не поверят. Харрис это тот, кто всегда ведёт, никому не позволено даже думать о том, чтобы нагнуть его и все его бывшие секс-партнеры - именно мужчины - говорят о том, что Джон сразу же уходил, стоило им лишь заикнуться о гении в нижней позиции. Никто не был достоин того, чтобы трахать его. Никто. Кроме Лололошки. И от этой мысли член старшего дёргается, губы расплываются в довольной улыбке, а в глазах, что так внимательно наблюдают за доминантом, читаются бесконечная любовь и верность. Пристрелите его, если он когда-нибудь хоть задумается об измене этому человеку. – Лололошка, сладкий... - темп слегка замедляется, а на щеку ложится горячая, влажная от пота, ладонь. - Ты где-то не здесь. Симпампусик, я тут для кого стараюсь? – Прости, Джонни - словно кот, старший ластится к кисти возлюбленного, кладя свою сверху и сжимая её, а после смазанно целуя ладошку сухими губами. - Я просто задумался, как же мне повезло с тобой. – Конечно... - короткий стон - конечно повезло, милый. Такого как я каждый с руками и ногами оторвать желает, а за тобой, тугодумом, ещё и бегать пришлось. – Джон. Я серьёзно. - отпуская чужую руку, старший тянет свою вперёд, зарываясь пальцами в любимые каштановые волосы, осторожно притягивая все ещё двигающегося Дейви к себе. - Я люблю тебя. - короткий чмок скулу, в нос, в уголок губ и наконец то нежный поцелуй в губы, в котором Лололошка властно сминает чужие губы, проводит языком по деснам и зубам, посасывает язык, даже слегка прикусывая его, не доставляя боли. И это действие так и сочится любовью и желанием Ло, а Харрису остаётся лишь принимать эту нежность и заботу и отвечать на неё с такой же отдачей. Они отстраняются друг от друга с тихим чмокающим звуком и громким стоном младшего, который тот издает, когда вторая рука старшего перемещается с его ягодиц на текущий член. Одно прикосновение - и Дейви кончает, пачкая свой живот и руку любимого в собственной сперме. Видимо, тот итак был на пределе. Гений останавлиет движение бёдрами лишь через минуту, сжимая старшего внутри и также доводя его до оргазма. – Я тебя тоже, сладкий, а теперь сосредоточься на мне, я так то ещё не закончил. Как я и говорил, именинники сегодня наслаждаются долгим сексом с прекрасным мной.