Мнимая слабость в искренней зависимости

      — Куда же ты маленький так бежишь? Я же с тобой только в кисточку хотел поиграть! — Саша хмурится, недовольно надув губы. Приходится подняться с колен, меняя направление предстоящей игры. — Мяуу. — Белые лапки бесшумно пробегают по паркету, останавливаясь у открытой двери коридора. — Только не уходи. Смотри. Я купил тебе игрушку. — На краю кисточки развиваются цветные тонкие ленточки, создавая своеобразную мишуру. Голубые глаза прицельно скользят взглядом по приближающемуся человеку, тому, в ком котя увидел родное тепло. Такому же необычному, искреннему, настоящему.       Пальцы Саши дёргают кисточку всё ближе к мордочке домашнего животного, щекоча ушки. Кот смотрит внимательно на ленточки, про себя думая, стоит ли угождать хозяину в очередной купленной игре, или отойти спать в соседнюю спальню. Но. Сегодня хочется тепла. Приятных пальцев на гладкой шёрстке, доводящих до мурлыканий и сладкой дрёмы.       — Мяяяу. — Мяуканье звонко проносится по стенам комнаты, вызывая у медиума заметную улыбку.              Котя неожиданно поднимает лапку, стремясь подцепить к себе незнакомую игрушку, но та постоянно выскальзывает, заставляя путать коготки в тонких ленточках и недовольно фыркать от неудавшейся попытки захватить добычу.       — Ты мой хороший. Давай, цепляй. — Саша питомца своего обожает. Особенно, когда тот расположен к активным играм. То, как задорно в глазах огоньки горят, как хвост из стороны в сторону виляет, заставляет медиума бесконечно восхищаться этой невинностью и присущим обоянием.       Ушки дёргаются, а лапки отходят назад, когда котя слышит звонкое звучание бубенчика, пришитого в основе ленточек.       — Мяууу. — Испуганно шипит питомец, смотря на в таком же шоке прибывающем хозяине.       — Ой. Прости родной, я не знал, что там ещё и бубенчик есть. Честно. Прости. — Саша кладёт игрушку в сторону, подход ближе к животному, на корточки садясь.       Котёнок тихо наблюдает, оставаясь спокойно только по причине отсутствия у Саши каких-то видимых предметов в руках. Пижама так по-домашнему смотрится на худом теле, притягивая взгляд на себя. Светлая палитра не рябит в глазах, но словно радуга влечёт котёнка, заставляя поддаваться на мимолётную слабость, и заключить себя в объятья тёплых родных рук.       — А кто такой милаш, ты не голодный? — Тихо шепчет медиум, на что получает наклон вбок.       — Значит, не голоден?       — Мяу… — Пальцы мягко сжимают белоснежную шёрстку, оставляя сглаженную полосу вдоль туловища. Передние лапки при касании тонкого животика выпускают мелкие коготки, проходящие по тылу ладони человека. Саша ощущает вибрацию, муклыкающую мелодию блаженного удовольствия, и это просто невероятно. С рук выпускать не хочется этот пушистый комочек. Хочется прижаться и не отпускать, так же, как и с Олегом.       Полуприкрытые глаза смотрят, расслабленно вглядываясь в своего человека. Саша отпускать и не собирается, до этого в комнате стоя, в комнату шажками короткими идёт. Испугать боится. Ноги останавливаются в спальне, где горит настольная лампа, тускло освещая помещение. Атмосфера влияет так, что он зевает, прикрывая глаза. Мысли о приятной скорой дрёме заседают окутывающей дымкой в голове. Пушистое тело успело пригреться в человеческих руках, и Саша старался это не заканчивать.       Раскрыв заправленное одеяло, он аккуратно присел на кровать, опускаясь на перьевую подушку. Руки медленно опустились, прижимая пушистое тело ближе к себе, котик с объятий не вышел, моргал изредка, на человека поглядывая. Саша смотрел сонно, никак взгляда от своего счастья оторвать не мог. Пальцами поочерёдно по меху проводил, не замечая, как в сон впадает.

***

— Вот пожалуйста, возьмите. — Спасибо. До свидания. — До свидания. На часах стукнуло 21:00,       Олег откинулся на кресло стула, заправляя выпавшую прядь волос за ухо. Сегодня работа шла размеренно, приходящие люди искали обереги, талисманы, спрашивая, что лучше, и для чего. Олег отвечал на всё, но постоянно чувствовал себя словно не здесь. Хотелось вернуться. Хотелось увидеть. Хотелось прикоснуться.       Настроение повело его после работы в кондитерскую, где пахло свежей выпечкой, десертами и пирожными. Он не удержался от угощений, и скупил несколько видов пирожных с фруктовыми начинками, разбавляя сладости мясным пирогом с курицей и картофелем.       Дверь в квартиру захлопывается, когда на пороге появившегося Шепса манерной походкой встречает котёнок.       — Я дома. — Обувь ставится в обувницу, а куртка направляется в шкаф, где уже висит пальто брата.       — Саш, ты дома? — Тишина неприятно стоит в ушах, и Олег мешкается, оставляя пакеты на кухне. В туалете никого. В гостиной тоже. Остаётся только спальня.       В полной тишине младший смотрит на знакомую макушку, укутанную коконом в одеяло. Олег, не скрывая улыбки подходит ближе, оставляя поцелуй на виске.       — Я дома…       Саша сопит еле слышно, ровное дыхание не прерывается, только ухмылка по губам читается.       — Я уснул? — Саша поворачивается, сонно зевнув, привстаёт на локти, смотря на изумрудные глаза. — Котик пропал! Мы же вместе уснули! Ты не видел?       — Он был в коридоре, когда я пришёл. Ты проголодался? Пойдём кушать. — Брат выбирается из нагретого кокона, и доходит до кухни, останавливаясь при виде пакетов.       — Что купил? — Руки тянутся к пакетам, но Олег любезно достаёт еду раньше, слыша радостный вскрик.        — Моё любимое, и кремобон взял? — Ага, и кремобон. — Спасибо!       Пока Саша довольно раскладывает тарелки, Олег с удовольствием любуется счастливым братом, что припевает какую-то незнакомую мелодию про себя. Он расслаблено прикрывает глаза, пританцовывая в такт собственному ритму. Хотелось бы сейчас Олегу узнать, что сейчас происходит в голове у старшего.       — Что-то не так? Ты на меня так пялишься.       — Всё в порядке. Просто ты такой красивый.       Саша смущённо опустил взгляд, расставив посуду на столе. По ногам прошлось поглаживание хвоста, что так удачно успело зацепиться за кошачий взгляд.       — Мяу.       — Маленький, ты тоже голоден. Сейчас наложу. — Обойдя питомца, он открыл холодильник, доставая пачку влажного корма.       — Саш. — Александр накладывает корм в миску, ощущая как мордочка то и дело к рукам подлизывается, ласкаясь.       Поставив обратно пачку, Саша поворачивается обратно к столу, но ощущает, как руки Олега оплетают его по обе стороны, захватывая в свои путы.       — Что такое, Олеж? — Он поднимает глаза, чувствую, как к лицу подступает кровь, заставляя щеки гореть.       — Если ты будешь меня так игнорировать, — шёпот концентрируется в мочки уха, обжигая теплом, — то я начну ревновать тебя к коту, и это не шутка!       — К-ха, Олеж, правда, что ли? — Саша играется, как любопытный котёнок стремится понять, что и как устроено, не боится обжечься. А боятся стоило бы. Ревность у Олега была не шуточной.       — Правда. — Младший цепко скользит выше, пальцами зарываясь в макушку, губы впиваются в резкий поцелуй, притягивая к себе непозволительно близко. Саша отвечает тут же, порывисто вдыхая воздух. Он не знал, что у брата может даже такая мысль сложиться. Что ревновать будет к питомцу. Тем более к коту.       Краем глаза Саша замечает, что животное со стороны уже стоит, облизываясь после приёма пищи. С любопытными взглядами на людей посматривая. Не против значит? Словно мысли прочтя, котик к ногам подходит, ластясь бережно, мяукая.       Отстраниться получается не сразу, младший уже руками по позвоночнику водит, под пижаму руки продевая. Саша в глаза Олега закрытые смотрит, ощущает, как он энергией заряжен, как себя в чувства отдаёт. Но у самого сейчас немного по-другому. Старший поцелуй прерывает, когда Олег языком по зубам скользит. Недовольное мычание в тишине кухни слышится.       — Олеж, я тебя люблю, но давай просто поедим. Котю я тоже люблю, но как питомца, а тебя как любимого человека. И готов вас обоих маленькими называть. Мне так нравится.       — Не можешь выбрать, получается? Ладно, называй как хочешь, но я твой самый любимый человек.              Младший Шепс по-собственнически улыбается. Знает он, что Саша его любил так разыгрывать, провоцировать словами и действиями. Ревновать заставляя. Но Олег и не был против, заранее зная, что всё ради внимания делается.       Саша получает желаемое, лёгкий поцелуй с привкусом лимона, дарящий сладкое послевкусие. Пирожные они едят неторопливо, играясь с десертами. Любимый сливочный крем проскальзывает в поцелуй, сладостно щекоча рецепторы. Им так нравится любить друг друга каждый день, говорить обо всём, и ни о чём одновременно, касаться друг друга, сплетая подрагивающие пальцы во время жарких поцелуев, нашёптывать самое сокровенное, что таится в сердце, и чувствовать заботу, нежность и вседозволенность, несмотря на присущую зависимость друг от друга. И это только их любовь. Их чувства. Без этого невозможно. Сейчас. На кухне их было трое. Саша, Олег, и их маленький котёнок. Угощение и вкусности радовали глаз и в последствии организм. Котёнок смотрел на двух счастливых людей, что так увлечённо разговаривали, не боясь за себя, приластился к домашней пижаме, пахнущей цитрусами, обвиваясь и мурлыкая. — Иди к нам, хороший. — Котя был тёплых объятьях, окруженный ласками и сладкими речами, и это грело маленькое сердечко, позволяя искренне радоваться, что именно эти люди стали его семьёй.