Summer Inspiration

***

      Охлаждающая салфетка приятно липла ко лбу, даря столь необходимое облегчение. В момент, когда не помогала даже комбинация вентилятора и айс-кофе, Бомгю был готов расцеловать пачку этих спасительных салфеток.       Конец июня, обычно знаменующий начало сезона дождей, в этот раз был иным. Солнце палило так нещадно, что, казалось, дома вокруг плавятся.       — Чёртова погода! — выругивается омега, снимая очки и массируя переносицу. Перед глазами – изрядно надоевший монитор ноутбука с открытым текстовым файлом.       Совершенно пустым.       Университетские каникулы в этот раз начались раньше, позволяя наконец осуществить давно откладываемые планы. Но уже третий день Чхве вглядывается в крупные буквы «Курсовая работа» и не находит сил продолжить.       Бомгю вспоминает ту радость, которую испытал от слов преподавателя, решившего, что все студенты будут писать работу на одну тему.       Интервью с кумиром.       Прикрыв глаза, парень вспоминает:       — Теоретическую часть вы можете посвятить чему угодно: биографии, сфере деятельности, творчеству или карьере вашего кумира. Здесь вы вольны решать сами. Однако практическая часть должна содержать интервью. Причём не вырезанное из чужих статей или услышанное по телевизору, а то, которое вы возьмёте лично. Считайте это вашей первой практикой. Вы также можете обратиться ко мне, чтобы университет помог организовать встречу с выбранным человеком. Только не прыгайте выше головы – на встречу с президентом точно не рассчитывайте.       Воспоминания прерываются, стоит слуху уловить звук оповещения. Бомгю берёт в руки телефон, бормоча, что это лучше, чем сверлить взглядом ноутбук, и в предвкушении закусывает губу.       Новая запись в блоге. В блоге того, кто появлялся так редко, но каждый раз вызывал бурю эмоций.       Нервно постукивая пальцами по чехлу, омега выжидающе смотрит на белый экран загрузки. Как только появляются буквы, брови хмурятся, а взгляд вновь и вновь неверяще пробегает по тексту:       «Извините, но я принял решение завершить свою карьеру. Выпуск «Summer Inspiration» станет моей последней работой. С уважением, Кан Намги».       Когда смысл написанного укладывается в голове, Бомгю пролистывает комментарии. Море грустных смайликов, слов поддержки и понимания.       Экран ноутбука в этот момент словно издевательски гаснет, напоминая о желании посвятить свою работу человеку, который только что собственными руками оборвал эту надежду на встречу.       Впрочем, эта надежда и раньше была призрачной. Кан Намги – писатель, явно использующий псевдоним, иначе в сети давно бы появились хотя бы его фотографии. А теперь он уходит, оставляя все желания Бомгю без исполнения.       Книжная полка манит, вынуждая Чхве подняться и подойти. Знакомые тёмные корешки книг, выполненных в едином стиле, были красиво выставлены ровно на уровне глаз. Но всё внимание приковывало к себе лишь одно имя.       Омега берёт самую первую книгу – самую раннюю и самую любимую. У неё слегка потрёпанная обложка, заменить которую не хватает духу. Ведь это – напоминание о конце его старой жизни и начале новой.       Когда это произошло? Кажется, лет пять назад, когда ему было шестнадцать. Занятые родители участвовали в его жизни лишь по необходимости. В детстве его расстраивало то, как редко папа брал омежку на руки, но в подростковом возрасте он видел в этом только плюсы. Родители выделяли приличные суммы и обеспечивали всем необходимым, а Бомгю не отказывался от этого. Ему нравилось быть тем, в ком нуждались и кем восхищались. Уж лучше он купит новую одежду или потратится на укладку, чем заплатит репетитору. Да и зачем ему вообще был нужен репетитор? Родители редко интересовались его учёбой, но всё равно решили подстраховаться. Когда они сообщили сыну о нанятом преподавателе, Бомгю лишь грустно усмехнулся, вспоминая свой рейтинг в классе. Первый. Они даже не знали, что он всегда был первым.       Поэтому, когда ему начало казаться, что родители никогда не обратят на него внимания, он стал искать это внимание в других. И словно бы стал безотказным.       — Бомгю, одолжишь десять тысяч вон? — Конечно. — Милый браслетик. Подаришь? — Почему бы нет. — Подскажешь, что в пятом вопросе? — Да. — А может, и всю работу за меня решить? — Хорошо. — Бомгю, мы хотим собраться потусить, пойдёшь? — Пойду. — Хочешь выпить? — Давай. — Разделишь со мной сигарету? — Окей. — Может, уединимся там, где нам никто не помешает? — Хорошо.       Он соглашался на всё, что предлагали. Был удобным, искренне считая, что так зарабатывает друзей и желанное общение. Он всегда выслушивал о проблемах других, но никто не выслушивал его. Соглашался, когда просили альфы, но сам неизменно получал отказы. Он был рядом со всеми, но с ним не было никого.       Днём – чёртов отличник, который даёт списать за простое «Спасибо». Вечером – лучший друг для каждого, способный выслушать, опрокинуть вместе несколько бутылок соджу и согласиться на удушающий запах табака. Ночью – безотказный омега, готовый сладко стонать под любым альфой, попросившим о сексе. А утром – вечно одинокий Чхве Бомгю, сдерживающий тошноту от воспоминаний очередных прошедших суток.       — Я устал, — сказал он однажды родителям. И, как ему кажется, это помогло, ведь после этой фразы произошёл его переезд. Но без родителей. Даже из-за тяжёлого состояния сына они не захотели променять родной город на столицу, отправив Бомгю под крыло дедушки.       И это то, за что Бомгю всегда будет искренне благодарен родителям.       Мысли обрывает трель телефонного звонка. Бомгю, не глядя на экран, отвечает:       — Хён, я...       — Надеюсь, ты уже вышел, и мне не придётся ждать тебя на этом пекле лишние минуты, — омега слышит, как по ту сторону тихо выдыхают. — Иначе твой любимый Ёнджун-хён покажет себя с плохой стороны.       — Почему я тоже должен идти? Это ведь твоё свидание.       — Спасёшь меня от возможного маньяка, скрывающегося за фотографией милого альфы, — на эти слова Бомгю лишь разочарованно выдыхает. — Мы договорились, что сегодня каждый придёт с другом, так что ты мне нужен.       — То есть теперь мы будем спасаться уже от двух маньяков? — на той стороне слышится смех, вызывающий у омеги ответную улыбку. — Ладно, но это чисто дружеская встреча. У меня нет времени заводить какие-либо отношения, — Бомгю сбрасывает звонок и вновь натыкается взглядом на книжную полку.       Он подумает об этом, но позже.

***

      — Я уверен, Кай. — с раздражением произносит Тэхён, обрывая возмущения друга, чей голос доносился из динамика телефона. — Официальное заявление опубликовано. Это точка невозврата. — Но, хён, это так внезапно! Читатели сносят сайт гневными и негодующими сообщениями. Ты знаешь, как тебе может влететь от главного редактора? Хён, такие вещи не делают самовольно. Ты ведь даже... Но альфа дальше не слышит. Чужой голос кажется далёким, а всё внимание заостряется на разбросанных по комнате клочках черновиков. «Старомодно», — говорил Субин-хён, но Тэхён привык записывать свои мысли на бумаге. Однако теперь всё это кажется лишь мусором. С надеждой Кан поднимает один из мятых листов, пробегает глазами по написанному и тут же разрывает его в мелкие клочья. Всё не то. — Ты в порядке? — обеспокоенно интересуются по ту сторону. — Я больше ничего не могу, — устало прикрывает глаза Тэхён, отправляя обрывки в мусорное ведро. — Перезвоню позже. Скрип двери вынуждает сбросить вызов и посмотреть на стоящего в проёме альфу. Тот бегло оглядывает комнату, удивляясь заметному беспорядку. Хоть Тэхёну и было комфортно в такой обстановке, сейчас она выглядела более... отчаянной? — Я видел твой пост. Почему так... — начинает Субин, но его обрывают: — Не начинай. Тысячи людей уже обсуждают эту тему, — взъерошив осветлённые волосы, произносит Кан. Ему и вправду надоели лишние беспокойства. Идей не может быть бесконечно много, и каждый человек рано или поздно изживает свой талант. Жаль, что Тэхён сделал это так рано. — Я тоже считаю твоё решение нелогичным и спонтанным, — Чхве следит за закатывающимися глазами младшего и продолжает: — Тебе кажется, будто всё закончено, но, возможно, тебе следует просто поискать вдохновение? Тэхён, ты привык работать в четырёх стенах и ограничивать себя общением с несколькими людьми, но рано или поздно в жизни надо что-то менять. — Что ты предлагаешь? Пойти на улицу и заговорить с первым встречным? — продолжает наполнять корзину клочками бумаги альфа. — Даже работа над «Summer Inspiration» стои́т на месте больше месяца. Я не могу подвести читателей перед уходом, проводя время за лишними делами. — Об этом я и говорю. Помнишь о моей просьбе насчёт парного свидания? — Тэхён отрицательно качает головой, на что Субин лишь усмехается. — Лжец, у тебя на мониторе до сих пор висит стикер с напоминанием. — Когда я его писал, то был ещё в должном расположении духа. — Напоминаю, ты сам тогда сказал, что новые знакомства не помешают, — довольно улыбается старший, замечая обречённую реакцию напротив. — Не хочешь ради себя, сделай это ради меня. Я обещал прийти с другом, а ты обещал меня поддержать. — Сейчас я не настроен оказывать внимание какому-то омеге, — хватается Тэхён за последний аргумент, который у него оставался. — Я не прошу тебя об этом. Просто поддержи беседу, чтобы тот парень не чувствовал себя лишним, — Субин отклеивает стикер с напоминанием от монитора и машет им перед лицом младшего. — Ты дал слово. Клялся именем Кан Намги. — Я устал от этого имени, — не лжёт он, сглатывая тяжёлый ком в горле. — Возможно, тебе просто стоит от него отказаться и показать себя настоящего, Кан Тэхён? — Не смеши меня, — альфа в последний раз оглядывает друга, сложившего руки в умоляющем жесте. Устало выдохнув, произносит: — Хорошо. Но никаких намёков на дальнейшие встречи и отношения. — Как будет угодно твоей душе, — удовлетворённо произносит Субин, отходя к двери. — Будь готов через полчаса. Наконец комната погружается в тишину, нарушаемую лишь шумом вентилятора. Постепенно пол очищается от клочков бумаги, а корзина набивается до краёв. Тэхён оглядывает стоящую на подоконнике вазу с небольшим букетиком ирисов – единственную неизменную вещь на его рабочем месте. Он никогда не избавлялся от цветов, не купив прежде новые. Но сейчас фиолетовые лепестки ложатся на измятые черновики. Альфа ставит точку.

***

      Бомгю скучает. Неумолимо скучает по домашнему вентилятору, по охлаждающим салфетками, по пижамным шортам, приносящим облегчение в жару, по любимому айс-латте. Омега молится лишь на то, чтобы в кафе, в которое ведёт его спешащий Ёнджун, есть нормальный кондиционер и любимый напиток в меню.       Получив несколько щелбанов из-за своего опоздания, Бомгю покорно следует за старшим, лишний раз не жалуясь на усталость.       Не скрывая облегчённый вздох от замеченной нужной вывески, омега дёргает Ёнджуна за ткань футболки, обращая на себя:       — Хён, мне кажется, я сейчас умру от недостатка кофеина в организме. — указывает в направлении кассы, заметив там лишь одного человека в очереди. — Я только сделаю заказ и сразу к тебе. Найди пока своего героя-любовника с его сопровождением.       Неуверенно кивнув и проигнорировав последние слова младшего, Ёнджун уходит вглубь полупустой кафешки. Бомгю скидывает с плеч небольшой рюкзак, принимаясь отыскивать кошелёк. Интуитивно следуя в направлении кассы, он на секунду забывает о стоящем у неё человеке, сталкиваясь с его подносом.       Чхве испуганно оглядывает пару опрокинутых чашек с растекающимся по подносу кофе. Не успев толком сообразить, омега тянется к одной из чашек, тут же отдёргивая руку, соприкоснувшуюся с горячей жидкостью.       «Как можно в такую погоду пить горячий кофе?» — проносится в мыслях Бомгю, а сам он поднимает взгляд с подноса на одежду стоящего перед ним человека. Глаза расширяются от вида заляпанной в тёмных пятнах рубахи.       — Боже мой, простите! — проговаривает Бомгю, слыша вокруг осуждающий шёпот. — Вам не больно? Это должно быть горячо... Господин, извините... — наконец встречается с чужим взглядом. Не злобным, не расстроенным, вообще никаким.       — Может быть, вместо извинений стоило просто смотреть куда идёте? — альфа напротив слишком спокойно выдыхает, контрастируя со своими словами.       Бомгю в удивлении размыкает губы, следя за развернувшимся к кассе альфой. Тот просит бариста повторить свой заказ, больше не обращая на омегу никакого внимания. Чхве осознаёт свою ошибку, однако та грубость, с которой ему об этом сообщили, задевала.       — Может, стоило отнестись к этому более спокойно, нежели портить окружающим настроение? — омега слишком поздно прикусывает язык, наблюдая за вопросительным взглядом альфы. — Если Вы так жалеете потраченные деньги, я могу оплатить Ваши напитки. Ну, а рубашка... Она не настолько сильно испачкана, чтобы делать из этого трагедию.       И прежде чем ему успевают ответить, Бомгю протягивает руку с картой к терминалу с выставленным счётом, невольно касаясь подбородком чужого плеча. Долгие пару секунд, за которые проходила оплата, омега вдыхал аромат альфы, от наслаждения незаметно облизывая губы. Такой необходимый сейчас кофе горькими нотками ложился на языке, обжигая при этом ещё и лёгкие.       Ощущая щекочущее дыхание на щеках, парень оборачивается навстречу чужому лицу, почти сталкиваясь с альфой носами. Неловко похлопав ресницами, наконец, слышит положительный писк терминала и отстраняется под нечитаемый взгляд альфы.       — Извините ещё раз. — улыбается омега, наконец, отходя от этого места, позабыв о своей цели купить напиток.       «Ну и что на тебя нашло? Подумает ещё, что ты какой-то извращенец.» — произносит в мыслях Бомгю, чувствуя жар, исходящий от щёк.       Неловкая ситуация отпускает, лишь когда омега видит машущего ему Ёнджуна. Тот сидит в сопровождении парня, которому Бомгю слегка кланяется. Уместившись рядом с другом, Чхве вопросительно смотрит на пустующий стул, и это замечает альфа:       — Скорее всего, ты обо мне уже слышал. Я Субин. — брюнет улыбается, демонстрируя симметричные ямочки. — А мой друг... Он отошёл за напитками.       Отошёл за напитками? Бомгю сглатывает, надеясь, что интуиция его обманывает. Но стоило услышать кофейные нотки, от которого недавно задерживалось дыхание, омега обречённо выдыхает.       — А вот и Тэхён. — весело проговаривает Субин.       — Как неожиданно. — иронично произносит подошедший, заставляя Бомгю посмотреть на себя. Испачканная рубашка теперь висела на бёдрах, а вместо неё на теле альфы была чёрная футболка, красиво облегающая достойную фигуру.       Омега наблюдает, как перед ним единственным оказывается иной формы стакан.       — Так как ты высказался насчёт глупости тёплых напитков, тебе я взял айс-кофе. Латте, кажется. Подойдёт? — присаживаясь напротив, произносит Тэхён, оглядывая поджимающего губы омегу.       — Я не говорил этого... — неуверенно шепчет Бомгю, а сам делает первый долгожданный глоток.       — Неужели мысли вслух? — низким голосом проговаривает Кан, посылая табун мурашек у омеги.       Ёнджун с Субином лишь тихо переглядываются и после долгой паузы решают заговорить. И, кажется, благодаря такой обыденной беседе Бомгю расслабляется. Типичные разговоры о погоде, детстве и увлечениях перерастают в разговоры о работе. Выясняется, что Бомгю – единственный здесь до сих пор студент, а значит, самый младший в их небольшой компании. Получив пару шутливых комментариев на этот счёт, омега обиженно поджимает губы, не заметив отреагировавшего на этот жест альфу.       Тэхёну кажется, что он сошёл с ума, когда услышал этот сладкий цветочный аромат омеги. Ирисы. Тот запах, которым он постоянно был окружён, сейчас заиграл новыми красками. Более яркими. Такими же, как скрывающий улыбку парень, нервно отпивающий свой напиток.       — Ты занимаешься дизайном? — слабо слышит Тэхён голос друга, сосредоточившись лишь на младшем омеге, что разглядывает лежащую на столе салфетку.       — Да. А ты, кажется, тоже? — спрашивает в ответ Ёнджун.       — Что-то вроде того. Оформляю обложки книг. — Субин смущённо гладит ручку чашки. — Ты говорил, что при встрече сможешь показать свои работы?       — Точно! — вспоминает Ёнджун, обернувшись к Бомгю. — У тебя в рюкзаке мой планшет, можешь достать?       Чхве активно кивает, начиная искать необходимую вещь. Удивляясь внезапной находке, Бомгю откладывает мешающую книгу на стол, лишь после доставая планшет старшего.       Со слегка скрываемым удивлением Тэхён рассматривает выученную на все сто процентов обложку, что не скрывается и от взгляда Субина:       — Хороший выбор, Бомгю. Кан Намги сейчас пользуется большой популярностью. — оповещает альфа.       — Я люблю его читать не из-за популярности. Если признаться, я начал следить за ним, когда вышел второй его роман. — Бомгю нежно поглаживает книгу, после убирая её назад.       — Пять лет прошло... — шепчет Тэхён. Он впервые видит воочию любовь к своему творчеству. Кажется, будто нежность взгляда этого омеги донесли гораздо больше, чем могут донести тысячи положительных отзывов.       — Вы знаете его? — интересуется Чхве.       — Доводилось несколько раз поработать вместе. — говорит первое пришедшее в голову оправдание Кан, почувствовав усилившийся сладкий аромат омеги.       — Правда? Как? Каким образом? Вы его знаете? — Бомгю сжимает ладони в кулаки, выжидающе смотря на альфу.       — Я...       — Тэхён-и – редактор в издательстве, где так же работает господин Намги. — прерывает неуверенный ответ друга Субин, получая благодарный взгляд. Взглянув в окно, альфа нахмурился, обращаясь к остальным: — Думаю, нашу встречу необходимо прервать. Обещанные дожди.       Бомгю следит за направлением, куда указывает Субин, замечая медленно двигающиеся тучки.       — Тэхён, проводишь Бомгю? — альфа обращается к другу, получая утвердительный ответ. Младший Чхве попытался открыть рот, дабы возразить, но желание отпало, стоило ощутить на своей спине похлопывание ладони Ёнджуна.       Направляясь к выходу, Бомгю ощутил щекочущий ухо шёпот друга, заставляющий вмиг заалеть:       — Надеюсь, завтра утром буду выслушивать от тебя рассказ о хорошо проведённой ночи. — Ёнджун лишь хихикает, ощущая слабый толчок в бок.       — Отстань от меня, пожилой извращенец. Я, в отличие от тебя, не предпочитаю проверять "выносливость" альф после первого свидания. — Бомгю чувствует точно такой же болезненный жест в свою сторону, улыбаясь старшему.       Чхве ещё пару раз закатывает глаза от частых двусмысленных фраз Ёнджуна, облегчённо выдыхая, лишь когда тот его покинул. Слабо кивнув в нужном направлении, Бомгю в сопровождении нового знакомого направляется к дому.       Он не любитель тишины в присутствии других людей, однако сейчас она такая комфортная. До покалывания в пальцах приятный аромат альфы вызывал желание держаться ближе. И Бомгю благодарен узкому тротуару за эту возможность. Кажется, даже слышно шелест их одежды, трущейся друг о друга.       — Вот здесь. — произносит омега рядом с высокой многоэтажкой, оповещая об их прибытии.       Тэхён останавливается напротив Чхве, заглядывая в карамельные глаза напротив, будто ища в них надежды. Кан сказал Субину, что дальнейшие встречи не будут, но сейчас своими мыслями он лжёт сам себе. Хочется дальнейшие встречи. Этот омега необъяснимо зацепил своими контрастами: быть ярким и скромным, настырным и смущающимся.       — Может, я всё-таки постираю? Из-за меня она испорчена. — Бомгю указывает на рубашку альфы, неловко поджимая губы. А Тэхён в который раз за эту встречу застывает взглядом на пухлых губах, тихо сглатывая. В первый раз они блестели от розового блеска на них, а теперь лишь в уголках остались намёки на былую косметику. Хочется прикоснуться и стереть мешающие розовые пятна, но вместо этого Кан лишь произносит:       — Всё в порядке. Ты оплатил наш кофе, поэтому должен тебе именно я.       — Что ж, когда-нибудь вернёшь этот должок.       — Когда-нибудь?       — Когда-нибудь.       Альфа слышит собственное сердце, неожиданно ставшее таким громким. Омега напротив даёт намёк на будущую встречу, но отчего-то Тэхён слишком слаб, чтобы предложить её сам.       Эти карие глаза, чей взгляд настолько выразительный, что хочется утопать в нём снова и снова. Эта смущённая улыбка, содержащая в себе всю нежность и лёгкость омеги. И этот румянец на щеках, до которого хочется дотронуться и ощутить исходящий от кожи жар.       — Тогда...       — Я позвоню. — невольно перебивает Бомгю. — Спасибо за то, что проводил. Доброй ночи.       Альфа отвечает тем же, следя, пока двери за Чхве не закроются, а после ещё стоит несколько секунд, задерживая в воспоминаниях аромат ириса. Такой родной, но такой новый. Более сладкий, более желанный, более необходимый.       Быстрым шагом Тэхён направляется на другую улицу, прямиком в свой кабинет. Ведь именно сейчас, впервые за несколько месяцев, он знает, что должен написать.

***

      — Почему я, Чонин? — хмурясь, спрашивает Бомгю. Он вроде перерос ту стадию безотказности, так почему за прошедшую неделю уже второй друг просит его о какой-то нежелательной затее?       — Бомгю, умоляю! Я тебе заплачу в два раза больше! — Чонин обхватывает ладони Бомгю своими, принимаясь их поглаживать. — Одну неделю! От других клиентов я в состоянии отказаться, но этот платит приличную сумму, и я просто не могу. Ты ведь никуда не уезжаешь, а мне срочно надо.       — Выгул собаки, да?.. — с сомнением спрашивает Чхве.       — Лишь по вечерам. Всего семь дней. Соглашайся!       — Ладно... — уже жалея, кивает омега.

***

      Чёртова безотказность вновь сыграла с Бомгю злую шутку. И теперь он вместо уютного вечера в окружении фильма и снеков должен сменить три автобуса, дабы добраться на другой конец Сеула. И всё лишь для того, чтобы погулять с какой-то собакой?..       Жилой комплекс, где живёт клиент, словно насмехался над бродящим в незнании омегой. Чхве ищет необходимые цифры дома, тщетно подходя к каждому зданию.       Но когда он наконец-то доходит до нужной квартиры, ноги уже подкашиваются от усталости. Звучит трель звонка, и Бомгю напряжённо ожидает, когда ему откроют дверь. Чем быстрее он выполнит эту работу, тем раньше вернётся домой.       — Здравствуйте, меня зовут Бомгю, и я в ближайшую неделю буду заменять Чонина. — омега наблюдает за открывающейся дверью, замолкнув от уловимого аромата. — Тэхён?       Альфа клянётся, что готов был проклясть любого, кто нарушил этот момент. Те несколько дней после встречи с молодым омегой стали поистине самыми продуктивными. Тэхён не помнит, было ли такое раньше, когда слова сами собой лились на бумагу. Но сейчас этот приступ вдохновения прервали, заставив его раздражённо поджать губы. Однако стоило услышать знакомый голос, весь негативный настрой пропал, уступая место вспотевшим ладоням и учащённому сердцебиению.       Собственное имя из уст омеги звучало так сладко, что Кан будто ощутил это на кончике языка.       — А ты здесь, чтобы..? — глупо спрашивает альфа, хотя слышал предыдущие слова младшего.       — Погулять с твоей собакой? — неуверенно произносит Бомгю, стараясь вспомнить кличку, которую упоминал Чонин: — Шивон? Сыльги? Соми? — перебирает варианты Чхве, слыша лишь слабый смех со стороны.       — Почти. Минджун. — Тэхён приоткрывает дверь, показывая вид на спящего пёсика породы корги. — Но он не мой, а старшего брата. Он сейчас в отъезде, а я не особо люблю вечерние прогулки.       Альфа жестом приглашает зайти, а сам снимает с вешалки поводок и подходит к пёсику. Пока Тэхён проводил необходимые манипуляции с ошейником, Бомгю осматривает светлый коридор квартиры альфы. Внимание привлекает небольшая стопочка визиток с эмблемой знакомого издательства. Неозвученные в прошлый раз вопросы застилают разум, поэтому младший взволнованно спрашивает:       — Так значит, ты работаешь в издательстве?       Тэхён скомканно кивает, надеясь не запутаться в предстоящей лжи.       — И... Ты работал с писателем Кан Намги?       — Относительно. — сухо отвечает альфа, от чего Бомгю уже жалеет, что решил начать этот разговор.       — Он решил прекратить свою деятельность. Но каковы причины? — Чхве заламывает пальцы до слабого хруста. — Я им так восхищаюсь, но эта новость стала очень неожиданной...       — Причины известны лишь самому Кан Намги. — выходит слишком резко, заставляя омегу гулко сглотнуть.       Бомгю молча перехватывает поводок, направляясь к выходу с радостно виляющим хвостом Минджуном. Резкость Тэхёна сбивает с толку, заставляя обиженно поджимать губы.       — Извини. — выдыхает Кан, удерживая омегу за запястье. — Знаешь, ты ведь так и не позвонил.       — Я... — обдумывает ответ Чхве. Ему стыдно, что на самом деле причин нет, он просто забыл. Все мысли заняты в едва начатой курсовой. А сейчас, не в силах поднять глаза, Бомгю лишь стыдливо мнёт ручку поводка в ладони.       — Тогда, может, сейчас?       — Сейчас? — переспрашивает, а в ответ лишь горящий надеждами взгляд альфы. Бомгю так тушуется, кажется, впервые за свою жизнь. У него было так много свиданий, но почему лишь от намёков на прогулку с этим парнем Чхве становится неумелым мальчиком? — Конечно. Если у тебя нет других дел, я соглашусь.       А у Тэхёна есть дела. У него горит чёртов дедлайн. Тем не менее кажется, что надежда на благополучный исход сейчас стоит перед ним. Смущается, часто моргая, заставляя альфу при каждом вдохе погружаться в новый спектр вдохновения.       В соседней комнате горит монитор с почти законченной главой, но вместо возвращения к делу Кан произносит:       — Никаких других дел.

***

      Кажется, это так и началось. В течении недели Бомгю приходил "по работе", толком её не выполняя. Именно Тэхён занимался выгулом Минджуна, а омега в это время просто шёл рядом.       И эта неделя стала по настоящему тёплой. Каждый день он с нетерпением ждал вечеров, зная о предстоящих прогулках с альфой. Чхве не помнит, чтобы они даже брались за руки, однако всякий раз рядом с Тэхёном живот приятно щекотало, а ладони чесались в желании прикоснуться.       А в один из дней Бомгю впервые открылся кому-то так рано. Кан просто спросил о причинах переезда омеги, а дальше слова полились сами собой.       Он рассказал о том времени, которое морально уничтожало его целый год. О днях, каждый из которых был похож на предыдущий. И о последнем действии родителей, за что омега до сих пор им благодарен.       Когда родители предпочли оставить его в другом городе, он даже выдохнул. Он устал от Тэгу. Устал от людей, которые знали его как безотказного мальчика. Переехав к дедушке в Сеул, Бомгю думал о своём новом этапе жизни с предвкушением. Однако первые месяцы не мог найти сил, даже чтобы выйти из дома.       Дедушка тогда стал первым, кому омега впервые смог рассказать всё, что его тревожило. Он боялся вновь застрять в том образе удобного парня, но уже в своей новой жизни. Чхве пытался понять, как стоит измениться и не сломаться вновь. Как забыть прошлые будни и начать жить по другому?       «Тебе просто нужно узнать истории других.» — сказал тогда дедушка, поведя внука в книжный магазин. Бомгю лишь закатывал глаза, но не смел перечить единственному дорогому сердцу человеку. Пока старший ходил меж прилавков и дискутировал о разных жанрах, омега лишь скептически осматривал пёстрые обложки у плаката «Бестселлеры». Будто все как под копирку: яркие краски, иллюстрации и оформление. То, что сразу должно притягивать глаз.       Но случилось ровно наоборот и внимание Бомгю привлекла та обложка, не выделяющаяся ничем. Спокойные тёмные цвета и в общем-то, кроме имени автора и названия ничего не было. Однако рука сама потянулась к книге, а глаза в предвкушении пробежались по аннотации.       «Неплохо. Кажется, это совсем начинающий автор, но потенциал явно есть. Думаю, тебе идеально подойдёт.» — одобрительно осматривал дедушка выбор внука.       — Дедушка стал первым человеком, спасшим меня, а после него это же сделал Кан Намги. — Бомгю наблюдает за рябью озера, шепча так, чтобы слышал только Тэхён. — В первые месяцы я ограничивался лишь двумя его работами, но даже они произвели огромное влияние на меня. Те истории и судьбы, которые он описывает, такие разные, такие интересные. Непохожие друг на друга люди и встречи подарили мне надежду, что и я смогу прожить такую же насыщенную жизнь. В то время, когда было необходимо задумываться о поступлении в университет, господин Намги выпустил новый роман, и как бы это не звучало, но он решил все мои вопросы. Я поступил на факультет журналистики и ни разу за эти три года не пожалел. Кажется, что именно человек, с которым я никогда не был знаком, решил все трудности в моей жизни. — лёгкая улыбка спадает с лица, что замечает альфа, кажется, впервые позволяя себе коснуться лица омеги.       Тэхён приподнимает младшего за подбородок, заглядывая в ставшие стеклянными глаза.       — Что случилось?       — А теперь он уходит. За эти пять лет я не смог никак связаться с ним и поблагодарить. Он изменил мою жизнь и подарил мотивацию прожить её достойно, а я никогда не смогу сказать «Спасибо».       — Он услышит. Ты обязательно скажешь ему об этом.       Этот день был последним в неделе их встреч. Бомгю вернулся домой с небольшой грустью, не зная, каковы шансы, что они смогут продолжить эти прогулки уже без причины «погулять с собакой».       И тогда телефон огласил сразу о двух оповещениях.       Новая запись в блоге Кан Намги.       Личное сообщение от контакта «Тэхён-и».       И Бомгю, не раздумывая, открывает второе. Впервые предпочитает отложить новости от любимого автора. С волнением облизывает губы, проходясь по словам сообщения: Ты когда-нибудь был на колесе обозрения? 21:15

***

      Бомгю солжет, если скажет, что не боится. Сейчас, когда Тэхён отошёл за покупкой билетов, омега стоит и смотрит на высокую конструкцию так называемого "аттракциона". Слабый ветер лишь усиливал наступление переживаний. Чхве не боялся высоты, нет. Его скорее пугала возможность оказаться в опасности из-за ненадёжности этого сооружения.       — Ты уверен? — спрашивает подошедший альфа, протягивая один из билетов младшему.       — Если ты скажешь, что это не просто дружеская встреча, а свидание, то да. Я уверен. — от волнения Бомгю не понимает собственных слов, вызывая смех альфы.       — Это свидание. — Тэхён переплетает пальцы с чужими дрожащими, а Бомгю от этого жеста даже успокаивается.       Когда их очередь подходит, омега сильнее сжимает ладонь старшего, на что тот успокаивающе поглаживает её в ответ. Чхве почти жмурится, заходя в кабину и моментально ощущая движение той. С помощью альфы садится на удобные сидения и наконец-то открывает глаза.       Кожа покрывается мурашками от того, как сильно эта ситуация напоминает кое-что. Этот аметистовый цвет вокруг и вся атмосфера, словно сцена из любимой книги.       — Если сейчас произойдёт какая-то поломка, я буду уверен, что моя жизнь написана рукой господина Намги. — проговаривает Бомгю, следя за удаляющейся землёй.       — Почему? — но Тэхён знает ответ.       — Ну... Моя фраза о свидании, страх, который я сейчас чувствую, даже внешний вид этой кабины... Всё напоминает сцену из его романа. — сжимает обивку сиденья пальцами, удивляясь глупости своих слов. — Дальше по закону жанра следует остановка этого колеса.       Но Бомгю успокаивается, лишь стоит вновь ощутить поглаживания ладони и услышать тихий шёпот альфы о том, что всё будет хорошо. И Чхве верит, укладывая голову на чужое плечо, наблюдая за заходящим солнцем и слушая сладкий голос старшего.       Проходит почти десять минут, когда половина пути миновало, а омега забыл о волнующем его страхе. Хоть их никто не мог слышать, но разговор всё равно перешёл в интимный шёпот, занимающий всё внимание.       — Теперь я даже жалею, что никакой заминки не произошло... — грустно произносит Бомгю, вызывая удивление Тэхёна.       — Так внезапно? Почему?       — Мне нравится то, что произошло в момент остановки с теми героями... — альфа понимает слова омеги, от чего дыхание замедляется, а сознание теперь сосредотачивается лишь на сладком аромате ирисов.       Бомгю внезапно отстраняется, заставляя обратить на себя внимание. В глазах пляшут огоньки желания, и Чхве замечает такую же картину у альфы. В мыслях поблагодарив проектировщиков этого места за удобные сидения, омега пользуется чужим замешательством, перекидывая ногу через бёдра Тэхёна, садясь на него сверху.       Проведя ладонью по щеке альфы, младший дразняще наклоняется, опаляя дыханием чужие губы. Чувствует руки на своей талии и то, как к нему тянутся навстречу.       Первое касание губ, больше похожее на невинный жест, вызывает табун мурашек. Бомгю первый двигает губами, ощущая сухость губ Тэхёна, от которой через пару секунд не остаётся и следа. Альфа переводит одну руку на затылок омеги, углубляя поцелуй и слыша слабый стон младшего.       Ужасно не хватает воздуха, но Чхве продолжает отвечать на страстные поцелуи, упиваясь будоражащем сознание ароматом кофе. Губы альфы такие же сладкие, как сахарная пенка латте. Редкие нотки горькости добавляют желание вновь выискивать их, не смея насытиться. А в те редкие моменты, когда Тэхён отстраняется за необходимыми глотками воздуха, Бомгю готов умирать и плавиться под помутневшим тёмным взглядом.       Но альфа вновь и вновь возвращается к терзанию покрасневших губ, наслаждаясь новыми тихими стонами младшего. С каждым поцелуем Бомгю кажется, что он вжимается всё больше в чужое тело, чувствуя тянущее ощущение внизу живота. Кан будто оставляет сладкие ожоги на всех местах, коих касается. До невозможности головокружительно, настолько, что Бомгю готов просить длиться этот момент бесконечно.       — Мы почти приехали. — отстраняется Тэхён, в унисон часто дыша с омегой. Ласково проводит по взмокшему лбу младшего, щекочет заалевшие щёки и опухшие от долгих поцелуев губы. Хочется вновь их коснуться. Вновь ощутить это опьяняющее чувство, но альфа сдерживается, понимая, что не сможет остановиться. Этот парень кружит голову, заставляет желать его, но одновременно бояться хрупкости. — Кстати, там такого не было. — шутливо проговаривает Тэхён, вызывая удивлённый взгляд напротив, который сразу сменяется на лукавый.       — Скажи тогда то, что там было. — Бомгю чувствует, как альфа утыкается в изгиб шеи, заставляя рвано выдохнуть. Кан наслаждается последними секундами этой близости, наполняя лёгкие желанными нотками ириса.       — Я готов подарить тебе лучшие отношения в мире. Ты согласен на это?       Омега кивает, ощущая несколько мокрых поцелуев на своей шее. Тэхён отстраняется, напоследок легко касаясь губ Бомгю, прежде чем двери кабины открываются, оповещая о конце этого небольшого путешествия.

***

      Тэхён не обманул. За три недели с начала их отношений Бомгю чувствовал себя таким счастливым, поражаясь каждый раз трепетному отношению альфы и тому вниманию, которым старший одаривал его. Кажется, омега впервые ощущает себя таким любимым.       Бомгю исполняет свою маленькую мечту, вечерами создавая киномарафоны с тёплым какао, попкорном и пледом, который он делит со старшим. В такие моменты Тэхён укладывал свои руки на талию омеги, приятно поглаживая, вынуждая омегу с трудом делать заинтересованный фильмом вид. Но Чхве продолжает глупо улыбаться, чувствуя, как альфа зарывался лицом в его волосы и вдыхал цветочный аромат.       Даже не важен был выбор фильма. Они просто соглашались на первую попавшуюся в поисковой системе рекомендацию. Лишь бы ощущать присутствие друг друга рядом.       Тэхён пытался прятать зевки на менее интересных фильмах, но на вопросы омеги отвечал, что ему нравится. Он видел, как сильно Бомгю погружался в каждую историю, и просто не мог лишить себя удовольствия наблюдения за меняющимися эмоциями на очаровательном лице.       Однажды Кан упомянул, что «Summer Inspiration» закончена, и тут же начал оправдываться, будто ему доверили редактуру. И альфа был уже готов признаться, увидев этот блеск предвкушения в глазах омеги. Бомгю стыдливо просил хотя бы чуть-чуть посмотреть, на что Тэхён, борясь с самим собой, отказывал. Всего пару минут отказывал, но стоило младшему провести по щеке и подарить самые лучшие на свете поцелуи, альфа сдался. Он никогда прежде не позволял кому-то читать свои неопубликованные работы, но сейчас не пожалел об этом. Всего пара страниц позволили омеге засветиться так, будто он способен затмить любую звезду.       — Я в таком предвкушении, Тэхён-и! — Бомгю отрывается от букв на мониторе, взглянув на своего альфу. — Невероятно ведь, да? Какие-то две страницы, а я чувствую будоражащее ощущение даже на кончиках пальцев.       Омега вытягивает ладонь, демонстрируя едва заметную дрожь. Он так волнуется. Тэхён перехватывает руку младшего, оставляя на костяшках пальцев по поцелую.       — Я восхищён тем, как этому человеку удаётся пробуждать в тебе столько эмоций. — от слов альфы Бомгю поджимает губы и в удивлении округляет глаза. — Даже немного завидую ему.       — Господин Намги для меня кто-то вроде первой любви?.. — Чхве смущённо отворачивается, чтобы Тэхён не заметил заалевших щёк, и продолжает: — Но ты, Тэхён-и, стал моей настоящей любовью.       Слова омеги расходятся разрядами приятного тока по телу. Альфа задерживает дыхание, когда под слабые сопротивления возвращает внимание Бомгю на себя, накрывая пухлые губы в нежном поцелуе.       Разум туманится от осознания, что Тэхён является первой и настоящей любовью Бомгю.

***

      Тэхён в очередной раз разглядывает обрамлённый гирляндой книжный шкаф омеги. Даже в таком минимализме Бомгю удалось создать невероятно уютную картину. Полочки с ровно выставленными книгами чередовались с небольшими композициями из мягких игрушек, фотографий и свеч.       И, конечно, в самом центре приковывала взгляд полка лишь с одним именем. Кан Намги. Каждый раз, видя это, Тэхён не может поверить, что среди всего этого разнообразия других авторов он занимает главное место.       — Ты уже выбрал? — Бомгю ставит на кофейный столик тарелку с попкорном и обращает своё внимание на экран телевизора, где виднелся постер к фильму. — «До встречи с тобой»? Неожиданный выбор.       — Ты говорил, что тебе понравилась книга, но до экранизации руки так и не дошли. — альфа замечает в руках младшего бутылку вина. — Не помню, чтобы ты пил.       — Долгое время не было повода. Но сейчас просто хочу расслабиться. Всё-таки сданная на отлично сессия и каникулы. Ты не против?       Тэхён соглашается, оповещая, что сам сходит за бокалами и штопором. Бомгю в это время решает запустить фильм, пропуская заставку. Телефон издал звук оповещения, и омега решает проверить его. Язык сразу в предвкушении проводит по губам, стоит заметить новую запись в блоге:       «Новость о моём уходе стала неожиданной для всех. Это не было спонтанным решением. Я начинал свой творческий путь под псевдонимом «Кан Намги», кажется, притворяясь тем, кем не являюсь. Я устал от фальшивого имени. Устал от угасающего вдохновения.       Однако я приобрёл его вновь. За последнее время в моей жизни произошли самые лучшие перемены, которые каждый день вдохновляют меня на новые идеи. Я понял, что хочу творить для окружающих меня людей. Я хочу дарить истории, но уже через себя настоящего.       Кан Намги опубликует свою последнюю работу, а дальше уступит место своему настоящему имени.       С уважением, Кан Намги.»       — Бомгю, что случилось? — обеспокоенно спрашивает вернувшийся Тэхён. Омега дрожащей рукой протягивает старшему телефон с открытой записью. Проходясь по собственноручно написанным словам, альфа ласково улыбается, откладывая гаджет и размещая свои ладони на щеках Чхве. — И ты из-за этого плачешь?       Лишь сейчас Бомгю чувствует медленно стекающие слезинки, которые вытирают пальцы Тэхёна. Омега не знает почему это трогает ещё сильнее, заставляя зажмуриться в попытках остановить поток слёз.       — Я не знаю... Просто... Теперь у меня вновь появились шансы встретиться с ним и... — замолкает, ощущая на своих влажных губах пальцы альфы.       — Тссс... — убедившись, что Бомгю постепенно успокаивается, Тэхён проговаривает: — Сегодня тот день, когда ты не должен плакать. — но омега лишь вопросительно смотрит в ответ, вызывая немного обиженную интонацию: — Месяц назад ты согласился встречаться со мной.       — Ты празднуешь такие незначительные даты? — улыбается Чхве, забавляясь едва заметной обидой напротив.       — С тобой я хочу праздновать каждый день. — отстраняется Тэхён, протягивая бокал младшему. — Вот и повод.       Через час опустевшая наполовину бутылка уже не привлекала. Бомгю даже не привлекал долгожданный фильм. Он лишь обращал внимание на ладони Тэхёна, продолжая проводить по ним невидимые линии, иногда глупо пропуская смешки.       В момент очередного хихиканья альфа не выдерживает, приподнимая омегу за подбородок, вынуждая посмотреть на себя. Розовые щёки и пьяный взгляд делали Чхве таким притягательным. Бомгю продолжал облизывать собственные губы, посылая волну желания в сознании Тэхёна.       — Твоя толерантность к алкоголю поражает. Вернее, её отсутствие.       — Эй, я трезв! — активно сообщает омега.       Только в этот момент альфа слышит невероятную сладость младшего. Не привычную, а более будоражащую, заставляющую тянуть низ живота. У Бомгю пару дней назад была течка, поэтому им не удавалось в это время встретиться, но сегодня все симптомы должны были спасть. Однако слишком яркие ощущения вынуждают Тэхёна глубоко задышать.       Чхве улыбается, заметив реакцию альфы, и тянется за поцелуем. Язык тут же обволакивает горьковатый аромат кофе, смешанный с фруктовым вкусом вина, оставшимся на губах. Омега откладывает мешающий плед в сторону, тут же занимая его место на бёдрах старшего.       Язык проходиться по чужим губам, вынуждая Тэхёна их разомкнуть. Впервые такой глубокий поцелуй, заставляющий старшего сжать до красных пятен кожу на бёдрах омеги. Бомгю не стеснялся быть перед альфой в своей домашней пижаме с короткими шортами, и Тэхён этому сейчас безумно благодарен. Возможность ощутить жар кожи омеги под собственными пальцами побуждало желание удовлетворённо прорычать в пухлые губы младшего.       Бомгю отстраняется, открывая вид на манящую шею, которую тут же осыпают дорожкой поцелуев. Глухо простонав от ощущения первого укуса, омега тянется к верхним пуговицам своей пижамной рубашки. Слегка оголяет плечи, которые тут же одаривает вниманием Тэхён. Целует и прикусывает, не оставляя следов, понимая, что будет слишком жестоко вынуждать омегу носить закрытую одежду в такую жару.       Альфа упивается этими стонами, этим сладким ароматом и нежностью кожи. Бомгю вновь кажется чертовски идеальным, что хочется сейчас же поставить сотни меток, дабы никто не смел смотреть на него так, как смотрит Тэхён.       Внезапно освещение, создаваемое экраном телевизора и гирляндой, пропадает. Теперь дыхание омеги кажется ещё громче, а темнота усиливает каждое ощущение.       — Тэхён-и... — выдыхает Бомгю, зарываясь пальцами в светлые пряди и оттягивая их. Альфа отстраняется, разглядывая едва различимые очертания красивого лица. Всего секунду целует, прежде чем омега вновь заговаривает: — Пробки выбило. Сейчас придут соседи, чтобы вместе решить это.       И через несколько секунд вправду раздаётся дверной звонок. Чхве встаёт, поправляя одежду, но не успевает отойти к двери, как его останавливают:       — Подожди, я сам. Ты не можешь трезво мыслить, поэтому посиди здесь. — Тэхён направляется к двери. Он не может сказать, что на самом деле причина проявленной инициативы – такой невероятно соблазнительный Бомгю, которого не хочется никому сейчас показывать.       Кан возвращается через пять минут, замечая лишь мирно посапывающего на диване омегу. Бомгю во сне слегка улыбается, заставляя альфу бояться лишними движениями разбудить того. Однако этого не случается, даже когда омегу берут на руки, несут по направлению к спальне, укладывают на мягкую постель и ложатся рядом, обнимая за талию.       Тэхён оставляет невинный поцелуй на лбу Бомгю, после засыпая под чужое размеренное дыхание.

***

      — Хён, ты обязан оплачивать мне каждый день обед на протяжении полугода. Этот стресс невыносим. — нервно постукивает по клавиатуре Кай, гневно разглядывая друга. — Ты за последний месяц устроил всему издательству настоящие американские горки. То внезапно публикуешь новость о конце своей карьеры, то отменяешь это, говоря, что просто будешь издаваться под настоящим именем... А теперь тебе в голову пришла мысль о внезапной встрече с читателями?       — Надо же как-то начать заявлять себя миру. — Тэхён заглядывает в монитор, где младший оформляет постер мероприятия. — Идеально. Не нужно слишком много мест.       — Значит, послезавтра. А бронирование мест через наш сайт – завтра. Придут лишь те, кто точно фанат, если будут ждать подходящего времени.       Около четырёх часов уходит на то, чтобы распланировать все нюансы и опубликовать официальное заявление о встрече. Тысячи комментариев появляются каждую секунду, но Тэхён ждёт лишь звонка от одного особенного контакта. Он знает, что Бомгю позвонит.       И это происходит, заставляя альфу взволнованно провести по экрану, отвечая:       — Да?       — Тэхён-и, ты знаешь?.. — голос Бомгю слишком многое заставляет почувствовать. И Тэхён счастлив быть тем, кто вызывает такую реакцию у своего омеги.       — Знаю.       — Я даже не понимаю, как реагировать... Я так счастлив, но и отчаян одновременно... Слишком мало мест, но так много желающих... Что, если у меня не получится?       — Получится. Я сделаю всё для этого.

***

      На следующий день Бомгю по просьбе Тэхёна встречает его у издательства. Весь день снова пекло солнце, поэтому омега решил не изменять привычной футболке и шортам.       Но это лето точно стало самым ужасным в плане погоды, ведь стоило пройти половину пути, небо заволокли тёмные тучи, и резкий ливень обрушился на город.       Омега не видел смысла бежать от этого, ведь так или иначе, он всё равно бы промок. Впервые за долгое время вновь хочется проклинать чёртову погоду. Светлая футболка неприятно липла к телу, становясь почти прозрачной, а недавно купленные кеды теперь можно смело отправить в мусорку.       С самого утра Чхве хотелось расплакаться из-за несправедливости жизни, а сейчас этот дождь будто насмехался ещё больше над ним.       Стоя под крышей здания, омега старается отвлечься от угнетающих мыслей, лишь глухо шмыгая носом. Всё хорошо. Было ведь всего тридцать мест, а желающих тысячи... В следующий раз ему повезёт...       — Вот и верь синоптикам... — слышит родной голос за спиной, тут же оборачиваясь. Тэхён одет ничуть ни теплее, в лёгкую толстовку и джинсы, которые промокнут в первую же минуту. — Ты как?       — Я не смог. — поджимает губы Бомгю. — Но ничего, в следующий раз тоже можно попытать удачу. Просто остаётся надеяться, что господин Намги не в последний раз проводит такую встречу... — успокаивает скорее себя, чем альфу.       Обхватив ладонь младшего, Кан вкладывает в ту небольшой бейджик на фиолетовой ленточке. Омега рассматривает надпись:

Чхве Бомгю

Сеульский национальный университет

Факультет журналистики

      — Что это?       — Твой пропуск на завтрашнюю встречу. — Тэхён следит за тем, как омега неверяще поднимает глаза. — Будешь единственным представителем медийной сферы.       — Ты шутишь... — шепчет омега, а сам чувствует, как губы расплываются в улыбке.       — Я ведь сказал, что сделаю всё, чтобы ты попал туда. — произносит альфа, прежде чем на него обрушится поток коротких поцелуев. Бомгю шепчет слова благодарности через каждую секунду, заставляя Тэхёна чувствовать теплоту во всём теле.       К счастью, квартира омеги располагалась в том же районе. Это не спасало от ливня, но давало возможность побыстрее оказаться в тепле.       — Иди первым в душ. — скидывает насквозь промокшие кроссовки Тэхён, как только они оказываются в квартире. Взгляд невольно проходится по мокрой футболке омеги, что прилипла к телу младшего, делая фигуру более очерченной.       — Но ты можешь заболеть. — заглядывает Бомгю в глаза напротив. Сглатывает от вида чужих расширенных зрачков и усилившегося кофейного аромата. Омега проводит пальцами по серебряным прядкам, зачесывая их назад и открывая вид на лицо альфы. Хочется губами поймать капли, стекающие по коже, что Бомгю и делает.       Омега оставляет поцелуй на щеке, далее опуская к скуле, а после к подбородку. Влажные следы появляются на шее, где языком можно ощутить мурашки альфы. Старший рвано выдыхает, когда Чхве прикусывает кожу у ключиц, а холодные пальцы прокрадываются под толстовку, касаясь пресса.       Тэхён слегка оттягивает волосы на затылке Бомгю, вынуждая того отстраниться и разочарованно выдохнуть. Но в следующую секунду ощутить всю страсть, которую альфа показывает через глубокий поцелуй. Бомгю продолжает держаться за края чужой одежды, пытаясь стянуть мешающую вещь.       — Сними. — между поцелуями выдыхает Чхве, удовлетворённо простонав, когда старший выполнил просьбу. Проводит ладонями по влажной коже, чувствуя напряжённые мышцы. Перехватывает ладони Тэхёна, помещая их на кромку своей футболки, от которой альфа за секунду избавляется.       Бомгю выдыхает, когда его подхватывают под бёдрами и сажают на небольшой столик, с которого Кан параллельно скинул мешающие расчески и коробочки.       Не успевает возмутиться омега, как его губы вновь накрывают с горячими поцелуями, слегка при этом прикусывая. Оголённой кожей чувствует жар чужого тела, и это вынуждает в возбуждении поджать живот.       Тэхён отрывается от цветочных губ, впервые с наслаждением оставляя алые отметины на шее и плечах младшего, разбавляя картину редкими укусами. Руками проходится по изгибам тела омеги, лаская бёдра, ягодицы, талию и щекотливыми движениями задевая соски, от чего Бомгю запрокидывает голову назад и выпускает несдержанный стон.       — Холодно, Тэхён-и. — лжёт Чхве. Ему никогда не было так жарко рядом с кем-то, однако он понимает, что если они продолжат так, есть шансы подхватить простуду.       А альфа хочет запечатлеть в памяти этот момент, когда зацелованный и разморённый омега стонет его имя.       Вновь возвращается к поцелуям, обхватив младшего под бёдра и следуя в направлении ванной. Избавившись от остатков одежды, они встают под тёплые струи душа.       Бомгю зарывается пальцами в серебряные мокрые волосы, отмечая невероятную сексуальность альфы в этот момент.       И снова поцелуи. Долгие, страстные, горячие. Смешающиеся ароматы ириса и кофе кружат голову. Омега утыкается в плечо альфы, прежде чем смущённо проговорить:       — У меня давно никого не было... — закусывает губу, ощущая поглаживания по спине. Тэхён проводит по позвоночнику, вынуждая младшего прогнуться, и останавливается на пояснице.       — Могу я..? — трепетно спрашивает, пробуждая миллионы бабочек в животе омеги. Бомгю тихо соглашается, обнимая старшего за плечи и продолжая вдыхать аромат кофе у шеи. Альфа проводит пальцами по внутренней стороне бёдер омеги, собирая смазку и шепча успокаивающие слова.       Младший оставляет следы от ладоней на плечах Тэхёна, чувствуя первый палец внутри себя. Это не приносило дискомфорта, лишь смущение, которое Бомгю так долго не ощущал.       — Всё хорошо? — дождавшись ответа, Кан добавляет второй палец и начинает медленными движениями растягивать омегу. Свободной рукой гладит поясницу, а губами оставляет поцелуи на плечах. Слышит громкий стон и повторяет недавние движения пальцами, убедившись в нахождении чувствительной точки.       — Тэхён-и... Достаточно... — выдыхает Бомгю, чувствуя дрожь в коленях. — Я готов.       Тэхён повинуется, даря омеге некомфортное ощущение пустоты. Вновь пачкая ладонь в смазке младшего, обхватывает свой член. Смотрит, как Чхве незаметно следит за его действиями, смущённо поджимая губы от вида своей собственной смазки, стекающей по альфе.       Заглянув в глаза напротив, Бомгю видит искры желания в них, поэтому сильнее обхватывает широкие плечи. Тэхён подхватывает его за ягодицы, вынуждая обвить свой торс ногами. Омега болезненно стонет от соприкосновения спины и холодной стенки душа, но это неприятное чувство проходит, стоит ощутить страстный поцелуй на губах. Сосредотачивается сейчас лишь на ласках альфы, на движениях губ, на чужом языке.       Дыхание учащается, когда омега чувствует постепенное наполнение. Ногти впиваются в плечи Кана, оставляя алые полосы взамен подаренным засосам на собственном теле. Поцелуи прекращаются, и Тэхён убирает мешающие пряди с лица омеги, следя за эмоциями того.       Омега кивает, разрешая начать движения. Медленные, позволяющие привыкнуть и насладиться каждой секундой. Бомгю не помнит, чтобы раньше альфы были такими же нежными, но он и не хочет вспоминать. Надеется забыть всех, кто был до. Надеется, что Тэхён поможет забыть всех.       Постепенно движения чередуются, и альфа то ускоряется, то вновь замедляется, создавая невозможные контрасты. Прерывные вздохи омеги переходят в откровенные стоны, в унисон звучащими со шлепками двух тел.       — Тэхён-и... Я сейчас... — шепчет Бомгю, чувствуя скорый конец. Альфа будто нарочно замедляется, почти останавливается, вызывая негодующий стон у младшего. Но в следующую секунду резким движением входит во всю длину, вынуждая омегу ловить звёздочки перед глазами. Младший кончает, пачкая их животы, и на последних движениях альфы продолжает повторять его имя, ощущая слишком многое. Кан выходит и через пару движений рукой, аналогично омеге пачкает их кожу.       Бомгю смотрит с тёплой улыбкой на губах, которые так хочется вновь поцеловать, чему Тэхён не отказывает. Нежный поцелуй теперь кажется детским, вызывая у омеги лёгкий смех. Альфа напоследок целует разморённого парня в висок, шепча слова любви.       Дальше Чхве находится в полудрёме. Ощущая лишь, как его заботливо обмывают, продолжая осыпать кожу поцелуями. Как закутывают в тёплое махровое полотенце, а после помогают надеть любимую пижаму.       Тихо хнычет, когда Тэхён, оставив его на кровати, уходит в поисках своей пижамы. Альфа возвращается через пару минут, присоединяясь к младшему под одеялом. Бомгю сразу заключает парня в объятия, утыкаясь в ключицы старшего и шепча:       — Тэхён-и... — почти мурлычет, чувствуя поглаживания по голове. — Ты ведь завтра будешь рядом со мной?       — Буду. — целует в макушку младшего.       — Я люблю тебя. — на этот раз совсем тихо и смущённо, но Кан всё равно слышит.       — А я люблю мир, которым для меня стал ты.

***

      Бомгю просыпается от ощущения пустоты на второй половине кровати. Проводит по той части рукой, чувствуя лишь холод. Значит, Тэхён встал уже давно. Лёгкая боль в пояснице появляется, когда омега встаёт, и это возвращает его в воспоминания прошедшего вечера.       Останавливается у зеркала, разглядывая свою кожу. Красивые метки альфы покрывают шею, плечи и грудь. Бомгю проводит пальцами по засосам и укусам, некоторые из которых приносили боль. Но это так красиво, что даже не хочется скрывать эти следы, чтобы все знали, как сильно Бомгю любим.       Омега проходится по квартире, не находя признаков присутствия Тэхёна, но замечая чистую сложенную одежду, в которой Чхве был вчера. Рядом он находит свой телефон, сразу беря его в руки. Несколько входящих сообщений от контакта «Тэхён-и»: Доброе утро 8:56 Извини, мне пришлось уйти пораньше 8:57 Я должен помочь в подготовке 8:57 Но я буду рядом, не волнуйся 8:57 Я люблю тебя 8:58       Губы расплываются в нежной улыбке, и Бомгю, словно младшеклассник, посылает в ответ милые смайлики. Альфа появлялся последний раз в сети в такое же время, когда отправил последнее сообщение. Не хочется беспокоить его лишними вопросами, поэтому омега, убедившись, что у него достаточно времени, начинает неторопливо собираться.

***

      Бомгю оттягивает белый воротник удушающего свитера, оглядывая постепенно наполнявшееся людьми помещение. Из-за продолжавшегося до сих пор ливня температура воздуха заметно понизилась, однако в здании издательства было невероятно душно. То ли от волнения перед своим первым интервью, ведь на него будут смотреть несколько десятков глаз в этот момент, то ли от предстоящей встречи с ним.       С самого прихода омега продолжает набирать Тэхёну, получая в ответ лишь фразу: «В настоящее время абонент недоступен, оставьте своё сообщение после сигнала».       — Тэхён-и, пожалуйста, ответь. — шепчет в трубку, пытаясь успокоить нервно колотящееся сердце. Он не думал, что будет так волноваться без Кана, которого до сих пор не увидел здесь.       Взгляд натыкается на вежливого альфу, который встречал гостей у входа. И Бомгю решает, что этот парень сможет ему помочь, поэтому подходит и незаметно читает имя на чужом бейджике:       — Господин Хюнин Кай?.. — немного опешив от явно не корейского происхождения альфы, спрашивает омега. Блондин вежливо кивает, позволяя продолжить: — У вас должен работать человек по имени Кан Тэхён. Он говорил, что будет здесь, но я не могу его найти.       — Оу, да, конечно... — альфа почему-то начинает заметно нервничать, часто моргать и уводить взгляд, будто что-то ища. — Вы – господин Чхве? Да, конечно, вы – господин Чхве, несомненно... Меня предупреждали о Вас, разумеется.       — Так что?.. — неловко спрашивает Бомгю после долгой паузы блондина. Этот Хюнин Кай делает вид, будто что-то ищет в своём блокноте, а после вновь проговаривает с нервными нотками:       — Ах да, Тэхён-хён должен быть здесь. Он будет. Скоро будет точно. — указывая в сторону стульев, альфа добавляет: — Господин Чхве, буквально через минуту должна начаться встреча. Займите, пожалуйста, место в первом ряду.       — В первом? Вы уверенны?       — Вы же в первую очередь здесь как журналист. С этого места будет гораздо удобнее.       Омега кивает и отходит, вызывая облегчённый вздох Кая. Место в первом ряду и вправду пустовало. На спинке свободного стула была приклеена бумажка с инициалами Чхве, и это вызывало улыбку. Тэхён правда сделал всё, чтобы Бомгю попал сюда.       Уже на месте парень каждую секунду проверял телефон в надежде, что на экране появится оповещение от старшего или хотя бы значок «Online». Но ничего такого не происходило. Нервы заставляли незаметно вытягивать рукава свитера, комкать обложку блокнота и нервно покусывать розовые от блеска губы. Кажется, эти жесты даже раздражали рядом сидящих омег, однако Чхве ничего не мог с собой поделать.       А когда голоса переговаривающихся гостей стихают, и слух улавливает лишь стук лакированной обуви, Бомгю наконец-то поднимает глаза. И облегчённая улыбка появляется на губах, стоит увидеть своего альфу.       Тэхён так невероятно красив сейчас. Когда его серебряные волосы в красивой укладке гармонировали с тёмным костюмом. Омега впервые видит на старшем такой стиль, от которого дыхание задерживается, а горло пересыхает.       На альфе нет такого же бейджика, как на других сотрудниках, и это вызывает недоумение. Бомгю теряет улыбку, проследив, как Тэхён зачем-то идёт к стойке с микрофоном, беря его в руки.       — Добрый день. Меня зовут Кан Тэхён. — тёплый голос альфы сейчас вызывает лишь немые вопросы у Чхве. Брови хмурятся, а глаза пытаются найти ответы на спокойном лице старшего. — Вы можете меня знать по псевдониму, который сопровождал меня пять лет. Кан Намги.       И, признаться, Бомгю дальше не слышит. Он лишь следит на движущимися губами альфы, не имея возможности понять смысл слов. Кажется, из рук выпадает блокнот, глухо сталкиваясь с полом. Возрастной омега, сидящий рядом, протягивает предмет назад Чхве, но он не обращает внимания.       Он надеется, что это глупая шутка, которая вот-вот прекратится. Тэхён не мог скрывать такое. Однако в голове всплывают некоторые воспоминания: те бумаги, на которые омега однажды наткнулся дома у старшего. Парочка рукописных абзацев, которые удалось ему прочитать, смутно напоминали один особенный для него стиль. Но тогда Тэхён лишь перенял всё внимание омеги на себя, впиваясь в губы внезапно требовательным поцелуем и незаметно вырывая из рук младшего листы, после пряча их. Бомгю тогда, под чужими ласками, напрочь об этом забыл, вспоминая лишь сейчас.       А ещё почерк. Всякий раз, когда омега видел, как Тэхён пишет, эти едва понятные буквы всегда что-то напоминали. Книги Кан Намги, в конце которых были слова благодарности за прочтение, были подписаны таким же почерком.       Теперь Бомгю не кажется это розыгрышем. Тэхён продолжает говорить, оглядывая присутствующих и в один момент останавливая свой взгляд на Чхве. Но омега не может выдержать этого, ставшего таким родным взгляда. Ему абсолютно наплевать на перешёптывания вокруг, когда он встаёт и ватными ногами направляется к выходу. Он не хочет здесь находиться. Не сейчас. В голове больше нет мыслей, лишь неутихающая боль.       Тэхён следит за тем, как фигура его омеги скрывается за дверью, и не находит сил даже окликнуть. Та секунда, в которую он столкнулся с глазами любимого, заставила его пожалеть о своём молчании. Бомгю не заслуживал узнать об этом так внезапно и в окружении такого количества людей.       Микрофон дрожит в руке, а сам альфа не может продолжить свою речь. Он так долго готовился лишь для одного человека, которого теперь здесь нет.       Надо идти за ним, но неправильно бросать всех этих людей, пришедших ради встречи с ним.       — Извините, кажется, у нас проблемы с аппаратурой. — Тэхён слышит голос друга, поддерживающими движениями похлопывающего его по спине. — Несколько минут, и мы продолжим. Прошу, поймите.       Кай едва шепчет Тэхёну «Иди», прежде чем старший быстрым шагом уходит вслед за своим омегой.

***

      Бомгю едва успевает спуститься на этаж ниже, прежде чем силы его покидают, вынуждая скатиться по стене вниз и, обхватив колени, уткнуться лицом в серые брюки.       Что за глупость? Неужели он не должен радоваться тому, что его парень оказался тем, кем омега восхищается так много лет? Почему же сейчас сердце ноет похлеще, чем в его подростковые годы, когда альфы бросали его после первой же ночи?       Тело мелко дрожит, а брюки пропитываются слезами, когда Бомгю ощущает чужое присутствие. Его не трогают, но успокаивающие кофейные феромоны дают осознание того, что Тэхён рядом.       — Лжец. — шепчет омега, вынуждая старшего нервно сглотнуть. Меньше всего он хотел стать причиной слёз своего любимого. — Кан Намги, Вы готовы дать откровенное интервью? Вам было весело наблюдать за таким идиотом, как я? Слушать о моих мечтах встретиться с Вами и молчать? Следить за тем, как я переживал о конце Вашей карьеры, и проявлять лживую заботу?       — Бомгю, прекрати. — Тэхён встаёт на колени рядом с омегой, пытаясь взять того за руки, но младший не позволяет.       — Ты не прекращал всё это время врать мне. — альфа готов разорваться на части, когда смотрит на лицо Чхве со стекающими по щекам слезами. Хочется их утереть, но омега явно не настроен на проявление нежных чувств сейчас. — Почему, Тэхён-и? — ласковая форма имени, всегда заставляющая плавиться Кана, сейчас пронзает сердце миллионами игл. Бомгю сейчас так вынужденно произносит его имя.       — Бомгю, я хотел, чтобы ты знал меня настоящим. Кан Намги был всего лишь маской, с которой я меньше всего желал тебя познакомить. Я не жалею, что всё это время ты знал меня только как Кан Тэхёна. Каковы шансы, что ты смог бы быть таким же открытым, зная, что я – твой кумир? — омега лишь поджимает губы, не находя ответ. — Я хочу быть тем, кого ты любишь гораздо больше, чем тем, кем восхищаешься. — наконец альфе удаётся сжать в своих руках нежные ладони младшего. — Прошу, спроси меня тот вопрос, который планировал задать первым. Я видел твой блокнот.       — Почему Вы после внезапного заявления об уходе приняли решение вернуться, но уже под своим настоящим именем?       — Последний год я писал лишь из-за необходимости писать, а не по своему желанию, как было до этого. Я устал. Мне перестало нравиться то, что я пишу. Из десяти листов меня удовлетворял, если повезёт, только один. Поэтому и решил прекратить. «Summer Inspiration» ведь должна была стать последней работой, но... — Тэхён тянется рукой к лицу Бомгю, не замечая сопротивления, убирает мешающую тёмную прядь за ухо, а после нежно укладывает ладонь на щёку младшего. — Но ты, Бомгю, стал моим «Летним вдохновением», позволившим начать заново. После нашей первой встречи я впервые с наслаждением сел за работу. И это продолжалось каждый день, когда мы виделись. Бомгю, я боялся открыть тебе большее, думая, что ты станешь относиться ко мне по-другому. Я знал, что придётся рано или поздно рассказать тебе, и подумал, будто мои сегодняшние планы будут хороши...       — Хочу сказать, что сегодня ты впервые за всю свою карьеру оплошал в романтических штучках. — омега улыбается, наконец, позволяя Тэхёну с лёгкостью дышать. — Я прощу тебя с одним условием.       — Всё, что угодно.       — Кан Тэхён, ты оставил меня одного на утро после нашего первого секса... — Чхве обиженно дует губы. — Знаешь, как это заставило меня переживать? Думаю, я заслуживаю стать тем, кто прочитает твою работу раньше остальных.       — Если честно, я так и планировал.       — Оставить меня или дать прочесть?       — Дурачок. — альфа глухо смеётся и оставляет нежный поцелуй на тыльной стороне ладони омеги.       — И ещё кое-что... — смущённо проговаривает Бомгю от таких тёплых жестов. — Пожалуйста, больше никогда не скрывай от меня ничего...       — Не буду.       Младший протягивает Тэхёну мизинчик, с надеждой в глазах спрашивая:       — Обещаешь?       Альфа обхватывает чужой пальчик своим, отвечая:       — Обещаю.

***

      Бомгю не согласился возвращаться назад, аргументируя это тем, что ситуация будет выглядеть странно. Тэхён лишь понимающе кивнул и протянул омеге ключи от своего кабинета, рассказав, где он находится и попросив подождать его там.       Честно говоря, омега не стал зацикливать внимание на светлом интерьере кабинета. Найдя небольшой диванчик, Бомгю устремился к нему и сразу достал телефон. Ещё до начала мероприятия он заметил в небольшой толпе популярного книжного блогера, который обычно в прямом эфире публикует то, что слышит на таких встречах с писателями. Поэтому Чхве быстро находит в своих подписках этого парня, принимаясь читать быстро появляющиеся новые посты.       Все вопросы стандартные, вроде семьи альфы, идей и планов или банальных тем насчёт любимой еды. Всё это Бомгю уже знает, но не перестаёт с наслаждением читать, представляя, с какими эмоциями Тэхён отвечал на эти вопросы.       И вот новый пост, от содержания которого сердце омеги начинает биться чаще обычного:       — Господин Кан, поделитесь, есть ли у Вас что-то, откуда Вы черпаете вдохновение?       — Думаю, это станет моим самым откровенным ответом за сегодня. Я помню, как в детстве мой отец подарил папе букет ирисов. Мне довелось услышать этот аромат, и это будто стало тем самым вдохновением. В моём кабинете и дома всегда есть свежие букеты этих цветов. Однако в период моего творческого кризиса даже они не смогли меня спасти.       — Но как же Вы продолжаете писать без вдохновения?       — В моей жизни появился человек, который сочетает в себе миллионы цветов. Благодаря ему я сейчас здесь и продолжаю своё дело.       Бомгю отрывает взгляд от телефона, и вправду замечая на подоконнике вазу с ирисами. Новые посты перестают появляться, оповещая о конце встречи. Омега использует этот момент, пока не пришёл Тэхён, и подходит к письменному столу. Небольшая стопочка бумаг-черновиков манит, и Чхве не отказывает себе в соблазне почитать.       Он не знает, сколько времени потратил на них. Отрывается от букв, лишь когда ощущает на своём животе чужие руки. Тэхён обнимает, целуя омегу в едва открытую из-под свитера шею.       — Как всё прошло? — интересуется Чхве, поворачиваясь в объятиях, вынуждая альфу поставить руки на стол по обе стороны от тела младшего.       — Не мог дождаться конца, чтобы прийти к тебе. — Тэхён утыкается в мягкую белую шерсть свитера на плечах омеги, вдыхая любимый запах.       — Я тут подумал, а ведь если бы ты рассказал мне раньше, я бы давно с твоей помощью закончил курсовую работу... — выдыхает Бомгю, пытаясь игнорировать тянущее ощущение внизу живота. — Ты ведь не откажешь мне в интервью? У меня столько вопросов! Почему именно «Кан Намги»? Как давно ты начал писать неофициально? Есть ли неизданные работы?       — Подожди-подожди. — альфа накрывает губы младшего ладонью. — Бесплатное время для интервью прошло, и ты его упустил.       — Что?.. — поднимает брови омега.       — Оплата высока, но, думаю, у тебя есть такая возможность.       Тэхён накрывает пухлые губы Бомгю в поцелуе, прерываемом через пару секунд.       — Кан Намги – имя моего деда, с которым я провёл почти всё детство.       Вновь поцелуй, более глубокий из-за омеги, который обхватил широкие плечи старшего. И снова альфа отстраняется:       — Начал я писать ещё со средней школы. Тогда это просто были посты для школьных мероприятий, но уже в тот момент я понял – это моё.       Тэхён обхватывает младшего за талию и для удобства сажает того на стол, вставая между разведённых ног. И снова целует. Жадно, страстно, вызывая первые стоны Бомгю.       — У меня есть неизданные работы, и я готов их показать тебе. Есть ещё вопросы?       Кан смотрит на тяжело дышащего омегу, прося о быстром ответе того, ведь так хочется вновь вернуться к сладким губам. Но Бомгю лишь в отрицании качает головой и тянется руками к галстуку Тэхёна, ослабляя тот.       — Думаю, у меня есть возможность оплатить целое интервью. — Чхве скрещивает ноги за спиной альфы, вынуждая того приблизиться и почувствовать чужое возбуждение. — Если ты не против этого сейчас.       Тэхён не отвечает, лишь вновь возвращаясь к терзанию губ младшего, лаская его талию руками, а свой слух – чужими стонами.       Он счастлив знать, что омега смог простить и довериться вновь. Счастлив ощущать обволакивающий сознание аромат ириса. Счастлив чувствовать рядом его. Счастлив целовать его губы. Счастлив вызывать его звуки наслаждения. И счастлив любить его.       А Бомгю счастлив от осознания, что его первой и настоящей любовью стал Кан Тэхён.