Ошибка подключения

Йоичи лежал на кровати. В наушниках играла музыка. На животе — планшет. На лице — выражение лёгкого полусна. В шортах и майке. Майка куда-то уехала к ребрам, но ему было пофиг. Главное — отдых. Он лениво листал мемы. Увидел один настолько идиотский, что не сдержался — нажал «поделиться», ткнул в первое имя, не глядя. Сообщение ушло. Через секунду — видеовызов. Йоичи моргнул. Нажал «принять». — Бачира, ты жив?.. — начал он, и тут… изображение загрузилось. На экране — не Бачира. На экране — Михаэль Кайзер, без футболки, в очках и с выражением: «Ты серьёзно сейчас?» — Йоичи?.. — переспросил он, щурясь. — Это ты? Йоичи замер. — А… эм… ты… ты не Бачира… — Спасибо, что заметил, — сказал Кайзер. — Это мои кубики. Бачира такими не обладает. Йоичи быстро поднёс планшет ближе к лицу, чтобы не было видно живота, шорт, и того, что майка давно решила больше не прикрывать грудь. — Я хотел скинуть мем. Случайно. Палец… не туда. Всё нормально. — Угу. Кайзер потянулся. Экран дёрнулся. Обнажённые ключицы, смятые простыни. Видно было, что он в постели. — Это видео? — уточнил Кайзер. — Или эротический эксперимент? — Это ошибка, — отрезал Йоичи. — Чисто тактический сбой. — Ну, учитывая ракурс — сбой весьма удачный. Я, между прочим, тоже в шоке. Кто бы мог подумать, что ты спишь с таким выражением лица. — С каким? — С таким, будто только что выдумал способ обыграть меня. В постели. Йоичи покраснел до ушей. — Это не так. — Ага, — протянул Кайзер, прислонив щеку к подушке. — Но если бы было — ты бы сверху или снизу? Йоичи отключил вызов. Пауза. Он смотрел в экран. А потом на автомате ткнул обратно — «перезвонить». На третьем гудке Кайзер ответил. — …Значит, ты всё-таки решил. На экране — тот же постельный фон, та же наглая физиономия, только теперь с лёгкой улыбкой, как будто он ждал этого весь вечер. Йоичи промолчал. Смотрел в камеру. Потом в потолок. Потом снова в камеру. — Я… я случайно. — Опять? — У меня палец соскользнул. Снова. — Страшное дело — эти пальцы. Вот бы кто-нибудь ими занялся, — сказал Кайзер с выражением ангела, только что придумавшего грех. Йоичи закрыл лицо ладонью. — Я повешусь. — Подожди до утра, — посоветовал Кайзер. — Пока ты лежишь на спине в этих шортах, твоя смерть никого не убедит. Йоичи вздрогнул. Он забыл про ракурс. Снова. Подтянул камеру повыше, при этом нечаянно повернулся боком, и… — Отличный изгиб, — прокомментировал Кайзер. — Можно я это заскриню? Для личной коллекции. Назову: «Йоичи. Версия: не хотел, но включился». — Я не включился! — рявкнул Йоичи, красный, как реклама купонов на стыд. — Это ты ведёшь себя как… как… маньяк с подпиской на мой вай-фай! — Неправда, — спокойно отозвался Кайзер. — Я веду себя как человек, который лежит в постели. Один. И внезапно получает видеозвонок от горячего знакомого. Полуголого. С ракурсом, за который платят на фан-сервисах. Йоичи молча выключил видео. Он сидел, уставившись в чёрный экран. Через секунду — пришло сообщение. От: Кайзер. «Ты правда хочешь выключиться? Или просто хочешь, чтобы я первым предложил?» Йоичи уронил голову на подушку, закрыл глаза и набрал: «Просто делай уже, чёрт тебя побери.» Экран загорелся снова. Картинка — слегка тёмная, немного размытая, с Йоичи, полулежащим на подушке, приподнятой майкой, покрасневшими ушами и выражением лица «я сам не понимаю, что я делаю, но уже поздно останавливаться». Кайзер молча смотрел, потом усмехнулся. — Ты вернулся. — Только чтобы сказать, что это… что это… — Йоичи запнулся, махнул рукой. — Что это тупо. — Тупо было звонить мне в первый раз, лёжа в таком виде. Сейчас — это уже искусство. Йоичи запустил руку в волосы, откинулся назад. Майка снова соскользнула. Шорты… ну, шорты остались на месте, но очень демонстративно не справлялись со своей задачей выглядеть прилично. Кайзер медленно откинулся на подушку, всё ещё глядя в экран. — А давай так. Я просто скажу, что бы я делал с тобой, если бы был рядом. А ты… слушай. — Слушать — не преступление, — буркнул Йоичи. — Пока я не делаю ничего. — Конечно, не делаешь, — кивнул Кайзер. — Ты просто лежишь. В шортах. Раздвинув ноги. И слегка задыхаешься, когда я говорю, что вижу, как ты это делаешь. Йоичи резко собрал колени. — Я не… — Поздно, Йоичи. Камера — вещь беспощадная. Она видит всё. — Кайзер замолчал на секунду. — Например, как ты прикусил губу. И как у тебя дернулся живот, когда я сказал «раздвинул ноги». Йоичи прикрыл лицо рукой. — Это не считается. Это рефлекс. — Тогда проверь, сработает ли он на других словах. Например: если бы я был рядом, я бы уже сидел между твоих бёдер, провёл бы рукой по внутренней стороне и сказал тебе: «Не шевелись. Я хочу только смотреть». Йоичи молча дышал в экран. Немного реже. Немного громче. Глаза прикрыты. Щёки — алые. — Йоичи, — выдохнул Кайзер, уже тихо, без улыбки, — ты хочешь, чтобы я продолжил? — Хочу, — сказал он, глядя прямо в экран.  — Только не молчи. — Тогда слушай, — ответил Кайзер. — И не прикасайся к себе, пока я не скажу. Йоичи сглотнул. Он лежал, запрокинув голову на подушку. На экране было видно его шею, ключицы, чуть приподнятую майку, напряжённые мышцы живота. Камера стояла под странным углом, но Кайзер казался довольным. — Я представляю, как бы ты двигался, если бы я был рядом. Медленно, вначале. Привыкая. Ты бы зажмурился, но не от стыда — от того, что хочешь сильнее. И когда бы я вошёл — ты бы закусил губу. Чтобы не стонать слишком громко. Йоичи втянул воздух, а Кайзер продолжал: — Я бы держал тебя за бёдра, не позволяя убежать. Я бы смотрел, как ты выгибаешься. Как подаёшься навстречу. Ты бы был горячим, покрасневшим. Ты бы шептал моё имя. Не специально. Не драматично. Просто… больше не смог бы сдержаться. Йоичи не ответил. Он дышал — медленно, шумно. Его пальцы сжимали край подушки, ноги чуть дрожали. — Дай мне это. Просто… стон, — сказал Кайзер. — Один. Я заслужил. Йоичи замер. Потом выдохнул. И тихо, с хрипом, будто вырвали силой: — М-м… Михаэль… Того передёрнуло. Даже через экран было видно, как он напрягся, как тяжело вдохнул. — Чёрт… Он провёл рукой по лицу. — Ладно. Теперь — можешь. Йоичи не ждал второго приглашения. Рука скользнула вниз — в кадре почти не видно, но Кайзер наблюдал внимательно. Его взгляд стал тяжелее, дыхание — громче. Он не комментировал. Только смотрел. И в этой тишине, прерываемой стонами, рывками, подрагиванием подбородка и сдержанными выдохами, Йоичи кончил. С тихим всхлипом и шепотом, в котором снова было его имя. — Вот так, — сказал Кайзер, уже чуть тише. — Ты потрясающий. Йоичи откинулся назад, закрывая глаза, глядя в потолок. Щёки горели. Руки тряслись. — Ты же не сохранил это, да? Кайзер усмехнулся. — А как ты узнаешь? Йоичи выдохнул: — Какой же я дебил.