Часть 1
20 апреля 2025 г., 20:38
Однажды, еще во времена, когда они учились в университете, четверо из них – Цяо Лин, Сюй Шаньшань, Чэн Сяоши и Лу Гуан – решили съездить на горячие источники. Основной целью их поездки было расслабиться и привести себя в порядок после долгой, изнуряющей учебы. Хотя на самом деле больше всего туда хотела поехать Сюй Шаньшань, чтобы в расслабленной, спокойной обстановке свободно обсудить свои любовные переживания с Цяо Лин. Та сразу же предложила позвать Чэн Сяоши, намекая на то, что он, возможно, мог бы помочь, ведь кажется, что она недавно видела, как он пытался флиртовать с какой-то девушкой, выглядя при этом достаточно уверенным.
– Может быть, ему кто-то понравился? Он мог бы дать пару советов. – говорила она, убеждая Сюй Шаньшань в том, что этого “придурка” нужно обязательно взять с собой.
Когда же этот “придурок” услышал, что две девушки приглашают его поехать на горячие источники, чтобы выведать из него какую-то информацию, ему стало страшно, отчего всего через пару минут он уже строчил скорым темпом следующее сообщение человеку, диалог с которым он назвал как “😺”:
Лу Гуан…
Что?Нужна твоя помощь. Ты не хочешь съездить со мной на горячие источники?
С тобой?Я имею в виду со мной, Цяо Лин и Сюй Шаньшань! Ну как, ты согласен?
Пожалуйста, согласись!🥺
Я не хочу ехать туда один!!!
На какое-то время наступила тишина, хотя сообщение было прочитано. Чэн Сяоши подумал, что тот не согласится, ведь он не любил ходить на какие-либо мероприятия, которые проводились в университете, предпочитая оставаться где-то в тихом уголочке, доставая очередную книгу, чтобы в одиночестве прочитать ее до самой последней страницы. Он даже не задумывался о том, чтобы обратить внимание на то, что происходило вокруг. Чэн Сяоши вздохнул и отправил еще одно сообщение, получая ответ, который пришел тогда же, когда было отправлено его сообщение:Прости, что так внезапно.
Ты можешь не соглашаться.
Я согласен. Поеду с… вами. Таким образом они вчетвером оказались в этом месте… После того, как они искупались в горячей воде и поели в ресторанчике, что располагался здесь же, рядом с источниками, выслушивая пьяную ругань Сюй Шаньшань (откуда там взялся алкоголь на их столике, оставалось для всех загадкой) и стараясь дать ей советы, на которые она не отвечала бы “это все чушь, так не работает!” К концу дня привести девушку в чувства так и не удалось, отчего те, кто все еще был трезв, пришли к единому мнению: они остаются в этом месте на ночь. Комнаты здесь были достаточно маленькими, с расчетом на то, что люди, приезжающие сюда, будут оставаться лишь на один или два дня. Вместимость комнат – два человека. Чэн Сяоши и Цяо Лин, переглянувшись между собой, даже не задавая друг другу никаких вопросов, сразу поняли, по какому принципу они поделятся на пары. Вот так, совершенно невообразимым образом, Лу Гуан обнаружил себя в одной маленькой комнатушке с Чэн Сяоши. Здесь не было кроватей, однако были все необходимые спальные принадлежности, которые можно было расстелить где угодно на всей площади пола. Пока Чэн Сяоши был занят тем, что перед сном листал ленту, заодно выкладывая сегодняшние селфи в сеть, Лу Гуан достал свой набор постельного белья, раскладывая его на полу, близко к стене. Его немного клонило в сон после всего, что произошло за этот день, поэтому все, что его волновало – это как можно скорее прикоснуться головой к мягкой подушке. Чэн Сяоши заметил, что его сосед по комнате уже приготовился ко сну, даже не думая о том, чтобы приготовить спальное место и для него. Хотя почему он думал, что Лу Гуан все сделает за него? Недолго раздумывая – на деле, всего одну секунду – он начал раскладывать свое спальное место вплотную к тому, где лег Лу Гуан. На него вопросительно посмотрели два темных глаза, однако вопрос не был озвучен. Похоже, что никто из них не возражал и не сомневался, что лечь рядом – правильное решение. Так они оказались вместе: настолько близко, что, стоит одному протянуть руку, он сразу же дотронется до другого. Тишина в комнате, изредка нарушаемая размеренным дыханием Чэн Сяоши, нисколько не давила, только успокаивала. Прошло какое-то количество времени с тех пор, как они легли рядом. Лу Гуан, несмотря на сонливость, подолгу не мог уснуть, смотря в потолок. Когда потолок наскучил, он повернулся на бок, в ту сторону, где на спине лежал Чэн Сяоши. Его глаза были закрыты, грудь вздымалась и опускалась, его волосы беспорядочно лежали на лице, словно их владелец, прежде, чем уснуть, несколько раз ворошил их. Одна рука лежала на тонком одеяле, держась за него, а его лицо было невероятно привлекательным, нос идеальной формы, щеки были слегка красными от долгого пребывания в горячих источниках, а губы, такие манящие, были приоткрыты. Сердце внезапно стало стучать так громко, что Лу Гуан совсем позабыл, где он и что вообще делает. Его разум прекратил свою работу, отдавая управление телом сердцу. Да, он был влюблен. Он влюбился по уши, он влюбился так, что не мог провести день, ни разу не остановив свой взгляд на его улыбающемся лице, не разглядывая, пока тот не видит, каждую выделяющуюся черточку его лица, не пробегаясь по нескольку раз глазами по его волосам, ежедневно отговаривая себя от навязчивой мысли потрогать их и узнать, какие они на ощупь. Когда Чэн Сяоши смеялся от души, когда он шутил, когда его губы расплывались в улыбке, когда его глаза счастливо закрывались, Лу Гуан смотрел на это, как завороженный, замирая на месте, отключаясь от реальности. От одной лишь улыбки его сердце таяло, а голова была переполнена мыслями о том, что он хотел бы, лишь хотел, чтобы этот смех принадлежал ему, чтобы он мог слышать этот звук каждый день, чтобы он мог сцеловать эту радость с его губ… Лу Гуан приподнялся на локтях, тихо позвав: – Чэн Сяоши?… Ответа не последовало. Он подумал, что человек перед ним уже уснул. Медленно и беззвучно он оказался совсем близко, в сантиметре от его лица. К сожалению, он не смог остановиться, будучи так близко к любимому человеку. Его глупая голова провела молниеносный анализ и пришла к выводу: один поцелуй в щеку никому не навредит, к тому же, никто об этом не узнает. Боясь разбудить звуками своего дыхания, Лу Гуан, не дыша и закрыв глаза от смущения, преодолел последний кусочек разделяющего их расстояния, опускаясь своими губами на теплую, мягкую щеку. Одно мгновение – и он, весь красный и с вырывающимся из груди сердцем, открыл глаза и отодвинулся, все еще не веря в то, что только что сделал. Однако времени на то, чтобы обдумать это как следует, у него не оказалось: Чэн Сяоши не спал. Во тьме комнаты он разглядел… два глаза, немного сонные, с бликами в них, смотрящие прямо на него. От подобного потрясения голова Лу Гуана стала тяжелой, а тело словно погрузили в холодную воду. На какое-то время его сковал страх, но когда он увидел, как губы Чэн Сяоши задвигались, словно он собирался озвучить какой-то вопрос, его разум сыграл очередную злую шутку с ним: он, поддаваясь совершенно безумному порыву, наклонился обратно, в этот раз, однако, опускаясь губами на чужие губы. Он давно мечтал это сделать, внутри него все перевернулось: чувство стыда, радости, страха и приятного тепла переплелись между собой, давая головокружительный эффект. Лу Гуан положил свою ладонь на щеку, где совсем недавно был оставлен поцелуй, продолжая беспорядочно мять чужие губы своими, переходя то на верхнюю губу, то на нижнюю. Какое-то время все действия имели односторонний характер, однако вскоре на его поцелуй стали отвечать. Стоило ему осознать этот факт, и у него снесло крышу. Он целовал, а его сердце плавилось от любви, которую он мог выразить только так и только сейчас. Что будет завтра, он не хотел думать. “Целовать его… так приятно. Его губы… Вкус… необычный. Как… оторваться от них…” – промелькнули в его голове отрывки здравых мыслей. Нехотя отрываясь от губ Чэн Сяоши, Лу Гуан наконец пришел в себя. Он понял, что натворил дел, даже не спросив заранее, нравится ли ему это. Кажется, пару часов назад Цяо Лин упоминала, что тот флиртовал с какой-то девушкой? А он, зная это, полез целоваться? Не давая возможности завязать разговор, Лу Гуан, закрыв лицо обеими руками, резко отодвинулся и лег на свое спальное место, отворачиваясь впритык к стене, оставляя сонного Чэн Сяоши в недоумении… “Поцеловал его? Завтра мы проснемся вместе. Что я скажу ему? Понял ли он? Или забудет, подумает, что ему приснилось? Если подумает, что это сон, должен ли я согласиться с ним? Что, если я не нравлюсь ему? И что это за девушка? В первый раз слышу…” Глаза постепенно закрылись – Лу Гуан смог избежать стыда, зарываясь все глубже в одеяла. Еще более невообразимым оказалось то, что, когда утром Чэн Сяоши проснулся первым, он обнаружил себя в чужих объятиях. Лу Гуан обнял его во сне? И если он правильно понял, они поцеловались? Хотя его волновали вопросы о том, что произошло, он понимал одну простую вещь: если Лу Гуан ничего не сделал, и ему все просто приснилось, то он поставит их в неловкое положение. Он дождался, когда Лу Гуан подаст первые признаки пробуждения, чтобы легонько задеть его руку, что не давала ему встать, привлекая внимание. – Эй, Лу Гуан. Лу Гуан… – он занес руку назад, туда, где покоилась чужая голова, чтобы потрепать волосы. – Доброе утро. – Мм… – Лу Гуан все еще не пришел в себя. – Ты сжал меня так сильно, что я не могу двигаться. – Мгм. – ответ был прост и понятен – объятия стали теснее. – Расслабься, пожалуйста, чтобы я мог двигаться, Гуан-Гуан. Лу Гуан открыл глаза. От увиденного перед собой он встал, теряя способность говорить связные предложения. – Ч-Чт… Что? Ты уже проснулся? Доброе… В комнату падал свет из окна, что приятно ласкал лицо человека напротив. Лу Гуан мог поклясться, что увидел на его губах следы от поцелуя – даже если это было невозможно. Он пропустил весь разговор мимо ушей. Они оба смотрели друг на друга, не в силах что-то сказать – оба потеряли дар речи, задумываясь. “Что, если это был сон? Если упомяну поцелуй, а его не было, то он подумает, что я хочу этого, что я думал об этом или увидел во сне. А если он был? Что делать дальше?” – Насчет вчерашнего… На Лу Гуана смотрели два карих глаза, ожидавших ответа. Но он не мог признаться сейчас. Он пока не был смел – наблюдать за ним издалека и быть влюбленным было достаточно для него. – Я поцеловал тебя в щеку на ночь. Так делают все друзья, не так ли? Чэн Сяоши опешил на мгновение, но вскоре Лу Гуан оказался в крепких объятиях. Руки обвились вокруг него. – Ох, конечно! – он наклонился, чтобы быть еще ближе. Его голова стала тереться об чужую щеку. – Если хочешь, я буду целовать тебя каждое утро. Как только у нас начнутся пары, я буду целовать тебя, а когда закончатся, ты будешь целовать меня! Все эти слова были очень смелыми, но в действительности Чэн Сяоши никогда никого не целовал. Но целовать такого хорошего друга казалось только естественным. Лу Гуан же, напротив, почувствовал горький привкус ревности на языке. Он оттолкнул его от себя и пробубнил: – Ты целуешь всех своих друзей? Ты целовал ту девушку, с которой флиртовал? Было очень стыдно признавать, что Лу Гуан был первый, кому он это предложил. Чэн Сяоши покраснел и потянулся обратно, к чужой щеке, чтобы оставить один робкий поцелуй. Когда губы вот-вот должны были коснуться кожи, от двери в их комнату стали раздаваться звуки разговора, что сопровождались стуком. – Эй, вы двое! Хватит спать! – голос принадлежал Сюй Шаньшань. Она постучала в дверь так сильно, что проснуться могли даже их соседи. – Не стучи так громко. Другие постояльцы тоже хотят спать. – едва различимо послышался второй голос, принадлежащий Цяо Лин. Она продолжила, громче. – Вставайте, ребят. Не забывайте, что следующий экзамен у нас будет очень скоро. Мы не можем оставаться надолго. Никакого поцелуя не произошло.***
Так все четверо вернулись с короткого похода, а через какое-то время, возможно, через несколько дней, когда каждый был занят своим делом, на телефон Лу Гуана пришло следующее сообщение:“🐕”
Я никогда ни с кем не целовался. Но мне понравилось, как ты сделал это той ночью. Я все помню. У тебя было такое лицо, как будто ты был готов съесть меня прямо там.???
Поговорим лично. После экзаменов. Никакой девушки у меня нет. Лу Гуан так и не узнает, что такие смелые сообщения были написаны под руководством Цяо Лин. Но он определенно придет на встречу, где решится его судьба.
