Открытый финал

      Фиа́ско — абсолютная и унизительная неудача, провал.                                       *   *   *            — Скоро уже наш выход! — Навия, запыхавшись, вбежала в гримёрку.       Они с Кавехом прятались от директора, чтобы он не вытащил их на съёмки раньше положенного. Вполне возможно, что он решит убить двух зайцев одним ударом и заставить профмоделей пока посниматься для какой-то коллекции. Навии было просто лень, а Кавех понимал, что если его отправят на дополнительную съёмку сейчас, то он попросту не вытянет кастинг. Потому оба сидели в дальней комнате, и Навия периодически бегала проверять стажёров. Девушка уселась на диванчик рядом с другом и задумчиво произнесла:       — Как сейчас помню, что тоже проходила кастинг. У меня уже было достаточно опыта, но сложности это не уменьшило! Так жалко стажёров... — Навия повернулась к Кавеху и хитро улыбнулась. — А ты как это испытание прошёл?       — Я не проходил... — парень попытался вспомнить что-то подобное, но в голову лезли только воспоминания в качестве «преграды для стажёров», а не «испытуемого». — Я как-то поднялся без него.       — Вот везунчик! Таких мучений избеж-...       — Кавех, Навия, вас ищет директор! У нас следующий этап. — Дверь распахнулась, и на пороге появилась девушка — одна из визажистов...       ...Каждая съёмка со стажёрами была сюрпризом. Ведущим моделям не давали списки с прошедшими в предыдущих этапах, и они не знали, с кем конкретно будут сниматься. Впрочем, если Навия болела за каждого встречного, Кавеху было по барабану. Неплохо только, если бы тот сероволосый парень прошёл... И то, Кавех беспокоится за Аль-Хайтама только потому, что он правда неплохой человек, а таких в агентстве по пальцам пересчитать.       — Смена! — сказал директор, и Навия вышла из кадра, оставив юную стажёрку.       Кавех вздохнул и поднялся. Начинается, наверное, его самый сложный день в каждом полугодии. Ещё бы — съёмки, съёмки, съёмки с перерывами максимум минуты три... К тому же у него сейчас и так не лучшее самочувствие, а когда постоишь ещё немного без кислорода, будет в сто раз сложнее. Кавех искренне не понимал, для чего этот кастинг: чтобы выбрать лучших стажёров или испытать их с Навией на прочность...       А съёмка с каждой новой юной моделью давалась всё труднее. Светловолосый старался не обращать на стажёров никакого внимания, пока Аякс не скажет, к примеру, встать ближе. Стажёры же, наоборот, всё время пялились на него. Всем было интересно сняться с лицом агентства и объектом всеобщей зависти. Девушки жались ближе к Кавеху, даже когда их об этом не просили. Парни же вели себя демонстративно холодно. Светловолосый думал лишь о том, почему они воспринимают его не как этап, а как конкурента.       ...После фотосессии с десятой моделью голова разболелась с удвоенной силой. Когда время вышло, Кавех чуть пошатнулся, однако его тут же взяла под руки Навия и потащила на диван. Подруга уже знала, что ей время от времени придётся откачивать напарника, иначе ему влетит от директора, который и так, кажется, его недолюбливает. Впрочем, их отношения известны только самому Кавеху.       Когда Навия вновь заменила парня, он поднял уставший взгляд. Сердце окатило лёгкое чувство облегчения, когда Кавех увидел в кадре Аль-Хайтама. Сегодня тот выглядел по-другому, но всё равно довольно эффектно. Он уверенно держался рядом с Навией и казалось ничуть ей не уступал. Посмотрев на сероволосого однажды, Кавех не смог оторвать взгляда и внимательно следил за съёмкой, вслушиваясь в едкие комментарии директора. Хайтаму будет сложно угодить Аяксу после того, что он высказывал ему... А всему виной Кавех. Нет, на этот раз он не посмеет испортить своими проблемами репутацию Аль-Хайтама.       И когда наконец-то настала очередь блондина, он собрался с духом и вышел на площадку. Хайтам с лёгкой улыбкой посмотрел на него и тихо сказал:       — Привет.       — Здравствуй, — ответил Кавех одними губами.       — Повернитесь друг к другу спиной и встаньте прямо! — скомандовал Аякс. Парни быстро заняли правильные позиции. — Аль-Хайтам, положи голову на плечо Кавеха, нам нужен живой кадр. Начали.       Вспышки камер на мгновение заполнили собой всё. Но Кавех думал лишь о том, что их с Аль-Хайтамом разделяет слишком маленькое пространство. С другими моделями на съёмке он почти физически не взаимодействовал, лишь стояли рядом. Не касались друг друга. А тут директор попросил встать в такие позы, в которых фотографируются модели, уже много съёмок пережившие вместе... Однако вскоре даже мысли об Аль-Хайтаме покинули голову Кавеха. Он почувствовал резкую боль в лёгких и слишком острый дефицит кислорода, который было невозможно терпеть. Голова закружилась, а в глазах потемнело до такой степени, что даже вспышки света уже не были видны. «Нет... Только не сейчас... Я не могу испортить всё именно в паре с ним!» — но судьба не услышала просьбы Кавеха. Она решила подкинуть очередной сюрприз и опять сыграть на его чувстве вины.       Светловолосый отшатнулся от Хайтама — сил стоять ровно уже не было. С каждым судорожным вздохом становилось всё хуже. Последнее, что парень почувствовал, — это то, что его крепко схватили за руку и притянули к себе. Дальше — темнота.                                       *   *   *         Не стоит удивляться тому, что Аль-Хайтам с лёгкостью прошёл первые этапы, несмотря на все придирки «модных экспертов». Он знал, что приносит неплохие деньги агентству, и за бортом его точно не оставят. По крайней мере, пока юноша уверенно идёт к пику своей популярности. Не в интересах Аякса убирать одного из самых одарённых стажёров... Но волнение всё равно не покидало подростка. Было ощущение, что всё идёт слишком просто и прекрасно, чтобы завершиться тем же результатом. Оставалось всего несколько этапов, и один из них — совместная съёмка с опытными моделями. Тут тоже надо не подкачать, чтобы на фоне их не выглядеть слабо... В свой законный выходной надо было подниматься рано, как бы ни хотелось поваляться в постели подольше... И пришлось топать в агентство.       После череды таких же, как и в прошлые этапы, посещений визажиста и стилиста, Аль-Хайтам уже стоял в общем зале. Очередь была заметно меньше, чем вчера. К тому же повезло — он пришёл одним из первых, оттого смог занять место ближе к середине, чтобы отфоткаться пораньше. С приходом генерального директора стажёры сразу занервничали и собрались в кучки, тревожно перешёптываясь...       — ...Снято! Кавех, твоя очередь.       Когда с места поднялась вторая ведущая модель, настроение сразу стало лучше. По правде говоря, почти только ради этого он пришёл. А ведь на фотосессии они будут очень контрастно выглядеть... И в целом мысль о том, чтобы сняться вместе с Кавехом, несколько дней назад промелькнула лишь в голове. А теперь воплотилась в реальность.       После слов генерального директора Аль-Хайтам положил голову Кавеху на плечо, чувствуя, как мягкие белые волосы ложатся на его серые. Первым порывом было отвлечься и поддаться навязчивым мыслям, но лишний раз дёргаться нельзя. Только Хайтам чуть потянулся, чтобы положить свою руку на тыльную сторону бледной ладони, как вижуал качнулся в сторону. Ровно в следующую секунду Кавех потерял равновесие...       — Кавех? — Первым неосознанным порывом было схватить модель за руку. Аль-Хайтам словил его и прижал к себе, предотвращая оглушительное падение на паркет. Взяв Кавеха за плечо, юноша заглянул в безжизненное лицо. Впервые настолько близко. Губы посинели, кожа была просто мертвецки бледной, и казалось, будто юноша практически не дышит. Съёмку прекратили в мгновение ока, как сразу дошло — тот в обмороке от недостатка кислорода. — Дайте маску! — испуганно повысил голос подросток и тут же выхватил её у одного стилиста.       В следующие секунды Хайтам действовал будто во сне, чисто по интуиции. Опустившись вниз, аккуратно положил голову Кавеха к себе на колени и пусть быстрым, но аккуратным движением коснулся тонкой кожи, смахнув светлые волосы в сторону. Покрутив в руке кислородную маску, кажется, минимально разобрался в её устройстве и надел её юноше на лицо, заправляя лямки за уши. Воздух привычно зашумел — значит, она заработала. Ещё немного Аль-Хайтам рассматривал лицо Кавеха. Насколько же тот выглядел уставшим... Пусть и с косметикой. Но даже она не смогла скрыть его измученный вид, тем более сейчас.       В моменте вспыхнула злость. На персонал, который ни слова не пытается замолвить о том, что модели плохо, и на директора. О да, на Аякса. Он явно не первый раз доводит парня до такого состояния. Это... Это уже абсолютно ни в какие рамки не шло! От шока продолжало бить дрожью руки. Аль-Хайтам приобнял Кавеха за спину. Стоило волнению отступить — стажёра сразу вернуло в реальность: вокруг толпились другие подростки, шумели, как и стафф, часть даже снимала на телефоны происходящее.       — Господин Аякс, вы... Почему ваши модели падают в обморок прямо на рабочем месте?! Вы же его замучали!       — Не тебе решать, замучал я Кавеха или нет! — рявкнул и так взвинченный директор. — Он работает в тех условиях, которые возможны с его состоянием. Придёт в себя — и продолжим съёмки, в чём проблема?!       — Вы никогда в обморок не падали? Да человека ещё минут пятнадцать трясти будет! В таких условиях работать вообще никто не захочет. Принесите кто-нибудь воды, — Хайтам повернулся к кому-то из подростков, и одна из девушек ринулась к персоналу.       — Вот именно! — к Хайтаму неожиданно подключилась Навия. Та встала рядом, сложив руки на груди. — И нас вы муштруете, пока мы с ног от усталости не повалимся. Только ради эффективности!       — Не ведущие модели, так начинающие. Вы их тоже так проверять на прочность будете? В обмороки изводить? — юноша метнул гневный взгляд в сторону остолбеневшего Аякса. — И я, и другие работники хотят работать в комфортных условиях. А не в таких, где жертвуют вашим состоянием и здоровьем. Вы просто не имеете права это забирать. — Последнюю фразу Хайтам сказал ледяным тоном, тише, будто обращаясь сейчас только к Аяксу.       Стажёры, стоящие за ним, зашумели сильнее. Тут и там лились возгласы: «Мы хотим работать в достойном агентстве!», «Права всех моделей должны уважать, это ведь неоспоримый факт!», «Он правду говорит, я не хочу страдать ещё и на работе. Послушайте вы Хайтама!»       — Тихо! — прикрикнул Аякс, развернувшись к взбунтовавшимся подросткам. Все сразу затихли и спрятали камеры, что не ускользнуло от пристального взгляда мужчины. — Быстро выключили видео. Если я узнаю, что эти записи попали в сеть, то вы вылетите отсюда сами со скоростью света. Понятно? Никто никого мучить не собирается, я дам Кавеху досниматься в кислородной маске! Прекратили галдёж.       Хайтам облегчённо выдохнул после речи директора. Одумался, неужели... И года не прошло. Всего лишь нужен был показательный случай на глазах у остальных — и Аякс теперь просто не мог закрывать глаза на очевидные вещи другим и дальше.       — Умница! — одними губами прошептала Фурина, радостно выпрыгивая из-за спины разозлённого мужчины. Она подняла телефон выше — так, чтобы это видели только люди на фотозоне, — и полистала галерею. Столько фоток, где он держит Кавеха за руку... Где убирает ему волосы за ухо... Вот чёрт. Юноша хотел уже было показать ей средний палец, но вовремя ощутил давящий взор Аякса и убрал руку обратно. Не хватало ещё ему в лицо факом ткнуть, как бы ни хотелось..                                       *   *   *            Кавех слабо пошевельнулся. Странное чувство... Так тепло... Это был сон? Обморок в центре всеобщего внимания — лишь кошмар, да? Он не испортил фотосессию и сейчас проснётся в тёплой кровати с осознанием, что кастинг ещё даже не начался... Парень почувствовал, что чьи-то руки приобнимают его, прижимая к себе... Чьи-то руки... Светловолосый резко открыл глаза и увидел склонившегося над собой Аль-Хайтама. Кавех резко повернул голову. Взгляды стажёров были направлены на них, гендиректор же стоял в стороне и очень недобро смотрел в сторону парней. Тут-то до него дошёл весь ужас ситуации. Это был не сон. Он правда свалился в обморок прямо на фотосессии с человеком, перед которым меньше всего хотел опять проявить слабину. Из-за него съёмки приостановлены. Все вокруг только и ждут того, что он очнётся. Волнуются. Это видно по глазам стажёров. Их мнение о ведущей модели агентства поменялось. От заносчивого и самолюбивого образа не осталось и следа — он превратился в их глазах в маленького, слабого ребёнка... Нет. Нет, этого ни в коем случае не должно было произойти!       В глубине души Кавеху хотелось подольше находиться в таком согревающем тепле сероволосого... Но он не был этого достоин. Аль-Хайтам, небось, уже разругался с директором из-за него и ещё больше подпортил себе репутацию в глазах Аякса. Теперь Кавех уж точно не позволит себе даже смотреть в сторону подростка. Чувство вины просто сжирало парня изнутри.       Пока Хайтам чуть ослабил хватку, блондин попытался подняться. Встал-то встал, но голова вновь закружилась со страшной силой. Кавех вновь почувствовал, что Аль-Хайтам взял его за плечи, чтобы тот не свалился на ледяной пол. Вижуал ощутил ужасную тревогу от этого прикосновения, но делать было нечего. Вновь грохнуться и окончательно стать объектом всеобщей жалости — было выше его сил.       — Кавех, тебе лучше сесть, — осторожно произнёс Аль-Хайтам, встревоженно глядя на светловолосого.       — Я уже в порядке, не беспокойся, — Кавех пытался говорить как можно увереннее, но голос всё равно подрагивал. Парень посмотрел в сторону гендиректора и стажёров и по привычке склонил голову в полупоклоне. — Извините, я виноват, что не уследил за своим состоянием. Это больше не повторится. Ещё раз простите меня за то, что вам пришлось приостановить съёмки из-за сложившейся ситуации.       Стафф и остальные модели что-то одобрительно забормотали, мол: «Ты не виноват», «Всё хорошо» и т.п. Аякс молчал, продолжая смотреть на Кавеха холодным взглядом. Светловолосый собрал всю выдержку в кулак и мило улыбнулся в знак того, что ему уже намного лучше.       — Можем продолжить фотосессию? У нас же ещё осталось время на съёмку этих двоих, — спросил кто-то из операторов у директора. Тот лишь коротко кивнул.       — Кавех, ты точно не хочешь... — начал Аль-Хайтам. Теперь он стоял напротив парня.       — Говорю же, я в полном порядке! Это лёгкое недоразумение, — соврал Кавех. Он не в порядке. Ещё одна такая съёмка — и будет что-то похуже, чем обморок. Но ситуация безвыходна. Любой его шаг вызовет тревогу у окружающих, в особенности — у Аль-Хайтама. Светловолосый медленно потянулся к лицу, чтобы снять кислородную маску, но вдруг его схватили за запястья.       — Не надо. Я убедил директора разрешить тебе досниматься на кастинге в ней, — шёпотом произнёс Хайтам.       От сердца заметно отлегло. Неужели Аль-Хайтам действительно так далеко зашёл?.. Директора почти невозможно переубедить, и для него внешность моделей всегда была важнее здоровья. А тут — такое... Кавех даже не представлял, какого это — сниматься без чувства удушья и частых перерывов. Уж на кастинге Аякс бы точно не пошёл на такое. Но Хайтам, верно, был очень убедителен... Странный он какой-то. Но как ни крути, Кавех ему безумно благодарен. И обязательно нужно отплатить подростку в ответ чем-то хорошим.       «Теперь не выйдет избегать... Я ему вновь обязан. Но как мне, чёрт возьми, общаться с таким внимательным человеком, как он, и скрыть самое важное?» — с горечью подумал парень.       — Спасибо, — ещё тише ответил Кавех. Он на шаг приблизился к Хайтаму под предлогом того, что ему нужно было снять свой волос с одежды парня. — Если... твоё предложение ещё в силе... Я согласен с тобой «познакомиться». Но много от меня не жди. — И он, как ни в чём не бывало, развернулся к стаффу. — Мы готовы, можете начинать. Я компенсирую эту заминку.       Аль-Хайтам промолчал, лишь довольно улыбнулся и кивнул. Конечно, всё было ещё в силе. Он не стал бы так просто отрекаться от своих слов. В этой ситуации — тем более. Модели, как ни в чём не бывало, тут же развернулись к объективам, продолжая позировать. Удивительно, но с каждым щелчком камеры, с каждым новым взглядом стажёров и стаффа на юношу тот чувствовал себя лишь увереннее. Будто этот случай зарядил его большей решимостью — показать остальным моделям и, конечно же, директору, что от него так просто не отделаются.       ...А отделаться ведь действительно не получилось. Без регулярных перерывов вижуала съёмка пролетела так быстро, что Аль-Хайтам опомнился лишь на моменте, когда директор просматривал фотографии стажёров с моделями и штамповал фразами «прошёл» — «вылетел». Кавех с Навией тоже сидели неподалёку, внимательно посматривая на напряжённого директора. К слову, генеральный директор уже минут пять смотрел одни и те же фотки, будучи готовым буквально сыпать проклятиями. И Хайтам догадывался, из-за чьих именно фотографий он так переживает.       — Стажёр Аль-Хайтам, — имя было выплюнуто Аяксом с какой-то явной досадой, — проходишь в следующий этап. Но если ты ещё раз бросишь мне подобный вызов...       Аль-Хайтам довольно поднялся с места и направился к Кавеху, что сидел на диванчике в полуобъятиях Навии, явно думая о своём. В голове парня созрел кое-какой план.       — Кавех, — стажёр сложил руки на груди, останавливаясь рядом с ним. — Я же знал, что ты не будешь против со мной познакомиться. И, чтобы это состоялось, я себя мотивирую... В общем: завтра последний этап кастинга, и если я его пройду, то подойду к тебе и мы поболтаем. Ты завтра ведь в агентстве?       — В агентстве? Да... Утром и до часу дня где-то, — Кавех неловко поднял взгляд. — Тогда буду ждать. Удачи, Аль-Хайтам.       От обаятельной улыбки блондина внутри всё просто растаяло. Он редко кому улыбался искренне. Довольно кивнув, юноша пошагал обратно к своему месту. Вот и случилось то, чего Хайтам так добивался эти дни. Кавех, оказывается, тоже не смог перед ним устоять, а ведь первое время выглядел таким недотрогой... На деле нужно было просто найти правильный подход. Только вот почему он так рвётся познакомиться с главной моделью?                                       *   *   *      ⠀⠀Последний этап отборного кастинга. Самый ужасный и самый мучительный — лично для Хайтама. Он не спал всю ночь, ворочался с боку на бок, раза три ходил выпить зелёного чая, чтобы наконец-то успокоить нервы... Пришёл в модельное агентство весь помятый и вымотанный, поспавший часа три от силы и уже не настолько уверенный в том, что пройдёт. Стажёр ненавидел подиум всей душой. Терпеть не мог. Если в фотозоне — спокойная атмосфера, ты находишься только под вспышками камер и редкими взглядами персонала, стоишь в основном в одной позе, то хождение по подиуму заставляло полностью выходить из зоны комфорта. Стажёр был будто на всеобщем обозрении, как на сцене, где его сжирали взглядами и следили за каждым его движением, за каждым шагом. Даже под ноги себе смотреть было нельзя — строгий взгляд, строго прямо. Вылизанные до блеска движения и ни единой ошибки.       Такой же помятый, только уже морально, Хайтам отправлялся на последний этап кастинга, словно на линчевание. Конечно, он даже вчера ещё два часа занимался... Но чувство, что он недостаточно отточил свои навыки, просто съедало.       — Приве-ет! Что с мордочкой? Опять распереживался? — Фурина, которая уже словно ждала его в холле, набросилась на друга и начала тянуть его за щёки.       — Рина? — Хайтам опешил от такого приёмчика, поспешно делая шаг назад. — Отъеби-ись!       — Ха-ха, ты такой смешной!! Ладно, зато у тебя щёчки теперь красные. Пиздец какой бледный, — девушка всё же убрала руки.       — А ты тут, я вижу, самая радостная...       — А то! Я по подиуму хожу как богиня. Уж в этом этапе не сомневаюсь, что пройду. Пойдём?       — Блять, завидую... — парень вздохнул. — Пошли.       И Фурина потащила Аль-Хайтама к большому залу, где и располагался подиум, по пути не переставая болтать. Там уже собрались остальные прошедшие стажёры, коих осталось около шестнадцати, и перешёптывались. Неподалёку стоял директор.       — Стажёры! — в середину небольшой зоны, где стояли все подростки, вышла менеджер с объявлением. — Сейчас вы должны будете показать, как умеете ходить по подиуму. Я не буду иметь права вам подсказывать. Вы будете выходить как на показе мод, один за другим, а генеральный директор будет оценивать вашу походку. Таким образом, у вас есть всего одна попытка. Начали! — И девушка резко хлопнула в ладоши.       Стажёры засуетились; кто успел, тот занял место у визажиста, буквально соревнуясь за заветные кресла перед зеркалами. Времени на подготовку было немного. В числе первых, занявших места, был и Хайтам. Он попал в руки к абсолютно неизвестной ему визажистке, которая, тем не менее, работала с макияжем очень быстро. Даже молниеносно. Потом всё пошло привычно — чёрно-белый комплект одежды у стилиста и укладка волос. И вот подростков строит друг за другом уже сам директор.       — Аль-Хайтам! Вперёд, — голос Аякса буквально вырывает подростка из своих мыслей. Тот растерянно поднимает взгляд и нехотя продвигается к мужчине. — Быстрее! Выйдешь самым первым. За тобой Скарамучча. После Фурина, и...       Первым?! Это просто немыслимо! Директор ведь специально, опять ему козни строит... Использовать очередь как повод для того, чтобы Хайтам замешкался, и всё сбилось! Тогда и получится исключить его «за дело».       — Было бы только к чему прикопаться, — тихо прошипел Аль-Хайтам себе под нос, когда директор ушёл в конец очереди. Он бросал тревожные взгляды на проход. Буквально пройти два шага, затем повернуть вправо — и дальше подиум. Юноша полностью заучил, сколько шагов ему потребуется, чтобы дойти до конца. Даже то, какой длины они должны быть. Как правильно ставить ногу, как фокусировать свой взгляд, в каком положении держать руки, плечи...       Одна секунда. Две. Глубокий вдох и выдох... Как будет, так пусть будет. Он справится.       — Пошли! — и громкий хлопок где-то рядом.       Хайтам мигом разлепил глаза, подождал секунду и сделал всё, как нужно было — два шага вперёд, поворот вправо и далее. В глаза начало бить освещение, захотелось завернуть обратно, сбежать с этой импровизированной сцены, но Хайтам не замешкался ни на секунду. «Один». Шаг. «Два». Шаг. «Три». Шаг. «Четыре». Шаг. Держать взгляд впереди. Взгляд ровный. Край платформы через три шага. Раз, два, три. Поворот влево. Обратно... Сердце билось в бешеном темпе. Но руки даже не дрожали, и ноги не подкашивались — тело удивительно хорошо слушалось, до самых мелочей. Не дрогнул даже взгляд. Ещё несколько шагов, и гримёрка наконец будет рядом... Ещё чуть-чуть... Голову прямо держать... Аль-Хайтам дошёл до изначальной точки, разворачиваясь вправо и уходя за подиум. Наконец-то. Юношу всего трясло, перед глазами мутнело, и пришлось даже опереться на стену, чтобы не грохнуться. Он... Смог? Нормально вообще прошёл? А когда результаты?       — Зачтено! — отрапортовал голос у подиума, и сердце пропустило удар. «Зачтено»?.. Так, значит, результаты оглашаются сразу? Хайтам прошёл.