Связанные самой судьбой

Ости проснулась рано, когда первые тёплые лучи солнца уже пробивались сквозь занавески. Необычное чувство легкости окутывало её тело, будто все тревоги и усталость испарились. Она лежала несколько минут, позволяя себе просто дышать, удивляясь — почему ей так спокойно? Ни тяжести в груди, ни усталости в теле, как будто кто-то стёр всю боль за одну ночь. – «Что вчера было?..» — пронеслось в голове. Смутные образы всплывали в сознании: она с кем-то говорила, вроде даже кричала, а потом... ничего. Пустота. Слегка нахмурившись, Ости откинула одеяло, села и тут же заметила на прикроватной тумбе небольшую коробочку, аккуратно перевязанную тонкой лентой. Рядом лежал свернутый лист бумаги. Сердце дрогнуло. Она медленно взяла записку, развернула её, словно боясь прочесть то, что может перевернуть всё с ног на голову. "Ты сильная. Но даже сильным иногда нужен покой. Я рядом. Всегда. Даже если не могу сказать это вслух. Просто помни." Ости застыла, глядя на слова. Почерк был аккуратным, но незнакомым. Тем не менее, нечто в этих строках обожгло сердце — не из-за слов, а из-за того, кого она решила за ними увидеть. — Люцифер?.. — прошептала она, глядя на записку. Он всегда говорил грубо. Всегда был резок. Но, может… может, это его способ? Может, ему трудно выражать чувства в лицо? Вот он и решил… так? Через подарок? Через слова? Ости взяла коробочку на руки, прижала к груди и на мгновение прикрыла глаза. — Ты странный, Люци, — слабо улыбнулась она. — Но, наверное… спасибо. И всё же, где-то глубоко внутри, что-то отозвалось иначе. Но она была слишком уставшей, чтобы прислушаться. Ости медленно развязала серебряную ленту, и крышка коробочки мягко приподнялась. Внутри, на бархатной подушке, лежало кольцо. Изящное, золотое, с тонкой выгравированной линией по краям — будто след чьего-то прикосновения. В центре покоился овальный изумруд — глубокий, насыщенный, будто затопленный зелёной тенью леса, который манит в свои тайны. Камень мерцал, ловя первые лучи солнца, и свет внутри него дрожал, как живой. Ости замерла. Несколько секунд она просто смотрела на кольцо, не в силах дышать. В глазах её отражалось это сияние, и что-то дрогнуло внутри. Она осторожно взяла его в пальцы. Оно было тёплым, как будто кто-то недавно держал его в ладонях. Не просто украшение. Подарок с намёком. Смыслом. Весом. — Кольцо?.. — прошептала она с лёгкой усмешкой, растерянной, почти смущённой. — Что за драматичность, Люци?.. Это же как… обещание? Или… клятва? Она вдруг почувствовала, как щеки предательски заливает тепло. Быстро спрятала кольцо обратно в коробочку и захлопнула крышку. Слишком красиво. Слишком трогательно. И… слишком не похоже на Люцифера. Ости приподнялась с кровати, сжимая коробочку в руке. Слишком много вопросов. Но одно она знала точно — кто бы ни подарил это кольцо, сделал это не просто так. И от этого оно становилось ещё тяжелее в ладони. Ости резко встала с кровати, словно проснулась по-настоящему только в этот момент. Всё тело наполнилось странной, горячей энергией, словно внутри неё разожгли костёр. Она снова посмотрела на коробочку, прижав её к груди, и выдохнула. — Не сейчас, — прошептала она, хотя даже сама не поняла, кому это было сказано — себе или кому-то невидимому. Подарок был чудесным. Чувства — настоящими. Настолько, что это сбивало дыхание. В груди стало тесно, как перед прыжком с высоты. Но надевать кольцо она не решилась. Нет. Ещё нет. Не сейчас, когда она не уверена даже в том, от кого оно. Ости открыла свой потайной ящик в тумбочке, спрятанный за старой книгой, и аккуратно положила коробочку внутрь. Надёжно. Слишком ценно, чтобы оставлять на виду. Она посмотрела на себя в зеркало. В её взгляде больше не было пустоты — только яркое, живое пламя. — Хватит, — сказала она себе. — Всё, хватит. Она схватила куртку с крючка, быстро пригладила волосы и выскочила из комнаты. Ноги сами несли её вперёд, будто знали дорогу. Она должна его увидеть. Люцифера. Что бы он ни сделал, как бы ни был жесток… она любит его. И плевать на то, насколько это безрассудно. Сейчас она была жива. Сейчас в её жилах снова текла кровь, а не ледяная апатия. Темные дни кончились. Всё кончилось. Она идёт к нему.

***

Ости бежала по коридору, почти не чувствуя ног. Сердце грохотало в груди, будто пытаясь вырваться наружу. В груди всё переворачивалось — странная смесь облегчения, тоски, боли и… надежды? Она не думала. Только чувствовала. Только знала: ей нужно к нему. Прямо сейчас. Остановилась у двери Люцифера, на секунду задержала дыхание — и толкнула её внутрь. Он был там. Стоял у окна, спиной к ней, и медленно обернулся на звук. Ости влетела в комнату и захлопнула за собой дверь, будто отрезая себя от мира. Скинула куртку на пол, не заботясь, где она упадёт. Люцифер прищурился, глядя на неё с удивлением и холодной настороженностью: — Что это было? Но она не остановилась. Шагнула ближе, взгляд пылает, дыхание сбилось. — Я люблю тебя, — произнесла с вызовом, с болью, с надрывом, будто эти слова вырвались наружу вопреки всему. — Понимаешь? Люблю. Не из страха. Не потому что ты первый. А потому что… просто не могу иначе. Он нахмурился, но не двинулся. Смотрел. Молчал. — Я хочу тебя, — продолжала она, срываясь на дрожащий голос. — Прямо сейчас. Мне всё равно, кто я для тебя. Тень, игрушка, что угодно. Только… пожалуйста. Не отталкивай меня. Ости подошла вплотную, заглянула ему в глаза. В её взгляде не было ни покорности, ни страха. Только пылающее, упрямое, живое чувство, от которого тряслись пальцы. Люцифер молчал, и в этот момент время будто замерло. Между ними — воздух, натянутый, как струна. Тишина давила, почти звенела в ушах. Ости не отводила взгляда, губы дрожали от нетерпения и страха услышать отказ… но вместо слов Люцифер шагнул вперёд. Резко, как шторм, он притянул её к себе, обхватив за талию. Его ладонь легко легла на её спину, прижимая ближе. А потом, не отрывая взгляда от её глаз, он склонился и поцеловал её. Поцелуй был властным, почти требовательным, с той самой яростью, что всегда скрывалась за его ледяной маской. В этом поцелуе не было нежности — только жгучее желание, гнев, собственничество. Ости замерла на секунду, а потом ответила — страстно, отчаянно, как будто всё, что в ней копилось, наконец нашло выход. Её пальцы сжались на его рубашке, сердце колотилось в груди, разбиваясь о кости, будто хотело выбежать наружу и отдаться ему без остатка. На секунду им показалось, что вокруг никого нет. Только они. Только этот момент. Только эта вспышка… перед чем-то куда большим.

***

После бури страсти наступила тишина. Её сердце ещё глухо отбивало ритм, но тело уже отдыхало в уютной усталости. Они лежали вместе — впервые не просто после, а вместе. Ости устроилась на груди Люцифера, раскинув волосы по его плечу, словно принадлежала ему — не только телом, но и душой. Она была довольна, даже счастлива. Её губы всё ещё хранили вкус его кожи, а руки не хотели отпускать. Для неё это было как утро после долгой, мучительной зимы — тепло, спокойно, по-настоящему. Но Люцифер… был другим. Он лежал молча, смотрел в потолок с холодной задумчивостью, не обнимая крепко, а лишь лениво скользя пальцами по её волосам. Его взгляд был где-то далеко — не с ней, не здесь. Отрешённый, почти равнодушный. Молчание затянулось, и когда Ости уже хотела его нарушить, голос Люцифера всё же прорезал тишину. — С чего вдруг ты так загорелась желанием? — спросил он, всё так же не глядя на неё, будто спрашивал что-то постороннее, без эмоций. В его тоне не было ревности, не было ласки. Лишь лёгкое любопытство. Как будто спрашивал про погоду. Ости задумалась, буквально на мгновение замерла, прислушиваясь к себе. Сердце всё ещё стучало в груди, но теперь уже не от страсти — от сомнений. Она не хотела говорить про кольцо. Не сейчас. Даже если это был он — в чём всё ещё были сомнения — лучше оставить это при себе. Пусть подарок останется загадкой. Она медленно повернула голову и посмотрела на Люцифера. Улыбнулась. Мягко, по-настоящему. — Просто… — выдохнула она. — Я соскучилась. Она провела пальцами по его груди. — По тебе. По нам. По тому, какими мы бываем, когда ты не думаешь о соперничестве с Дино, о ревности и прочим, — она засмеялась тихо, почти нежно. — Хотелось почувствовать, что ты… мой. Только мой. Она не спрашивала в ответ — не ждала слов. Просто надеялась, что хоть в эту секунду он был с ней. Хоть немного.

***

Несмотря на перемену в поведении Ости, Люцифер не только не напрягся — ему это даже льстило. Он видел, как в её глазах загорелось то самое пламя, которое раньше светилось только злостью и дерзостью, а теперь — им. Любовью. Обожанием. Преданностью. Она смотрела на него, как на солнце, к которому нельзя прикоснуться, но хочется обжечься. Улыбалась так, словно его шутки были самыми гениальными во всём мире. Отвечала на каждое слово с интересом, смеялась, прикасалась к его руке, не стесняясь. Как зачарованная, она ходила за ним весь день — по коридорам, залам, даже за пределы школы. И Люциферу это нравилось. Обычно он держал дистанцию, не позволял близости так открыто. Но теперь, когда все видели, как она смотрит на него — будто он единственное, что имеет значение, — его эго росло с каждым её взглядом. Он чувствовал себя богом, повелителем не только Ада, но её сердца и души. Все в школе начали шептаться. Да, все и так знали, что Ости и Люцифер — любовники, но видимо Ости решила зайти за эту черту. Теперь это было очевидно, буквально, для всех. Ости перестала колоться. Перестала бороться. Казалось, она сдалась. Добровольно. И это было чертовски приятно, особенно для Люцифера.

***

Коридор школы был наполнен голосами, но Мими и Вики шли молча, пока не свернули в более тихое крыло. — Ты вообще видела, что с Ости творится? — первой заговорила Мими, нахмурившись. — Она... другая. Слишком. — Да. — Вики кивнула, задумчиво кусая губу. — Сегодня я врезалась в неё — буквально в спину — и она даже не огрызнулась. Просто посмотрела на меня... с такой улыбкой, как будто ничего не случилось. А потом Люцифер её подозвал, и она прямо рванула к нему, как щенок. – Да будь она в порядке, ты бы уже с фингалом ходила, – Мими перекинула сумку на плечо. – Вспомни буквально, как она скинула ангела с лестницы за то, что он назвал ее "малышкой"! – Вот именно! Конечно, я это помню! – воскликнула Вики. – Я уже готовилась чертей получать! А сейчас... — Она будто не настоящая, — Мими вздохнула, продолжив фразу Вики. — Ещё недавно ходила сама не своя, злая, мрачная. Я тогда попробовала к ней подойти, сказать что-то, поддержать, — и знаешь, что? Она наорала на меня. Грубо. Даже не дала договорить. — А теперь вон — глаза горят, улыбается, ведёт себя, как будто всё прекрасно, — Вики покачала головой. — Это не просто влюблённость, Мими. Это что-то... неестественное. Мими прищурилась, нахмурившись. — Думаешь, Люцифер? — Кто ж ещё? — Вики тяжело выдохнула. — Он с ней явно что-то сделал. Или делает. Это... страшно, если честно. Раньше мне было её сложно понять, а теперь... мне её просто жаль. Мими кивнула. — Да. Будто она всё это терпит. Потому что иначе — нельзя. Едва Вики и Мими скрылись за углом, из тени вышел Майлз. Он стоял там всё это время, случайно услышав весь разговор. Его взгляд был прикован к полу, брови сдвинуты в мрачной задумчивости. Слова девушек резонировали внутри. "Будто она всё это терпит..." "Мне её просто жаль..." Майлз сжал кулаки. Он знал, что с Ости что-то не так… чувствовал это. Но теперь пазл начал складываться. И тот подарок, который он анонимно подложил ей на кровать, – золотое кольцо с изумрудным камнем — она, вероятно, приняла за жест от Люцифера. Он стиснул зубы. — Сукин сын… — прошептал он хрипло, почти со сдержанным рычанием. Злость запульсировала в груди. Он хотел быть рядом, защищать, быть светом среди мрака. А вместо этого наблюдал, как она гаснет, слепо следуя за тем, кто не ценит её вовсе. Он отвернулся от коридора и направился прочь, с твёрдым решением в глазах.