Любимый лис

Чонинн так влюблённо на него таращится, что в глазах аж сердечки появляются. Хёнджин тихо усмехается, когда оборачивается на одноклассника, а тот сразу быстро отводит взгляд, словно и не смотрел на него последние минут десять. Ребёнок. Хван же видит всё. Да и понимает, если уж на то пошло. Хёнджин популярный и очень красивый (и очень скромный, ага), танцор, оттого его тело выглядит идеально, а по наследству от мамы досталось красивое личико с пухлыми выразительными губами и кошачьими глазами цвета жжённого кофе. А Чонин он… Он тоже милый, правда. У него милые лисьи глазки, а ещё красивые ямочки, когда он улыбается. Но его многие невзлюбили, потому что он новенький, да ещё и заучка, ничего кроме тетрадок не видит. Хёнджин его пару раз защищал от слишком сильно разбушевавшихся одноклассничков, просто потому, что считает, что так поступать аморально, и ничего не сделавший новенький не должен становиться их личной грушей для битья. Хёнджин решает, что было бы неплохо поразвлечься с Чонином, ничего ужасного, только если тот захочет, но и ничего серьёзного, ибо Хёнджину просто не нужны отношения, а Чонин просто во вкусе Хвана.

***

— Эй, — Хёнджин нагоняет одноклассника, когда урок заканчивается и все направляются домой. — Да? — Ян поворачивается на Хвана и удивлённо хлопает своими глазками. — Ты на меня всё время так заинтересованно смотришь, у меня ощущение, что ты дыру во мне прожжёшь, — говорит Хёнджин, подмигивая, а Чонин покрывается милым румянцем и тупит взгляд. — Так заметно? — говорит он бесцветным голосом. — Ты чего? — Хёнджин останавливает мальчишку и поднимает его голову за подбородок. Пустой взгляд некогда озорных глаз пугает, а поникшего всем телом Чонина хочется прижать к себе и укутать в пледик. — Эй, да что такое-то? — Хёнджин несильно трясёт Яна за плечи. — Ты всё расскажешь этим придуркам и вместе с ними меня начнёшь травить, да? — спрашивает Чонин таким же бесцветным голосом. — Нет, конечно, — сразу отвечает Хёнджин, — как тебе в голову такая мысль вообще пришла? — Не верю, — вдруг начинает злиться Чонин, — он тоже так говорил, а по итогу что? Мне даже школу пришлось сменить! — Ян выглядит разъярённым. — Да что ты несёшь?! — Хёнджин тоже начинает злиться. Что вообще происходит? Хван хватает Чонина за плечи и с силой трясёт его. Чонин тяжело дышит, но немного успокаивается и с яростью смотрит тому в глаза. — Расскажи, что случилось? Чонин делает глубокий вдох и медленно выдыхает, стараясь успокоиться, потому что вот так вот накидываться на человека с обвинениями неправильно. — В прошлой школе человек, который мне нравился узнал об этом, а потом рассказал об этом ублюдкам, которые и без этого меня задирали, и они начали гнобить меня ещё сильнее, — отвечает Ян, опуская взгляд и становясь совсем маленьким в руках Хёнджина, — извини, меня переклинило, — Ян хочет отстраниться, но Хёнджин не даёт. Что-то в груди сжиматься от такого Чонина. Его, и без того разбитое, сердечко калечить ещё больше совсем не хочется. — Ничего, — Хван прижимает Чонина к себе и понимает, что это дитё ему не просто кажется красивым, его хочется оберегать, укутать в пледик и никуда не отпускать. Он думает, что впервые чувствует влюблённость нежную, юношескую, когда пальцы подрагивают, а внутри летают бабочки. — Я всё понимаю, — шепчет он на ушко и чмокает в висок. И Хёнджин правда начинает оберегать мелкого лиса. Не позволяет даже косому слову изо рта местных хулиганов вырваться. Для всех вокруг они просто очень хорошо сдружились, потому что, всплыви правда, им всем настанет капитальный пиздец. Зато дома можно полностью отдаться эмоциям. — У меня родители на выходных уезжают, — игриво говорит Хёнджин, когда они в четверг вместе идут домой. — Не хочешь остаться на ночёвку с пятницы по воскресенье? — Я спрошу у мамы, — отвечает Ян, — скорее всего она согласится, — они уже несколько раз так проводили время, но ничего за рамки обнимашек и сладких поцелуев не заходило. — Тогда жду ответ, — Хёнджин тычет пальцев в экран телефона и машет рукой, — пока, мне в ту сторону. — Пока, — Чонин быстро прижимается к хёну в крепких объятиях и тоже убегает в свою сторону.

***

— Привет, — Хёнджин открывает входную дверь, впуская гостя. — Привет, — Чонин входит и разувается, — что делать будем? — интересуется он, скидывая сумку и снимая куртку. — А чего хочешь? — Посмотреть фильм и пообниматься, — сразу отвечает Ян. — И ничего более? — Хван дует губы, делая вид, что слишком расстроен, — вообще-то дома никого нет, — он снова пытается быть игривым и соблазнительным. — Я подумаю над твоим предложением, — он хочет поиграть. Чонин скрывается в ванной. Хван облокачивается об косяк и тяжело выдыхает. Как его всё-таки раздражает этот мелкий, но такой любимый лис… — Что будем смотреть? — спрашивает Ян. — Мы же вроде дораму не досмотрели, — отвечает Хван, роясь в ноуте на сайте онлайн-кинотеатра. — Слабого героя? — вспоминает Чонин, присаживаясь на край кровати и прижимаясь к Хёнджину со спины. — Ага, — кивает Хван, — будем досматривать? — Давай, — как только Хёнджин нажимает на кнопку воспроизведения, Чонин тянет его на себя, опрокидывая на кровать.

***

Последние полчаса Чонин не улавливает смысла сериала, только мимолётом замечает пизделово на экране, а ещё очень сильно замечает, как крепчает стояк в штанах. Рядом с ним такой прекрасный Хван Хёнджин, который, мать его, как ебанная модель. Весь такой идеальный, а смотрит, сука такой, только на экран, где сейчас будут пиздить друга главного героя, Чонин даже имени его не вспомнит. Хочется Хвана до дрожи в коленках, особенно остро это ощущается, когда они лежат так близко, а бедро Чонина так удобно закинуто на ноги Хёнджина. — Ты вообще смотришь? — интересуется между сериями Хван. — А то такое чувство, что ты только на меня пялишься. Вместо ответа Ян тянет Хёнджина на себя и впечатывается в его губы в жадном поцелуе. Руками он лезет под растянутую футболку парня и кончиками пальцев проходится по рельефному прессу и поднимается выше. Хёнджин тихо стонет прямо в поцелуй и тоже лезет под кофту Чонина, быстро находя вставшие соски и немного потирая их. Чонин выгибается навстречу этой незамысловатой ласке, и Хвану окончательно сносит крышу. Он отстраняется и убирает ноутбук на прикроватную тумбу, после чего снова возвращается к нуждающемуся в ласке Чонину. Хёнджин быстро стягивает с Яна кофту и припадает поцелуями к шее, спускаясь медленно к ключицам, а после к чувствительным соскам, лижет, немного покусывает, наслаждаясь тихими всхлипываниями и ощущением пальцев в отросших волосах. У Хёнджина уже было, причём не раз, ну популярный, что сделать? Но сейчас пальцы подрагивают, словно это его первый раз. Он хочет подарить Чонину столько ласки, сколько только возможно. Утопить в нежности и довести до иступления и сорванного от стонов голоса. Он долго выцеловывает любимое тело, наслаждаясь стонами и ловя каждую реакцию, в поисках чувствительных мест, к которым после снова и снова возвращается. Он запоминает, что Чонину нравится и повторяет эти действия снова. — Пожалуйста, — стонет Ян, сам не зная чего просит, когда Хёнджин медленно его растягивает. Чонин мечется по кровати, не зная куда себя деть, лаская слух своими всхлипами, Хёнджин наслаждается этим разбитым видом младшего, продолжая касаться его как можно нежнее, думая, что можно кончить лишь от вида такого растрёпанного и нуждающегося Яна. Когда он заменяет пальцы на член, то в комнате раздаются два тихих стона. Чонин невероятно узкий и горячий, даже после длительной растяжки его дырочка туго сжимает член внутри, что Хёнджин думает о том, что кончит позорно быстро, но держится. Первый толчок вышибает из Чонина громкий крик, он выгибается до громкого хруста позвонков. Хёнджин пугается, что сделал младшему больно, посему спрашивает: — Ты в порядке? — Да, чёрт возьми, да, — стонет Ян, — мне очень хорошо. Продолжай, пожалуйста, — просит он плаксиво. Хёнджин кивает и снова толкается, получая такую же яркую реакцию. Хван хватается за бёдра Яна, притягивая того ближе и начинает вбиваться в податливое тело, доводя до самого края и Чонина и самого себя. — Это было прекрасно, — шепчет Чонин после, когда они засыпают в обнимку, — ты великолепен. Я так счастлив, что ты у меня есть, — доверчиво шепчет Ян, — я люблю тебя. — И я рад, — отвечает Хёнджин. Как он мог думать, чтобы просто трахнуть это чудо? Это было бы кощунством, поступать так со столь нежным и хрупким созданием. Хёнджин невьебенно красив и обаятелен, но сколько бы на него человек не вешалось, он всегда будет выбирать своего нежного и любимого лиса, с милыми глазками и ямочками на щеках, когда тот улыбается, он не просто в его вкусе, он буквально его идеал.