Лечебный госпиталь Сиэтла

Больница Сиэтла в тот день напоминала сумасшедший дом, и Лекси Грей ни разу не сожалела так сильно о своём решении начать работу именно здесь, как в этим утром. Первым препятствием стало ужасное отсутствие парковочных мест. Все места на парковке для сотрудников были заняты, и Лекси знала, что половина этих машин принадлежат репортёрам и людям, желающим попасть на открытие нового крыла больницы. Она столько раз объезжала территорию, пытаясь найти свободное место, что в итоге ей пришлось оставить машину у ближайшей библиотеки, умолять библиотекаря, чтобы та не вызвала эвакуатор, а затем мчаться пешком на работу. Из-за этого Лекси опоздала на обход на целых тридцать минут, что совсем не пошло на пользу её первому рабочему дню. Один из её коллег-интернов, Джордж О’Мэлли, сочувственно взглянул на неё, когда их наставник отчитал её за опоздание. Джордж был неплохим парнем, Лекси он нравился. Он оставался на второй год интернатуры, но она не считала его глупым или некомпетентным. Иногда случаются действительно важные вещи, а тесты не сдаются… Лекси едва не провалила экзамены, когда умерла её мама, так что она была уверена, что у Джорджа есть вполне уважительная причина, почему он не сдал экзамен для стажёров. Заведующая, строгая и серьёзная Миранда Бейли, не проявила сочувствия к проблемам Лекси с парковкой. Её в тот день, похоже, беспокоило только одно — чтобы интерны были заняты работой и не мешали ей отправиться на открытие нового отделения. Это новое дополнение действительно было чем-то необычным. Оно казалось каким-то магическим чудом. Лекси было сложно поверить, что теперь существует не только магия, но и врачи, которые способны исцелить любое повреждённое тело одним только взмахом волшебной палочки. Они все собирались стать свидетелями этого, ведь с открытием нового отделения «Обитель целителей» должны были провести демонстрацию того, как магия применяется в медицине. Не исключено, что в больницу пробрался кто-то из важнейших целителей магического мира, оказавшись в совете директоров Сиэтлской больницы. Он настоял на сотрудничестве с магической медициной и открыл это новшество. Всё это подогревалось слухами о том, что этот таинственный целитель, возможно, был героем войны, человеком с громадным состоянием и главным целителем больницы. Хотелось бы увидеть всё это своими глазами, познакомиться с главой целителей, стать свидетелем демонстрации целительства… Но, видимо, Лекси не суждено было оказаться там. — О’Мэлли, ты работаешь с Хантом, — произнесла доктор Бейли, раздавая распоряжения. — Уилсон, тебе тоже в неотложку. Сегодня мы точно поймаем этих любопытных придурков. Джо Уилсон, одна из интернов, выглядела довольной своим назначением, как будто работа в отделении неотложной помощи была чем-то особо захватывающим. Но на самом деле это было далеко не так. — Кепнер, ты идёшь в неврологическое отделение к доктору Шепарду. Лекси не могла сдержать вздох разочарования, хотя не выражала его вслух. Она мечтала попасть в нейрохирургию, ведь доктор Шепард был одним из самых талантливых врачей в больнице, и Лекси была полна желания учиться у него. Единственное, что беспокоило её — она была почти уверена, что Шепард встречается с её сводной сестрой Мередит. — Простите, доктор Бейли, — подала голос Эйприл Кепнер. — Это доктор Шепард мужского или женского пола? Лекси почувствовала лёгкое замешательство. Женщина-Шепард? Она бросила взгляд на Джорджа, и тот слегка покачал головой. Лекси понимала, что он расскажет ей об этом позже, ведь Джордж был из тех, кто любил поболтать, обменяться слухами и вообще был отличным собеседником. — Доктор Дерек Шепард, — уточнила доктор Бейли, не поднимая глаз от планшета. — Итак, Эйвери, ты с Слоан. Грей, тебе в клинику. — Что? Нет! — Лекси не успела удержаться. — Пожалуйста, доктор Бейли, я очень хочу попасть на открытие крыла! Я сделаю всё, что угодно, правда! Доктор Бейли выпрямилась, её взгляд был острым и пронзительным. Несмотря на то, что она была ниже Лекси всего на пару сантиметров, её присутствие ощущалось, как будто она была на целую голову выше. — Вы будете делать всё, — проговорила она твёрдо. — Спуститесь в мою клинику и займётесь каждым пациентом, которого встретите. И не смейте мешать мне и другим врачам, потому что мы сегодня будем заняты. Поняла, доктор Грей? Лекси, хоть и пыталась сохранять спокойствие, чувствовала, как на её плечах давит тяжесть. Бейли всегда была жёсткой, и с ней лучше не спорить. — Да, мэм, — поспешно согласилась Лекси. — Я буду работать в клинике и точно не буду вам мешать. Доктор Бейли, несколько секунд изучая Лекси взглядом, удовлетворённо кивнула. — Сегодня меня не беспокоить, — добавила она. — Я буду недоступна. Повторите за мной: доктор Бейли не доступна для вашей обычной ерунды. Лекси чувствовала себя как виноватый ребёнок, но знала, что лучше всего молчать. Против Бейли не пойдёшь. — Теперь понятно, почему её называют нацисткой, — тихо заметила Лекси, как только они с Джорджем и Джо покинули кабинет и направились на рабочие места. Самый быстрый путь в клинику проходил через отделение неотложной помощи, и, пока остальные расходились по своим этажам, Лекси шла с Джорджем и Джо. — Сегодня я бы так её не называла, — ответила Джо, тряхнув своим длинным каштановым хвостом. — Я слышала, как она сказала твоей сестре, что первый, кто назовёт её нацисткой, получит месяц на хлебе и воде. — Странно, — прокомментировал Джордж, но не выглядел слишком обеспокоенным. — Бейли вроде бы уважает это прозвище. Такие имена, как правило, вызывают уважение в определённых кругах. — Может быть, она просто поняла, что это прозвище действительно ужасное, и никто не должен гордиться тем, что его называют нацистом, — заметила Лекси. — Это вообще жуткое прозвище. И, честно говоря, можно было бы ожидать, что Бейли сама бы его давно пресекла. Холокост и война когда-то были для Лекси предметом глубокого интереса. Половину второго класса она посвятила тому, чтобы изучить эти трагичные события как можно более тщательно. Нацисты были ужасными, зловещими фигурами в истории, оставившими неизгладимый след дискриминации, угнетения и расизма. Но доктор Бейли, напротив, была сильной женщиной, которая сама доказала свою стойкость перед лицом несправедливости. Образованная и успешная, она смогла преодолеть все препятствия, которые ей подбрасывала жизнь, и взяла на себя роль лидера, что, безусловно, требовало невероятной силы духа. Лекси уважала её за это больше, чем за любое другое качество. Она поняла, что доктор Бейли совершенно заслуженно отказалась от прозвища, которое когда-то было использовано против неё. Лекси сама раньше могла бы быть согласна с этим названием, но теперь она искренне восхищалась решением Бейли. Она была женщиной, которая не только боролась с личной несправедливостью, но и меняла общественные представления о возможностях и правах. Когда Лекси пересказала Джорджу и Джо, почему эта тема была такой важной для неё, они не успели полностью выслушать её объяснение, поскольку больница снова поглотила их, и они в спешке оказались на своих рабочих местах. Пациенты в отделении неотложной помощи, по большей части, приходили не столько с проблемами, сколько из-за любопытства, что немного раздражало Лекси. Она была готова переключиться на что-то более полезное, но клиника ожидала её. Мемориальная клиника Дюкетт-Блэк была одной из самых значимых благотворительных инициатив больницы. Бесплатное медицинское обслуживание для тех, кто не мог себе позволить лечение в частных клиниках, позволяло многим пациентам получать помощь без страха перед финансовыми трудностями. Лекси понимала важность этого учреждения, хотя и не испытывала от работы там особого удовлетворения. Истории, связанные с клиникой, были интересны, но сам процесс работы не приносил ей той радости, которую она бы хотела испытывать. Доктор Бейли и доктор Стивенс сыграли ключевые роли в создании этой клиники. Стивенс, как и всегда, была человеком с непростой судьбой: её отношения с Денни Дюкеттом, кардиологическим пациентом, были трагичными и романтичными, что в свою очередь привлекло внимание всей больницы. Однако Лекси больше всего интересовала другая история — история щедрого пожертвования, сделанного мужчиной, который, возможно, по своей воле или по настоянию, был связан с доктором Бейли. Она знала, что этот фонд не имел бы своего существования, если бы не неоднозначное наследство, оставленное Дюкеттом. Но эти мифы, как и большинство сплетен в больнице, оставались тайной. Вместо того чтобы наслаждаться этим историческим контекстом, Лекси смиренно выполняла свою работу, принимая пациентов с простудами и мелкими травмами. Её мысли часто возвращались к откладываемому открытию нового отдела целителей, которое привлекло внимание всего города. Лекси надеялась, что торжественное событие состоится позже, когда она не будет заперта в клинике. По пути в клинику, где её встретила Мередит с холодным взглядом и коротким жестом указания, Лекси начала испытывать странную смесь облегчения и сожаления. Она не могла избавиться от мысли, что в больнице происходило что-то важное, а она была отстранена от этого. Тем временем, в эфире продолжали показывать новости. Ведущий с серьёзным видом сообщил, что глава целителей, о котором так много говорили, неожиданно исчез. Лекси ошеломленно посмотрела на экран телевизора. Сначала это казалось нелепым слухом, но затем всё стало гораздо более тревожным, чем она могла представить. — Новый главврач пропал? — воскликнула Лекси, потрясённая новостью, и огляделась в поисках кого-то, с кем можно было бы обсудить этот момент. Но Мередит была занята разговором по телефону, а медсёстры продолжали свою работу, не проявляя интереса. Лекси почувствовала нарастающее беспокойство. Словно неотвратимая катастрофа, она почувствовала, что не может больше оставаться равнодушной к происходящему. Несмотря на свою растерянность, она решила, что нужно разобраться в этой ситуации. Однако её мысли всё больше и больше охватывала тревога. Внезапно дверь клиники распахнулась. Вошёл мужчина, одетый в тёмно-синий костюм, с небрежно завязанным галстуком. Он был явно взволнован, и в руках у него был ребёнок. — У моего сына аллергическая реакция, — произнес он, голос дрожал от паники. — Ему нужно срочно ввести адреналин и антигистамин. Лекси обернулась и скользнула взглядом по мальчику. Она не обратила внимания на его необычные голубые волосы и яркие зелёные глаза. Все её внимание было сосредоточено на симптомах. Опухшие губы, покрасневшая и пятнистая кожа, руки, держащие горло, словно пытаясь остановить боль. — Не двигайся! — быстро скомандовала она, разворачиваясь на месте и стремительно направляясь к медицинской тележке. Лекарства для взрослых были уже открыты, но Лекси на секунду замешкалась, перебирая их, в поисках детской дозы. Чувствовалась странная грусть: что-то в этой ситуации казалось странно обыденным. Аллергическая реакция — это, пожалуй, самое захватывающее событие за весь день для Лекси. Она вернулась к мальчику и его отцу с готовым адреналином. Уже вскоре стало заметно, как малышу стало значительно легче. Это было мгновенное облегчение — облегчение для бедного ребёнка, которое Лекси могла предоставить. — Могу я взять двадцать пять таблеток «Бенадрила»? — обратилась она к медсестре за стойкой, где мальчик уже дышал легче. Медсестра кивнула, и Лекси отвела отца с сыном к свободной койке. — Ты очень испугался, правда? — сказала Лекси с сочувствием. Она мягко улыбнулась мальчику. — Как ты себя чувствуешь сейчас? Мальчик кивнул и посмотрел на отца. Лекси заметила, что глаза у мужчины были такими же ярко-зелёными. — Мне намного лучше, — ответил мальчик с улыбкой. Он выглядел наивно и искренне, и Лекси прикинула, что ему около пяти с половиной лет, если судить по его отсутствующему переднему зубу, росту и весу. — Отлично! — сказала она с радостью. — Сейчас сделаем ещё один укол, чтобы удостовериться, что ты в порядке, а потом, я думаю, я найду тебе какие-нибудь наклейки за твою храбрость. Как тебе такое? — Да, пожалуйста, — ответил он, откинувшись на подушку. Он чувствовал себя гораздо более расслабленно, чем его отец. — Это был чертов изюм! — произнёс его папа, запустив руки в волосы. Лекси не могла не почувствовать некоторую симпатию к этому мужчине. Многие родители вообще не придавали значения здоровью своих детей, но этот мужчина явно был готов расплакаться от беспокойства. — Тебе повезло, что больница была так близко, — успокаивающе сказала Лекси. Она взяла пустую папку для пациента, лежавшую у кровати, и открыла её, готовясь заполнить. Взгляд Лекси скользнул к мальчику, и тот сразу же ответил ей доброй улыбкой. — Как тебя зовут? — спросила Лекси, забыв о необходимости использовать «детский голос». Это всегда было сложно для неё, и, возможно, именно поэтому Лекси никогда не была склонна к общению с детьми — ей казалось, что она не умела быть на их уровне. Когда она пыталась, её слова звучали так, будто она снисходила. — Эдвард Орион Бейли, — быстро ответил мальчик. — Но вы можете называть меня Тедди. — Хорошо, Тедди, — подумала Лекси и продолжила заполнять карточку пациента. Когда медсестра принесла бенадрил, Лекси передала документы отцу мальчика, чтобы тот мог их завершить. — Ещё один укол, и всё будет готово, — сказала Лекси, протягивая руку Тедди. Мальчик храбро подал свою руку, и Лекси аккуратно отодвинула рукав его футболки, чтобы сделать укол. — Раз… два… Тедди тихо застонал от боли, когда игла вошла в его кожу, и его отец тут же сел рядом, обнимая его и пытаясь успокоить. — Молодец, Тедди-бу, — сказал он мягким, успокаивающим голосом, поглаживая сына по спине. — Бабушка будет гордиться твоей храбростью. Лекси не могла не остановиться и не посмотреть на эту сцену. В её душе на мгновение возникли воспоминания о прошлом, о том, когда её собственный отец ещё обнимал её, обещая, что всё будет хорошо. Но теперь всё было иначе. С тех пор как её мать ушла из жизни, а семья распалась, всё изменилось… Лекси почувствовала, как её сердце сжалось. Она скучала по тем временам, когда её отец мог утешить её, дать ей ту детскую безопасность, которой теперь не было. Тот факт, что её отец был жив, не отменял того, что часть его умерла в тот день, когда потеряли мать.

***

Лёгкое, приподнятое настроение, которое Лекси испытывала после того, как познакомилась с Тедди Бейли и его отцом, быстро исчезло, как только она услышала, как медсестра назвала его Гарри. Даже когда Мередит сообщила ей, что во время перерыва можно будет пойти на долгий обед, Лекси не смогла найти в себе ни малейшего энтузиазма. Её интерес к магическому отделению, которое она раньше так обожала, ушёл, будто бы растаял, и теперь, казалось, она не могла с нетерпением ждать чего-то нового. По пути в столовую Лекси невольно подслушала разговор, и это было точно не то, что она хотела услышать. В больницах сплетни могут быть в тысячу раз хуже, чем в школе, и за каждым столом медсестры и врачи обсуждали, казалось, каждую деталь того, что происходило в их мире. Все были поглощены разговорами о несостоявшемся открытии или исчезнувшем главе целителей. Даже доктор Бейли и шеф Уэббер не могли оставить эту тему. Лекси случайно оказалась рядом, когда проходила мимо их кабинета и услышала их разговор. — Это на него не похоже, Миранда, — сказал шеф Уэббер, его строгий костюм для прессы не скрывал беспокойства. — Он хороший парень. — Вам не нужно ничего мне объяснять, сэр, — ответила Миранда Бейли, сжимая телефон в руках и нетерпеливо постукивая ногой. — Чёрт! Сразу на голосовую почту. Позвольте мне позвонить Такеру… Лекси не успела услышать, что именно сказал шеф Уэббер, потому что она не хотела, чтобы Бейли заметила её. Она выглядела такой напряжённой и поглощённой, что Лекси быстро пошла дальше, погрузившись в мысли о пропавшем главе больницы. День назад Джексон Эйвери сказал ей, что больница в Сиэтле, возможно, проклята. Лекси ответила ему, что он ведёт себя как идиот, ведь каждая больница имеет свою трагическую историю. Но она не могла не поддаться суеверным размышлениям, когда подумала о пропавшем начальнике. Будет ужасно досадно, если всё, что они с таким энтузиазмом ждали — важное событие, которое должно было изменить всю медицину, — окажется отложено или отменено из-за какой-то трагедии, связанной с новым главой. Например, если он попадёт в автомобильную аварию или произойдёт что-то подобное. Пока Лекси покупала сэндвич и чипсы, её мысли возвращались к этой идее. Она мысленно анализировала, какие трагедии могли бы с ним случиться. С учётом погоды, времени суток и увеличившегося трафика из-за мероприятия, вероятно, новый глава отдела здравоохранения стал жертвой аварии. Лекси надеялась, что это не привело к смерти. Было бы крайне обидно, если бы медицинские работники по всему миру так радовались участию в этом важнейшем историческом событии, только для того, чтобы потерять его из-за банальной автомобильной аварии. Когда Лекси вошла в кафетерий, она увидела, что все столики заняты. Никого из её знакомых (хотя, может быть, только одного… Джорджа) здесь не было, и она уже настроилась на то, что ей придётся сидеть одной. Однако взгляд её упал на два знакомых лица. — Привет, Тедди, — сказала Лекси, остановившись у столика у окна и смущённо улыбнувшись пациенту, которого она выписала из клиники всего двадцать минут назад. Тедди сидел, скрестив ноги, на стуле и доедал кусок пиццы. Его отец сидел напротив и пил кофе. — Привет! — ответил Тедди с набитым едой ртом. — Хочешь пиццу? Это моя любимая. Лекси засмеялась, слишком легко очарованная этим ребёнком. — Нет, спасибо, — сказала она, слегка медля. Она надеялась, что её отказ не прозвучит грубо. — Я удивлена, что вы решили поесть здесь. Большинство людей избегает больничной еды. — Папа сказал, что мы должны, — просто объяснил Тедди. Отец Тедди выглядел обеспокоенным, он провёл рукой по волосам и осмотрел кафетерий, даже когда поздоровался с Лекси. — Здравствуйте ещё раз, доктор Грей, — сказал он, коротко улыбнувшись ей. Эта улыбка была очень милой, как у литературного героя, хотя и немного рассеянной. — Я же сказал тебе, Тедди, что мы очень опаздываем. — Мы действительно опаздываем, — добавил Тедди. — Что ж, я не буду вас задерживать, — смущённо ответила Лекси, пытаясь скрыть растерянность. Если они действительно опаздывали, Лекси не понимала, почему они решились задержаться в больнице ради еды. Ведь редко кто приходит в больницу просто поесть, если у него нет такой необходимости. — Ты могла бы присесть, — сказал вдруг отец Тедди. Лекси была немного ошеломлена его предложением. Она не ожидала, что привлекательный мужчина пригласит её сесть рядом с ним. Лекси не была слепой — она знала, что он выглядит привлекательно, но не ожидала такого приглашения. Тем более, что она больше не была врачом его сына, и ей казалось, что для неё здесь не было места… — О, спасибо, — быстро сказала Лекси, садясь на стул между отцом и сыном и нервно рассмеявшись. Она заправила прядь волос за ухо. — Я, кажется, не расслышала вашего имени, — добавила она извиняющимся тоном. — Гарри, — сказал мужчина, протягивая руку. — Гарри Бейли. Лекси пожала его руку, размышляя, стоит ли упомянуть, что врач по фамилии Бейли, создал клинику где лечили его сына. Но когда она снова уловила британский акцент, её разум невольно выдал информацию. — Бейли — 66-я по распространённости фамилия в Соединённых Штатах, — быстро произнесла Лекси и покраснела, когда Гарри прищурил свои зелёные глаза. — И, эм… это 56-я по распространённости фамилия в Англии. Глупо. Лекси знала, что, по сути, она была права, но зачем она вообще заговорила об этом? Это точно не то, что она хотела сказать. — Блестяще, — сказал Гарри, его улыбка была добродушной. Он не казался насмешливым, а скорее воспринимал это как забавный факт. — А насколько распространён Люпин? Лекси немного напряглась, перебирая в памяти все упоминания фамилии Люпин, которые когда-либо встречались ей. Она задумалась на секунду, но вскоре вспомнила. — В переписи населения США 2010 года фамилия Люпин встречалась 134 раза, — сказала она, чувствуя, как её щеки заливаются румянцем. Гарри, вероятно, подшучивал над ней, не ожидая настоящей реакции. Чтобы не смущаться ещё больше, Лекси быстро откусила от сэндвича. Затем Гарри рассмеялся. Это был не издевательский смех, а по-настоящему тёплый, добродушный смех, который сказал Лекси: «Ты забавная, и я рад, что ты рядом». — Одна из моих лучших подруг, Гермиона, такая же, — сказал Гарри, снова улыбаясь Лекси. — Она запоминает всё, что читает, и я всегда ей завидовал. — Я скучаю по тёте Мионе, — сказал Тедди с грустным вздохом. Он взглянул на отца с тоской. — Мы скоро сможем её навестить? — Посмотрим, — ответил Гарри, явно уклоняясь от прямого ответа. Лекси, которая, как правило, не любила детей, заговорщически наклонилась к Тедди. — Ты должен надуть губы, — сказала она громким шёпотом. — Вот так… — Лекси продемонстрировала, как это делается, выпятив нижнюю губу и игриво взмахнув ресницами. — Тедди очень хочет пойти к своей тёте. Лекси слегка подразнила их, научив младшего, как правильно дуться. Но реакция Гарри оказалась той самой каплей, которая довела её до предела в этот тяжёлый день. Гарри моргнул, и его улыбка превратилась в ухмылку. Этого было достаточно, чтобы Лекси снова покраснела — симпатичные парни всегда были мечтой девушки, ну и что? — Я бы точно дал тебе то, чего ты хочешь, — сказал Гарри с такой серьёзностью, что Лекси не сразу осознала, что он флиртует. Он действительно флиртовал с ней. Лекси мгновенно, едва заметно, взглянула на его левую руку. Не было ни кольца, ни следов от него. А затем, как только её мысли могли продолжить свой бег, она хихикнула. — У девчонок вши, так говорил дядя Так, — заявил Тедди, сморщив носик, усеянный веснушками. Он отодвинул поднос и снова выпятил губы, глядя на Гарри. — Можно я пойду поищу дядюшку? — Всё в порядке, Тедди-бу, — ответил Гарри с лёгкой улыбкой, откинувшись на спинку стула. — Постарайся смягчить его для меня, ладно? — Хорошо! — с радостью ответил Тедди и мгновенно вскочил с места, стремительно выбежав из столовой. Лекси хотела было напомнить ему, что он не в ту сторону направляется, но Гарри отвлёк её. — Итак… доктор Грей, — Гарри наклонился ближе, и Лекси почувствовала, как его взгляд стал необычно мягким, мечтательным. — Сомневаюсь, что вас зовут «Красавица» или «Умница», хотя такие имена вам бы точно подошли. Лекси готова была провалиться сквозь землю. Это было совершенно банальное замечание, но Гарри произнёс его с такой искренностью, что она не могла возразить. — Лекси, — сказала она, немного заикаясь, ведь застенчивость терзала её. Она снова взглянула на левую руку Гарри, не желая продолжать флирт с женатым мужчиной, каким бы привлекательным он ни был. — Полагаю, миссис Бейли здесь нет? — уточнила она. — Только моя мама, — ответил Гарри, не колеблясь, как будто это была чистая правда. — Я тоже не вижу кольца на твоей руке, хотя, мне трудно представить, что за тобой не стоит очередь из парней, с которыми мне пришлось бы драться, чтобы получить твой номер. — О, у меня нет парня, — быстро сказала Лекси. — Так что за мой номер некому бороться. Если, конечно, он вам нужен. И, честно говоря, я больше не врач вашего сына, так что никаких конфликтов интересов. Могу просто дать вам номер, без проблем. — Да? — Гарри, казалось, был немного удивлён, как будто не привык к тому, что женщины так легко дают свой номер. Лекси почувствовала себя польщённой, когда он начал шарить по карманам пиджака, явно в поисках ручки или телефона. — Подожди, у меня тут… — Гарри Джеймс Бейли! Лекси подскочила на стуле, когда услышала недовольный голос неподалёку. Она повернулась и увидела, как доктор Бейли и шеф Уэббер пробираются сквозь кафетерий. Лекси была настолько ошарашена их появлением, что едва заметила весёлого пятилетнего мальчика, который прыгал за ними. Гарри выругался себе под нос, используя смесь американских и британских ругательств, затем натянул улыбку и встал. — Мам! Рад видеть тебя здесь! Лекси была не единственной, кто потерял дар речи, наблюдая, как Гарри Бейли — молодой британец, лет двадцати пяти — обнимает доктора Бейли. О. О нет. Нет. Нет. Нет. — Есть «по-модному опоздать», а есть «не прийти вообще», — строго сказал шеф Уэббер. Лекси заметила, как уголки его губ дрогнули, когда Гарри и Бейли разошлись, а Гарри пожал ему руку. — Тедди должен был сказать тебе, что сегодня утром у нас была срочная работа, — сказал Гарри с извиняющимся тоном. Это была ложь. Гарри велел Тедди пойти… Пойти, чтобы смягчить дядю… О, Лекси, возможно, придётся искать новую работу. Это было бы крайне неудобно, потому что Сиэтлская больница была действительно лучшей в стране и должна была войти в историю. — И вместо того, чтобы отправиться в кабинет начальника, ты решил задержаться здесь с… Несмотря на все попытки Лекси исчезнуть, доктор Бейли заметила её, и если у Гарри мог быть какая-то семейная поблажка (мама и сын?!), то у Лекси этого точно не было. — Я знакомился с персоналом, — сказал Гарри, прерывая поток упрёков, который уже готовилась выдать доктор Бейли. — Мам, это доктор Грей. Она просто предложила мне экскурсию по больнице. — Неужели? — Доктор Бейли выглядела куда более сдержанной, чем обычно. Это было немного несправедливо, потому что матери, как правило, очень любят… Нет. Нет, она не хочет об этом думать. — Я… я… — заикаясь, произнесла Лекси, и все в столовой молча слушали её слова. — Я боялся, что не смогу найти ваш офис, Ричард, — сказал Гарри, так ловко втираясь в доверие. Вероятно, это как-то связано с его очаровательной улыбкой и очевидной фамильярностью. — Он не переносился уже десять лет, — сухо произнёс шеф Уэббер. — Если вы закончили отвлекать моих сотрудников, мы можем продолжить это чёртово шоу, Гарри. Лекси думала, что если затаит дыхание, то её никто не заметит, пока семья Бейли и шеф Уэббер не уйдут. Но, очевидно, Гарри её заметил. — Я просто возьму твой номер из больничной карты? — спросил он, подмигнув за спиной у матери. — Мы всё ещё можем устроить экскурсию. Лекси начала кивать, затем доктор Бейли резко повернулась, и Лекси мгновенно замотала головой. Потом снова кивнула. И снова качала головой, и всё это казалось таким нелепым… — Доктор Грей слишком занята, чтобы проводить экскурсии, с её-то работой, — сказала доктор Бейли, бросая сердитый взгляд на Лекси. — Верно, доктор Грей? — Ага. Да! — Лекси заметила лазейку для побега и быстро схватилась за неё. — На самом деле, я… — Она сняла пейджер с бедра и активировала его, издавая резкий звуковой сигнал. — Это Мередит! Я имею в виду, другая доктор Грей! Я имею в виду… — Лекси сделала глубокий вдох и бросилась в бегство.

***

Лекси сидела в клинике, чувствуя, как внутри неё все сжалось. Её утренний кошмар с Гарри Бейли и непредсказуемыми последствиями для её карьеры в Сиэтле оставлял в душе тяжелое чувство. Это было очень плохо, и Лекси прекрасно понимала, что ей предстоит искать новую стажировку, возможно, даже полностью менять жизнь. Кажется, оставаться в Сиэтле было уже невозможным. А может, и в Америке не место ей больше? И вообще, что ей делать в этой стране? Может быть, стоит попробовать себя в России? Или в Германии? Там точно были бы интересные возможности в медицине — только нужно было бы кое-что изучить. Вечером, оставшись наедине с собой, Лекси выдохнула с облегчением. Мередит ушла на обед, и ей удалось немного передохнуть. Это дало ей час, чтобы отстраниться от хаоса и попытаться восстановить душевное равновесие. Лекси задумалась, может быть, на время стоит взять паузу, покопаться в себе, освоить русский язык и привести мысли в порядок. В клинике оставалось всего несколько пациентов, страдающих от обычного гриппа. Лекси решила проверить их анализы, а затем заняться инвентаризацией в кладовой. Инвентарь не мог ее осудить. Инвентарь был безличным, безэмоциональным. Он не знал, как Лекси сейчас чувствует себя, как, например, коллеги или, тем более, Мередит. Но вот через сорок минут Мередит вернулась, и Лекси заметила её фигуру в дверях кладовой. Мередит протянула ей стакан с молочным коктейлем, не объясняя, что это и зачем. — Я не знала, какой вкус тебе нравится, — заявила она, явно не ожидая от Лекси ответной благодарности. — Должна была бы знать, но не знала. Так что вот. Лекси приподняла бровь, рассматривая молочный коктейль. Мередит редко делала что-то просто так, без задней мысли, и Лекси не могла отделаться от подозрений. — Это коктейль из жалости? — с подозрением спросила она. Коктейль мог быть отравлен, но она не поверила, что Мередит пойдет на такие крайности. — Ну да, — равнодушно ответила Мередит, пожав плечами. — Но я не думаю, что это как-то влияет на вкус. Лекси сделала паузу, прежде чем взять стакан. Это было похоже на мирный жест, на попытку установления хоть какого-то контакта. Что бы там ни было, она приняла коктейль, не задавая лишних вопросов. — Спасибо, — пробормотала Лекси, и сделала большой глоток, не уверенная, что делает правильный выбор. Но тут её мысли унесло что-то совсем другое, и она выпалила: — Кажется, я флиртовала с сыном доктора Бейли. Не успела она осознать, что сказала, как почувствовала, как её щеки заливаются краской. Это был тот момент, когда все вдруг становилось неловким и смешанным, как в школе, когда ты случайно споткнулся на ровном месте, а все это увидели. Её внутренний мир на мгновение перевернулся. Мередит выглядела так, как будто ей хотелось рассмеяться, но она быстро сдержалась. — Ну, если это тебя утешит, я бы, наверное, тоже поступила так, — сказала она, слегка улыбнувшись. — Правда? — удивленно спросила Лекси, её настроение сразу немного улучшилось. Мередит, несмотря на свою суровость, все-таки понимала, что Лекси чувствовала. — О да, — Мередит кивнула, прислонившись к дверному косяку. — Не сейчас, конечно, но раньше? Даже Бейли не напугала бы меня. Лекси кивнула в ответ, но всё равно не могла избавиться от мысли, что между Мирандой и Гарри Бейли было что-то большее, чем просто совпадение фамилий. Сколько же всего скрывалось под поверхностью! — Ты видела новости? — спросила она, смотря на Лекси с долей удивления. — Ты что, не слышала? Лекси вспомнила, что в последние несколько дней её мысли были так загружены, что она совсем не обращала внимания на то, что происходило в мире вокруг. Она была слишком поглощена собственными проблемами, чтобы следить за новостями. — Нет, — пробормотала она, невольно вспоминая, как сильно она пыталась скрыться от всех и вся. — Я была слишком занята, чтобы смотреть новости. Мередит встала с места, давая Лекси пройти к телевизору. Она отступила в сторону, и Лекси направилась в палату, чувствуя, как её сердце начинает биться быстрее. На экране уже шла новостная передача. Лекси не понадобилось читать текст, чтобы понять, о чём шла речь. Она сразу узнала лицо Гарри Бейли — этого смуглого, харизматичного молодого человека. — Гарри Бейли встречается с Ричардом Уэббером в новой больнице исцеления в Сиэтле, — читала Лекси вслух. Она почувствовала, как у неё кружится голова, и тут же увидела знакомое лицо на заднем плане — доктор Бейли. Лекси села, не в силах больше сдерживаться. В её животе крутился не только коктейль, но и всё остальное. Смех вырвался сам собой — истерический, неуправляемый. — Сын доктора Бейли? — задыхаясь, сказала она, хватаясь за живот от смеха. — Сын шефа. И я… о, боже… Лекси замолчала, когда вспомнила момент с Гарри, с его флиртом и её нервной реакцией. Мередит ухмыльнулась, и Лекси почувствовала, как её лицо заливается краской стыда. — Да, — сказала Мередит, но её голос был мягким, и она положила руку Лекси на плечо. В этот момент Лекси поняла, что не имеет права на обиду. Все эти смешанные эмоции были вполне естественны. — Так и было. Лекси знала, что ей не стоит оставаться в Сиэтле. Нужно было ехать куда-то, где никто не знал её, где не было ни Гарри, ни семьи Бейли, ни шефа Уэббера. В Россию или Германию — вот где Лекси больше никогда не придётся видеть кого-либо из Сиэтла.