Блейзер.

***

Очередной скучный, занудный, никому не нудный урок математики. Людмила Тарасовна всё твердит всему классу: «Вам эта математика пригодится! Вы даже гроши без неё не заработаете! «. Без неё они будут счастливы. А без математички ещё лучше. Сейчас она объясняет формулу. Ровно рисуя буквы на зелёной доске. Мел скрипит, как пенопласт, что зубы сводит, а рука сама сжимает оранжевую ручку «Berlingo». Кашину, если честно, похую на всё именно поэтому. у него под партой на коленях телефон Самсунг. Учительница подходит к парте. Блять, Зато катку не слил в Standoff 2. — Данила! — Математичка уже 6 раз орёт его имя. Походу ученик совсем заигрался. Тот, к кому обращались, поднимает на неё похуистический взгляд и ещё нагло поднимает бровь. Его сосед по парте Коряков толкает его в плечо, дописывая пример, мол, хотя бы телефон выключи! А другому и безразницы. — Людмила Тарасовна, откройте мне кейс, пожалуйста! — Даня протягивает ей телефон. Где обычный кейс. Шутка была не смешная, но его одноклассники залились краснотой, а класс гоготом. Преподовательница не оценила и только выхватила телефон с чужим рук, уходя к своей парте. — Светланович, к доске! Раз такой умный! А если кто-то хоть писк издаст, пойдёт за ним! — Дане не привыкать, ему 2. Это как аванс, а другие сразу продолжили зачеркивать свои ошибки или замазывать корректором, который был серым. Получая хлопок от соседа по парте, он, улыбаясь и почти пафосно встаёт из-за парты. Почти пафосно, не считая того, что он споткнулся о рюкзак своей одноклассницы Лизы. Та покрыла его матом, но про себя, чтобы не отхватить ещё похлеще слов. Рыжий подходит к доске, пока молодая учительница заполняет журнал Кого нет, а кто есть. Он взял в руки тот же измученный мел. Им писал на этой же доске ещё Энштейн, придумывая 3-тий — закон физики. Какое задание ему — подсказал Коля с первой парты, показывая с учебника примеры. Почему-то выйдя к доске, время шло долго. 1 минута как 1 век, но 5 минут перемены как 1 секунда контрольной. Звонок. Самое лучшее и любимое время школьников. Тем более для Дани, который срал на этот предмет, как на всё и всех учителей. Сорвавшись с места доски, он бросился к парте и своему другу Илюхе, который убежал с ним на следующий урок под недовольные крики Училки. Наконец-то перемена, где можно спокойно вдохнуть воздух, а не кислород. — Слышь, Дань? — Брюнет, шмыгая нсоом в стороны, отпинывает с пола в стену бутылку первоклассника, который уже плачет. — Чё? — Он же просто идёт. засунув руки в карманы, умело обходя людей. --Сегодня ж день самоуправления у нас типо. И нам какого-то 11 — классника дадут 100%. — Илья это услышал от учителей школы, да и в принципе от своих знакомых с других классов. — Бля, реально? — Тут Рыжий останавливается и сразу хитро лыбится, что ничего хорошего не означало. — Так чё сегодня будеи развлекаться? — Точно! Пошли посмотрим, чё там за придурок! — Вместе со своим другом и смехом они быстрым шагом отправились в другой корпус школы. Забегая в кабинет физики, на которую они с Божьей помощью, не опоздали. Возле учительской парты стоял их старик, забирая свою книгу по этому предмету. Одноклассники давно были на местах, протирая штаны на стульях. Кто-то записывал число, а другие общались со своими сверстниками. — Так, дети! — Владимир Георгиевич, учитель по точной науке, как всегда сорвал голос из-за таких же чмырей, как они. Все внимательно посмотрели на него с вопросом, хотя знали, что сейчас будет. Кому не было до этого дела — это два дружбана на задней парте второго ряда, сзади которых были ненужные плакаты, но нужные на ВПР, ОГЭ, ЕГЭ. Старая железная покоцаная дверь открывается без скрипа, что удивительно. В неё заходит мальчик, хотя по его виду так и не скажешь. Прям как Тамогочи. На нём розоватенькая юбчонка намного выше середины бёдер. На нём зафоршеное худи с Wb и от туда же кольца на пальчиках сжимающие черный шопер. Нет чтобы одеть колготки, на нём были чулки с бантиками 30 Den. Коряков, видя такого идиота, сразу хлопает Кашина по плечу, стобы он тоже посмотрел и чтобы сдержать свой истеричный смех. Рыжий хмурится и сразу переводит на это «чудо» взгляд, осматривая его как будто целую вечность. Дальше он его уже пожирал взглядом. Зрачки сами по себе расширились, но далеко не от шока. Коряков сразу успокаивается и даже сдвигает брови домиком, видя такую реакцию. Поняв всю ситуацию и симпатию, он тяжеловато выдохнул, поправляя волосы и понимая, что день будет весёлым. — Как вы знаете, сегодня день самоуправления! — Кашель мешает говорить Владимиру. — И поэтому, не смотря на то, что вы 11-тый класс, у вас тоже будет проводить урок 11-ти классник! Руслан Тушенцов. — Да, Руслан. Тушенцов. — Все на него смотрели, как на пришельца или же с осуждающим взглядом, кроме одного. Георгиевич, перекидываясь с ним пару слов, скрывается за той же дверью. Новый учитель проходит к рабочему столу, распологая свою тетрадь и сумку. Поправляя свои очки, через которые были видны остальные люди на своём носу, он взял в руки тетрадь и ручку. Этой ручкой в той же тетрадке были переписаны имена с скриншота, который ему скинули на телефон. — И так, ребята, я ваш учитель на один день. Думаю, за 45 минут мы справимся. — У Руслана не было какого-то волнения, ему было на душе спокойнее, потому что все взгляды уже привыкли к специфичному образу. С доски он стёр домашнюю работу другого класса и написал базу. «Классная работа. Девятнадцатое апреля». То, что Кашин даже не отвёл взгляд, это ладно. Но не моргать минут 6, так ещё и кусать губы в кровь — это другое. — Максим Шабанов, Николай Ромадов… — Тушенцов читал список учеников, который ему предоставили. Среди всех выделился только один, у которого 4 двойки подряд. Ему даже стало интересно кто это. В мыслях пронеслось, что врядли это тот дебил с последней парты. — Данила Кашин… Данила Кашин кто? — Всё таки тот дебил. Илья толкает своего друга, но уже в бок, и тот не сразу понимает, что от него требуют. Видя пристальный взгляд молодого преподавателя, шатен всё понимает. — Я! — С этими словами его рука поднимается вверх, а рукав спускается, показывая все татуировки. — К доске. — Это даже была не просьба, а как будто приглашение. И его Даня принял. Второй сразу встаёт из-за парты, чуть не выбегая к доске. Задание ему сказал Тушенцов, где нужно было найти какие-то равенства. Урок шёл спокойно. Все были заняты своими делами. Лиза пыталась найти шпаргалки, Максим писал любовные записки Неле, а Илья просто взял пример с друга и играл в свой любимый телефон. Всё даже было как-то скучно, но с доски никто не списывал. Всё знали, что там и цифра 2 не так написана. Руслан внутри тоже чувствовал что-то к этому парню у доски, который стёр все свои руки, чтобы всё было правильно и идеально. Слава Богу, никто не заметил его неприличного взгляда на татуировку летучей мыши и длинные смуглые пальцы. Рыжий встаёт из-за своего письменного стола и, делая всего 3 шага, уже оказывается рядом со своим объектом воздыхания. На упражнение ему было плевать, потому что всё внимание было сосредоточено на парне. Шатен ставит точку в конце уравнения, показывая рукой, что он закончил, переводя взгляд на временного учителя. Брюнет не хотел упускать такого шанса и поэтому, когда Кашин всё-таки начал проверять его работу, чуть поиздеваться. Он шлёпнул его и звук был громким из-за ткани на бедрах, но был плюс, что стон от старшего был заглушен. Ребята в аудитории переглянулись между собой и, увидев, что даже лист с ромашки на подоконнике не упал, продолжили писать. Руслан сразу потянул юбку вниз, пытаясь закрыть нарастающее возбуждения. — Правильно, садись! — Преподаватель постарался звучать как можно громче, но это получилось только тогда, когда он сел за свою парту. Данила, проходя мимо учителя, оставляет незаметный лёгкий чмок. Руслану так и хотелось, чтобы Даня вытрахал его на одной из парт, желательно на своей. Чтобы они занялись сексом в кабинете у директора. Изучить с ним силу трения. Переломать колени на физре и сосаться на койке в медицинском пункте. Чтобы они целовались так глупо в школьном туалете. Курить в уборной по одной сигарете на двоих. Сшить ему на трудах сердце из фетра с буквой «Д» посередине. Рисовать ему сердечки на полях и писать на уроке английского языка «I love you. Прогуливать нулевой урок в парке возле школы. Доедать булочку со столовки пополам. Прокручивая все эти моменты в своей дурной голове. Его отвлекает только звонок на следующий урок. Подростки спокойно выходили с класса, прощаясь только с улыбками на лицах с наставником. Последними из четырёх синих стен ушли Коряков и Кашин. Только второй подмигнул напоследок. Всё таки они не знакомы, но им будет лучше с друг другом. Кажется он всю большую перемену так и будет таять, как 5-ти классница по 7-ми класснику. 7 кругов ада закончились. Можно благополучно пойти домой или ещё погулять на улице. Кашин — это всегда второй вариант безоговорочно. Выходя из четырёх этажного и проклятого всеми учениками место под названием школа, во дворе здания всегда есть люди. Первоклашки метр с кепкой бегали в ожидании своей мамочки. Кто-то стоял один, но не надолго, ведь ждали своих друзей, у которых, как на зло, последний урок на том самом четвёртом этаже. Самое смущающее это левые компашки, которые что-то бурно обсуждали, кидая на всех косые взгляды, кто хоть мимо пройдет. Не дай Бог услышат их сплетни не то что про школу, а про весь город. Нормальные же люди сразу уходили домой, где их ждал котик и мать с ужином. Даниле было пофиг и на взгляды и на сплетни, ведь среди всех незнакомцев ярче была только его компания таких же долбаёбов. Подходя по разрисованому мелками асфальту к знакомой группе, люди постепенно уходили через железные ворота. Илья, Денис, Антон, Слава и Коля, который помог ему на математике, стояли в родном месте под деревом. Они яро обсуждали какую-то нвоость, пока Данила не пришёл. Конечно же, он поздоровался со всеми как по правилам. --А чё так обсуждаете то? — Даня харкает в сторону, от чего Илья даже шугается. — Да так… Замену нашу на физике. — Слава не так активно участвовал в диалоге, в отличие от Коли и Ильи, но суть разговора уловил. Он играл в «три в ряд» на гаджете, с которого списывал на контрольной по русскому, который был у них последним уроком. — Да вообще Пидорас какой-то Если честно, даже постебаться не смогли, а то маме побежал бы плакать. — Илья с Антоном — главные шутники про родословную своих жертв и сразу начали ржать. Другие даже обернулись на них, думая «Очередные придурки с дурки». В чём они не правы? — Преувеличиваешь. — Кашин всё же готов поспорить с лучшим другом на счёт Руслана. Лишь бы никто не подумал, что Даня — гей. Он пидор. — А-а-а! Походу кто-то влюбился! — Антон щурится, всматриваясь в голубые глаза, которые разрывают зрительный контакт, не дав ему начаться. В очередной раз ребята начали смеяться, но только Коля даже чуть не упал. Спустя криков от охраника из будки, на из лицах только остались кокетливые улыбки. — Да не влюбился! — Рыжий сам заливается краснотой, хмурясь от такого дурачкого прикола. Ему не было обидно, просто был страх. мало ли кто узнает. Забыв про это тему, ребята до поздна разговаривали обо всём. Спрашивали Д/з про короткую юбку Лизы, цены на пиццу в столовке, оценки по контрольной и т. д. Обсудив это всё и выкурив всю пачку сигарет, во дворе школы было совсем тихо. Если бы не тот же сторож, компания простояла там бы до самого утра и второго урока. Попрощавшись со всеми, Даня двинулся домой. Дорогу он выучил на изусть, и самый балдёж был в том, что он живёт один. Родители уехали к бабушке с дедушкой на дачу. На асфальте были QR code от кофе из ближайшего Starbucks, а вместе с ними красовались жвачки из банкомата. Кто-то выкинул жвачку Love is в мусорку «. Откинуть волосы с её глаз».Его. Там были и просто энергетики одиночек, и салфетки из-под пончиков влюбленных пар. Фонарь, лавочка, фонарь, лавочка. Так шаг за шагом. Но каждая лампочка горела, а другие и вовсе нет. Зато звёзды на небе каждую ночь яркие и не гаснут, просто не показываются на глаза лбдям второй раз. Недостойны. В кустах бегают брошеные коты и собачки, чьи хозяйны про них напрочь забыли и не помнят. Листва на берёзах и соснах качалась из стороны в сторону из-за приятного и прохладного ветерка, который пробрался и в открытые окна 10-ти этажек. Некоторые двери подьездов были открыты из-за кирпичей, которые подпирали двери. Кто-то опять потерялся или что-то потерял. Возможно у кого-то просто концерт, на который придёт человек 5 от силы. Это простая ночь в Москве. Выходя из мвоих мыслей, ему оставалось почти близко до своей маленькой квартирки. Ему надоело так идти и он завернул за гаражи. Криминальное место, где было столько начищено лиц и вытрахано задниц, столько же и собранных закладов. Вохле стены гаража «567» был тот самый чмырь. Руслан. Он сидел на голой земле, набивая ритм давней песни Ранеток своим вансом. Коленки были поджаты к груди, но не дрожали от холода, хотя их прикрывали только чулки. Даня, не думая и секунду, двинулся в сторону старшего. — Эй! Пидор! — Кто бы говорил. Младший подзодит и становится напротив паренька, который достаёт со своих проколотых уш проводные наушники. — Чё? Бля! да иди нахуй! — Тушенцов хоть и выглядит так, но далеко не аниме мальчик. Не хамил он, чтобы пиздюлей от директора не прилетело, да и всё. Он хотел что-то язвительно ответить, но проглотил язык от маленького бугорка в чужих штанах, которые были чуть ли не перед лицом. Этот бугор стал ещё больше только от вида не такого и дерзкого Руслана. Щенячьи глазки так невинно моргали, как будто их владелец не понимал, что от него нужно. Носик покраснел, как и щёки, то ои от мороза, то ли от стыда. — Крошка, не ломайся, Я могу тебе купить твоих блейзеров хоть вагон. — Данила укзаывает взглядом на полу пустую бутылку энергетика. Тушенцов хмыкает и снимает со своего плеча ту измученную сумку, положив её в сторону. Он сам сел на пяточки. — 3 штуки. И я отсосу. — 8 штук. И ты отдаёшь свой зад тоже. — Кивок. Руслан тонкими пальцами справился с ремнём и зажужжал застёжкой дырявых скини джинс. Штаны упали до земли, пачкаясь, но мало кого это волновало. Губы коснулись стояка сквозь серые боксёры, выцеловывая по периметру каждый сантиметр. На его губах был ванильный бальзам, поэтому на трусах младшего остались жирные следы. Когда он услышал сверху тихий рык, то сразу приступил к большему. Тушенцов своими зубами в брекетах приспустил его ткань до изгиба колен. Член буквально уткнулся крупной головкой в нос старшего, от чего тот поморщился. Орган был длинным, усыпанный множеством венок, а яйца пульсировали так, как будто сейчас лопнут. Кашин потянул за ремень лицо шатена ближе к своему достойнству. Второй лизнул Головеу на пробу, ощущая на языке солоноватый вкус. Даня томно выдохнул и ещё раз осмотрелся по сторонам, убедившись в том, что никто из не видит. Завтро он точно будет рассказывать друзьям «Ха! Я кстати того мальчика ебал. И в рот и в зад». — Давай, Тушенцов, ты же знаешь силу трения? Давай, давай… — Рыжий постучал головкой по пухлому ротику, который послушно открылся. Он плавно толкнулся в жаркий рот на половину. Тушенцов издал гортанный стон, пуская вибрации по члену, заставляя верхнего начать движения. Даня резким движением потянул другого за ремень, заставляя чуть ли не задохнуться. Руслан всё понял и сам начал совершать толчки, буквально съедая чужой ствол. Рука с кольцами обхватила член у начала, помогая плавными движениями. Кашин не сдерживал громких выдохов, ему не было так потно даже на самой сложной работе. Рука с розой на руке вцепилась в чужие каштановые волосы, самостоятельно направляя. Зрительный контакт не прекращался, что доставляя ещё больше удовольствия. Тёмные глаза закатились от напора, ведь ему вколачивались членом по самые гланды. Яйца стукались о подбородок. Хрусталики глаз превратились в слёзы, скатываясь до ключиц, впитываясь в ремень. Даня уже затягивал кожаный ремень на чужой шее до красных пятен, которые будут синяками. На свидание он придёт в водолазке. Ресницы дрожали, как и колени, которые стёрлись в кровь, но продолжали стоять. Даня, заканчивая фрикции, отянул его за тот же ремень от своего ствола, как дешёвую проститутку. Руслан послушно, быстро додрачивает ему, доставая шершавый язык. Сейчас язык Тушенцова в сперме, а недавно он игрался этим членом за щекой, как настоящая порно-актриса. На лице белые полосы и на языке с брекетами тоже. Очки запачкались, и сквозь них всё же были видны чужие глаза. Орган не упал даже на чуть-чуть. Всё также крепко стоит. — Русь, ложись. Этот «Руся» лёг прямо на том же месте, скидывая со мвоих ног обувь в сторону машин. Тяжёлый обуток попал по одной машине, но сигналка не сработала, что к лучшему. Даня снял со своего знакомого трусики, а всё остальное оставил. Руки принялись изучать хрупкое тело. Как будто ебуться последний раз. Ручки елозили по двум круглым половинкам, сжимая чуть ли не до крови. Шатен не сдерживал тихих всхлипов, что ещё сильнее распаляло Данилу. Острые колени были закинуты на плечи с веснушками, а ягодицы оказались на массивных бёдрах. — А ты трахался? — Логичный вопрос. — Ты охуел? Нет, конечно, Я же не… — Шлюха. Теперь уже чернильные руки зарылись в рыжую копну волос, утягивая в поцелуй. Сначала секс, потом любовь. У них это правильно, прямо как 5+5=11. Они буквально друг друга съедали, кусая, терзая, сминая губы. На языке Кашина остался привкус чужого бальзама. Ещё он подметил, что у того даже на лобке нет волос после долгого осмотра. Прямо как у врача. Тушенцов уже даже елозит на чужих бёдрах, прося войти в себя. Кашин осознал, что смазки у них нет, и поэтому не нашел ничего лучше, как один вариант. Рыжий взял в руку цепкой хваткой банку блейзера. Лучше бы он так держал ручку. Шатен сначала не понял, когда тот сделал глоток. Но после Даня вылил на чужую промежность все остатки напитка. От такого старший даже слегка напряглся, но после хлопка по бёдрам снова приготовился. — У тебя пальчики цепкие, а я перед друзьями хочу повыебониться, Поэтому ручками за спинку держись, Русик.-- После такого младший пристроился своим пенисом в так и жаждущий анус своего партнёра. Резкий толчок. Это заставляет брюнета закатить глаза с фальцетом и раздвинуть ноги до такой степени, что они упали с плеч. Тушенцов сбил дыхание, но поперхнулся воздухом он после того, как ремень на его шее вновь затянулся. Даня вышел почти до конца и снова вбился до конца, проезжаясь по простате. Он начал такие же медленные глубокие толчки в мокрое нутро. Одна рука держалась за ремешок, вторая же за бедро. Ляжки у старшего были достаточно большими, поэтому звук был громким. Шатен только сейчас вспомнил слова своего друга, когда в него вколачивались до дрожи. Цепкие руки, по мнению Дани, вцепились в веснушчатую спину. Это заставило другого выпрямится, так ещё и ускорить темп. Внутри было влажно из-за искусственной смазки и любимого Русланом блейзера. Молочная кожа горела под мощной рукой. Шлепки были на всех частях тела. Бёдра были красными вместе с ягодицами, зато шея была синей. Тушенцов снова почувствовал ту же хватку кожи на шее и это однозначно мводило его с ума. Его грубо ебали за гаражами ночью, прямо как в драматичных фильмах. Комочек нервов задевался каждый раз так ещё и со всей силы на него давили. Стоны заглушались уже из-за хриплого голоса. Кашин ускорил темп до бешеного, заставляя другого подпрыгивать от всех чувств. Спина рыжего была вся красная, как и его лоб, на котором была испарина. Тушенцов со всей силы внутри сжался из-за оргазма, кончая фонтаном, если не морем. На свой живот. За ним был Данила, который закончил прямо в него и боялся пошевелиться, потому что другой сжимал его, как будто хочет оставить 80 орган. Кашин с животным интересом смотрел, как из пульсирующего колечка мыщц выходит его семя. Ноги по обе стороны от поясницы младшего дрожали, как и губы, ресницы, глаза. Его выебали полностью, а сперма только начала засыхать. Всё таки Рыжий аккуратно вышел из нижнего и, пошарившись в чужой сумке, достал влажные салфетки, вытерая обоих. Руслану было даже пофиг на блейзеры. ему до сих пор в глазах виднелись звёзды, а в животе — бабочки. — Дань… — Чего? — А у нас больше, чем бутылка Блейзера?. — Больше, больше! Русь…

***

Сейчас они стоят в круглосуточном магазине, держась за ручку. Жирная тётя им отдаёт все 8 бутылок в чёрном пакете. Выходя из магазина, они смотрят на луну, понимая, что пора домой. Чокаясь банками, они обязательно пойдут домой, но после того, как допьют больше, чем Блейзер…