Чакре хочется кричать

— Какой сегодня хороший день! — радостно воскликнул Наруто, потягиваясь и глядя в окно. — Да, чудесный, — ответил Саске. «Чё? Я не это хотел сказать…» — оторопел Учиха. — Ты в хорошем настроении? Какие планы на день? — Наруто тоже заметил неладное. — В отличном. Сегодня буду вычесывать уличного кота, который к нам залезает, — лицо Саске было прямо противоположным его словам: раздражённая гримаса. «Что за…» — подумал он. — Тебе чай или кофе налить? — спросил Наруто, выходя на кухню. — Мне чай… — «Я хотел сказать кофе…» — Ты же обычно кофе пьёшь? — Узумаки приподнял бровь. — Благодаря кофе я выгляжу круто, а вообще я больше люблю зелёный чай, — Саске мысленно отвесил себе пощёчину. «Я не собирался этого говорить, блять! Я хотел сказать "кофе"!» — Вот как… Ладно, налью чай, — «С каких пор он такой честный?» — подумал Наруто. «Я что, не могу врать?!» — внезапная мысль осенила Саске. — «Ну-ка…» — Эй, Усуратонкачи! А ну, спроси у меня что-нибудь. — Ты любишь кошек? — первый вопрос, что пришёл в голову. — Да. Я бы и так это сказал. Спроси что-нибудь другое. — Тебе нравится Сакура? — Нет! Идиотина, я бы и так это сказал! Ты можешь вопросы посложнее задавать?! — раздражение Саске нарастало. — Ну… Какие фильмы тебе нравятся? «Вот! Вот сейчас я скажу "боевики"!…» — Романтические, — бледная кожа Учихи покрылась румянцем. — По типу "На уровне чакры". — Он ударил себя в лоб. «Бляяять…» Наруто застыл с каменным лицом, ожидая крика: «Поймал тебя, тупица!» или «Купился?!», но ничего не происходило. — Что ты молчишь? — Саске приник к стене. — А тебе какие нравятся? — Комедии, — Наруто сглотнул, продолжая стоять неподвижно. — Моя любимая — "Техника бесконечного смеха". «Ну конечно, что он ещё может любить!» — Саске кричал внутри. — «Надо спросить что-то посложнее…» — А кто тебе нравится? — глаза Учихи загорелись от азарта. — Ты, — короткий ответ, который, кажется, не сразу достиг сознания Саске. Повисло неловкое молчание. Они просто смотрели друг на друга. — Т-то есть да! То есть… я не это хотел сказать! — Наруто закрыл рот рукой от удивления. — Ты уже говорил это в Долине Завершения. Я думал, ты бредил. — Нет, я был в сознании. Но хотел, чтобы ты это забыл… Почему я это говорю?! — Наруто схватился за голову двумя руками. — Ты что, гей? — на лице Саске появилось отвращение. — Нет. — Я парень, ты в курсе? — Я тебя не за это люблю, а за то, что внутри! Хватит задавать вопросы! — Наруто покраснел от стыда. Молчание. Они всё ещё просто стояли и смотрели друг на друга. — Это… Мы не можем врать сейчас, — наконец разорвал тишину Саске. — Ясно. Мог бы и раньше сказать, я бы не отвечал! — Наруто захлопнул дверь в комнату, лишь бы уйти из этой позорной ситуации. Ни слова больше. День шёл своим чередом, но отчего-то Саске чувствовал себя разъярённым, и эти эмоции весь день отзывались в Наруто, заставляя его чувствовать себя виноватым. А за что — он и сам не понимал. Он всё испортил — так он думал.

***

— Я ушёл, — не дождавшись ответа, Наруто вышел за порог квартиры. — Не жди, — дверь громко захлопнулась. Удалённый парк, скрытое от чужих глаз место. Тёмный, прохладный вечер. Спасибо Лису — Наруто почти никогда не мёрз. Внутри бушевала буря эмоций, и он не знал, за что ухватиться первым. Думать ему вообще не сильно нравилось, но эта ситуация точно нуждалась в тщательном осмыслении. Да, он любит своего лучшего друга. Это, наверное, даже не любовь — это что-то больше, глубже. Саске любил свою семью, брата. Он знает, что такое любовь — и как тяжело терять. Вряд ли он когда-то ответит на чувства Наруто. А что было у Наруто? Родителей он не знал, и не мог любить. Хотя та встреча на войне окончательно разбила ему сердце, он не знал, как любить по-настоящему, долго, трепетно. Он «любил» Сакуру, но разве это было оно? Он восхищался ею, хотел завладеть, как трофеем. Но не в романтическом плане. Просто её все «хотели», и он не хотел отставать. Заслужил ли он вообще любовь? Полюбит ли его кто-нибудь так искренне, как он любил Саске — как сокровище, как часть себя? Ветка позади хрустнула. — Снова будем весь день бегать от разговора и потом прикинемся, что ничего не было? — Саске присел рядом. — Это не я назвал все это отвратительным, — ответил Наруто, не поднимая глаз. — Скажи мне прямо, — Учиха говорил медленно, будто каждое слово вытягивал из себя клещами. — Ты меня реально… хочешь? Наруто молча кивнул. И, через паузу, осознав, что этого недостаточно, сказал: — Да. — Ты хочешь… быть со мной. Любить. Целовать, — Саске сглотнул, будто слова обжигали. — Заниматься со мной… сексом? — Да, — тихо, почти шёпотом, но отчётливо. Без тени сомнения. Саске судорожно выдохнул. Ветер слабо трепал волосы Наруто. Где-то вдали кричали вороны, журчала вода. Блондин повернулся к Саске и, будто боясь наступить на лёд и провалиться, спросил: — Скажи… тебе противно всё это? — голос дрожал. Пауза. Он задержал дыхание. — Нет, — Саске протяжно выдохнул. — Но мне… противно от самого себя. — Почему? — в голосе Наруто был ужас. — Потому что это я?! — Нет! — Саске дёрнулся, на его лице читалось выражение боли. — Потому что я не должен этого хотеть! Я — шиноби, наследник клана, я — мужчина… Я всю жизнь шёл по одной прямой: война, кровь, деревня… Я не знаю, как жить иначе! А тут ты. С твоими чёртовыми чувствами! — Так в чём на самом деле дело?! — Наруто повысил голос. — В том, что я парень? Или в том, что тебе страшно сделать, наконец, шаг в сторону от своей проторенной дорожки, Саске?! — Во всём! — он оскалился. — В том, что ты заставляешь меня чувствовать себя слабым! — он ударил дерево кулаком. — Я это ненавижу! — Я… — Наруто не успел договорить. — Думаю, тебе лучше съехать, — Саске резко поднялся и ушёл прочь.

***

«Этого не должно было всплыть. Он должен был молчать, а я — делать вид, что ничего не знаю. Если я отвечу ему — я стану уязвимым. Слабым. Меня снова будут контролировать, и я буду подчиняться». Он сжал руку в кулак и посмотрел в зеркало: страшные глаза, это отвратительное, даже мерзкое лицо, длинные патлы, уродливый обрубок конечности в бинтах. Как такого можно любить? За что? Он отвернулся. «Мне просто нужно сбить фокус. Найти кого-то. Кого-нибудь. Сакуру, любую другую. Неважно. Просто доказать себе, что это не во мне дело — просто потребность. Инстинкт. Вожделение. Я слишком много времени провёл в компании бездушных уродов…»