Громче чем тишина

Леви не успел даже осознать, что его сердце замерло, когда он прочитал сообщение Фарлана: “Эрвин в реанимации. Состояние тяжелое. Приезжай срочно.” Тело словно окаменело, и Леви почувствовал, как его грудь сдавливает невыносимая боль. Он мгновенно подскочил с места, не думая ни о чём, кроме одного — добраться до него как можно быстрее. Он не знал, что чувствует, и, может быть, не хотел знать. В голове было лишь одно: “Эрвин!” И если бы не сообщения, которые продолжали приходить, Леви бы и не понял, сколько времени прошло, пока он наконец не оказался у больницы. Он выскочил из машины, и ноги едва держали его, когда он мчался в сторону реанимации. Сердце бешено колотилось, не позволяя ему успокоиться. Медсестра, стоявшая у двери, сразу узнала его и кивнула. — Он в палате 305. Но будьте осторожны, его состояние действительно тяжелое. Леви не ответил, просто побежал дальше. Он быстро подошел к палате и застыл на пороге, когда увидел Эрвина. Тот лежал на кровати, его лицо было бледным, а вены виднелись под кожей, как синие нити. Он был подключён к нескольким устройствам, и этот вид подстегнул Леви переживать ещё сильнее. Он шагнул внутрь и тихо закрыл дверь. Руки невольно потянулись к нему, и, несмотря на всю боль, Леви почувствовал, как его грудь наполняет нежность. Подойдя к кровати, он осторожно взял Эрвина за руку. Это было всё, что Леви мог сделать. Он не знал, что будет дальше, но точно знал одно: он не оставит его. — Я здесь, — прошептал Леви, почти не веря, что его голос дрожит. Тихий ответ от Эрвина, его дыхание, был единственным, что Леви мог услышать.