Психолог, няня, отец или просто Вэй Усянь

*** — А угадай-ка, А-Чен, куда я очень скоро поеду. — протянул Вэй Ин, присаживаясь на перила около стоящего Цзян Чена. Забравшись на поверхность, которая доставала ему до пояса, он резко прибавил в росте, а потому стал выковыривать из волос брата листочки и цветочки, летающие в воздухе летом. — Без понятия. — Ваньинь чиркнул зажигалкой и поднес ко рту сигарету. Резвым движением Вэй Ин выбил табак из рук старшего и угрожающе щипнул за ухо: — Цзян Чен, я не шутил! Если ты не бросишь, я расскажу все тете! — Усянь отобрал зажигалку и сунул в карман. — Да ты не понимаешь! Это не так просто, как тебе может показаться! — возразил Цзян Чен. — Я знаю, как это сложно, и чем больше стаж, тем труднее отказаться, но, А-Чен, тебе все же стоит попытаться. Я даже не буду спрашивать, как давно ты начал. По тому, как ты держишь сигарету и от того, что в последнее время от тебя слишком сильно пахнет духами, осмелюсь предположить, что начал ты… м-м-м, от двух до трех месяцев назад. — Ясновидящий херов. Что ты хочешь за молчание? — Поклянись бросить! Я в любой момент проверю! — Бросить что? — мужчины обернулись на стальной голос за их спинами. Сама госпожа Юй собственной персоной стояла, уперев руки в бока! Возраст на ней никак не сказался, вот уж точно. Сейчас она выглядит также, как выглядела, когда Вэй Ин ее увидел впервые. Недешевые косметологи, регулярные процедуры «омолаживания», одобренные Вэй Усянем как врачом, дают результаты. В своем возрасте женщина может выглядеть шикарно, действительно шикарно, и Вэй Ин понимает, как дяде Цзяну повезло, когда его, добренького учителя средней школы, нашла, отряхнула и поставила на ноги в семейный бизнес Цзян Юй Цзыюань. — Тетенька! Матушка! Я так скучал по вам, так скучал! — Вэй Усянь со слезами на лице бросился к любимой женщине, крепко обнимая ее и показывая Цзян Чену средний палец украдкой. Живи пока, сопляк, сейчас дядя Вэй спасет твою прокуренную задницу, должен будешь. — Ай-я, отцепись от меня, репейник. — ворчала госпожа Юй, но поглаживала приемного сына по спине и распущенным волосам. — Сегодня я не к тебе. Вернее, и к тебе тоже, но сначала к Сюэ. — Ах да, Юй Цзыюань, специалист органа опеки и попечительства в отношении несовершеннолетних, точно, как я мог забыть! — Вэй Усянь постепенно начал завлекать ее ко входу в клинику, они стояли на внутреннем дворе, вместе с Цзян Ченом. Юй Цзыюань довольно быстро сориентировалась внутри. Отловила плавающего в сонной дымке по коридорам Лань Ванцзи, представилась, вызвала у него неспешный поклон, чуть не закончившийся падением в спячку прямо на пол, лично довела его до кабинета и уложила заснувшего еще на середине пути доктора спать. Затем прошествовала в главную рекреацию, вызывая восхищение у всех встречных-поперечных, и поинтересовалась у Ло Цинъян, как ей найти Сюэ Мэна, а затем и Сюэ Яна. Получив невнятный ответ о том, что Сюэ Мэн где-то в ортопедическом отделении, а Сюэ Ян может лазать хоть в морге, хоть под столом в операционной, закатила глаза и ушла. — Теперь я понимаю, почему на нашего доктора Вэя невозможно произвести впечатление и почему он и по сей день одинок! — сообщила Мянь-Мянь подошедшей Цинь Су, протягивая документы. Девушки вместе смотрели вслед удаляющейся Юй Цзыюань. — И почему же? — приподняла бровь писательница, ставя подписи вслепую. — Да ты погляди только! Сегодня выяснилось, что Вэй Ин — младший брат нашего инвестора Цзяна, а солнцеликая госпожа Юй — его мама, значит, она растила и Вэй Ина! — А-а. — закивала Цинь Су. — Так почему? — А-Су, не тупи, родная! Ты же писатель и психолог, тут даже я, медсестра, понимаю! Если карапузом-тобой занималась такая шикарная женщина, то, ясное дело, стандарты будут высоченными! Если бы первой грудью, которую я потрогала, была грудь уважаемой Юй Цзыюань, я бы задрала планку до небес! — вещала Ло Цинъян, прихорашиваясь перед зеркальцем, которое держала Цинь Су. — Ты бы потрогала ее во время грудного вскармливания и забыла бы тут же. Вон там поправь… ага, теперь красотка. — возразила Цинь Су, прерываясь на советы по приглаживанию волос. — Плевать! Это же… ну, это же Юй Цзыюань! Она — богиня! У нее такая аура, за которой хочется следовать, видишь? Вот и Вэй Усянь всю жизнь видел. Сразу понятно, откуда эти прозрачные женские повадки и самостоятельная элегантность. Благородство, грация кошки и чарующая улыбочка!.. — сестра подправила контуринг лица. Цинь Су посмеялась: — По-моему, ты преувеличиваешь. — Ты просто не шаришь! Давай, А-Су, я научу тебя всем женским премудростям, иначе не быть мне главным специалистом в области нетрадиционных отношений! — Чего? — Ничего-ничего. — похихикала Мянь-Мянь, затягивая подругу за стойку. Опеку над ребенком органы могут забрать в некоторых случаях: угроза жизни и здоровью ребенка, проблемы предков с нарко- и алкозависимостью, ненадлежащие условия жизни, злоупотребление родительскими правами, подозрения в насилии и тому подобное. Вэй Ин выступил свидетелем, а охранник предоставил записи с видеокамер, показывающие, что Сюэ Мэн сначала нашептал что-то детям, а потом показал на приближающегося Сюэ Яна. Не в силах выносить напряженной атмосферы, свидетель Вэй Усянь покинул место происшествия. Хоть убейте, но он не может слушать прогнозы Юй Цзыюань по поводу дальнейшей жизни семьи Сюэ. Хотя и семьей их назвать уже невозможно. Сюэ Ян нашелся где-то в середине «приема». Сначала молчал, потом бормотал, а задобренный конфетами Вэй Ина и подколами Сун Цин выложил все как на духу. Вернее, на все намекнул, а Усянь расшифровал и предоставил органам все записи о прошедших с мальчиком занятиях. Сун Лань, все время присутствующий с ними по видеозвонку со своего рабочего места, кивал и кивал. Пока что это все, что от него требуется. *** Вэй Усянь играл с Цзинъи в ладошки со сладкими ставками, посадив мальчика на стойку регистрации, чтобы быть одного роста. Мэн Яо и Мянь-Мянь рядом всеми фибрами души болели за маленького пациента, даже плакат соорудили с лозунгом поддержки. Цинь Су с Хуайсаном же за спиной Усяня подбадривали коллегу, обмахивая его веером со всех сторон. Лето жаркое, ничего не скажешь. — Вэй Усянь, меня зовут Юй Цзыюань, специалист государственного органа опеки. — тетя образовалась по правую руку от Вэй Ина совершенно внезапно, но тот был слишком увлечен игрой, чтобы отвлекаться. — Добрый вечер, тетя Юй. Виделись вроде. — кивнул он. — Бабуля! — мимолетно улыбнулся Цзинъи, злобно щурясь на мелькающие в битве руки. — Я вам не бабуля и не тетя, я — юридическое лицо. Поступило заявление с просьбой об опеке. — Юй Цзыюань строго щелкнула ручкой и приготовилась к записям. — Ваши справки о доходах и работе, состоянии здоровья, отсутствии судимости и паспорт. — Мянь-Мянь, все у тебя! — отмахнулся Усянь. Их с Цзинъи битва переросла в настоящую войну с подлыми уловками и подсечками, а скорость игры достигла скорости звука. — Так, у меня тут есть… — Ло Цинъян открыла папку с делом Вэй Ина. — Состояние здоровья ментального и физического, отсутствие судимости и копия паспорта. — все полученное тщательно изучила Юй Цзыюань и чиркнула что-то в своем бланке. — Сделай ксерокопии и отдай мне. — Цинъян, радостная, что к ней обратилась богиня, побежала исполнять приказ. Благо, бежать-то никуда не надо, принтер за стойкой есть. — Работа и доходы? — А-а-а-э, у Мянь-Мянь нет, значит, нет. Я и сам не видел в глаза свой документ о работе, только тот контракт на должность нянечки. — пожал плечами Вэй Ин. — Работа по контракту не считается достаточной. — раздраженно вздохнула госпожа. — Тогда я безработный. — легко согласился Усянь. — Дом? — Своего нет, прописан у вас под кроватью. — Итак, бездомный и безработный человек собирается взять опеку над ребенком-инвалидом? — скептически спросила Цзыюань, хлопая бланком по столешнице. — Я не инвалид! — воскликнул Цзинъи. Вэй Ин, услышав свое греховное описание, допустил тактическую ошибку и с треском проиграл подопечному, — Да! Папа, ты проиграл инвалиду-ребенку! Ха-ха-ха-ха! — Вэй Усянь обиженно надулся: — Ты же так яростно противился званию инвалида. Чего это вдруг согласился? — Так звучит унизительнее. — злобно захихикал Цзинъи, пока Хуайсан и Цинь Су отдают деньги в банк Ло Цинъян и Мэн Яо. Ставки сгорели, чтоб тебя и твои кривые руки черти побрали, Вэй Усянь! Не желая больше слушать смех над собой, Вэй Ин обратился к матушке: — Давайте спросим обо всем Лань Чжаня, он и начальник, и владелец дома, где я проживаю. Все документы должны быть у него! Именно в этот момент стойка с другого конца жалобно скрипнула. Лань Ванцзи грохнул на столешницу гигантскую стопку разноцветных папок, документов, распечаток, дел и прочей макулатуры высотой по колено, а затем и сам упал лицом на самую верхушку стопки. Отлетевший листик сиротливо кружась опустился на пол с внутренней стороны стойки ресепшена. Руки бедолаги расслаблено попадали на столешницу, а плечи опустились. — Доктор Лань… он умер? — визгливо спросил Хуайсан. За все время работы Лань Ванцзи ни разу не показывал свою слабость, он казался непробиваемым терминатором. Выходит, что еще могло заставить доктора Ланя прилюдно потерять силы, как не смерть? — Лань Чжань, Лань Чжа-ань. — позвал Вэй Ин, несмело теребя его плечо. Ванцзи что-то пробормотал и обнял стопку документов как подушку, продолжая сопеть в чье-то дело. — Проснись и пой, скажи тете, что я работаю здесь. — …Раб…ет…тут… — невнятно подтвердил Лань Ванцзи. — Вот! Вы слышали, госпожа, я тут работаю! — улыбнулся Вэй Ин, оборачиваясь на Юй Цзыюань, стоящую с перекошенным лицом. — Вот это сын Тунъяня, ты хочешь сказать? — отозвалась она. — Вы не подумайте, тетя! — вступился Хуайсан, знакомый с Юй Цзыюань с самой школьной скамьи, когда они учились вместе с Вэй Усянем. — Наш доктор Лань очень ответственный и крутой, просто сейчас устал. Да, просто устал. — Прошу прощения, а можете спустить меня? — вклинился Цзинъи, про которого все случайно забыли. — Я обещал Юаню посмотреть мультики. — Цзыюань вздохнула и спустила дитя в стоящую под ногами коляску. — Давай, парень, потерпи еще. Пока что опеку я оболтусу не выдам. *** Вэй Усяню на телефон пришло сообщение от Лань Циженя с просьбой встретиться. Вэй Ин приятно удивился компании дедули, и был рад ровно до момента, когда Лань Цижень приказал не сообщать о встрече Лань Чжаню. Но Вэй Ину же надо сказать, почему он будет отсутствовать на ужине! Поэтому Вэй Ин поступил очень умно: рассказал что-куда Цинь Су и оставил на ее совести дальнейшее распространение информации. Дорогой ресторан красиво освещался белыми лампами, но Вэй Усяню быстро стало неуютно. Минималистичная обстановка и одежда контингента посетителей не вызывали домашних чувств. Лань Цижень сидел за столиком с извечно недовольным лицом, которое скривилось еще больше, стоило увидеть ему Вэй Ина в его простеньких джинсовых шортах по колено и гавайской цветной рубашке. Вот только солнцезащитных очков и шлепок не хватало для полной картины! А вот тебе, дедуль, урок на будущее: всегда сообщай конкретное место встречи и желательный стиль одежды. — Да-да, Лань Чжань, я уже на месте. Отправляйся спать, пожалуйста, Цинь Су уложит А-Юаня, а ты иди спи. Давай, приду проверю! — Вэй Ин закончил разъясняться с Ванцзи и положил телефон в карман. Умудрился же выпытать у бедной девушки куда ушел Вэй Усянь! Но и та не промах, раскрыла все кроме имени Лань Циженя. Если нельзя говорить Ванцзи, значит нельзя по какой-то причине, верно? — Присаживайся. — великодушно разрешил Лань Цижень, когда зад Вэй Ина был уже на половине пути к полной посадке на дивный стул ресторана. — Закажи что хочешь. — интонацией перечник выделил «что хочешь», и Вэй Ин почувствовал третьим пророческим глазом, что разговор будет с просьбой, касающейся непосредственно Лань Чжаня. — И вам привет, дедуля! — по-свойски махнул рукой Вэй Ин. Упс, кажется, громко вышло. На психолога обернулось несколько окружающих посетителей, — Тогда я не буду стесняться. — пока Вэй Ин озвучивал свой весьма нескромный заказ, три напитка, четыре горячих блюда, мясную нарезку и мороженое бонусом, Лань Цижень смотрел на него внимательно и чуть ли не осуждающе. Когда ушел официант, Вэй Усянь предпринял попытку завести разговор. Лань Цижень ответил холодным игнорированием. Ладно. Загребучие руки Вэй Усяня нашли себе занятие в складывании оригами из тканевых салфеток. Сколько не бейся, а лебедь не стоит. Тогда Усянь начал укрепление предложенными зубочистками… А Лань Цижень все молчал. Красноречивые взгляды с соседних столиков говорили о том, что Лань Цижень выглядит как уставший отец своего совсем маленького сына, который от скуки едва в голос не поет. Нет, Вэй Ину не стыдно. Он даже не осознает, как он сейчас выглядит: сгорбился над кропотливой работой, высунул кончик языка и отстукивает по полу ритм музыки из заставки детского мультика. Даже когда принесли еду и Вэй Ин ребячливо съел мороженое в первую очередь, не боясь «испортить аппетит», потому что это сказки — про порядок еды нужное-вкусное, Лань Цижень все молчал. Вэй Ин, облизывая ложку, ухмыльнулся ему и подмигнул. Понял, что старик задабривает его едой. — Я предлагаю начать, а то сейчас доем и уйду. — порой у Вэй Ина в животе образовывается черная дыра, а особенно, когда он проводит вечер без божественной стряпни Лань Чжаня. Поэтому он, заткнув голосочек ЗОЖа внутри куском жирного мяса, отправил в рот очередную порцию острого соуса. — Ладно, Усянь. — выдохнул Цижень, опираясь лбом в сцепленные в замок руки. — Ого, даже не паршивец! — усмехнулся психолог. — Прекрати паясничать, я хочу с тобой серьезно поговорить. — строго одернул его перечник. Вэй Ин аж приосанился. А то я не понял, угукнул он мысленно. — Зайду издалека. Думаю, мы оба уже поняли, что трагедия, случившаяся с тобой пять лет назад — та же, что случилась и с моими детьми. Ты повредил руку, спасая Лань Юаня, моего внука. — Вэй Усянь посерьезнел, но не прекратил есть. Да, он понял это давно, но что сейчас от него хочет дедуля?.. — За это я обязан тебе жизнью. Однако я хотел бы, чтобы ты знал полную картину. Что ты знаешь о Су Шэ? — Это ваш секретарь и водитель. Вел машину в тот день, сейчас его ищет Лань Чжань как виновника аварии. — перечислил Вэй Ин. — Это версия Ванцзи. Забудь ее. Су Шэ не было тогда не то что в машине, в городе. Я отправил его на задание. Понимаешь, о чем я? — Цижень сверкнул металлом в глазах. Вэй Ин обмер. Не было Су Шэ? Получается… — После аварии Лань Чжань получил амнезию, вы воспользовались этим и насвистели совершенно отличную от реальности историю. Дайте угадаю, именно Лань Чжань вел машину в тот день, верно? — Ты как всегда проницателен. — выдохнул Лань Цижень. — И что нужно от меня? — на минуту воцарилось молчание. — Я понимаю, что вы с Ванцзи очень близки, нравитесь друг другу, но все же. Ради его же блага, прошу, оставь его. Я боюсь, что ты и твое присутствие можете заставить Ванцзи вспомнить. — Вспомнить — что? — Вспомнить все, Вэй Ин. Я не хочу чтобы он винил себя. — грузным голосом утвердил домыслы Вэй Ина Лань Цижень. Вэй Ин пожевал губами и молвил после короткой паузы: — Чтож, в таком случае, да… Лань Ванцзи резко откинул телефон в сторону и тяжело задышал. Все это — обман? Он, Лань Чжань, Лань Ванцзи, повинен в гибели собственных брата и невестки? Он убил их? Он зря гонял Су Шэ, более того, тот оказался совершенно невиновен? Вот так просто… попался на крючок родного дяди? Стоило сразу сбросить чертов звонок, а не слушать. Может, пожил бы еще в этом сладком неведении.