Желание дурака

      Багги был удивлён, что после того, что произошло ночью, ему удалось заснуть. Сон выдался более чем спокойный и проснулся он ближе к полудню. Его первая ночь не в замке оказала на него странный эффект. Он лежал в своей собственной кровати, не той, которая была у него до. Эта была лучше в миллион раз по всем меркам. Чистое постельное бельё пахло свежестью, одеяло было тяжёлым и тёплым, а первое, что он увидел, открыв глаза — это лучи осеннего солнца, поднимающегося над морем, а не каменные сырые стены или чужие строгие обои, как было в покоях Шанкса.       С постели Багги встал не сразу. Первые полчаса он поверить не мог, что жизнь и правда может кардинально поменяться, даже если ты находишься на самом дне. Его глаза долго сверлили окно, а затем потолок. На корабле сначала было мертвенно тихо, словно он и вовсе один здесь, но потом до него начали доходить шаги за дверью. Они приумножились ближе к одиннадцати утра. Именно тогда Багги решил встать, но сразу же из комнаты выйти не решился.       Сменив одежду, Багги совершил небольшую выходку до ванной, где привёл свой внешний вид в порядок, а затем вернулся к себе. Проходя мимо комнаты Уты и Шанкса, он не услышал совершенно ничего. Эти двое наверняка ещё спали. Багги не знал, сколько спят дети, но смотря на то, какая Ута активная, мог предположить, что та должна уже скоро проснуться. С Шанксом было сложнее, тот вчера явно хорошо отпраздновал своё освобождение, поэтому оставалось лишь гадать, когда тот придёт в себя.       Даже без капитана матросы продолжали выполнять свои обязанности. Багги столкнулся с парочкой в коридоре. Те не задерживали на нём взгляда, но по ним было хорошо видно, что те заинтересованы в новом члене команды. Все эти взгляды Багги почти не цепляли, ему и самому хотелось рассматривать тех, кто решил податься в пираты. Они даже обменялись приветствиями.       Когда кровать была заправлена, а одежда на сегодняшний день выбрана — он взял со шкафа жёлтую рубаху с коротким рукавом и коричневые хлопковые штаны, ему захотелось осмотреть своё новое место жительства более детально. Сейчас комната казалась не слишком живой, ведь была чиста, как новый пергамент, который ещё не успели исписать.       Достав из кармана штанов, которые ему одолжил Шанкс ещё в замке, два листа, Багги развернул их. На одном была начертана карта города от руки, а второй покрыт его именем. Он решил положить их в один из ящиков стола, как-то, что хотелось бы держать в сердце и памяти. Туда же последовала и маленькая ракушка. Такие незамысловатые вещи имели слишком большой вес в его жизни. Они совершенно не ассоциировались у него с заточением и тьмой.       В столе Багги также нашёл стопку пустых бумаг, чернила и другие разные непонятные принадлежности. Он видел их впервые, но частенько подмечал такое на столе Шанкса. Больше ничего в его каюте интересного не было. Видимо, денег не хватило, чтобы разгуляться, а также и времени, чтобы обставлять под завязку каждую каюту.       Багги вздохнул, откинувшись на спинку стула. Сейчас внутри него гуляло очень странное чувство. Будто стало свободней дышать, но то было и логично. Его больше ничего не сковывало. Перед ним сейчас были открыты все возможности мира, а рядом находились люди, которые готовы были его поддерживать. Он ничего лучше и желать никогда не мог. Всё ощущалось совершенно нереальным и его сердце начинало биться сильнее, когда он вспоминал Шанкса и размышлял о свободе, словно боялся, что может лишиться этого моментально каким-то чудесным образом. Для него никогда не существовало стабильности в хорошем плане. Каждая частичка чего-то хорошего всегда была заглушена болью в пять раз сильнее любой эйфории.       Послышался тихий стук и Багги моментально среагировал на это. Встав со стула, он открыл дверь. На пороге стояла заспанная Ута. Переживания за долю секунды отошли на задний план, как только он встретился со счастливым взглядом девочки. — Ты здесь, — протянула она приглушённо. — Конечно, — его бровь приподнялась. Багги находился в неком недоумении. — Где же мне ещё быть?       Ута пожала плечами и Багги впустил её внутрь. Он не понимал, что ей тут понадобилось. Разве она не хотела сначала пойти на завтрак или умыться? — Что-то случилось? — он не знал, как начать диалог и выяснить, чем заслужил такое внимание. — Нет, — уклончиво ответила Ута. — Просто после сна мои волосы так растрепались, и обычно мне помогает кто-то из старших, но этим утром они все заняты на палубе. И я подумала, что может быть ты мне поможешь?       Он застыл, глядя на то, как Ута садится на край его кровати, болтая ногами. Багги вздохнул. Неужели ему выпала роль няньки? У него это вызывало некоторое потрясение, но вместе с этим и странное чувство тепла. — Ну хорошо, — согласился он, взяв со стола гребень, которым воспользовался и сам.       Сев рядом с Утой, Багги взял прядь волос в руку, начиная расчёсывать концы. Даже с этого ракурса он мог разглядеть чужую довольную улыбку. — Так…а Шанкс всё ещё спит? — спросил Багги, чтобы нарушить эту нависшую тишину пустой болтовнёй. — Да, кажется, — ответила та. — Думаю, ты бы узнал первым, если бы он проснулся.       После этих слов он напрягся, прикусывая губу. Его рука замедлилась, будто забыла, что нужно делать. — Почему ты так думаешь? — спросил он, хотя прекрасно помнил вчерашние слова о том, что утром Шанкс должен был к нему зайти. По неведомой причине. Но и послушать версию человека со стороны тоже хотелось, даже если это была маленькая девочка. — Ты особенный, — сказала она таким тоном, будто это был какой-то всеми известный факт. — Для него. Я очень боялась, что ты решишь остаться в замке и не пойдёшь с ним!       Багги нахмурился. В том месте остаются не по своему желанию, а скорее по принудительным мерам, но это, естественно, было Уте неведомо. — Я бы в любом случае не остался там, — поспорил он с ней. — Тем более, Шанкс оказался слишком… убедительным.       Ута тихо хихикнула. Багги, закончив расчёсывать её яркие волосы, опустил руки, но в то же мгновение увидел, как девочка снимает со своего запястье две розовые резинки и передаёт ему. — Ты умеешь заплетать косички? — спросила она, повернувшись к нему. — Нет, — ответил он, но резинки взял. — Но хвостики тебе тоже будут к лицу.       Он улыбнулся ей слегка неуверенно, но всё же сумел вызвать восторг на детском лице и остался этим довольным. — Папа тоже не умеет, — сказала она, а после добавила, будто не хотела делать Шанкса в глазах Багги совсем уж «бесполезным». — Но он обещал научиться ради меня. И совсем скоро мы остановимся в порту, и там я смогу выбрать всё, что захочу. Он так сказал!       Бровь Багги слегка приподнялась. Он бы мог сказать, что Шанкс слишком балует дочь, давая такие обещания, но разве можно было что-то не делать ради неё? — Прелестно, — ответил он ей, затягивая второй хвостик. — Вот, так ты всех очаруешь сегодня.       Ута встряхнула головой, и волосы её заблестели под лучами солнца, проникающего к ним через окно. Затем раздался стук в дверь и Багги будто нырнул обратно в реальность. Вторым посетителем его комнаты оказался Шанкс. — Я так долго спал, прости, — сказал он сонно, протирая глаза. Багги сразу же понял, что тот даже не переодевался, а рухнул в кровать в той же одежде, в которой обычно ходит. От этого зрелища на лице растянулась ухмылка. — Ута тоже здесь? — заметил Шанкс. — Детка, ты уже завтракала?       Ута вскочила с кровати, подходя к ним. — Мы с Багги как раз уже идём туда, — сказала она, сделав непонятный жест, будто хотела взять его за руку, но в момента передумала и опустила взгляд.       Багги заметил это и ничего не сказал, но внутри что-то дрогнуло. Эта маленькая девочка была и правда какой-то…особенной. Он никогда не сталкивался с таким уровнем очарования. — Милые хвостики, — заметил Шанкс.       Ута гордо засияла, демонстративно покрутившись на месте. — Это Багги сделал.       Переведя взгляд на него, Шанкс улыбнулся. И в этой улыбке было всё, от чего у Багги подкашивались ноги — благодарность, тепло и самая настоящая любовь. Обстановка была такой, словно это утро — уже не первое в их жизни, которое они проводят именно так. Словно до этого они жили вместе лет пять и растили Уту как самая настоящая семья. От этих мыслей кружилась голова, а сердце подводило, бешено стуча. — Ладно вам, — отмахнулся Багги, чувствуя, как его лицо начинает гореть. — Вы оба просто невыносимы, — это могло бы прозвучать грубо, но интонация выдавала его с потрохами. Ему эта ситуация бесконечно приятна.       После этого они втроём направились в столовую. Багги не мог расслабиться до конца, находясь рядом с Шанксом, но тот, кажется, был спокоен и не выглядел как тот, кто ночью признался в любви и не выпускал из чужих объятий, пока не покроет всё лицо поцелуями. От воспоминаний кожа Багги снова вспыхнула и он прерывисто вздохнул. Ему нужно время, чтобы это уложилось в его голове.       За стол они сели тоже вместе. Багги оказался зажаты между Шанксом и Утой. Он старался максимально далеко отодвинуться от Шанкса, который сначала весело о чём-то болтал с поваром, а после вернулся к ним с тремя наполненными тарелками.       По столовой ещё шныряли матросы. Они здоровались с ними, обращая особое внимание на Багги, но в целом были заняты своими делами. Багги отвечал им, и эта незамысловатая и простая коммуникация вызывала в нём тёплые чувства. Всё же здесь его приняли спокойно и волноваться как будто бы было не о чем.       Как только в нос Багги ударил запах свежего рыбного супа, в нём проснулся дикий голод. Он совсем забыл о том, что давно не ел.       Приступив к лёгкому ароматному завтраку, Багги совсем не заметил, как их локти с Шанксом почти соприкасались. Ута, сидевшая рядом, брезгливо относилась к рыбе, поэтому ложкой была выловлена только картошка. — Рыбу тоже нужно кушать, — сказал Шанкс, заметив это «преступление». — Она мерзкая, — Ута нахмурилась, покосившись на своего отца. Слишком неаккуратно орудуя ложкой, часть супа в ту же секунду оказалась на столе.       Шанкс поджал губы, не зная, что говорить в таких случаях. — Она полезная, — попытался он, ведь обычно такое ему и приходилось слышать в детстве, когда за столом он воротил нос от чего-либо.       Багги не мог проигнорировать это. Было понятно, что Шанкс не справляется, потому что его слова никак не повлияли на выражение лица Уты и её поведение. Повернувшись к ней, Багги выпрямился и серьёзно взглянул на неё. — Не хотелось бы тебя разочаровывать, но…я не смогу дружить с человеком, который отказывается от вкусной рыбы, — он наигранно вздохнул, а его взгляд упал в её тарелку. — и от овощей тем более, — дополнил он, увидев там морковку, тоже оставленную без внимания.       Глаза Уты расширились в миг, а щёки надулись, словно она не поверила в столь ужасное враньё. Но в моменте на её лице промелькнула неуверенность. Её голова опустилась к тарелке и она аккуратно подобрала ложкой светлые кусочки мяса и моркови. Подумав немного, Ута отправила ложку в рот. Её лицо слегка покраснело от обиды и смущения, и какое-то время она даже не смотрела в сторону взрослых.       Усмехнувшись, Багги взял кусок хлеба в свободную руку, и повернулся обратно к своей тарелке. — Спасибо, — раздалось справа, что заставило Багги затаить дыхание.       Повернувшись к Шанксу, он застыл, чувствуя, как начинают гореть его уши. Багги мигом отвернулся, слегка агрессивно зачерпнув суп в ложку. — Что бы ты без меня делал, — бросил он коротко, но это прозвучало совсем не высокомерно, как хотелось бы.       Губы Шанкса расплылись в улыбке, и к своему несчастью Багги уловил этот момент краем глаза. Сердце в груди пропустило удар. Он ведь ничего такого не сделал! Он даже не знает, правильно ли это было сейчас, а вдруг он перегнул или ещё что…       Ута смотрела на него словно в ожидании какого-то чуда. Будто Багги мог внезапно вытащить кролика из рукава, но он был совсем безоружным перед ней. В его голове мелькали сотни мыслей, а тело полностью напряглось. Кажется, он понимал, чего она ждёт от него.       В коридоре витал запах соли, Шанкс стоял позади него, а по ногам бил лёгкий сквозняк. Ситуация выглядела лёгкой и уютной, но совсем не была такой для Багги.       Ута шла за ними по коридору молча слишком долго и это взволновало обоих. — Ты можешь пока пойти на палубу, остальные сейчас там, — сказал Шанкс, пытаясь как-то вывести её на разговор. — У нас есть некоторые дела.       Надувшись, она отвела взгляд, схватившись руками за край своего жёлтого сарафана. Багги наблюдал за её поведением и совсем не мог собраться и сказать хоть что-то. — Ты…молодец, — начал Багги, едва ли пересилив себя.       Ута сразу же подняла на него глаза. В них читалась маленькая обида. — Я зайду к тебе позже, — пообещал Багги. — Или…можешь прийти ко мне сама, — он вздохнул, сжимая руки в кулаки. — Когда захочешь.       Мгновенно лицо девочки озарилось счастьем. Багги был почти уверен, что в её зрачках заиграли чёртики. — Хорошо! — кивнул она и, опередив их, побежала вперёд по коридору. Только голые пятки сверкали. — Ута, прошу, хотя бы сандали! — крикнул ей вдогонку Шанкс и вздохнул, когда та скрылась из виду. — Это не ребёнок, это буря, — заключил он, а после повернулся к Багги. — Нас ждёт доктор.       Уголок рта Багги слегка дёрнулся. Сейчас он думал немного о другом. — Как твоя спина? — спросил Шанкс, глядя не него слегка обеспокоенно. — После каждого резкого движения как будто ножом режет, — скривился Багги. Раны всё ещё иногда давали о себе знать.       Открыв ближайшую дверь, Шанкс пропустил Багги внутрь.       В этой каюте пахло бинтами и лекарствами. Это напомнило Багги врача, что был в замке. Стало тревожно от того, что у нему могут относиться также пренебрежительно, но здесь атмосфера была более тёплая и приятная.       Лекарь занимался чем-то за своим столом, но сразу же повернулся на шум. Багги встретился с его суровым взглядом, но не отвернулся. Доктор выглядел худощавым, его светлые волосы были завязаны в небрежный пучок на голове, а на тело надето черное распахнутое пальто почти до пола. — Хонго, — обратился к нему Шанкс. — мы на мед осмотр.       В ответ последовал кивок и глаза корабельного врача приклеились к Багги, от чего он насторожился. Усевшись на указанное место, Багги стянул с себя свою рубаху, сложив её на коленях. Шанкс робко остановился у двери, не зная, можно ли ему здесь остаться.       Багги не видел, как брови Хонго поднялись, когда тот увидел израненную спину, но словно кожей почувствовал, что тот замер на секунду, будто испугался. Наверное, тот и не такое видел в своей жизни, поэтому беспокойства понемногу иссякли со временем. — Я помогал Багги обрабатывать раны в замке, но хороших лекарств у меня не было, поэтому пришлось пользоваться обычной мазью от ушибов, — отчитался Шанкс. — Теперь хотелось бы, чтобы ты дал что-то действительно рабочее и полезное.       Голос его мягко прорезал тишину, от чего взгляд Багги застыл и остался на досках под ногами. Кажется, он даже дышать перестал в этот момент. В груди расползлось что-то тягучее и горячее. Захотелось посмотреть на Шанкса и Багги сделал это, аккуратно повернувшись в его сторону. Тот стоял как изваяние — кулаки сжаты, губы крепко поджаты, словно памятник благородному рыцарю. На самом деле Багги было приятно, что Шанкс не оставил его здесь одного. Они встретились взглядами всего на миг, ведь когда заговорил доктор, оба встрепенулись. — По виду тут средство нужно сильное, — прокомментировал Хонго, едва касаясь пальцами ран, на которых кровь уже давно застыла. Под пальцами кожа была шершавой, а от каждого прикосновения по спине проходила наэлектризованная волна, заставляющая Багги вздрогнуть. — Шрамы останутся. Это я вам точно говорю. — Ещё бы, — выдохнул Багги, непроизвольно сжимая рубаху в руках. Он никогда и не думал, что ужасы замка смогут покинуть его когда-нибудь. Они оставили глубокий след не только в его памяти.       Шанкс еле заметно кивнул, внимательно слушая, будто сейчас каждое слово касается его напрямую.       Отойдя к белым шкафчикам, Хонго принялся перебирать разные баночки. Багги следил за этим краем глаза. Спина его чуть сгорбилась. Он не мог унять странную панику, которая не сильно им овладевала, но и не могла оставить в покое. Дышать ровно совсем не удавалось, а ритм сердца сбился под звонкие звуки стекла. — Так… — проговорил Хонго, выставляя на стол бинты, а следом и лекарство.       Когда крышка открылась, на всю каюту распространилась вонь, от которой хотелось отрыть все двери и окна, лишь бы больше не чувствовать этого. Багги сморщился, но ничего не сказал. Он пытался сконцентрироваться на том, что будет, когда он выйдет отсюда после того, как с ним закончит доктор. Ему хотелось выйти на палубу и посмотреть на море. Всё же, он впервые на корабле, но даже без выхода на воздух он не может избавиться от тонны полученных эмоций.       Касания к спине были довольно жёсткими, врачебными, сразу же чувствовалась рука профессионала. Она эффективно втирала мазь в раны, но казалось, что делает новые. Багги прикусил губу, пытаясь выравнять дыхание. Он уловил тихий звук — Шанкс переступил с ноги на ногу. Мысли невзначай сфокусировались на нём. И на его признании… Чёрт. Им, наверное, нужно разобраться с этим, да? Багги вздохнул, поджимая губы. Он не знал, как подойти к этому диалогу, но очень хотелось. — Мазать утром и вечером, — сказал Хонго, зачерпывая пальцами ещё лекарства. — Пару дней поносишь бинты, потом уже без них будет заживать.       Багги кивнул. Он подумал, будет ли Шанкс также помогать ему, как это было в замке, или ему придётся посещать доктора два раза в день? Он не стал отрицать того, что он бы не отказался от помощи Шанкса в этом деле.       Когда спина Багги была перебинтована, Хонго отступил, глядя на свою работу. Вытерев руки о какую-то тряпку, брошенную на столе, он упёр их в бока. — Можешь приходить сюда утром и вечером, я помогу, если сам не сможешь, — сказал он, закрывая мазь крышкой.       Багги неуверенно покосился в сторону Шанкса, приподнимая бровь. Он не смог удержать себя от этого. И Шанкс будто понял его, делая полшага вперёд. — Я помогу ему, — сказал он, глядя на Хонго, на что получил ухмылку.       Забрав мазь и бинты, Багги и Шанкс вышли в коридор. Спину немного щипало, а бинты будто давили на лёгкие, мешая дышать, но Багги понимал, что это не бинты виноваты.       Выйдя на палубу, в глаза ударило яркое солнце. Багги прищурился, оглядываясь. Экипаж был занят своими делами. Кто-то таскал бочки, другие проверяли узлы, а некоторые просто наслаждались солёным воздухом. Крик чаек пронёсся где-то высоко над ними и Багги поднял голову. Его грудь наполнилась прохладным ветром, а в нос ударил запах сырой древесины. Сегодня ночью вероятно был дождь.       Шанкс встал рядом, тоже оглядываясь с расслабленной улыбкой, но его взгляд почти сразу же вернулся на Багги и оставался там ещё долго. Сердце не могло успокоиться от такого вида. — И что мы будем делать дальше? — спросил Багги, когда они подошли к борту. Он встал рядом с перилами, глядя вниз на синие волны. Они казались ему чертовски опасными сейчас, но одновременно слишком завораживающими. — Всё, что хотим, — ответил Шанкс, опираясь одной рукой в перила, повернувшись к Багги. — Что ты хочешь?       Повернувшись к нему, глаза Багги расширились. Он…так много хочет, но одновременно и не знает, чего хочет. Постояв в тишине пару мгновений, он чувствует, как его лицо начинает теплеть. — Сокровища...? — говорит он, заглядывая в красные глаза. Волнение захватило его волной. Он вспомнил ту самую карту, которую смог разгадать. — Отличная идея, — поддержал его Шанкс, показывая все свои белые зубы в широкой улыбке.       Солнце не так сильно грело, а ветер вызывал мурашки на коже, а особенно колкий холод исходил от моря. Волны были неспокойными, корабль сильно шатался на них и Багги в момент стало уже невозможно держать равновесие. Особенно большая и бурная волна заставила их судно колыхнуться, от чего его тело само по себе шатнулось в сторону. Багги даже не успел схватиться за перила, как его тут же подхватывает Шанкс. Его рука, а затем и вторая тоже, держали его так, словно ждали этого весь день. — Осторожно, — на автомате говорит он, пока Багги, вцепившийся в его рубашку, краснеет сильнее и резко отодвигается.       Ему на миг показалось, что он мог услышать неровное сердцебиение Шанкса. Багги выпрямился, и Шанкс медленно отпустил его. — Д-да, — бросил Багги, махнув рукой и оглядываясь, не увидел ли кто. — к этому нужно просто привыкнуть.       Момент казался слишком удачным для разговора об их отношениях и Багги решился начать его, но как только он нашёл нужные слова, на горизонте показалась Ута. Её звонкий голос был слышен за три мили, не меньше, поэтому ему пришлось отложить свои намерения до лучших времён. — Не подходи так близко, — Шанкс преградил ей путь своей рукой, когда девочка подобралась к краю борта.       Ута украдкой скользнула по нему взглядом, будто неодобрительно, а затем повернулась к Багги и встала рядом с ним. Он посмотрел на неё сверху вниз, не понимая, почему она всегда так близко. Его глаза остановились на её хвостиках, которые он ей сделал. Они сползли совсем низко. Захотелось их затянуть, чтобы исправить это, но Багги одёрнул себя. Шанкс, заметив это замешательство, тихо рассмеялся, прикрывая рот рукой. Багги вскинул на него взгляд.       Невооружённым глазом было видно, как Ута проявляла огромный интерес к новому человеку в своей жизни, но всё равно стеснялась. Она бегала глазами от Шанкса до Багги, спрятав руки за спину, но держалась ближе ко второму. — Кажется, Ута выбрала себе нового папу, — Шанкс театрально вздохнул, отворачиваясь в сторону моря. — Просто несправедливо! — Не дури, — Багги сложил руки на груди. Он странно себя чувствовал, когда Ута проявляла к нему такой живой интерес. — Чёрт тебя дери! Как можно выбрать всего одного папу?! — встряла Ута и оба повернулись к ней с лёгким шоком на лицах.       Багги не сумел сдержать смешка. Ругательства от маленькой девочки было слишком забавно слышать. А вот Шанкс напрягся. — Откуда такие слова? — спросил он серьёзно, упираясь руками в бока.       Ута закрыла рот ладонями, расширив глаза, будто сама удивилась этому, а потом покосилась в сторону. — Ясопп часто так говорит, когда ему что-то не нравится, — сказала она, почти прячась за Багги.       Глаза Шанкс мигом находят Ясоппа на палубе. Тот держал бутылку в руках, отдыхая на бочке, но вмиг напрягся. Даже его спина приобрела прямую осанку. — Ута, пираты никогда не сдают друг друга! — прокричал он. — Какой из тебя пират, если ты не знаешь таких вещей!       Шанкс тяжело вздохнул, словно из-за одного ругательства могло сломаться целое судно. — Ладно тебе, — остудил его Багги. — Девочка познаёт мир. Но, — его взгляд переместился на её макушку рядом с собой. — лично я не люблю такие грязные ругательства.       Было уже слишком хорошо понятно, как можно заставить Уту слушаться и Багги решил немного этим воспользоваться. — Папа тоже ругается, но ты ведь дружишь с ним, — с упрёком в голосе сказала Ута. — Это…немного другое, — отвёл взгляд Багги. — С твоим папой невозможно не дружить, каким бы он ни был, — добавил он уже тише, ловя на себе его взгляд.       Надувшись, Ута сложила руки на груди, а щёки её слегка покраснели. Багги забавила эта реакция и его руки сами потянулись, чтобы поправить ей хвостики. Он не мог противиться этому желанию, ведь ему наконец удалось почувствовать себя хорошо.       Ближе к ночи Шанкс позвал Багги к себе под предлогом рассмотреть карту. На корабле наконец-то наступила тишина, никто не бегал по коридорам, на палубе не пели матросы, и даже волны успокоились к этому времени. Только сильно похолодало.       Багги с интересом прошёл в каюту капитана, осматриваясь. Обстановкой она была похожа на его. Большая мятая кровать стояла в углу, окно было не видно за толстыми красными шторами, большой стол как раз находился у окна, нагруженный вещами, будто те скапливались там потихоньку уже года два. Доски под их ногами тихо простонали, а в нос ворвался запах дерева и табака. — Как у тебя это получается? — спросил Шанкс, разгребая свои завалы на столе, чтобы на нём поместилась карта. — Что именно? — Багги подошёл ближе, чтобы тоже заглянуть на карту. Их плечи почти соприкасались. — Ута относится к тебе как к самому близкому родственнику, — Шанкс усмехнулся, но под этим удалось разглядеть некоторую досаду. — Не знаю, — честно ответил он. Ему бы тоже хотелось знать ответ на этот вопрос, а ещё на тот, что именно Шанкса так задевает в этом.       Они молча сели за стол. Тут было достаточно места, чтобы вдвоём чувствовать себя комфортно. — Пусть я и взял её под свою опеку, но отец я для неё лишь на словах, — внезапно сказал Шанкс, а затем послышался вздох. Его глаза сверлили карту перед ними. — Большую часть времени за ней присматривали другие люди из моей команды. По факту, они для неё ближе, чем я.       Багги застыл, не зная, что говорить в таких моментах. Он видел в Шанксе ту доброту и заботу, которую он проявлял к девочке, но этого, видимо, было недостаточно, чтобы завоевать маленькое сердечко. — Ты не плохой родитель, — сказал Багги, складывая руки на столе. — Просто она пока ещё слишком мала, чтобы понять, кто для неё настоящий авторитет.       Он улыбнулся краешком губ и Шанкс заметно расслабился. — Сейчас вокруг неё слишком много людей, она не знает, как к кому относится. Кто стоит ниже, а кто выше. А я… — Багги качнул головой, набирая в грудь воздух. — для неё просто как новый яркий персонаж.       Атмосфера после этих слов словно растаяла. Багги не знал, удалось ли ему хотя бы немного успокоить Шанкса в этом вопросе, ведь это было и правда серьёзно. Родителем быть сложно, особенно в его ситуации. Он сам ещё молод и может быть неумелым в некоторые моменты.       Повисла мягкая тишина, которую Шанкс всё же прервал. — Я бы хотел, чтобы ты тоже когда-то стал для неё больше, чем просто…новый яркий человек.       Багги выдохнул с лёгкой усмешкой. Внутри него будто разгорелся пожар. Он не понимал, как сейчас трактовать его слова и что до него хотели донести. Не мог же Шанкс намекать на что-то действительно серьёзное? — Что ты имеешь ввиду? — тихо спросил Багги, переводя взгляд на Шанкса. — То, что я люблю тебя, — сказал он, разглядывая теплые блики от лампы на чужом лице. — Ты много значишь для меня, и я хочу, чтобы ты много значил и для Уты тоже.       Его голос немного подрагивал, но он был уверен, что должен повторить сегодня свои ранее сказанные слова. Багги потерял дар речи на мгновение. Он застыл, словно при виде хищника. — Я помню, что ты сказал вчера, — продолжил Шанкс. — Поэтому не тороплю тебя. Я готов доказывать свои чувства столько, сколько нужно, чтобы ты поверил.       Багги кивнул, пытаясь выдавить из себя что-нибудь. Он хотел сказать Шанксу о том, что чувствует, но рот совсем перестал его слушаться. — Тогда я… буду с тобой. Рядом, — произнёс Багги, надеясь, что это достойный ответ сейчас.       Шанкс улыбнулся, беря руку Багги в свою. Тепло моментально разлилось по телу, словно Шанкс через прикосновение передавал своё отношение к нему.       На лицо Багги нахлынул жар и он отвернулся, прикрываясь второй рукой. В то время Шанкс приложил его кисть к своим губам. — Что не так? — Твоя сентиментальность мне глаза жжёт, — беззлобно пробормотал Багги. — Прости, — мягко усмехнулся он, поворачиваясь полностью к столу. — Я хочу показать тебе маршрут, по которому мы плывём сейчас.       Багги тоже перевёл своё внимание на стол и долгое время не мог сосредоточиться на деле. Чёрт, и как Шанкс так легко переключается? Будто не он сейчас ему в любви признавался…       Клонило в сон. Даже голос Шанкса стал тягучим и даже медленным в некоторых моментах. Багги откинулся на спинку стула. Они давно перестали обсуждать маршрут. Их корабль плыл куда-то на восток. — Мне нравится, — ответил Багги на вопрос от Шанкса про то, как он чувствует себя на этом корабле. — Люди здесь хорошие. Мне так показалось.       Шанкс кивнул ему. — Может…останешься здесь на ночь? — спросил он, проглатывая нервозность. — Просто побудешь рядом.       Багги глубоко вздохнул. Это совсем не новый опят для них, но сейчас будто уже всё совершенно по-другому. Но, в любом случае, он не думает, что против этого. — Хорошо, — отвечает Багги, наблюдая, как губы Шанкса вновь вытягиваются в улыбку.              В капитанской кровати было удобно. Баги совсем не ощущал себя тут лишним, а от рядом лежащего Шанкса исходило тепло, к которому невольно тянуло. Багги не стал ложиться слишком далеко от него, они спали почти как супружеская пара, но уважающая чужие границы.       Долго наблюдая за тем, как грудь Шанкса вздымается от глубокого дыхания, Багги и сам закрыл глаза, отдаваясь отдыху. Можно было подумать, что они уже совсем как родные, знающие друг друга всю жизнь люди. Это грело его сердце сильнее, чем солнце в самый жаркий день.       Утром Багги проснулся от шума. Открыв глаза, он сначала увидел красно-белые волосы Уты, а затем и то, что Шанкс слишком близко к нему. Он даже чувствовал чужое дыхание на себе. Внутри от этого что-то зажглось, как костёр.       Понимание ситуации настигло его слишком внезапно и Багги резко сел на кровати. Ута уже находилась у них где-то в ногах. Стыд нахлынул на него, за секунду раскрашивая лицо в цвет собственного носа. Девочка смотрела на него своими большими глазами и Багги не удалось прочитать её эмоцию, но та скорее была настроена не враждебно. — Ты не закрыл дверь, — чуть сдавленно сказал Багги, тормоша Шанкса за плечо.       Ута заулыбалась и спрятала руку в карман, вытаскивая из него что-то. — Я сделала браслет, — сказала она, вытягивая свою ручку в его сторону. На её ладошке красовался браслет из маленьких ракушек.       Невозмутимость Уты ещё сильнее вогнала Багги в краску, но он постарался улыбнуться ей. — Это…чудесно, — сказал он, сжимая в руках одеяло.       Послышался зевок со стороны и Шанкс слегка приподнялся на локтях. — Ута, детка, ты должна стучаться, прежде чем войти, — с хрипотцой в голосе сказал он, протирая глаза. — Багги здесь и я тоже хочу, — Ута буквально упала на кровать между ними и Багги пришлось немного отодвинуться в сторону.       Сойти с ума от произошедшего ему не дал смех Шанкса, которому эта ситуация не казалась смущающей совсем. — Ладно, оставайся, — он снова упал головой на подушку и Багги тоже последовал его примеру.       Объяснить своё отношение к этому он не мог, но также не мог отрицать и нежности, которая переполняла данный момет. Он выдохнул, понимая, что его не будут ругать за то, что он находится здесь, что тоже хочет внимания от Шанкса и тоже хочет быть рядом. Его всего так легко приняли сюда, что было для него необычным, но всё же радовало. — Теперь так всегда будет? — спросила Ута, раскинув свои руки по сторонам, задевая одновременно и Шанкса и Багги. — Да, — неожиданно даже для самого себя Багги взял ответственность ответа на себя.       И, кажется, это было правдой. Впереди новый день, и в нём они — вместе.