Обещание верности

---

Энрико уже успокоился, но всё ещё держался за Дио так крепко, будто тот мог исчезнуть в любой момент и снова оставить его… надолго. Он слегка отстранился — лишь настолько, чтобы заглянуть в глаза вампиру, но тот смотрел куда-то вглубь океана, сосредоточенно, без всяких эмоций. Держал его поближе, скорее для вида… Пуччи на мгновение посмотрел вверх, туда, где мягкий, приятный свет становился всё ближе — почти рядом. В груди разливалось какое-то тихое, нежное умиротворение, пока они поднимались всё выше, в синеву. Но он снова взглянул на того, кого обожал уже двадцать лет... — Ты не рад меня видеть? — спросил Энрико совсем тихо, коснувшись его холодной щеки. Нет, он хотел спросить совсем другое: «Ты всё ещё любишь меня?» — но не решился. Он знал, что больше не юноша, ему уже за сорок… но и не сказать, что он сильно изменился. Хотя… вдруг это именно то, что отталкивает Дио? — Рад. Но давай все вопросы потом… когда доберёмся наверх, — сразу ответил Брандо. Энрико тихо поджал губы, видя, насколько тот сосредоточен на цели. Ну и пусть. Главное — он рядом. Он нежно провёл пальцами по щеке вампира. Как же сильно ему хотелось поцеловать его… как тогда, ощутить это ледяное, но ласковое дыхание, почувствовать, как тот сминает его губы, соблазняя...

---

Тихий, хриплый выдох сорвался с его губ — то ли от того, что они спустились с небесных вершин удовольствия, то ли от этого прикосновения. Рай ли это, о котором говорил Дио? Или грех? Хотя... он и так уже грешен. Дио стал для него богом, затмив самого Господа. Энрико почти видел, как стоит на коленях перед алтарём, моля о прощении за всё… но перед кем? Ведь Дио для него — и Бог, и алтарь, и церковь, и ложе... Он поднял взгляд. Теперь не в потолок, а на вампира, что навис над ним. Тот не запыхался — как всегда, холодный. Его золотистый взгляд сцепился с карими, почти чёрными глазами Энрико. Дио медленно подался вперёд, мягко коснувшись его губ, чувственно скользнув языком по нижней губе. Энрико не сдержал вздох, зарываясь пальцами в мягкие, чертовски шелковистые светлые волосы. Поцелуй оборвался с лёгким причмокиванием. Дио прижался лбом к его лбу. — Останься со мной этой ночью… не уходи, — прошептал он. Энрико сглотнул. Между ног было так влажно после всего этого, что хотелось свести колени, но широкие бёдра вампира не позволяли. Его невинность была отдана — не отнята. Он позволил этому случиться. Не оттолкнул. И Дио не настаивал… Всё произошло так, как должно было произойти. Он хрипло выдохнул, когда тот прижался губами к его шее. — Останусь… — так же тихо, хрипло пробормотал он.

---

Энрико невольно потянулся вперёд, почти коснувшись губ вампира — но тот вдруг отпрянул. Мужчина почувствовал, как сердце пропустило удар. Слишком резкий, болезненный. Будто оно упало вниз, в самую тьму синевы, и утонуло… — Я… стал тебе противен? — едва слышно прошептал Пуччи. — Дио, только скажи слово, я всё пойму... Он смотрел на него с ожиданием, что казалось вечностью. Вампир молчал, всё ещё глядя вверх — и от этого становилось только больнее. Он делает всё не так... — подумал Энрико. — Обнимает не так, говорит не так… Не так... — Дио… — снова позвал он, немного настойчивее, но всё так же тихо. И вдруг — будто облик перед ним дрогнул. Что-то изменилось. — Это… ты ли?.. — прошептал Энрико, не отрывая взгляда. Дио резко обернулся, глядя прямо на него. И в тот же миг его лицо… исчезло. Словно снята была маска. Как только Пуччи заподозрил ложь, всё вокруг пошло прахом. Перед ним был совсем другой человек — молодой парень с короткими каштановыми волосами и голубыми глазами. Энрико резко оттолкнул его от себя. Сердце забилось так бешено, что заложило уши. Он уже не слышал шума воды. Тьма подступала… но совсем близко мерцал и свет. — «Не может быть… не может быть…» — тихо думал про себя Энрико. Тьма из глубины тянулась к нему всё стремительнее, не уступая бешено колотящемуся сердцу. Незнакомец в белом одеянии, что предстал перед ним вместо Дио, ухватил его и одним рывком потащил наверх. Его резкие движения разрезали воду — он плыл к «их» цели. Как только они вынырнули, Энрико резко закашлялся, пытаясь вытолкнуть из лёгких всю воду, которой он дышал, пока был в глубине. Глаза ослепил яркий свет — то ли белый, то ли золотистый. Он пополз по мягкой, неизведанной поверхности, кашляя и тяжело дыша, потирая глаза. Когда дыхание выровнялось, он поднял взгляд… Он сидел на чём-то пушистом и белом — на земле? Это было странно. Перед ним стоял тот самый парень, что до этого каким-то образом принял облик Дио. Вокруг сиял ослепительный свет, но тревоги не было — будто он вовсе её лишился… — Ты… — тихо проговорил священник, поднимаясь на ноги, — как ты… — он тут же запнулся. Какой смысл спрашивать «как»? Стенд? Иллюзия? Уже не важно… — Зачем? — Проводник, — ответил тот сразу. —Именем наделён я — Кевин. Ты должен был довериться мне, и я стал тем, за кем ты бы пошёл, не раздумывая. Мне нужно было уберечь твою душу... — Куда… и зачем? — спросил Энрико тихо, чувствуя, как к глазам вновь подступают слёзы, но он сдержал их, глубоко выдохнув. — Твоя душа прошла короткий путь — тебе повезло избежать испытаний. Прости, если обидел… то существо было тебе дорого, — мягко сказал Кевин, слегка склонив голову. — Небеса. Там твоё место. Он говорил совсем по-другому. Небеса... — разве не здесь он в детстве представлял, что окажется после смерти? Но Энрико мог это принять. Хотя за ним были грехи… Простил ли их Господь? Возможно. Или… Был ли Он вообще? Религия говорила одно, но реальность, похоже, была иной. Он мотнул головой, отгоняя лишние мысли: не сейчас... — А… — с дрожащим выдохом начал он, — Дио там? — спросил почти шёпотом, с робкой надеждой. — Не могу знать… Пойди и узнай сам, — ответил Кевин, указывая ладонью на вход. Он напоминал водопад — но без звука. Открытый, благословенный, этот проход был знаком доброй воли. Энрико тяжело выдохнул, повернулся к входу и уставился на него. Неужели… это случилось? Он поджал губы. Только бы Дио был там… только бы ждал.

---

Дио залился тёплым смехом — впервые за сто лет, проведённых на дне океана. Они говорили о Рае — в его тёмно-кровавой спальне, немного выпив вина. Энрико рассказывал, каким представлял рай в детстве, когда засыпал… — Может, в этом у нас есть что-то общее, — тихо заговорил вампир. — Моя мать тоже рассказывала мне о подобных вещах, когда укладывала спать… об ангелах, небесах, мягких облаках… о Боге, — проговорил он, проводя рукой в воздухе — будто в шутку с лёгкой тенью загадочности. Энрико тихо усмехнулся. Он положил подбородок на обнажённую грудь Дио, глядя на него с интересом — ждал продолжения. Вампир тихо фыркнул, отвернулся, но снова посмотрел на юношу. — Не выпрашивай. Хочешь узнать больше — дай мне время... Энрико чуть заметно вздохнул — может, немного разочарованно. Его тут же мягко погладили по голове, и он улыбнулся, прижавшись к вампиру. Дио удивлённо приподнял бровь, но в уголках губ мелькнула полуулыбка. — Какой же ты нежный, мой мальчик… — пробормотал он. Но продолжил — тихо, спокойно, как бы никуда не торопясь: — Она рассказывала мне всё это… а я лишь слушал, не особо веря. Не знаю почему. Думаю, я бы скорее поверил в сказку, чем в Бога. Видимо, мой детский разум иначе всё воспринимал, — произнёс он, не переставая гладить Энрико по голове. — У каждого это по-своему, — тихо отозвался Энрико. — Но знаешь… если всё это правда… Если я умру раньше, чем ты… или… — он запнулся, — не знаю, как оно будет, но… Я буду ждать тебя там. Сидеть где-нибудь на краешке и ждать. — закончил он почти шёпотом. Дио тихо рассмеялся — будто не поверил. Или не захотел поверить. — Правда? — усмехнулся вампир, глядя в глаза. Он повернулся к Энрико, обняв его меньшее тело, прижимая к себе. Его взгляд был пристальным, внимательным. — Как я могу врать тебе о таком? — прошептал юноша, не отводя взгляда. Вампир долго смотрел, будто ища ложь, насмешку, хоть тень сомнения… Но Энрико был до тошноты искренним. Дио чуть улыбнулся и внезапно склонился к его уху. — Знаешь… я не надеялся, что когда-то стану кому-то нужен. Нужен — больше, чем просто для желания. Если я проиграю Джотаро… Буду ждать тебя там. Хоть вечность.