Сверхъестественный университет

Медленно день подходил к концу. Мы с Томасом поднялись в его бывшую комнату и принялись готовиться отойти в царство Морфея. Дом был надежно прогрет, и словно ещё один обитатель этого дома тепло летало по разным его местам. Я снял свитер со штанами и бросил их рядом с кроватью. Привык так делать. Затем забрался на кровать. Томас повторил последовательность моих действий и улегся рядом. - Посмотрим что-то перед… - Что ты сказал им про мою семью? – перебил его я. Я ждал, пока мы ляжем в постель, чтобы это спросить. Как только мы оказались в постели – я сразу это выпалил. - Я сказал, что твои родители погибли в авиакатастрофе. Первое, что пришло в голову. Я понимаю, что нужно было для начала обсудить это с тобой, но… Я чуть не провалился на месте, когда мама спросила, где твои родители. - Ничего страшного. Все в порядке. - Точно? - Поцелуй меня, только. И Томас поцеловал. Поцеловал как умел. С тем энтузиазмом, который был присущ ему ещё во время первого нашего поцелуя. Волк также не забыл положить руки ко мне на бедра, и я уже ощущал когти, что лезли под ткань моих трусов. - Том… Том… Стой. - Что такое? – Томас сразу же застыл, как статуя. - Прямо тут? Меня это смущает. - Да ладно тебе. Этот дом строил ещё мой прапрадед. Тут можно орать и никто не услышит. Все волки шумные во время… - Ты уверен? - Уверен. - Нет, давай проверим. - Ладно. – Томас усмехнулся. – МАМА! БАТЯ! Он около минуты кричал и звал родителей, но никто так и не пришел. - Ну все, прекрати. Я смеялся, потому что вид огромного сильного волка, который так неистово зовет своих родителей – то ещё зрелище. Как будто он снова стал щенком. - В детстве мы с Джейд оставляли двери в комнаты открытыми, чтобы если что могли позвать на помощь. Это было правилом дома. Так что бояться нечего. Можешь хоть кричать, хоть стонать. – Томас шлепнул меня по заднице. - Ай… Нам не страшен серый волк… - Сейчас будет страшен. Потому что я хочу тебя съесть… Томас «ел» меня около пары часов, а затем мы легли спать. Этой ночью спать было так уютно… Не знаю почему. С одной стороны, был Томас, что прижимал меня к себе. Со второй запах елок и камина, который пропитал стены этого дома. С третьей вой ветра за окном и снегопад. С другой ещё и кровать с одеялом ощущались гораздо уютнее общажных. Ночь прошла просто отлично. Утром я проснулся один. Одевшись, я спустился вниз и застал семейство на веранде. А вернее его часть. Там сидела бабуля Роза. - Доброе утро. А где все? - А вот они. – она указала на панорамный вид, где среди двора и леса. – Решили с утра вымотаться. - А, ясно. Было не ясно. А зачем они бегают с утра пораньше? А с утра ли? Я посмотрел на часы. Уже был обед. Оказывается, я провалялся с постели все утро и благополучно его проспал. А я и не заметил, насколько я выспался. - Если ты голоден, то можешь пойти на кухню. Уверена, блины с мясом, что готовила Елена ещё теплые. - Точно. Спасибо. Я забыл, что мне стоило бы поесть. Сама Роза спокойно сидела и вязала. Интересно, что это значит «вымотаться»? Надо спросить у Томаса. Томас вернулся в дом, когда я практически закончил свою трапезу. Он сразу сел рядом. От него пахло ёлками и чем-то специфичным. Самим Томасом. - Доброе утро, детка. Ты чего меня не разбудил? - Не хотел тебе мешать. Спал бы, пока не отдохнешь. - А ты чего не стал спать? - Мне трудно спится после рассвета. Если волк может дрыхнуть когда на улице уже расцвело – означает болезнь. - А что значит «вымотаться»? Роза сказала, что вы пошли выматываться всей семьей. - Это значит, что мы пошли выбрасывать всю энергию, что накопилась у нас во время сна. Её избыток. Я поэтому играю в футбол у нас в университете. Мы в детстве постоянно играли в лесу с родителями. Они поэтому скучают. Ну а мы с Джейд не против. Дедушка тоже к нам сегодня присоединился. - А Роза? На секунду я подумал, что зря задал этот вопрос. - А бабуля обычно выматывается с подругами из её читательского клуба. Она уже сбросила лишнюю энергию. Она отказалсь менять свою привычку, что у неё ещё с молодсти. - Оу. Окей. Может, в следующий раз я к вам присоединюсь. - Не стоит. – потянулся Томас. – Обычно, мы убегаем довольно далеко в лес. Я ориентируюсь там в основном по запаху. Ты можешь заблудиться. - И ничего это я не могу заблудиться. - Можешь. Когда у меня был насморк и я не ощущал запахов, то я сам не смог вернуться домой, пока меня не нашли. Вот так вот сидел и выл, пока батя не прибежал. - Какой кошмар. - Да не. Все что нас не убивает – делает нас сильнее. - Скажи ещё, что мужчина – это просто мальчик, который выжил. - А разве это не так? - Привет, голубой вагон. – поздоровался Хенк. Всего его волосы были в снегу, как и куртка. - Хенк. Я же тебе сказала перестать. Ты дурак. – зашла за ним Елена. – Привет мальчики. Игорь, ты наелся? Я могу приготовить что-нибудь ещё, если хочешь. Было видно, что если я попрошу – Елена пойдет и приготовит. Но я наелся тем, что осталось у них после завтрака. Их «остатки» были самым настоящим пиром. Там было и несколько целых блинчиков, и целый кувшин сока. Чем я полакомился. - Нет, спасибо. Я наелся. Было очень вкусно. Томас отошёл от меня, лишь чтобы переодеться и снова вернулся ко мне назад. Мы сидели в гостиной и смотрели телевизор. Дом был тихим, сегодня был выходной день. Старшие волки были на веранде. Родители Томаса поехали в магазин, Джейд гуляла с друзьями, а мы с Томасом просто решили остаться дома. Было уютно. Мне этого не хватало. Родители Томаса вернулись через пару часов. Спустя пять минут, словно по будильнику домой вернулась Джейд. - Эй, молодежь. Хотите украсить дом к новому году? - Я с радостью. – Томас сразу подскочил, как заведенный. – Игорь, пойдем с нами? Я так хочу, чтобы ты был с нами. Пойдем. Томас напоминал щенка, который увидел поводок в руках хозяина и подумал, что его сейчас возьмут на прогулку. Его хвост бурно вилял. - Пойдем. Я с радостью. – ответил я. В моем мире мы уже давно не готовились к новому году всей семьей. Более того, новый год был для меня скорее… Поводом уйти из дома. Я знал, что отец с матерью напьются и позовут своих алкашей-друзей, потому что «сегодня праздник». Так что обычно, я просто старался пропасть из дома, пока все не успокоятся. Как выяснилось, родители Томаса уже купили кучу украшений для дома, даже несмотря на то, что у них уже лежало две коробки в кладовой. Было из чего выбрать. Первым делом мы с отцом Томаса пошли вешать гирлянды по всему дому. - У вас же с Томасом серьезно, да? – внезапно спросил тот. - Да. Я отношусь к нашим отношениям очень серьезно. – внезапно для себя самого ответил я. - Это хорошо. Ты же понимаешь, Игорь, что для волка означает познакомить пару с семьей? Это важный шаг. - Да, конечно. Я понимаю. – я занервничал. Уверен, отец Томаса это учуял. – Мы обсуждали это с Томасом. - Я уже вижу, как он превратился в настоящего щенка. Это ты так на него влияешь. Пойми, что это серьезно. Его хвост с детства так не вилял. - Я.. Понимаю. - Хенк, твою мать. Хватит пугать мужа нашего сына! – подошла к нам Елена. - М… Мужа? – спросил я. – Мы пока ещё… - Ну, дорогуша, что же тянуть с формулировками. Он уже познакомил тебя с семьей. Брак для волка – менее серьезно. Скорее формальность. Главное для волков – семья. - Мам, пап? Вы чего к нему пристали. Пойдем, Игорь. Совсем они тебя утомили. - хвост Томаса резко метался из стороны в сторону от недовольства, и он отвел меня в сторону. - Вечно они лезут не в свое дело. – сказал Томас. - А… Про свадьбу… Это так? - Это так тебя пугает? - Меня пугает не сам по себе факт свадьбы, а скорее… Почему это все решили за меня, а? – спросил я. – Я, конечно, не против свадьбы с тобой. Я был бы рад быть твоим мужем, и чтобы у меня в паспорте было твое имя и… - Правда? - Конечно правда. Я бы не поехал к твоей семье, если бы это было не так. Но меня пугает, что все уже решено. - Ох, детка. – Томас прижал меня к себе. – Не надо переживать. Ты же знаешь, твой щеночек сделает для тебя все, чтобы было хорошо. - Конечно знаю… Мы поцеловались. Да, мне бы чертовски хотелось свадьбы с Томасом. Звучало как-то, даже, сюрреалистично. Свадьбы двух парней… В своей стране я такого точно не мог видеть. Моя страна была против всего, что не плодилось и не кричало патриотичные лозунги. А этот мир… Был куда более терпимым. Более моим. - Ну хватит, все. Флюидные вы. – сказала Джейд. Мы отстранились друг от друга и засмеялись. - Отпразднуешь новый год с нами, Игорь? – спросил дедушка Томаса. – Мы всегда празднуем новый год вместе. Считаем, что это семейный праздник. Ты должен попробовать индейку Елены. - ухо старого волка дрогнуло, а в его глазах я увидел тепло и мудрость. – Обещаю, если Хенк опять будет распускать свой грязный язык – я отшлепаю сорванца. - Папа! – Хенк запротестовал. - Я утрачу это право только когда буду кормить червей, мистер. Не забывай, кто тебя породил. - Да, сэр. Я с радостью. Я буду очень рад находиться с вашей семьей. - Со своей семьей, дурила. – подмигнула мне Джейд. Это вызывало у меня широкую улыбку. Теперь я часть этой стаи. Даже не верится в то, что прямо сейчас я стою в этом доме, на этом месте и слышу эти слова. Все это похоже на сон. Слишком сладкий сон.

***

Однако, сном это не было. Моя жизнь стала совершенно другой и повернулась на 180 градусов. Через несколько лет я с отличием закончил университет. Уже во время выезда из общежития получил несколько предложений работы. Мне оформили гражданство страны и выделили небольшую квартиру. Теперь мы живем там с Томасом. О своей прошлой жизни - перестал вспоминать. Стейси и Реджи решили обосноваться в этом городе и теперь часто, иногда даже без приглашения навещают нас. Реджина до сих пор пугает меня тем, что материализуется из воздуха. Ещё через год мы с Томасом сыграли свадьбу. Букет поймал Реджи. Цветы влетели практически ему в лицо. И через год они с Мэри тоже сыграли свадьбу. Через несколько месяцев кошачьей семейство сообщило нам о том, что они ждут котят. Стейси сконцентрировалась на развитии своей актерской карьеры и поняла, что ей не нужны отношения, чтобы быть полноценной. Но через месяц после таких выводом впала в бурный роман с другим актером театра, в котором она играет. В конце концов, Джейк и Демиен переехали из общежития в квартиру и стали соседями. Они слишком сильно привыкли друг к другу. На этот раз я взял от жизни все, что я мог. И отдавать больше не собираюсь. КОНЕЦ.