Лучший подарок

Дождь стучал в стекла комнаты Уилла, превращая город за окном в размытый акварельный кошмар, точно такой же, как и на его холсте. Он стоял перед ним, взгляд задумчивый, губы плотно сжатые, кисть дрожала в пальцах, но не от холода, а от навязчивой мысли, которая грызла его неделями. Майк Уилер. Только Майк. Скоро день рождения Майка, и Уилл хотел сделать ему самый лучший в мире подарок, ведь только такого он и заслуживает. Не смотря на многие ссоры и недовольства, Майк всегда приходил к нему на выручку. Он хотел передать на холсте все то, что не мог выразить словами: дружбу, преданность и то странное, теплое чувство, которое расцветало в его груди всякий раз, когда Майк оказывался рядом. Это было больше, чем просто дружба, но меньше, чем… любовь? Уилл не знал. Пока что был готов только жалкий набросок, который никуда не годился. Байерс чувствовал себя выжатым лимоном, будто все его творческие соки были исчерпаны до последней капли. Мысли путались, словно клубок ниток, который никак не удавалось распутать. А если попытаешься, он запутается только сильнее. Уилл с силой сжал кисть в руке. Дверь в комнату внезапно отворилась. — Мам, ну я же сказал, что я... Майк? — голос сорвался, и Уилл, явно не ожидавший увидеть здесь Майка, замер, приоткрыв рот. Майк стоял в дверях, неловко переминаясь с ноги на ногу. — Привет, Уилл. Как ты? Я просто беспокоился. Мы заметили, что ты уже несколько дней не выходил на улицу. Всё в порядке? — с явным беспокойством в голосе спросил Уилер. — Да, всё в порядке. Просто... Мне не хватает вдохновения, — пробормотал Уилл, тяжело выдыхая, смотря на холст. — А что ты рисуешь? — Майк с любопытством ребенка попытался посмотреть на картину. — Да так, неважно, — сказал Уилл, пытаясь отвернуть холст. — Ну покажи! — Майк подошёл, его любопытство было подстегнуто таинственностью Уилла. Он заглянул через плечо друга, и его брови поползли вверх. — Это что, я? — Это… это просто набросок. Не обращай внимания, — Уилл густо покраснел и попытался закрыть рисунок рукой. Майк отстранился, внимательно оглядывая рисунок. На холсте, исчерканном линиями и тенями, действительно был он. И этот «просто набросок» смотрелся уж очень шикарно. — Уилл, ты шутишь?! Это же чудесно! —с улыбкой сказал Майк. — Но... Зачем ты нарисовал меня? — Ну как... У тебя же скоро день рождения, я хотел сделать тебе хороший подарок, — сказал Байерс с печальной улыбкой. — Так ты поэтому сидел дома? Уилл, правда, не стоило. Этот набросок, конечно, безумно красивый, но ты — важнее всего. Для меня ты — самый лучший подарок, — сказал Майк, вкладывая в свою улыбку все чувства. Уилл посмотрел на Майка, и их взгляды встретились. Без слов, словно по негласному уговору, парни сделали шаг навстречу друг другу. Руки Байерса коснулись плеч Майка, а руки Уилера легли на талию Уилла. Затем они с осторожностью прижались друг к другу. В этот момент существовали только они и бесконечная вселенная, заключенная в этом объятии. И Уилл и Майк одновременно поняли, что истинный подарок — это тот, который делает нас счастливыми.