Лепесток в моём сердце

Любовь — счастье или наказание?

***

— Тэхён-а! Ты вообще слушаешь меня? — кричит мне прямо в ухо, закидывая на плечо руку, — Неужели тебе совсем не интересно как прошло свидание лучшего друга? Поверить не могу, какой же ты бессердечный. — Я слушаю, как же я могу пропустить историю о великолепном Пак Чимине, что покорил сердце нашего крольчонка и согласился на свидание с ним спустя год подкатов, — закрываю от него пострадавшее ухо и уже тише спрашиваю, — Так вы теперь вместе? — Мы сходили только на одно свидание, — он смеется и немного отодвигается, чтобы посмотреть мне в глаза, — Но он оказался именно таким, как я и представлял. Кажется, я окончательно влюбился, хён.       Смотрю на его довольную мордашку и треплю по волосам. Чонгук улыбается своей кроличьей улыбкой, встает с дивана, на котором мы разместились. Он спрашивает заказать ли ещё чай для меня, после чего идёт к барной стойке, чтобы взять напитки. Когда он отходит на достаточное расстояние, я наконец-то могу откашляться. Чёртовы лепестки. Достаю телефон и открываю спасительный сейчас диалог. Tae: «Спасай, срочно, наше место»       Ответ приходит быстро, получив краткое «Ок», убираю телефон в карман толстовки. Как бы не хотелось остаться дольше с Чонгуком, но у цветка в его лёгких иные планы. А открывать тайну о болезни перед ним никак нельзя.       С Чонгуком они познакомились ещё на первом курсе, на одной из первых лекций милый парнишка с кроличьей улыбкой подсел к нему. В голове тогда случился диссонанс, парень был крупным, с виднеющимися под футболкой мышцами, на правой руке был забит красочный рукав, пирсинг в брови и губе. Он выглядел бы угрожающе, но эта улыбка разбивала грозный образ. Хотелось улыбнуться в ответ и я не стал сдерживать этот порыв. Узнав его получше, образ опасного парня и вовсе сломался, Чонгук оказался невероятно милым парнем. Общение на совместных лекциях переросло в посиделки в кофейне рядом с универом, а после сложилось в крепкую дружбу.       Вот только смотреть на него, как на друга становилось всё сложнее, тактильность Чонгука совсем не помогала. Объятия, его голова на моих коленях, постоянные касания. Всё это виделось остальным лишь дружескими жестами, в то время как моё сердце стучало всё сильнее. Только старший брат Чонгука — Хосок, замечал неладное. Неладное и правда случилось. Два года назад в моих лёгких появились первые побеги. Болезнь, которую ранее считали лишь мифом, романтичной сказкой, появилась столь внезапно, что лечение практически невозможно. — Ты чего опять задумался? Всё в порядке? — вновь погрузившись в свои мысли, не заметил, как вернулся Чонгук. — Порядок, надвигающаяся сессия не даёт покоя, — забираю свои чай из его рук и уже обыденно вру, — Боюсь, что философия станет причиной моего исключения. — Хён, ты кажется забыл, что являешься лучшим студентом потока, — хмыкает Чонгук и вновь садится рядом, — Подумаешь поспорил с преподом на его паре, не в первый раз. — И вовсе я с ним не спорил, только поправил немного. Я же не виноват, что его материал устаревший.       Чонгук хотел что-то сказать, но нахмурившись посмотрел в сторону входа. Поворачиваюсь, чтобы увидеть Хосока, который как раз направляется к нам. — Так и знал, что найду вас здесь. Мелкий, сходи мне за кофе, будь братом. Медовый раф, как обычно, — Хосок улыбается и протягивает Чонгуку свою карту. — Времена эксплуатации младшего брата давно прошли, — не желая вставать со своего места, Чонгук отодвигает протянутую руку с картой. — Даже если я отдам тебе свои лекции по английскому? — А ты знаешь, как уговаривать людей. Заберу за третий и четвертый курсы сразу, — Чонгук забирает карту из рук брата и встает с дивана. — Идёт, — воспользовавшись моментом, Хосок садится на диванчик рядом с Тэхёном, — Возьми ещё клубничное мороженое.       Дождавшись, пока Чонгук отойдет, Хосок приобнимает Тэхёна и берёт его ладошку в свои руки. — Совсем плохо, Тэ? — Хосок единственный, кто узнал о болезни, заметил случайно и помогает сохранить тайну перед остальными. — Лепестков стало больше, кажется цветок скоро распуститься, — кладу голову на его плечо и наслаждаюсь тем, как он поглаживает ладонь, выводя на ней линии, — А ты быстро, был рядом? — Да, надо было сдать курсовую, как раз выходил из универа. Ты не думал рассказать ему? — Нет, не хочу портить нашу дружбу. Ты сам слышал, как он рассказывает о Чимине, мои чувства станут только абузой. — Значит, надо вновь обсудить с врачом операцию, ты же понимаешь, что лучше жить без чувств, чем не жить совсем, — Хосок замолкает, замечая приближающегося Чонгука и прекращает поглаживания, сжимая мою руку.       Когда цветок распуститься, моё сердце остановиться, я знаю. Но могу ли я вырезать из своего тела любовь к этому человеку. Нужна ли жизнь без возможности любить и чувствовать? Есть всего два способа избавиться от болезни — получить взаимность от объекта любви или вырезать побеги, которые оплетают сердце и прорастают в легких. Но после операции больной больше не сможет влюбиться. — Держи, — Хосок двигает в мою сторону мороженное, — Я украду Тэхёна, после того как он доест. — Я как раз собирался встретить Чимина, — Чонгук вновь начинает рассказ о том, как прошло свидание, — Знаешь, Хо, наверное, это судьба. Мы даже ходили на один концерт Айю, только секторы разные были.       Ещё никогда не ел любимый десерт так быстро, даже горло словно заморозилось, но так даже лучше. Чувствую, что один из лепестков налипает на горло, желание откашляться слишком сильное, но никак нельзя, чтобы Чонгук увидел этот чёртов лепесток. Наверное, судьба всё же любит меня, потому что посмотрев на экран телефона, он улыбается и встаёт со своего места. — Ладно, мне пора. Вечером увидимся, Хён? — Чонгук задаёт вопрос и смотрит на меня.       Всё, что я могу это кивнуть и отвернуться к стаканчику с чаем. К счастью, ему этого хватает, печатая что-то в телефоне он отходит от столика и направляется к выходу. А я наконец-то могу нормально прокашляться, не замечая с какой грустью Хосок смотрит на лепестки тигровой лилии в моих руках.