Обещание верности

---

Вампир сидел на небольшом диване — кроваво-бархатном, как и вся его обитель: тёмная, мрачная, но изысканно прекрасная. Здесь Дио никогда не чувствовал себя скованным — и не было причин чувствовать иначе, даже за пределами этих каменных стен, где прохлада ночи медленно сменила палящий, дьявольски жаркий день. Он расслабленно закинул ногу на ногу, облокотившись на мягкий подлокотник, что тихо заскрипел под его движением. Под тонкой тканью накидки мышцы соблазнительно перекатывались, хотя сама накидка почти не прикрывала рельефный торс — лишь небрежно спадала с широких плеч. Свободные штаны из мягкой на ощупь ткани, никакой обуви. Медленно всколыхнув в бокале алую, пряную жидкость, Дио чуть слышно звякнул золотыми браслетами, что как обычно были на его рука. Он поднёс бокал к губам юноши, сидевшего рядом, даже не глядя на него. Мысленно Энрико дёрнулся — неожиданный жест, почти интимный: Дио предлагал пригубить из его бокала. Но внешне остался спокойным. Он слегка покачал головой, вновь устремив взгляд на распахнутые двери балкона. В комнату проникал прохладный воздух и завораживающий вид ночного Каира, раскинувшегося под тысячами звёзд. Пуччи любил эти молчаливые вечера рядом с Дио. Только с ним. В такие моменты он чувствовал, будто наконец оказался на своём месте, в полной безопасности от горя и бед этого мира. Он невольно улыбнулся, ощущая, как тепло этих мыслей разливается по телу. Тишину нарушил тихий, немного хриплый голос вампира: — Тебя что-то гложет? Теперь он смотрел прямо на юношу, пронзительными золотистыми глазами. Но Энрико они больше не казались острыми — со временем, проведённым рядом с Дио, эти углы словно сглаживались, становясь мягкими, как вата. — Вовсе нет, — почти шёпотом ответил Пуччи. — Голоден? — спросил вампир, позволяя себе лёгкую заботу. Он просто хотел, чтобы его самый ценный гость чувствовал себя хорошо и ни в чём не нуждался. Пуччи перевёл взгляд на столик перед ними — там стоял поднос с несколькими блюдами, уже проверенными и признанными вкусными в в этих стенах. — Пока нет, — так же спокойно ответил он. Дио шумно выдохнул и поставил бокал на стол. — Ты уверен, что доволен? — он слегка нахмурился. Энрико отвлёкся от своих мыслей и посмотрел на него. — Абсолютно. Я чувствую себя прекрасно... — ответил юноша, мягко улыбнувшись и коснувшись руки Дио. Вампир провёл большим пальцем по его костяшкам, ощущая контраст между собственной ледяной кожей и тёплой ладонью Энрико. — Верю... Ветерок проник в комнату, растрепав светлые волосы Дио. До его чувств донёсся странный, но приятный запах. Он принюхался — источник был очевиден. Пуччи заметил, как тот чуть наклонился, как его ноздри едва заметно шевельнулись. — Я... не так пахну? — неуверенно спросил Энрико. — Нет, — шёпотом, но резко отрезал Дио. Он наклонился ещё ближе — почти прижавшись губами и носом к уху юноши, к его шее. Медленно вдохнул, потом выдохнул — сначала тихо, потом чуть сильнее, обдавая холодом мягкую кожу. Энрико не знал, как реагировать. Он знал, что Дио тактилен — но только с теми, кому полностью доверяет. А такого он никогда не делал ранее. Юноша сжал его руку — нерешительно, но крепко. Дио тут же открыл глаза и отстранился. — Прости... Я перешёл черту, — сказал он. — Но, должен признать: у тебя хороший вкус. Пуччи кивнул в ответ, благодарно. — Ещё три минуты после смерти мозг остаётся в сознании. Прокручивает лучшие воспоминания. А спустя пять, семь — полностью отмирает... — сказал Дио, словно вскользь. Пуччи слабо улыбнулся. Он знал — так обычно начинались их самые долгие, насыщенные беседы, что занимали всю ночь до того момента, пока он сам либо не уснёт, либо вампир не скажет ему идти спать. — Хочешь поговорить об этом? — спросил он, и уголки губ остались приподняты. — А, что насчёт тебя? — вдруг спросил Дио, широко раскрыв глаза, глядя на него. — Я только за, — ответил Энрико. — Неужели... это твоё лучшее воспоминание? Всё? Когда у нас есть... нечто большее, — прошептал вампир, сжимая его руки и приближаясь ещё ближе. — Ч-что? Ты… ты такого не говорил... — пробормотал Пуччи, опешив. В глазах потемнело. Дио размывался, превращаясь в силуэт, а потом вовсе исчез в кромешной тьме.

---

Энрико распахнул глаза. Полутьма. Вода. Первое, что он почувствовал — страх. Он тонет. Он судорожно взмахнул руками, пытаясь плыть вверх, к тусклому свету, еле пробивавшемуся сквозь толщу. Вокруг — тёмно-синяя бездна. Он считал нечётные числа про себя, лишь бы не паниковать, лишь бы сохранить сознание. Но страх накрывал, как пелена. Тьма будто тянулась к нему, сжимая и опуская всё глубже. Вдруг что-то схватило его за ворот, резко дёрнуло и прижало к себе. Он попытался отбиться, звал стенд — но ничего не вышло. — Эй... Кто-то уверенно, но мягко повернул его к себе лицом. Пальцы коснулись подбородка, заставляя смотреть в глаза. — Успокойся. Ты можешь дышать здесь. Вместе со мной, вдох... и выдох... — проговорил бархатистый, спокойный голос. Пуччи широко распахнул глаза. Вода не жгла. Он дышал. Дышал… ею. Медленно, растерянно, он начал следовать инструкции. Но дыхание сбивалось от слёз, поднимавшихся вверх к свету, соскальзывая с его глаз. Я во сне? Я точно сплю... — Дио... — прохрипел он, голос сдавило комом.