Создатель миров и блуждающая комета.

Беда всегда приходит нежданно. Она не спрашивает, не стучится — просто сносит ворота. Мы были предупреждены: сначала — пираты, потом — метеорит. А в третий раз... В третий раз явилось то, перед чем бессильны были даже боги. Чёрная дыра. Она поглотила ближайшую планету, и, словно ощутив вкус, начала расширяться, раздуваться, как чудовище, открывающее пасть. Аппетит приходит во время еды — так говорили древние. Мы оказались слишком близко... Слишком. Наш звездолёт, словно тряпичная кукла, неотвратимо потянуло к центру притяжения. Металл скрипел, корпус дрожал. Орион, бледный как смерть, сидел за пультом управления, лихорадочно пытаясь включить турбоускорение. Но топливо давно вышло в ноль, а реактивный двигатель отдал всё, что мог. Нас с удвоенной яростью втягивало в спиральный вихрь сингулярности. Эрджей молчал, просчитывая варианты. Его ИИ перебирал миллионы сценариев в секунду, и каждый из них оканчивался одинаково — смерть. Неминуемая, как удар молота. Вова сидел, вцепившись в подлокотники кресла. Мысли метались. И вдруг, как вспышка, всплыло тёплое воспоминание: Он — маленький мальчик, босиком по траве, бежит к отцу. Отец смеётся, подхватывает его на руки и кружит. Смех, солнце, безграничное счастье... Вова так хотел снова увидеть его. Вот бы ещё раз. Совсем чуть-чуть... Ещё полтора года пути — и встреча была бы реальностью. В глазах потемнело. Владимир выхватил из памяти строки из учебников квантовой механики: — Согласно общей теории относительности и квантовой механики, чёрные дыры — не звёзды, не сверхплотное вещество. Это гравитационная пустота, искривление пространства-времени, окружённое горизонтом событий... Псевдосила стремится к бесконечности и уничтожает всё. — Вова, заткнись! — рявкнул Орион, голос у него дрожал. — Если у тебя нет идей, молчи! Можем ли мы вырваться?! Вова лишь безнадёжно развёл руками. — Я... я не знаю. Я впервые не знаю, что делать... — Маячок! — хрипло предложил Орион. — Может, отправим хотя бы маяк? Пусть кто-то узнает... Но радио-волны не проходили, квантовый скачок был невозможен. Энергополе Чёрной дыры было слишком сильным. Мы умирали в молчании, и ни один крик не мог прорваться наружу. — Кто верует — пусть молится, — глухо сказал Эрджей. Пространство вокруг них искривилось. Звёзды, стены корабля, всё начало таять, рассыпаться в мельчайшую пыль. Казалось, сама реальность рвётся на куски. Орион и Владимир смотрели друг на друга — страх в глазах, полное осознание конца. Последние секунды. Вова сжал кулаки, сдерживая слёзы. — Папа... я хотел... я так хотел тебя увидеть... Последняя мысль растворилась в чёрной бездне, оборвалась в квантовом потоке, как нить оборванной мечты. И больше ничего не было.