Локи, оставь торт в покое!

Зал столовой в ТВА, как всегда, пах чем-то непонятно-теплым и универсально-съедобным. Агент Кей что-то бубнил над своим подносом, а парочка аналитиков спорила у кофейного автомата, который снова выдавал эспрессо только по нечетным дням. В этой серо-бежевой стабильности всё шло по расписанию — пока не раздался хлопок двери, и в помещение влетел он. Локи. В мятой рубашке аналитика, волосы растрёпаны, в руке — пластиковый стакан, в другой —... ложка? Нет, пробирка. — Мобиус! — закричал он так, будто объявлял конец света или новый вариант мира, где утки правят вселенной. Мобиус, который только-только уселся за стол, выдохнул. Его поднос был собран тщательно, как миниатюрная экспозиция стабильности: скучный бутерброд, чашка с чаем, и — вишенка на вершине — его лаймовый десерт. Идеально зелёный, с лёгкой глянцевой коркой и аккуратной ложечкой сбоку. Локи рванул к нему, подскользнулся на чём-то липком, скорее всего — на остатках печеньки Кей, но чудом не уронил пробирку. Он резко уперся руками в стол Мобиуса и с торжествующим блеском в глазах прокричал: — Слушай! Если вложить энергетический импульс в зону временного каскада ДО и ПОСЛЕ события, а не ВО ВРЕМЯ — тогда теоретически можно избежать ветвления! — Локи…— Мобиус даже не посмотрел на него, просто медленно поднял ложку, погружённую в десерт. — Я ем. — Подожди, подожди, это важно! — Локи перехватил ложку быстрее, чем агент успел моргнуть, и вонзил её в лаймовую поверхность. Он начал тыкать ею в разные стороны десерта, как будто это была модель мультивселенной. — Вот представь, вот здесь — взрыв, тут — наше появление, и если мы проведём вмешательство здесь, то… — Локи, оставь торт в покое! – Мобиус всё-таки посмотрел. Взгляд был усталый, выстраданный, с привкусом разбитых надежд на десерт в тишине. — Это не торт, это визуализация! — Локи вонзил пробирку прямо в десерт, и зелёная масса тревожно задрожала. — Это была моя визуализация пятничного кайфа... — пробормотал Мобиус. — Но теперь это путь к спасению временной линии! — Локи торжествующе поднял ложку с кусочком. — Смотри, если ты здесь — как наблюдатель, и катастрофа происходит вот тут — ничего не меняется, потому что ты в ней уже… — Локи. — ...но если ты вмешаешься — тогда… — Локи! — …все линии… — Ты съел весь торт. Пауза. Локи обернулся, посмотрел на пустую тарелку. Промычал что-то невнятное, как будто он только что потерял не просто десерт, а часть души. Потом облизал ложку. — Ты же знаешь, что ради науки иногда надо жертвовать… вкусным. Мобиус глубоко вдохнул. Медленно отодвинул поднос. — И что теперь, гений временного пирожного? Локи выпрямился, расправил плечи, его лицо озарилось озарением: — Теперь нам надо в архив. Есть вероятность, что теория работает только с пудингом. Лимонным. Или… карамельным. Нужно проверить все. Ради… стабильности. Мобиус встал. Он уже знал, что это будет долгая ночь. Очень долгая. С пудингом. И без десерта. — Локи, — начал он с той особой интонацией, которую обычно применяют к котам, сбросившим вазу, — тебе когда-нибудь приходило в голову, что Вселенная не нуждается в том, чтобы ты на ней что-то показывал? — Мобиус, — важно ответил Локи, зализывая остатки лаймового крема с ложки, — я — воплощение метафоры. Если не я, то кто? Мисс Минутка? — Мисс Минутка хотя бы не ковыряет мои сладости в прямом эфире. Он уже собрал поднос, но было поздно. Локи шёл рядом, как охваченный идеей маньяк, размахивая пробиркой, из которой капала липкая зелёная масса. Похожая на лаймовый десерт. Подозрительно похожая. — Ты понял, да? Если катастрофа уже включена в событийный контур, то любое вмешательство... — ...не приводит к отклонению. Да, ты уже это объяснял. На салате. На моём салате. — Но теперь это подтверждено! Сладко и ярко. Я чувствую — мы на пороге революции! Они проходили мимо охраны. Один из охранников, глядя на зелёную пробирку и взвинченного Локи, инстинктивно положил руку на таймстик. — Спокойно, — сказал Мобиус, не сбавляя шаг. — Он просто в фазе десертного просветления. — Просветление — это путь, — кивнул Локи, не останавливаясь. — А лаймовый мусс — лишь портал. Архивы встретили их холодом и запахом пыльных папок. Пока Мобиус отряхивал куртку от прилипшего крема, Локи уже выстроил на столе новые модели: бумажные стаканчики, ложки, пробирки и подозрительно выглядящий пудинг. — Вот, — сказал он. — Теперь смотри. Мы запускаем импульс здесь... — он ткнул ложкой в пудинг. — Ты снова хочешь испортить еду в научных целях? — Я хочу сохранить временную целостность. И да, еда — жертва, которую я готов принести. Мобиус сел напротив. Взял другую ложку. Медленно зачерпнул пудинг. Очень медленно. Смотрел Локи в глаза. — Только один вопрос. Если твоя теория верна… и я съем этот пудинг до катастрофы, но вмешаюсь потом… — Тогда события стабилизируются в пределах личной реальности. — сказал Локи, затаив дыхание. Мобиус проглотил пудинг. Помолчал. — Хорошо. Тогда следующую модель строим на чизкейке. И чтобы без пробирок, понял? Локи радостно кивнул. — Ты знаешь, Мобиус, ты — лучший партнёр для экспериментов. — А ты — худший сосед по обеду. В углу что-то звякнуло — вероятно, от Локи снова упала ложка. Или мини-вселенная. В ТВА это сложно отличить. — Карамельный следующий? — спросил Мобиус. — Очевидно, — ухмыльнулся Локи. — и на этот раз… с мармеладом.