1 глава: — «май 1995»;
20 апреля 2025 г., 15:43
1995 год. весна пробуждала за собой свежий запах влажной земли и едва распустившихся листьев на деревьях. солнце, едва обжигающее, но ласковое, играло на крышах.
природа лениво просыпалась, наполняя воздух тихим ожиданием весеннего дня.
в одном из домов жил Хан. Хан Джисон.
его бездна была тихой и отстранённой. он наслаждался долгими прогулками по лесу, писал глупые романтические стихи и сочинял музыку. любил видеоигры, мерцание ярких звёзд, которые вдали от городского шума казались особенно близкими. цеплялся за старую гитару. музыка была его утешением и способом выразить то, что словами сказать не всегда получалось. старая гитара редко покидала его. он мог часами сидеть в своей комнате, перебирая струны, находя в мелодиях отражение своих мыслей, которые прятал даже от близких. всё было внутри.
но у него были друзья — пятеро особенных ребят, с которыми он чувствовал себя хорошо. они знали его настоящего.
один из них был рядом столько, сколько Джисон себя помнил. Ли Минхо.
спокойный, мягкий. он словно излучал невидимое чувство уверенности и умиротворения. его поддержка была тихой, ненавязчивой, но от этого не менее ценной.
Со Чанбин был полной противоположностью Хо. он мог рассмешить друзей, даже когда на душе было больно. его шутки были простыми, но всегда попадали в цель, заставляя всех улыбаться.
Ли Феликс, или Ёнбок, был настоящим лучиком света. его жизнерадостность заражала всех вокруг. он увлекался плаванием, но его настоящей страстью были выпечка и искусство.
и, наконец, Ян Чонин. самый младший в их компании. его улыбка была искренней и тёплой.
их дружба началась давно, лет восемь назад, с детских игр на площадке. их родители тоже были знакомы. мамы вместе пекли пироги на праздники, а отцы проводили вечер за просмотром телевизора.
в один из дней, Джи решил прогуляться с Минхо. воздух был свежим, влажным, пропитанным запахом талой земли.
Джисон шёл по узкой тропинке, слушая, как недалеко волны бьются об скалы. шёл и Минхо, лениво пинал прошлогодние листья. сегодня они гуляли вместе, иногда молча, иногда обсуждая какие либо детали.
— весна пахнет надеждой. — Джи вдохнул полной грудью. в его голосе прозвучала задумчивость.
— а осень тогда чем? разочарованием? — сдержанно усмехнулся Минхо.
— осень пахнет тем, что мы упустили сделать вместе с ребятами.
Минхо посмеялся, но ответа не послышалось. они свернули с тропинки и вышли на поле. глаза расширились. округ был усыпан красно-белыми розами. словно чья-то невидимая рука разбросала их здесь, чтобы кто-то, вроде них, однажды их нашёл.
— ого — пробормотал Минхо, присвистнув — я бы не поверил на слово, если бы сам не увидел.
Джисон медленно присел, проведя пальцами по влажным от дождя лепесткам — как засохшая кровь, как что-то невинное, что не должно было испачкаться, но оказалось испорченным. — он чувствовал что-то странное, глядя на них. это было, вдохновение? но какое?
— соберём? — спросил Хо, чуть склонив голову.
— ладно.
они осторожно срывали розы, собирая букет. Джисон почувствовал, как шипы царапают пальцы, от чего пускается кровь, но это его не останавливало.
они сидели в поле, окружённые ароматом весны. были слова, которые следовало бы сказать, но они остались висеть в воздухе, растворяясь в лёгком ветре.
в середине мая в саду расцвели тюльпаны. Джисон сидел на крыльце дома, тихо перебирая струны гитары. задумчивая мелодия наполняла воздух.
— Хан-а! — раздался звонкий голос Ёнбока — мы идём к морю! ты с нами?
Джисон поднял глаза и увидел всю компанию ребят. Феликс улыбался, держа пакет, наверняка полный кисточек и красок. Чанбин нервно переминался с ноги на ногу, предвкушая выпечку. Минхо стоял чуть позади, с обычной спокойной улыбкой махая Хану, Чонин смеялся, разговаривая с его мамой.
Джисон на мгновение задумался. ему было уютно одному, но рядом с друзьями он чувствовал себя комфортно.
— конечно. я с вами. — сказал он, откладывая гитару.
они шли по знакомой деревенской дороге, оживлённо болтая. Ёнбок рассказывал историю про своего одноклассника, Минхо молча шёл рядом с Джисоном, остальные смеялись.
море встретило их прохладой. на берегу зеленела молодая трава, усыпанная первыми полевыми цветами.
они устроились на своём любимом месте. Чанбин начал неуклюже позировать для рисунка Ёни, держа в зубах брауни. Феликс принёс шоколадное печенье, брауни с орехами и несколько кусочков яблочного пирога. всё уплетали угощения, запивая их прохладным лимонадом.
вечером, когда солнце медленно опускалось к горизонту, они разожгли костёр. пламя потрескивало, отбрасывая на их лица тёплые блики. они сидели, укутанные в пледы, которые предусмотрительно принёс Чонин, и смотрели на первые звёзды.
Джисон достал гитару. в тишине, у воды, всё звучало особенно проникновенно. это была та самая мелодия, которую он начал сочинять днём.
друзья молчали, каждый погружённый в свои мысли. некоторые засыпали. мелодия была грустной.
в какой-то момент Хан почувствовал, как кто-то коснулся его руки. это был Минхо. он посмотрел на Джисона своими тёмно-карими, глубокими глазами и слегка улыбнулся. в этом взгляде было столько понимания, что хотелось плакать.
они ещё немного посидели у костра, а затем разошлись по домам.
когда Хан вернулся, у калитки его ждала мама. она тепло улыбнулась и потрепала его по щеке.
— хорошо погуляли? — спросила она ласково. — твоё любимое шоколадное печенье испекла, молоко в холодильнике. ляж пораньше, наверняка устал.
отец просил передать, что было бы хорошо, если бы твои друзья остались на ночёвку у нас завтра. ладно?
— ладно, мам. спасибо. я пошёл — ответил он.
