Создатель миров и блуждающая комета.

Черная Дыра - Лучший Телекоммуникатор Вселенной Жизнь началась заново. Когда лёд наконец растаял, а сознание собралось в кучу после космической встряски, Вова, Эрджей и Орион медленно приходили в себя. Причём "медленно" — это мягко сказано. Скорее, с той же скоростью, с какой улитка проходит марафон. — Ну... если мы всё ещё существуем, значит, не всё потеряно, — пробормотал Вова, потирая затёкшую шею. — Хотя где-то внутри меня кое-что всё-таки отмерло. Корабль, по странной прихоти судьбы, был цел. Всё работало — навигация, двигатели, автоматический кофемашинный отсек... Даже туалетный модуль выжил, что уже само по себе было чудом. Только один вопрос не давал им покоя: Где они вообще?! И тут случилось маленькое чудо. После короткой настройки навигационного радара Эрджей радостно взвизгнул: — Да мы прямо рядом с планетой назначения! Ты понял, Вовчик?! РЯ-ДОМ! — Что? — переспросил Вова, недоверчиво тараща глаза. — Не может быть! Полтора года пути... а тут хоба — и приехали?! — Ага! Вот она! Наш конечный пункт назначения, родина твоего батяни, того самого легендарного Сан Саныча Галактики! Вова ошарашенно смотрел на голограмму, где гордо крутилась в пространстве зелено-голубая планета. Он даже щипнул себя. Потом для верности щипнул Эрджея. Эрджей не обиделся — он был запрограммирован на понимание внезапных приступов идиотизма. — Ну, выходит... — задумчиво сказал Вова, — Черная Дыра не уничтожила нас. Она... эм... телепортировала? — Похоже на то, — кивнул Эрджей. — Или у неё был добрый день. — Или она решила, что с нами связываться себе дороже, — добавил Вова. — Прикинь, такая сидит себе черная дыра, смотрит: "Ой, да ну их к чёрту! Пусть летят, куда хотели!" Они смеялись, хлопая друг друга по плечам, когда из медотсека донёсся истошный вопль. — не хрена себе ... Твою мать!— раздалось на всех известных и трёх неизвестных галактических языках. Орион пришёл в себя в турбокапсуле первой помощи, и его первой реакцией было выразить свои глубокие чувства, ругаясь, словно космический пират на распродаже. Через пару минут, когда поток многоязычных проклятий иссяк, Орион, запыхавшись, посмотрел на своих улыбающихся друзей... и вдруг разревелся навзрыд. Плакал он искренне, с надрывом, так что выглядело это одновременно трогательно и слегка комично — вроде как если бы лев в комбинезоне заплакал в детском саду. То ли от счастья. То ли от страха. То ли просто от общего ощущения абсурда происходящего. Вова с Эрджеем переглянулись. Они решили великодушно дать другу ещё несколько минут, чтобы прийти в себя. — Пусть поплачет, — шепнул Вова. — У него стресс. — Пусть, — согласился Эрджей. — Главное, чтобы не начал истерически смеяться. А то я начну, а потом вы меня точно не выключите. Володя тихо сел рядом с Орионом и, не удержавшись, пробормотал: — Ну что, ребята... Ай да Черная Дыра! Ай да щучья дочь! Они снова расхохотались. Даже Орион, сквозь слёзы, слабо улыбнулся. И только теперь, по-настоящему, они поняли: они не просто выжили — они оказались там, где мечтали быть, и сделали это самым невозможным способом в истории космонавтики.