Отец, испортивший мне жизнь.

Затащив Феликса в комнату, парень прижал его к стене. М–меня зовут Минджу, малыш. А тебя? – Он провел пальцами по щеке Феликса, чувствуя, как того бьет дрожь от страха. Ф– Ф-Феликс… М– Какое красивое имя для такого ангела, – усмехнулся Минджу. – Ну что ж, малыш, развлечемся. Он вцепился в губы Феликса настойчивым, требовательным поцелуем. Руки Минджу скользили по телу Феликса, сжимая бедра, ягодицы, талию. Феликсу было противно от прикосновений, от поцелуя, но больше всего его пугала мысль о том, что прямо сейчас он потеряет свою девственность. Минджу развернул Феликса спиной к себе, шлёпнул по ягодицам, сжал их, прижимая к своему члену. М– Чувствуешь, как я тебя хочу? Какой он твердый? И все из-за тебя. Феликс дрожал, не в силах вымолвить ни слова. Он почувствовал, как глаза начинают слезиться, как по щеке скатывается предательская слезинка. Минджу схватил Феликса и швырнул на кровать. Навис сверху, стал срывать с него одежду, оставляя на коже мокрые поцелуи и болезненные укусы. Феликс плакал, в отчаянии цепляясь руками за его плечи. Феликс нарушил указ Хенджина - не плакать, и от этого страх стал еще сильнее. Минджу полностью разделил Феликса и себя, после чего окинул его взглядом. Большим пальцем вытер слезы с его щек. М– Ну, чшш, не плачь. Первый раз, да? Феликс робко кивнул, все еще дрожа всем телом. Минджу ухмыльнулся, довольный тем, что ему достанется честь лишить девственности этого милого ангела. Он раздвинул ноги Феликса и взял смазку с тумбочки. Выдавил немного на палец и ввел в анус. Феликс вскрикнул от боли, невольно сжимая его внутри себя. М– Расслабься, – грубо бросил Минджу. Он ударил Феликса по бёдрам и добавил еще один палец, двигая быстро и резко. Феликс всхлипывал, не чувствуя ни капли удовольствия от происходящего. Минджу вытащил пальцы и одним резким движением вошёл в Феликса до конца, начиная двигаться с бешеной скоростью. Феликс кричал. Он чувствовал, как что-то течет внутри. Его крики становились громче, больше похожие на вопли от ужасной боли. Минджу не останавливался, наоборот, набирал обороты, сосредоточившись исключительно на своем удовольствии и игнорируя мучения Феликса. Когда он почувствовал приближение оргазма, он раздвинул ягодицы Феликса, чтобы проникнуть еще глубже. Пара грубых, жестких толчков - и он кончил в Феликса, обмякнув, рухнул сверху на него. Феликс рыдал навзрыд, не зная, как унять эту боль. Анус горел адским пламенем. Минджу выскользнул из него, ушел в ванную, а Феликс остался лежать на кровати, безутешно плача и обнимая себя. Он осторожно коснулся ягодиц и слегка раздвинул их пальцами. На пальцах осталась кровь. Его порвали. Минджу вышел из ванной уже одетым. Подошел к Феликсу, схватил его за подбородок, нагло поцеловал в губы и швырнул на кровать несколько купюр. М– Хорошо поработал, малыш. Я доволен. Он вышел из комнаты, а через пару минут в комнату вошел Хван Хенджин… Хван вошёл в комнату. Выражение его лица было злым. Х– Феликс, я говорил тебе не плакать. Ты ослушался. Феликс вздрогнул, услышав грубый голос Хвана. Ф– П…простите, господин Хван… Хенджин подошёл ближе, видя, как тот дрожит. Феликс опустил глаза, ему было страшно и одновременно стыдно, что он сидит голый. Хенджин подошёл вплотную, взял его за подбородок, осматривая тело. Х– Чёрт, я же сказал – никаких следов. Он внимательно осмотрел тело Феликса, и, заметив кровь на его пальце, вопросительно приподнял бровь. Х– Что это? Ф– Ничего… Х– Феликс, откуда кровь? Тебя порвали? Феликс кивнул. Хенджин разозлился: в правилах чётко прописано, что его куколок трогать нельзя. Х– Я позову врача, чтобы он осмотрел тебя и нанёс мазь, если потребуется. Хенджин вышел из комнаты, оставив Феликса одного. Феликс продолжал сидеть на кровати, но потом, собравшись с силами, встал и с трудом пошёл в ванную комнату. Зайдя, он посмотрел на себя в зеркало. Плечи, шея - всё было в укусах и красных пятнах. Он включил в душе горячую воду и простоял под ней минуты три, прежде чем начал мыться. Закончив, Ликс взял халат, висевший на вешалке, и вышел из ванной. Там уже стояли врач и Хенджин. Хенджин кивнул в сторону Феликса. Х–Осмотри его. Если понадобятся какие-то таблетки или мази, скажешь мне. После чего Хенджин вышел. Врач– Так, Феликс, снимай халат, я тебя осмотрю. Феликс подошёл к кровати и аккуратно снял халат. Врач– Не бойся, я тебя не трону. Я по девочкам, да и у меня есть жена с ребёнком. Феликс облегчённо выдохнул и кивнул. Парень стал осматривать тело Феликса, нанося мазь на укусы. Врач – Наклонись немного, мне нужно осмотреть тебя там. Феликс наклонился вперёд и почувствовал, как врач наносит мазь на его интимное место. Врач – Так, Феликс, мазь нужно наносить три раза в день. И от работы тебя нужно освободить, потому что на данный момент тебе нельзя этим заниматься. Ф– Хорошо… Врач – Можешь одеваться. Феликс надел халат. Врач вышел из комнаты, оставив мазь на кровати. В комнату вошёл Хенджин. Х– Идём, Феликс, я отведу тебя в твою комнату. Ф– Хорошо… господин Хван… Феликс пошёл за ним. Они шли молча. Когда они подошли к комнате, Хенджин остановился. Х– Теперь, пока твоё тело не заживёт, ты не работаешь. Ф– Хорошо. Х– Иди спать, Феликс. Хенджин ушёл, а Феликс зашёл в комнату и лёг спать прямо в халате. Хенджин вернулся в свой кабинет, его злость кипела внутри. Кто посмел тронуть его собственность? Ему было плевать на чувства Феликса, но испорченная "кукла" - это удар по его репутации. Он должен найти виновного и наказать его, чтобы другим было неповадно. Он откинулся на спинку кресла, массируя виски. Голова раскалывалась от напряжения. Ему нужно было успокоиться. Он достал из ящика стола дорогую сигару, обрезал кончик и прикурил. Едкий дым медленно рассеивался в воздухе, немного успокаивая его. Тем временем, Феликс лежал в своей комнате, свернувшись калачиком под тонким одеялом. Несмотря на усталость, сон не приходил. Воспоминания о произошедшем преследовали его. Он чувствовал себя грязным и сломленным. Слова Хенджина, его грубые прикосновения - все это отзывалось болью в его теле и душе. Он знал, что не должен плакать, не должен показывать свою слабость. Но сдерживать слезы было выше его сил. Тихие всхлипы вырывались из его груди, превращаясь в беззвучную истерику. Он чувствовал себя одиноким и беспомощным в этом огромном и жестоком мире. Неожиданно дверь в комнату тихонько приоткрылась. На пороге стоял Хенджин. В руках у него была чашка с чем-то горячим. Х– Ты еще не спишь? – спросил он, его голос был на удивление мягким. Феликс вздрогнул и попытался вытереть слезы. Он не хотел, чтобы Хенджин видел его таким. Ф– Не получается… – прошептал он. Хенджин молча подошел к кровати и протянул ему чашку. Х– Это успокаивающий чай. Выпей, тебе станет легче. Феликс с недоверием посмотрел на чашку. Он не понимал, что происходит. Почему Хенджин вдруг стал таким заботливым? Ф– Зачем? Хенджин вздохнул. Х– Просто выпей, Феликс. Я не хочу, чтобы ты болел. Феликс осторожно взял чашку и сделал маленький глоток. Чай был сладким и ароматным, с нотками лаванды. Он действительно немного успокоил его. Хенджин сел на край кровати, сохраняя между ними дистанцию. Х– Я знаю, что тебе сейчас тяжело, – сказал он, глядя в сторону. – Но я обещаю, что найду того, кто это сделал. И он поплатится. Феликс молчал, не зная, что ответить. Он не верил в искренность Хенджина. Он привык видеть его только злым и жестоким. Х– Тебе нужно отдохнуть. Завтра будет новый день, – сказал Хенджин, поднимаясь с кровати. – Я оставлю тебя. Если что-то понадобится – зови. Он вышел из комнаты, оставив Феликса в полном недоумении. Что это было? Проявление заботы или просто очередная игра? Феликс не знал. Но одно он знал точно: он не мог доверять Хенджину. Никогда.