Серьезные намерения серьезного кота

      Впервые за всю жизнь Наруто ждал осень с нетерпением. Уже и выпускной класс казался не таким страшным испытанием. Важнее всего было одно: на день рождения родители пообещали подарить ему котенка.       Он мечтал об этом с детства. И теперь оно воплотится в реальность. И мама смирилась, что кот может порвать мебель и шторы, и папа убедился, что сын достаточно повзрослел, чтобы взять на себя ответственность за живое существо… и не спихивать на родителей уборку какашек, как это бывало с хомяками…       Наруто действительно был настроен серьезно. И после школы подбадривал себя просмотром фотографий котят на сайтах различных питомников. Они уже решили, что заведут породистого, но выбирать, конечно же, будут сердцем, а не глазами. Даже запланировали на начало октября несколько визитов к заводчикам, у которых как раз есть детеныши нужного возраста, и прививки на тот момент будут сделаны.       Оставалось продержаться всего месяц.              Сентябрь выдался мягким, и деревья еще стояли зеленые. Наруто возвращался домой по таким же зеленым дворам, привычно поглядывая за кусты. Летом, как обычно, возле домов гуляло много бродячих кошек, которые с наступлением холодов перебирались в подвалы. Без еды они не оставались благодаря сердобольным старушкам… и таким же несостоявшимся кошатникам, как сам Наруто.       «Пока что «несостоявшимся», — думал парнишка с улыбкой. — Но скоро это изменится».       Но из счастливых мыслей его выдернула увиденная картина: на тропинке перед ним сидел кот. Белый кот — по крайней мере, по задумке, потому что его шерсть на лапах и выше была грязно-серой. Однако сидел кот прямо, и так же прямо смотрел на идущего навстречу человека, обвив тело пушистым хвостом.       Наруто замедлился: взрослые кошки часто боялись незнакомых людей.       — Кс-кс-кс, — начал он мягко, издалека, осторожно ступая. Кот наблюдал за ним, и не думая убегать. Только начал помахивать хвостом, резко и коротко, точно с претензией.       — Привет, — Наруто присел на расстоянии вытянутой руки. — Не боишься? И красивый такой. Ты домашний? Потерялся, что ли?       Кот не ответил, но сузил удивительно темные глаза, что было доброжелательным жестом. Его левый глаз перечеркивал шрамик, а левое ухо было чуть порвано.       — Еще и драться пришлось, да? Ты прям боец. Кушать, наверно, хочешь? Щас, подожди! — Наруто быстро выпрямился. — Блин, ты не уходи только никуда, ладно? А то у меня с собой нет, но я куплю! Жди тут!       И почти бегом поспешил к ближайшему магазину, где часто затаривался кормом для остальных кошек.              Когда он вернулся на место разлуки, в груди неприятно похолодело: кота не было. Но не успел Наруто совсем расстроиться, как услышал негромкое, низкое «мур» из-за кустов. Белый кот смотрел на него, явно выжидая.       — О, ты тут! Супер! Идем, идем, тут рядышком!       Парнишка, потряхивая пакетиком с кормом как приманкой, тоже прошел за кусты, ближе к дому, где возле прохода в подвал постоянно лежали оставленные миски, на этот раз пустые. В одну из них он вывалил корм, а другую, побольше, промыл от грязи и заново наполнил водой. И довольно притих, сидя на корточках, обняв колени, наблюдая, как кот жадно ест.       — Вкусно? Кушай, кушай. Блин, откуда ты такой? Ну наверняка же потерялся… Кто-то тебя точно ищет.       Кот поднял голову, облизываясь, и заглянул Наруто в лицо. Пользуясь этим, парнишка вынул телефон и сфоткал его, несколько раз, с разных ракурсов. Пора было уходить домой. На прощание Наруто осторожно погладил кота, и тот прогнулся, приподняв худую спинку навстречу ладони. Если он и потерялся, то, судя по худобе, давно.              Придя домой, первым делом парнишка промониторил соцсети: искал хоть какие-то упоминания кота, объявления о пропаже… но ничего не нашел. Что удивительно, учитывая его необычный, запоминающийся вид. Пройдешь мимо такого — и ведь не забудешь.       Перед сном на этот раз Наруто не листал фото рандомных котят: он снова рассматривал снимок своего белого знакомца, поражаясь серости его глаз. И еще сильнее, чем редкому цвету, поражаясь серьезности его взгляда, который словно всматривался в саму душу… а, может, так просто казалось. Жалко было их всех, дворовых кошек…              На следующий день, в это же время кот ждал его на том же месте. «Ждал» ли на самом деле — неизвестно, но Наруто было приятно так думать.       — Привет, котик, — заулыбался парнишка до ушей. А кот вдруг встал, с тем же томным «мур», пошел к нему навстречу, потряхивая стоящим трубой хвостом.       Наруто, чувствуя себя избранником богов, не меньше, протянул к нему руку. Кот понюхал ее, протерся краешком рта — тем самым пометив. И поднялся на задние лапы, поставив передние Наруто на бедро, потянулся, заискивающе заглядывая в лицо.       Сердце сжалось так сильно, до боли, а к защипавшим глазам вмиг подкатились слёзы.       — Блин… котик, не надо… — дрожащим голосом пробормотал Наруто, но, не удержавшись, присел. Знал ведь, что нельзя заигрываться с бродячими животными, знал…       А кот уже забрался к нему на колени и урчал ему в ухо.       — Ну… блин… капец ты что такое… — парнишка протер слёзы с глаз чистой рукой, закусил губу, пытаясь сдержать эмоции.       Выдохнул. И решился.       Встал. И пошел домой. Прижимая кота к груди.       И так и не выпустил, прогоняя все набрасывающиеся на него сомнения и беспокойства.              «Мы ведь в любом случае собирались завести кота!»       Так он решил. Такой идеи придерживался, отстаивая свой выбор. И ему было плевать на все аргументы против.       «Вы сами говорили, что выбирать будем сердцем!»       И он выбрал. Или же это сердце кота выбрало его?              В любом случае, буря утихла уже к вечеру. И в целом прошла она куда более гладко, чем он боялся: родители и не стремились категорично оспаривать его решение.       Он отмывал кота в раковине, и тот хоть и смотрел с осуждением, но процедуре не препятствовал, терпел.       Потом, когда парнишка замотал мокрого питомца в полотенце и вышел с ним из ванной, мама рассмеялась:       — Ой, взъерошенный какой! Пугало маленькое!       — Хм, действительно, — Наруто со смехом причесал пальцами вздыбленную шерсть на кошачьей голове. — Может, так и назвать его? «Какаши»?       Осуждение из глаз кота не ушло, но он и тут не выразил протеста.              И вот уже они всей семьей собрались в гостиной, как и всегда по вечерам. Наруто сидел в своем любимом кресле, до сих пор не веря в свою новую реальность. У него на коленях лежал белоснежный, пушистый кот. Его собственный кот. Который свободно растянулся в держащих его руках, низко мурчал, как трактор, сжимая и разжимая пальчики на вытянутых передних лапках, выпуская коготки и убирая. И, довольно щурясь, смотрел Наруто в лицо.       — Удивительно, он как будто уже тебя любит, — заметил папа, наблюдавший за ними с умилением.       Да и Наруто казалось, что он сам умудрился проникнуться куда более глубокими чувствами к необыкновенному коту, который точно знал, чего хотел от жизни.              Всё семейство быстро полюбило Какаши. И больше ни у кого не было сомнений, что «взрослому коту будет тяжело приспособиться к новой жизни», или что «нужно было брать у проверенных заводчиков, породистого и здорового».       После нескольких визитов к ветеринару, они пролечили кота, подобрали ему корм, опять же, по рекомендации специалистов, благодаря чему Какаши начал набирать вес, и его шерсть заблестела, не хуже чем у победителей выставок. Также со временем они обзавелись игрушками, всевозможными домиками и столбиками… Причем, чаще всяческие подарочки питомцу приносили именно родители: с любовным трепетом и сюсюканьями давали ему новые мячики и лакомства, когда возвращались с работы, а Какаши выходил их встречать.        К лотку кот тоже приноровился сразу: должно быть, действительно раньше был домашним. Это было единственным, что всё еще терзало Наруто. Вдруг кот всё-таки потерялся, и его будут искать прежние хозяева?..       Но никто не искал. Ни на улицах не появилось объявлений, ни в интернете.              Да и Какаши всем своим видом демонстрировал, что уходить никуда не собирается.       По словам родителей, он спал в коридоре, на пуфике, пока Наруто не было дома. А потом, когда хозяин возвращался, ходил за ним хвостиком — как собака в кошачьем облике.       Приходил и запрыгивал на стол, когда Наруто делал уроки. Но не пытался опрокинуть чашку с чаем, как это часто делают его собратья, а просто садился и наблюдал за движением ручки по тетради. А потом, когда надоедало смотреть, сворачивался на коленях у хозяина — пушистый и теплый. И приятно вибрирующий в ответ на поглаживания.       Наруто обожал его. И сидеть вместе за уроками. И носиться по квартире, когда кот, распушив шерсть, смешно выпрыгивал на него боком из-за угла. И отдыхать по вечерам. Иногда Какаши просто ложился рядом на кровать, тыкался Наруто носом в щеку и мурлыкал.       — Почему ты такой умница, мм? — спрашивал у него парнишка, зарываясь пальцами в мягкую шерсть, почесывая, глядя в довольную, прищуренную кошачью мордашку. — Идеальный кошак просто. М, Какаши?       — Мур, — просто отвечал кот и ласкался об его руку.              Семнадцатый день рождения отмечали уже с пушистым подарочком — самым лучшим из всех возможных.       Но потом, в ноябре, Наруто заболел, как часто это и бывало осенью, когда погода портилась, и вирусы нещадно атаковали.       Какаши был рядом и тут. Внимательно наблюдал за приемом лекарств, которые давали родители, и за прочими манипуляциями над больным, как требовательный доктор. Мама всё вспоминала слова ветеринара: «Никогда раньше не видел такого серьезного кота». И, действительно, не покидало ощущение, что это питомец приглядывает за своим человеком, а не наоборот.              Ночью у Наруто поднялась температура. Он ощущал себя увязшим в липкой паутине, из которой никак не выбраться, не открыть глаза… был только жар, путающий рассудок, подсовывающий подсознанию смазанные картинки, которые не отпускали…       Кровать чуть примялась, и парнишка почувствовал знакомые легкие шаги по одеялу. И — тяжесть на груди. Кое-как приподнял горящие веки. Кот фырчал ему в лицо, принюхиваясь. И Наруто, благодарный уже за то, что смог вырваться из горячечного кошмара, еле-еле потерся носом об прохладный нос Какаши, как было заведено у них уже давно. Кот боднул его головой, ласкаясь, и парнишка привычно чмокнул его в лоб сухими губами.       — Мне чего-то совсем плохо… — пробормотал он, опустил руку на кошачью спинку.       — Мур, — кот тряхнул хвостом, слез с него и сел сбоку, требовательно всматриваясь в лицо в полумраке. Наруто повернул на него голову, так что в поле зрения оказалась и прикроватная тумбочка. И таблетки, оставленные мамой на ночь, как раз на случай высокой температуры.       — Блин, точно… Спасибо, — он приподнялся на локте и запил таблетки остывшим чаем, проглотил. Обнаружил так же заботливо оставленную миску с холодной водой, вынул из нее мокрый платок, положил его себе на лоб, почувствовав себя чуть лучше от его влажной прохлады.       — Уф… сейчас… сейчас отпустит...       Он смотрел в потолок, медленно моргая тяжелыми глазами. Мурчание кота рядом убаюкивало. Скоро и знобить перестало, и он стянул с одеяла плед. Проваливаясь в долгожданный сон…       Сон. Такой удивительно ясный сон. В котором Наруто приоткрыл глаза уже в утреннем свете. И ощутил прикосновение к лицу. Прикосновение теплой руки. Большой. Очень ласковое.       Проморгавшись, он сфокусировал взгляд. Увидел белое пятно рядом — вроде бы такое привычное. Белая шерсть… нет. Белые волосы.       — Ну, как ты, м? — звучал ровный мужской голос. Низкий, бархатный.       И возле себя Наруто видел лицо молодого мужчины. Не испугался — во сне он знал это лицо, точно знал… кажется, потому что уже видел такие сны, и не раз?.. Поэтому только заулыбался, любуясь его утонченными чертами.       Мужчина рассматривал его темными глазами. А через левый проходил шрамик…       — Получше стало?       — Угу, — Наруто кивнул, всё еще улыбаясь. Протянул руку. И лежащий рядом мужчина подвинулся к нему ближе. Парнишка запустил пальцы в его волосы — мягкие и пушистые. — Спасибо… Какаши.       Какаши тихо посмеялся в ответ. Ткнулся носом в его щеку. А потом — прижался к ней губами, легко, почти невесомо.       Вся боль вмиг улетучилась, а внутри стало так сладко, так приятно, что Наруто и сам замурлыкал. Повернул голову. Так что теперь губы прикоснулись к губам. Руки мужчины обхватили его лицо, пальцы поглаживали затылок. И мурашки прокатывались по коже. Наруто ловил губами его губы, дрожа от трепета, ощущая во рту чужой мягкий язык. И — чувствуя тепло лежащего возле него большого тела.       — Выздоравливай поскорее, мой хороший, — ворковал Какаши, потерся носом об его нос и чуть отстранился, лаская нежным взглядом. — Я буду здесь. С тобой. Всегда.       — Я знаю. Я тоже тебя люблю, — прошептал Наруто, еще несколько раз чмокнув его в губы, получив такой же любовный ответ.       — Поспи. Тебе надо отдыхать, — его плавно почесывали под подбородком, потом по виску, и глаза прикрывались от удовольствия.       И Наруто таял. Растворялся. Тоже водил пальцами по красивому лицу перед собой, медленно моргая, постепенно снова проваливаясь куда-то… в сон?..              Он окончательно пробудился, когда уже давно рассвело — весь мокрый от пота, но, по крайней мере, высокая температура спала. Парнишка хотел сбросить с себя одеяло, но, по привычке, вместо этого аккуратно присел в постели. И перевел взгляд на белый клубок, свернувшийся у него в ногах.       Почувствовав движение, Какаши ленно перекатился на спину, поджав лапки, а потом их выпрямил, потягиваясь.       — Мур.       — Привет, — хрипло пробормотал Наруто, и от смутных воспоминаний ночи на щеки бросился огонь, но уже не от болезненного жара. — Блин, мне такой сон приснился… странный. Но, вроде бы, даже приятный… прям очень...       И, глядя на Какаши, парнишка был готов поспорить, что его серьезный кот улыбнулся.