In The City of Angels

Место, куда им предстоит отправиться, чтобы найти Цзян Тяня — более известного как Джейк Талант, — ни капли не кажется подозрительным. Ну, почти. Это спортзал, расположенный в переоборудованном здании бывшего промышленного завода. Воздух тут густо пропитан потом, и даже глухой, некачественный рэп, доносящийся сквозь разбитые и грязные окна, не может заглушить стойкий запах химикатов, оставшийся от прошлых лет эксплуатации. Большая часть помещения пустует. В центре — настоящий бойцовский ринг, приподнятый над полом, словно пьедестал, на котором вершатся акты насилия… а порой и смерти. Внутри пахнет болью, яростью и кровью — как человеческой, так и нечеловеческой. Зал пуст. Только один мужчина сидит на скамье у ринга, явно кого-то ожидая — скорее всего, их. Это становится очевидно, как только он поднимает голову при их появлении. Даже сидя он выглядит высоким и массивным, его мускулистая фигура почти не скрыта под облегающей футболкой. Кожа — тёплого медового оттенка, глаза — аквамариновые, а черты лица ясно указывают на карибское происхождение. К тому же он — оборотень. Тео и Пэрриш останавливаются в нескольких метрах от него. Руки в карманах джинсов, позы расслабленные, но внутри они напряжены и готовы к бою, если потребуется. Парень встает, глубоко вдыхает, явно пытаясь уловить их запахи. Его глаза расширяются, и он кивает, когда узнаёт Пэрриша. Он улыбается — вежливо, но с блеском хищных клыков: — Тётя Ченг сказала, что приближается адская гончая, — говорит он. Голос у него низкий, гулкий, но не враждебный. — Она велела не испытывать судьбу. Тео ухмыляется, замечая, как Пэрриш закатывает глаза. — Честно, я никогда не слышал столько уважения, — бормочет тот себе под нос. — Значит, ты живёшь в месте, где нет провидцев, — спокойно отвечает оборотень. Тео пожимает плечами: — У нас есть банши, — говорит он. Оборотень фыркает: — Нет, банши — не в счёт. Они адекватные. Пэрриш согласно фыркает. — Так ты — Джейк Талант, верно? — спрашивает Тео, хотя и так это знает. — А ты — тот самый особенный парень, воспитанный Врачевателями Страха. Как тебя зовут? — спокойно интересуется оборотень. В его голосе нет угрозы или вызова — скорее, попытка уравнять позиции после того, как Тео показал, что знает о нём больше, чем должен. Тео это чувствует, хотя с определением "воспитанный Докторами" он бы не согласился. Он пожимает плечами и улыбается: — Не назвал бы это воспитанием, но... Тео. Оборотень кивает: — Зови меня Цзян. Это моё настоящее имя. Хотя, вероятно, ты уже это знаешь, — добавляет он, пристально глядя в глаза Тео, даже несмотря на то, что тот сохраняет внешнее спокойствие. Тео отвечает кивком. — Мы проверили твоё имя. Нужно было знать, с кем предстоит иметь дело, — говорит Пэрриш, пожимая плечами с лёгким оттенком извинения. Тео чуть не прикусывает губу и сглатывает. Они не были до конца честны с миссис Ченг, хотя, вероятно, она поняла, что Пэрриш — офицер, а Тео... работает с ним. Но теперь Пэрриш выразился совершенно недвусмысленно. Оборотень кивает. — Чем могу помочь? — спрашивает он прямо, с открытым, честным выражением. Всё его внимание сосредоточено на них. Интенсивность этого взгляда убеждает Тео: этому парню можно довериться — по крайней мере, в деле против подпольного бойцовского клуба, частью которого он является. — Нам нужны имена. Ты уверен, что это место подходит для разговора? — уточняет Пэрриш, кивая в сторону открытого зала. Оборотень пожимает плечами: — Можешь не переживать. Здесь не слышно ни одного сердцебиения, кроме наших. Мы одни. — А как насчёт камер? — осторожно спрашивает Тео. Оборотень хмурится: — Их нет... — начинает он, но в середине фразы запинается, как будто внезапно засомневался в том, что считал само собой разумеющимся. Он на секунду замолкает, оглядывается, затем кивает и морщится. — Следуйте за мной, — говорит он и поворачивается, чтобы идти вперёд. Он молча направляется к одному из небольших офисов в глубине помещения. Тео и Пэрриш следуют за ним. Внутри — только дешевый пластиковый стол и четыре стула вокруг него. Стулья выглядят крайне неудобными, будто хуже могут быть только больничные. Джейк тянет один стул с одной стороны стола и жестом предлагает им занять места напротив. — Что вы хотите знать? — вновь спрашивает он. Пэрриш открывает рот, чтобы ответить, но Тео незаметно пинает его под столом и берет инициативу на себя. Он наклоняется вперед, сцепив пальцы и опираясь локтями на край стола. — Нас интересует имя того, кто стоит за сетью проституток, специализирующихся на суккубах. Ты что-нибудь об этом знаешь? Джейк скривился, пожал плечами и слегка покачал головой: — Смотрите, я не особо близок к этим делам. Конечно, иногда вижу одну-двух девушек, но... я боксёр. Иногда меня нанимают как телохранителя — приглядеть за девушкой, особенно если она работает на улице. Там полно ублюдков. Мне это не нравится. Не нравится, что я вижу. Это всё слишком грязно... даже для меня. А я, между прочим, убиваю на ринге, — он кивнул на закрытую дверь за спиной. Он тяжело вздыхает. — Но я умею защищать девушек. Поэтому, если просят — соглашаюсь. Я не отказываюсь. — Ты когда-нибудь чувствовал, что среди них были суккубы? — не отступает Тео. — Не уверен на сто процентов, — качает головой Джейк. — Но, думаю, нет. Они всегда пахли людьми. Тео молча кивает. Это подтверждает его гипотезу: сеть с суккубами — отдельная структура, намеренно изолированная от человеческой. Вероятно, чтобы избежать лишних связей и исключить риск взаимопомощи. Или из-за специфики клиентуры. — Похоже, ты действительно хочешь нам помочь. Зачем? Не боишься попасть в беду? — спрашивает Тео, с вызовом глядя на него. Джейк откидывается на спинку стула, расслабляясь. Он кажется ещё более массивным и опасным, но в его лице есть что-то уставшее, неуместное для столь молодого и сильного человека. — Я бы сделал всё, лишь бы насолить мистеру Д. Он ублюдок. Постоянно прикрывает меня перед копами, но при этом я каждый раз рискую ради него своей шкурой. Если, помогая вам, я смогу выбить почву из-под его ног или ног кого-то покрупнее — чёрт, даже не надо просить, — отвечает он. Пэрриш и Тео молча кивают. Джейк усмехается, но в его улыбке больше горечи. — Не поймите неправильно. Этот корабль слишком велик — вы его не потопите. Но вы можете заставить многих чувствовать себя неуютно. А мне этого достаточно. — Почему? — спрашивает Тео. — Что ты получишь взамен? — Ничего, — без колебаний отвечает Джейк. Затем, после паузы, добавляет: — Мне есть что искупать. Тётя Ченг гадала мне на картах. Сказала, что если я это сделаю — погибну. Но мне плевать. У меня сейчас всё равно почти нет жизни. Что я могу потерять? У меня нет ничего. А то, что было — я утратил. Я каждый вечер выхожу на ринг, где могу не вернуться. Нет, Тео, ты не поймешь. Но мне нужно искупить вину. И это — единственный способ. Даже если это меня убьёт. Повисает тишина. Тео слегка кивает, обдумывая услышанное. — Знаешь, ты, может, мне и не поверишь, но я тебе верю, — произносит он, — Больше, чем ему, — добавляет, кивая в сторону Пэрриша. Офицер закатывает глаза и бурчит что-то вроде: «Снова ты за своё». Тео прочищает горло. — В общем, какие бы у тебя ни были причины — это нас устраивает. Мы ценим любую помощь, которую ты готов оказать. — И если есть хоть что-то, что мы можем сделать, чтобы удержать тебя от самоубийственной миссии — просто скажи, — добавляет Пэрриш, почти в шутку. Джейк фыркает. — Ну… для начала — может, не говорите никому, что это я всё слил. Хотя, впрочем, они и так догадаются… — пожимает плечами, и его улыбка вновь приобретает почти смиренное выражение. Тео это выражение нравится куда больше, чем прежняя горечь. — Значит, ты не знаешь ни одной девушки-суккуба? Джейк качает головой: — Нет. Но, скорее всего, мистер Д. знает. Его настоящее имя — Нджанеба Майкё. Он когда-то был сутенёром. Правда, давно. И, насколько я знаю, работал только с человеческими девушками. Он человек. И он не знает, что я — нет. Тео задумчиво кивает, размышляя, как человек вообще может не заметить, что вокруг него дерутся существа, не вписывающиеся в рамки человеческого. — А вот его начальница, я уверен, знает больше. Я видел её однажды. Она оборотень. Омега. Как и я, — с лёгкой улыбкой добавляет он. — Как её зовут? — спрашивает Тео. — Одри. Одри Сэмб. Она управляет бойцовскими аренами. Насколько я слышал, её изгнали из стаи, и тогда она начала работать на эту гнилую систему. Это было давно. Она старая, даже если выглядит моложе меня. — А тебе сколько? — с интересом спрашивает Пэрриш. — В августе будет двадцать три, — спокойно отвечает Джейк, словно разговаривает с ребёнком. Пэрриш не отвечает, и больше вопросов не задаёт. Тео рад. Двадцать три. Джейк уже потерял ту самую — ту, с кем мог бы прожить жизнь. А сейчас он живёт, сражаясь насмерть с незнакомцами каждую вторую ночь. Это звучит ужасающе знакомо. И Тео вдруг понимает: он никогда не был так благодарен за то, что однажды встретил Скотта. И Лиама. Они благодарят Джейка и обмениваются телефонными номерами. Тео дает ему свой настоящий, не заморачиваясь с поддельным или с тем, который отслеживается полицией. Он знает, что после того, как он помог им, жизнь Джейка потеряла всякую ценность, которая у него осталась. Если парню понадобится помощь, он хочет быть тем, кто поднимет трубку его чертового телефона. ///// Позже в тот же день Тео и Пэрриш оказываются на оживлённых улицах ночного Лос-Анджелеса. Двое парней с участка посоветовали им уютное тайское кафе, и теперь они ужинают, сидя на высоких табуретах у узкой барной стойки, встроенной в стену. Тем временем Мэдисон уже несколько часов безуспешно гоняет Одри Сэмб по базе данных — она всё ещё не смогла выяснить, где Тео и Пэрришу искать загадочную женщину-оборотня. Последний раз, когда они с ней связывались, Мэдисон выглядела крайне раздражённой, и они решили благоразумно не трогать её, пока она сама не выйдет на связь с результатами. В этот момент у Тео зазвонил телефон.Он едва не подавился, торопливо проглотив еду, и потянулся к карману. Но звонок оборвался, не прозвучав и трёх гудков. На экране — имя Джейка Таланта. Не раздумывая, Тео тут же перезванивает и прижимает телефон к уху, напряжённо вслушиваясь. Пэрриш пока что не знает, кто звонит, но догадаться несложно. В трубке — тяжёлое, сбивчивое дыхание. Больше ничего. — Джейк? — осторожно спрашивает Тео. — Посмотри в канализации, Тео. Ей нравились Доктора, — хрипло произносит Джейк Талант. И тишина. — Джейк? Джейк! — Тео резко повышает голос, привлекая взгляды ближайших посетителей. Он вскакивает и выбегает из ресторана, лихорадочно набирая номер снова. Но на том конце — молчание. Даже дыхания нет. Он сглатывает, закрывает глаза и замирает, прислушиваясь. Где-то вдалеке звучит гул улицы, но Тео фокусируется на том, что для него важнее всего — на биении сердца. Оно есть. Оно… медленное. Слишком медленное. А затем — ничего. Сердце остановилось. Он вздыхает, всё ещё с закрытыми глазами. Пэрриш подходит к нему и осторожно кладёт руку ему на плечо, предваряя движение, чтобы не напугать. Тео открывает глаза и смотрит на него. В их взгляде — молчаливое понимание. Вопроса не нужно. Тео убирает телефон и прочищает горло, словно пытаясь вернуть себе голос. — Думаю, он искупил свою вину, — тихо произносит он, глядя в землю. — Мы знаем, где искать? — мягко спрашивает Джордан. Тео кивает. Делает глубокий вдох и вновь поднимает глаза на партнёра. — Да. Она в канализации.