my life would suck without you

      Апрельский воздух Сеула постепенно наполнялся ароматом цветущей вишни. Кампус университета преображался с каждым днем: нежно-розовые лепестки устилали дорожки, создавая впечатление, будто идешь по мягкому ковру из облаков. Студенты высыпали на улицу, устраивая пикники под красивыми деревьями, фотографируясь и наслаждаясь редкими минутами покоя перед приближающейся сессией.       Чонгук сидел на скамейке в университетском парке, задумчиво вертя в руках баскетбольный мяч. Его взгляд был устремлен на группу омег, расположившихся неподалеку с альбомами для рисования. Среди них был Тэхён. Сосредоточенный, с чуть прикушенной от усердия нижней губой, он быстрыми, уверенными движениями наносил на бумагу линии и тени.       Альфа поймал себя на мысли, что уже битых полчаса наблюдает за ним, вместо того, чтобы готовиться к предстоящей тренировке. В последнее время такое случалось все чаще. Будто какая-то невидимая сила притягивала его взгляд к омеге, заставляя замечать мельчайшие детали: как он поправляет волосы, убирая непослушную прядь за ухо, как морщит нос, когда ему что-то не нравится, как на его щеках появляется румянец, когда он увлечен рисованием.       — Эй, капитан! Мечтаешь? — окликнул его товарищ по команде, плюхаясь рядом на скамейку. — Скоро тренировка, а ты здесь прохлаждаешься.       Чонгук вздрогнул, выныривая из своих мыслей.       — Просто решил передохнуть, — он отвел взгляд от Тэхёна и постарался сосредоточиться на разговоре. — Как твоя травма?       — Уже лучше, — Джинхо потер запястье. — Доктор сказал, что уже через неделю смогу вернуться в строй. Как раз к матчу с университетом Ёнсе буду в форме.       — Отлично, — кивнул Чонгук. — Ты нам нужен. Они в этом году укрепили команду.       — Кстати, о матче, — Джинхо наклонился ближе, понизив голос. — Минхо устраивает вечеринку в эту пятницу. Говорит, нужно расслабиться перед решающими играми. Ты придешь?       Чонгук нахмурился. Вечеринки Минхо всегда были шумными и заканчивались далеко за полночь. Обычно он избегал таких мероприятий, предпочитая режим и дисциплину, но сейчас в его голове мелькнула мысль, что это могла бы быть редкая возможность провести время с Тэхёном вне привычной обстановки.       — Не знаю. У меня в воскресенье дополнительная тренировка.       — Да ладно тебе, — Джинхо ткнул его в бок. — Весь университет будет там. Даже эти, — он кивнул в сторону группы художников, — наверняка придут. Я слышал, Минхо лично пригласил омег с факультета живописи.       Сердце Чонгука пропустило удар. Значит, Тэхён тоже может прийти? Перед глазами невольно возникла картина: приглушенный свет, музыка, Тэхён, расслабленный и улыбающийся лишь ему…       — Возможно, загляну ненадолго, — уклончиво ответил он.       — Вот это дело! — обрадовался альфа, хлопнув его по плечу. — Тогда увидимся на занятии через… — он взглянул на часы, — пятнадцать минут. Не опаздывай, капитан.       Джинхо ушел, а Чонгук снова перевел взгляд на Тэхёна. К своему удивлению, он обнаружил, что омега тоже смотрит в его сторону. Их глаза встретились, и Тэхён слегка улыбнулся, помахав рукой. Чонгук почувствовал, как к щекам приливает тепло, и помахал в ответ. Собрав вещи, он направился в спортивное крыло. Мысли о предстоящей вечеринке не давали покоя.

***

      Весенний ветер нежно колыхал занавески в просторной аудитории факультета живописи. Солнечные лучи, пробивающиеся сквозь распустившиеся деревья за окном, создавали причудливую игру света и тени на холсте. Склонившись над мольбертом, омега аккуратно наносил последние штрихи.       — Опять задерживаюсь, — подумал Тэхён, взглянув на часы. Чонгук уже должен был закончить тренировку, и он наверняка сейчас ждет его в их любимой кофейне недалеко от университета. Это стало их негласной традицией: по возможности встречаться после занятий хотя бы на полчаса, чтобы поделиться новостями и просто побыть рядом.       Тэхён начал аккуратно собирать кисти, невольно улыбаясь. Сколько он себя помнил, альфа всегда был рядом. Их дружба началась так давно, что казалось, они знали друг друга целую вечность. Каждый раз, думая об этом, он окунался в воспоминания из детства.

Flashback.

      — Тэхён-а! — звонкий детский голос разносился по всей улице. — Смотри, что у меня есть!       Маленький мальчик с хвостиком в виде пальмочки выглянул из окна второго этажа. Во дворе дома напротив стоял его друг, размахивая чем-то ярким.       — Что это? — крикнул он в ответ, прищурившись от яркого солнца.       — Спускайся скорее, покажу!       Через пять минут омега стоял уже рядом с Чонгуком, с искренним любопытством разглядывая новый баскетбольный мяч в его руках.       — Папа подарил! — гордо объявил мальчик. — Теперь мы сможем играть вместе!       — Но я не умею… — неуверенно протянул Тэхён.       — Я научу тебя, — схватив омегу за руку, пролепетал Чонгук. — Пойдем!       Каждый вечер после уроков они проводили время на баскетбольной площадке: альфочка учил Тэхёна основам игры, а он, в свою очередь, часто приносил альбом и рисовал во время тренировок.

End flashback.

      Улицы пульсировали жизнью за окнами кофейни, где Чонгук уже привычно занял их любимый столик у окна. Он рассеянно помешивал свой американо, время от времени поглядывая на входную дверь. Спортивная сумка лежала рядом. После тренировки он не стал заезжать домой, чтобы не опоздать на их встречу.       Его взгляд случайно упал на группу омег – первокурсниц за соседним столиком, которые то и дело бросали на него заинтересованные взгляды. Чонгук вежливо улыбнулся, но тут же отвернулся к окну. Он привык к такому вниманию. Всё-таки капитан университетской баскетбольной команды неизбежно вызывал к себе интерес. Но его мысли всегда были заняты только одним человеком.       Звон колокольчика над входной дверью заставил его поднять голову. Тэхён, слегка запыхавшись, с небрежно собранными в пучок волосами и пятнышком краски на щеке, торопливо направлялся к их столику.       — Прости, я опять задержался, — выдохнул он, опускаясь на стул напротив. — Никак не мог закончить работу над светотенью.       Чонгук молча протянул кружку с карамельным латте, который успел заказать заранее. Их пальцы на мгновение соприкоснулись, вызвав знакомое теплое чувство где-то в груди.       — Ты же знаешь, я всегда буду ждать, — просто ответил альфа, наблюдая, как омега делает первый глоток. — Как прошел день?       Тэхён оживился, начав рассказывать о новом проекте по живописи. Его глаза загорелись тем особенным огоньком, который появлялся всегда, когда он говорил об искусстве. Чонгук слушал, не перебивая, любуясь тем, как омега жестикулирует, описывая свои идеи, как прядь волос выбивается из пучка, как закатное солнце создает золотистый ореол вокруг его головы.       — А у тебя как тренировка? — поинтересовался Тэхён, наконец переведя дыхание. — В следующую субботу важная игра, верно?       — Да, с университетом Ёнсе, — кивнул Чонгук. — Придешь поболеть за меня?       — Конечно, — Тэхён шутливо закатил глаза. — Когда это я пропускал твои игры?       Действительно, омега не пропустил ни одного важного матча с тех пор, как Чонгук начал играть в баскетбол. Даже в школе он всегда сидел на трибунах с альбомом для скетчей, делая наброски его движений во время игры.       — Помнишь, как ты впервые пришёл на мой матч в средней школе? — усмехнулся Чонгук. — Ты так увлекся рисованием, что пропустил момент, когда я забросил финальный бросок.       — Зато теперь у тебя есть целая серия рисунков, показывающих твой прогресс, — парировал Тэхён. — От неуклюжего подростка до капитана университетской команды.       — Эй! Я никогда не был неуклюжим!       Их смех смешался с негромкой музыкой, играющей в кофейне. Такие моменты были для них самыми ценными. Простые, наполненные теплом и пониманием, которое может возникнуть только между людьми, знающими друг друга всю жизнь.

***

      Вечерний Сеул окрасился в нежные розовые тона заката, когда они шли домой по аллее, усыпанной лепестками сакуры. Их жилой комплекс находился всего в пятнадцати минутах ходьбы от университета, и эта прогулка тоже стала частью их ритуала.       — Ты слышал про вечеринку в эту пятницу? — как бы между прочим спросил Чонгук. — Минхо организует у себя, зовет всех.       — Да, Миён упоминала об этом на занятиях, — кивнул Тэхён. — Ты пойдешь?       — Думал об этом. — альфа искоса взглянул на омегу. — Пойдем вместе?       Тэхён почувствовал, как сердце пропустило удар. «Это просто дружеское приглашение», напомнил он себе, стараясь унять внезапное волнение.       — Конечно, — улыбнулся Тэхён. — Кто-то же должен следить за тем, чтобы ты не влип в неприятности.       — Это обычно я вытаскиваю тебя из неприятностей, — рассмеялся Чонгук, легонько толкнув омегу плечом.       Они поднялись на свой этаж, где их квартиры располагались друг напротив друга, почти как дома в детстве. Эта параллель часто заставляла их улыбаться: казалось, что даже судьба настаивает на том, чтобы они оставались рядом.       — Увидимся завтра? — поинтересовался Чонгук, когда они остановились между своими дверями.       — Как всегда, — кивнул Тэхён, доставая ключи. — Спокойной ночи, Чонгук-и.       — Спокойной ночи, Тэ.       Друзья разошлись по своим квартирам, но оба ещё долго стояли в своих прихожих, прислушиваясь к звукам по другую сторону. Каждый думал о том, как же сильно изменились их чувства за эти годы, и как же страшно было признаться в этом даже самому себе.       В своей светлой студии Тэхён достал старый альбом, перелистывая страницы, заполненные набросками Чонгука: играющего в баскетбол, смеющегося, сосредоточенно читающего книгу. Каждый рисунок был пропитан теплом и чем-то большим, чем просто дружеская привязанность.       В это же время Чонгук сидел в своей гостиной, рассеянно перебирая медали и грамоты. На полке стоял его первый кубок с школьных соревнований, а рядом – рисунок омеги, изображающий тот самый момент победы. Он помнил, как Тэхён подарил его, смущенно признавшись, что все-таки видел его решающий бросок, и просто сделал вид, что был занят рисованием.       Весенний вечер медленно переходил в ночь, а два сердца, разделенные лишь пустым коридором, бились в такт, полные невысказанных слов и скрытых чувств. Близилась пятница, и никто из них не подозревал, что студенческая вечеринка изменит все, что они так боялись нарушить все эти годы.

Flashback.

      К тому времени, как Чонгук и Тэхён закончили школу, их дружба стала примером для одноклассников. Никто из сверстников не мог представить одного без другого. Они были словно две половинки единого целого, где каждая выбирала свой путь, но никогда не отдалялась друг от друга.       Школьные годы пролетели как один миг. Чонгук превратился из нерасторопного подростка в целеустремленного, подающего надежды спортсмена с широкими плечами и мягкой, но уверенной улыбкой. Тэхён же вырос изящным омегой с задумчивым взглядом, способным увидеть красоту там, где другие видели лишь обыденность.       Весна выпускного года была полна надежд и тревог. Чонгук часами просиживал за книгами. Несмотря на спортивные успехи, ему нужны были высокие баллы, чтобы поступить в Сеульский Национальный Университет. Тэхён помогал ему с уроками, объясняя сложные концепции простыми словами и рисунками. Они устраивали ночные марафоны подготовки, засыпая иногда прямо за учебниками. В такие моменты родители не будили их, лишь накрывали пледом и оставляли на кухне завтрак.       Тэхён, как прирождённый художник, готовил портфолио для поступления на факультет живописи. Чонгук же был его первым и самым главным критиком. Он мог часами сидеть, позируя для его работ, или сопровождать на пленэры в парк, неся тяжёлый мольберт и краски.       — Знаешь, если бы не ты, я бы, наверное, давно бросил это дело, — сказал однажды Тэхён, откладывая кисть и разминая затёкшую шею.       — Бросил? — удивился Чонгук, протягивая бутылку воды. — Зачем бросать то, в чём ты так хорош?       — Иногда мне кажется, что я никогда не буду достаточно хорош, — омега указал на холст с недовольством. — Смотри, свет неправильный и перспектива хромает.       Чонгук подошёл ближе, разглядывая картину — пейзаж их любимого парка, залитый вечерним солнцем.       — По-моему, здесь всё именно так, как должно быть, — мягко произнёс он. — Ты всегда видишь вещи по-особенному, и это делает твои работы живыми.       Тэхён покраснел, но улыбнулся, благодарный за его слова.       — Но без тебя я бы никогда не решился показать свои работы комиссии университета, — признался омега.       — Ну а я бы точно провалил экзамены без твоей помощи, — рассмеялся Чонгук. — Мы квиты.       Вечер перед экзаменами они провели вместе, сидя на крыше дома альфы. Звёзды мерцали над пригородом, а вдалеке сияли огни Сеула, которые в скором времени станут их новым домом.       — Страшно? — повернув голову в сторону юноши, Тэхён обхватил колени руками.       — Немного, — признался Чонгук. — А тебе?       — Я боюсь, что наши пути разойдутся, — неожиданно произнес омега, глядя в ночное небо. — Университет – это новая жизнь. Новые друзья, новые увлечения…       — Ты думаешь, что-то может разрушить нашу дружбу? — Чонгук повернулся в ответ, удивленный внезапным признанием. — После всего, что мы пережили?       — Люди меняются, Чонгук-и. — Тэхён пожал плечами, его волосы переливались в лунном свете. — Мы уже не те дети, что строили шалаши из одеял.       Чонгук взял руку омеги в свою, их пальцы переплелись так естественно, словно это было самым правильным действием на свете.       — Что бы ни случилось, что бы ни изменилось, — серьёзно произнёс он, — обещаю, я всегда буду рядом.       Что-то промелькнуло между ними в тот момент, что-то большее, чем дружба, но ни один не решился назвать это чувство вслух. Они просидели так до глубокой ночи, рука в руке, каждый со своими мыслями, но вместе.

***

      Результаты экзаменов превзошли все ожидания, ведь оба поступили туда, куда и планировали. День, когда они получили подтверждение, был, пожалуй, самым счастливым в их жизни. Родители устроили общий праздник во дворе, пригласив без преувеличения, всю улицу. Соседи поздравляли их, говорили, что всегда знали: эти двое далеко пойдут.       На закате, когда большинство гостей разошлись, Чонгук нашёл омегу в его любимом укромном уголке сада под старой яблоней.       — Вот ты где! — альфа присел рядом, протягивая стакан сладкого лимонада. — Почему сбежал от всеобщего обожания и праздника жизни?       Тэхён улыбнулся, принимая напиток.       — Ты же знаешь, я не люблю быть в центре внимания.       — Я кое-что принёс, — Чонгук достал из кармана небольшую коробочку, обернутую в фиолетовую бумагу. — Поздравляю с поступлением.       Тэхён удивлённо принял подарок.       — Мы же договорились не дарить ничего друг другу по этому поводу!       — Я знаю, — расплылся в улыбке Чонгук. — Но когда я увидел это, не смог устоять.       Тэхён аккуратно развернул упаковку. Внутри оказался серебряный кулон в форме палитры с миниатюрными разноцветными камнями вместо красок.       — Гук-и… — прошептал омега, проводя пальцем по тонкой работе. — Он прекрасен.       — Переверни, — сказал он, и его голос звучал непривычно мягко.       На обратной стороне была гравировка:       «Мир ярче, когда ты рисуешь. Ч.Ч.».       Тэхён почувствовал, как к горлу подступает комок. Вместо слов благодарности он просто обнял альфу крепко-крепко вдыхая запах родного феромона.       — У меня тоже кое-что есть для тебя, — произнёс Тэхён, отстраняясь. — Хотя это не так красиво упаковано.       Он достал из кармана свёрнутый лист бумаги и протянул ему.       Чонгук развернул его и замер. Это был портрет. Он сам в момент решающего броска на чемпионате школ. Тэхён поймал то мгновение, когда альфа парил в воздухе, сосредоточенный и свободный одновременно. Но главное — омега передал его глаза, полные решимости и какой-то внутренней энергии.       — Это… — он запнулся, подбирая слова. — Это то, каким ты меня видишь?       — Я давно хотел нарисовать тебя таким, — Тэхён кивнул, внезапно смутившись. — Настоящим.       Чонгук долго смотрел на рисунок, затем аккуратно свернул его.       — Это лучший подарок, который я когда-либо получал. Спасибо.       Они сидели под яблоней до глубокого вечера, говоря о будущем, о том, каким будет университет, мечтая вслух. На прощание Чонгук помог омеге застегнуть новый кулон. Его пальцы на мгновение задержались на шее Тэхёна, вызвав лёгкий трепет.       — До завтра? — спросил Тэхён, когда они дошли до его дома.       — До завтра, — кивнул альфа. — И до всех последующих завтра.

End flashback.

***

      — Значит, ты идешь на вечеринку Минхо? — подруга и по совместительству одногруппница Тэхёна, Соён, выглядела удивленной.       Они сидели в уютной кофейне, недалеко от кампуса, после лекций. За окном неторопливо опускались сумерки, и город постепенно зажигал огни. Тэхён крутил в руках чашку с латте, на поверхности которого бариста нарисовал изящный лист.       — Ещё не решил, по правде говоря, — он пожал плечами, стараясь выглядеть безразличным и умалчивая факт, что Чонгук пригласил его пойти вместе с ним.       — Ты же никогда не ходишь на такие мероприятия, — Соён пристально посмотрела на омегу. — Неужели дело в том высоком красавчике с баскетбольной площадки, с которым ты постоянно переглядываешься?       Тэхён чуть не поперхнулся кофе.       — О чем ты говоришь? Чонгук — мой друг детства, мы знаем друг друга всю жизнь.       — Именно поэтому ты краснеешь каждый раз, когда видишь его, — Соён хитро прищурилась. — И именно поэтому в твоем альбоме полно его набросков?       — Это просто учебные зарисовки, — пробормотал Тэхён, чувствуя, как горят щеки. — Он… У него хорошая пластика. Профессор Ким всегда говорит, что нужно практиковаться в рисовании людей в движении.       — Конечно-конечно, — Соён не скрывала усмешки. — И поэтому ты рисуешь только его, а не других баскетболистов.       Тэхён вздохнул. Бессмысленно было отрицать очевидное перед Соён. Девушка обладала невероятной наблюдательностью.       — Даже если и так, это ничего не меняет, — тихо произнес Тэхён, разглядывая узор на молочной пене. — Мы друзья. Он видит во мне только брата, которого нужно защищать.       — Ты уверен? — Соён наклонилась ближе. — Потому что любому, кто видит вас вместе, очевидно, что в его взгляде читается нечто большее, чем просто дружба.       Сердце Тэхёна забилось чаще. Неужели это правда? Неужели Чонгук тоже испытывает к нему чувства? Он столько раз представлял себе, как набирается смелости и признается ему, но каждый раз страх потерять их особую связь останавливал его.       — Я не знаю, Соён. Иногда мне кажется, что между нами что-то происходит, но потом… Потом он снова ведет себя как обычно, и я уверяю себя, что просто все придумал.       — Тогда эта вечеринка — твой шанс, — Соён взяла омегу за руку. — Немного другая обстановка, музыка, возможно, танцы. Иногда людям нужен толчок, чтобы признаться в своих чувствах.       Тэхён представил себе Чонгука на вечеринке, наверняка в центре внимания, окруженного восхищенными взглядами омег. Мысль об этом вызвала неприятный укол ревности.       — Даже если я пойду, что это изменит? Чонгук популярен. Вокруг него постоянно вьются омеги красивее меня.       — Но они не ты, — просто ответила Соён. — Они не знают его с детства, не делили с ним радости и горести, не помнят, как он выглядел с выбитым молочным зубом или как плакал, когда вы вместе смотрели грустный фильм.       Тэхён невольно улыбнулся, вспоминая маленького альфочку, который отчаянно пытался сдержать слезы при просмотре «Короля Льва», но в итоге разрыдался, когда погиб Муфаса.       — К тому же, — продолжала Соён, — если ты не пойдешь, кто знает, может, какая-нибудь красотка или красавчик решит, что самое время утешить капитана баскетбольной команды в твое отсутствие.       Эта мысль заставила Тэхёна вздрогнуть. Он вспомнил, как несколько дней назад видел, как старшекурсница Джиын, длинноногая красавица с модельной внешностью, откровенно флиртовала с Чонгуком после тренировки. Он выглядел смущенным, но не отталкивал ее.       — Хорошо, — решительно произнес Тэхён. — Я пойду. Но только потому, что все идут, и мне нужно развеяться перед экзаменами.       Соён торжествующе улыбнулась.       — Конечно. Абсолютно не имеет значения, что там будет определенный баскетболист.       — Именно, — Тэхён сделал глоток кофе, пряча улыбку за чашкой. — Абсолютно не имеет.

***

      Пятница наступила слишком быстро. Чонгук стоял перед зеркалом в своей квартире, критически оглядывая отражение. Белая майка, черная кожаная куртка, голубые джинсы, волосы, уложенные так, чтобы выглядеть небрежно, но стильно. Он провел рукой по подбородку, проверяя, достаточно ли тщательно побрился. Почему он так нервничает? Это же просто университетская вечеринка, а не свидание.       Свидание. От одной мысли о том, что он мог бы пригласить Тэхёна на настоящее свидание, по телу пробежала волна эмоций. Когда все изменилось? Когда его лучший друг, с которым он делил детские секреты и исследовал окрестные леса на пикниках, превратился в омегу, от одного взгляда на которого сердце начинало биться чаще?       Возможно, это случилось постепенно, незаметно для него самого. Может быть, это началось в день выпускного, когда Тэхён появился в белоснежном костюме с вьющимися волосами. И он впервые подумал, что омега выглядит не просто красиво. Он выглядит как тот, кого он мог бы полюбить не просто как друга.       Или, может быть, это произошло еще раньше, когда они были детьми, и альфа поклялся себе всегда защищать Тэхёна, несмотря ни на что. Может, его сердце знало правду задолго до того, как это осознал разум.       Телефон завибрировал, выводя его из мыслей. Минхо: Ты едешь? Мы уже на месте, веселье начинается!

Чонгук:

Выхожу.

Буду через 20 минут.

      Он бросил последний взгляд на свое отражение, сделал глубокий вдох и вышел из квартиры. В коридоре альфа остановился перед дверью Тэхёна, поднял руку, чтобы постучать, но в последний момент вспомнил, что омега, возможно, уже был на месте, так как Соён попросила его помочь с набросками перед вечеринкой.       Лукавил ли Тэхён? Не ясно. Покачав головой, Чонгук направился к лифту. Возможно, он увидит его там. А если нет, что ж, значит, не судьба.

***

      Дом Минхо представлял собой просторную квартиру в элитном районе Каннам. Родители парня были за границей, и это позволило ему закатить одну из своих знаменитых вечеринок. Музыка гремела так, что её было слышно за несколько домов. Чонгук поморщился, заходя внутрь. Он не был большим любителем таких мероприятий.       — Эй, капитан! — Минхо протянул ему стакан с чем-то терпким, что пахло алкоголем. — Мы уже думали, ты не придёшь.       — Обещал же, — пожал плечами Чонгук, принимая напиток, но не спеша его пробовать.       Квартира была переполнена студентами. Кто-то танцевал, кто-то громко смеялся, перекрикивая музыку. Некоторые пары уже уединились по углам. Альфа вежливо здоровался с теми, кого знал, отвечал на вопросы о предстоящем матче с университетом Ёнсе, но мысли его были далеко. Он незаметно вытащил телефон, проверяя, нет ли сообщений от Тэхёна, но экран оставался пустым.       — Не ищи его, он здесь, — Хёнджун, ещё один игрок из команды, подмигнул альфе, кивая в сторону балкона.       Сердце Чонгука пропустило удар. Он даже не спросил, о ком говорит Хёнджун, они оба знали. Вся команда давно подшучивала над тем, как их капитан смотрит на своего «друга детства».       Лавируя между танцующими и разговаривающими людьми, Чонгук направился к балкону. И действительно, прислонившись к перилам, стоял Ким Тэхён: в легкой белой рубашке в тонкую черную полоску, голубых джинсах свободного кроя, с волосами, собранными в небрежный пучок, из которого выбивались непослушные пряди. Он смотрел на город, и в его руке был стакан с каким-то перламутровым напитком.       Чонгук на мгновение замер, просто любуясь им. Сколько раз альфа видел его вот так, в профиль, обращенный куда-то в свои мысли. В детстве, когда они сидели на качелях в парке, в школе, когда он увлеченно рисовал что-то в своём блокноте, не замечая ничего вокруг. И вот теперь, в университете, под звёздным небом Сеула.       — Тэхён! — позвал спортсмен, подходя ближе.       Омега обернулся, и его лицо мгновенно озарилось квадратной улыбкой.       — Чонгук-и! — он поднял свой стакан в приветственном жесте. — Ты пришёл!       — Конечно, кто-то же должен следить за тобой, — альфа облокотился о перила рядом с ним. — Как дела с набросками? Успели сделать все, что планировали?       — Соён надолго не хватило. Она так ждала пятницы и была в таком предвкушении, что сказала: нам нужно быстрее собираться на вечеринку и «социализироваться», — он изобразил кавычки свободной рукой и легко рассмеялся. — Но, честно говоря, я уже жалею. Слишком шумно, и этот коктейль… Я думал, он безалкогольный, но, кажется, это не так.       Чонгук посмотрел на его слегка покрасневшие щёки и блестящие глаза. Тэхён никогда не отличался высокой переносимостью алкоголя, и, судя по всему, он уже выпил не один коктейль.       — Хочешь, я отвезу тебя домой? — предложил альфа. — Я на машине и не пил.       — Ты всегда был моим рыцарем, — Тэхён качнулся в сторону, слегка прислоняясь к его плечу. — Но я не хочу портить тебе вечер. Иди, повеселись с друзьями.       — Какое веселье без тебя? — вырвалось у Чонгука, и он мгновенно пожалел о своих словах, испугавшись, что выдал себя.       Но Тэхён, казалось, не придал его словам особого значения или просто не расслышал их из-за громкой музыки, доносящейся изнутри квартиры.       — Знаешь, — вдруг произнес Тэхён, глядя на ночной Сеул. — Иногда я скучаю по нашему маленькому пригороду. По тем временам, когда мы с тобой могли часами сидеть на крыше твоего дома и смотреть на звёзды. Здесь их почти не видно из-за городских огней.       — Я тоже скучаю, — честно признался Чонгук. — По всему. По нашим совместным приключениям, по твоему смеху, когда я делал что-то глупое, по нашим спорам о том, кто из нас прав…       — Мы были такими беззаботными, — Тэхён улыбнулся, но в его голосе звучала легкая грусть. — А теперь что? Я тебя почти не вижу. Ты всегда на тренировках или с командой, а я… Ну, я в своих красках и холстах.       — Я думал, ты счастлив, — тихо сказал Чонгук. — Что у тебя появилась новая интересная жизнь, новые друзья…       — Я счастлив, когда я с тобой, — перебил Тэхён, и его глаза внезапно наполнились непролитыми слезами. — Всегда был. А сейчас… Сейчас мне иногда так одиноко, Чонгук-и.       Альфа не знал, что ответить. Внутри него бушевал ураган эмоций: радость от его слов, боль от того, что омега чувствовал себя одиноким, и страх перед тем, что он сам мог всё испортить одним неправильным словом.       — Давай я всё-таки отвезу тебя домой, — вновь мягко предложил Чонгук, забирая из рук омеги почти пустой стакан. — Ты выглядишь уставшим.       — Да, наверное, ты прав, — кивнул Тэхён, позволяя ему взять себя за руку. — Только давай попрощаемся с Соён, чтобы она не беспокоилась.       Они нашли подругу Тэхёна в гостиной, где она оживлённо беседовала с группой студентов.       — Уже уходишь? — удивилась Соён, увидев их.       — Я отвезу его домой, — произнес Чонгук. — Он немного утомился.       — Конечно-конечно, — Соён хитро улыбнулась, переводя взгляд с одного на другого. — Позаботься о нем, Чонгук.       По дороге к выходу альфа перехватил несколько понимающих взглядов от своих друзей по команде, но решил игнорировать их. Сейчас его волновало только одно: состояние Тэхёна, который, выйдя на свежий воздух, казалось, стал ещё более сонным.       — Держись за меня, — обнимая «друга» за плечи, произнес альфа, когда они шли к его машине, припаркованной недалеко от дома Минхо.       Тэхён послушно прижался к нему, и Чонгук почувствовал, как тепло омеги растекается по всему его телу. Он помог ему сесть на пассажирское сиденье, пристегнул ремень безопасности и аккуратно закрыл дверь.       Ночной Сеул сиял миллионами огней, когда они ехали по почти пустым улицам. Музыка в машине играла тихо. Какая-то спокойная подборка, которую Чонгук включил специально для Тэхёна. Омега смотрел в окно, иногда тихо комментируя что-то, что привлекало его внимание.       — Помнишь, как мы в детстве играли в «Я вижу на букву…» в машине твоих родителей? — вдруг спросил Тэхён.       — Конечно, — улыбнулся Чонгук. — Ты всегда выбирал самые сложные предметы, а потом дулся, когда я не мог угадать.       — Неправда! — возмутился Тэхён, но в его голосе звучал смех. — Это ты всегда мухлевал и менял задуманный предмет по ходу игры!       — Ну, может быть, один или два раза, — признался альфа, поворачивая руль на их улицу.       — Один или два? — омега рассмеялся громче. — Чон Чонгук! Ты был самым большим жуликом в нашем районе!       — А ты был самым упрямым омегой, которого я знал, — парировал он, паркуясь возле их жилого комплекса.       — И до сих пор такой! — гордо заявил Тэхён, но внезапно его голос стал тише, мечтательнее. — Знаешь, мне иногда снится наше детство. Как мы бегали в саду за домом твоей бабушки, как ты учил меня кататься на велосипеде, как мы вместе готовились к школьным праздникам…       Чонгук заглушил двигатель и повернулся к нему. В тусклом свете уличных фонарей лицо омеги казалось особенно нежным, почти хрупким.       — Мне тоже снится, — признался альфа.       — А ещё мне снится… — Тэхён остановился, словно сомневаясь, стоит ли продолжать. Его веки тяжелели, и он боролся со сном. — Мне снится, что мы с тобой… Что мы…       — Что мы — что? — прошептал Чонгук, боясь спугнуть момент.       — Что мы не просто друзья, — голос омеги стал совсем тихим. — Что мы могли бы быть чем-то большим. Что я мог бы сказать тебе…       — Что сказать? — альфа подался вперед, стараясь расслышать его слова.       — Что, моя жизнь, без тебя бы была полным разочарованием , — выдохнул Тэхён, прежде чем его голова окончательно склонилась, а глаза закрылись. Его дыхание стало ровным и глубоким. Он заснул, так и не закончив своего признания.       Чонгук сидел неподвижно, боясь пошевелиться, словно любое движение могло разрушить хрупкость момента. Слова омеги эхом отдавались в его сознании. «Моя жизнь без тебя бы была полным разочарованием». Что он имел в виду? Действительно ли Тэхён чувствовал к нему то же, что и Чонгук к нему все эти годы? Или это просто слова сонного человека, лишенные глубокого смысла?       — Тэ, — прошептал он, зная, что омега не услышит. — Если бы ты знал, как часто я представлял наш разговор. Но никогда не думал, что всё будет так.       Альфа беззвучно выдохнул и посмотрел на часы на приборной панели. Почти час ночи. Он тихонько вышел из машины, обошёл её и аккуратно открыл дверь со стороны пассажира. Тэхён даже не пошевелился. Чонгук на мгновение застыл, любуясь омегой. Волосы, выбившиеся из пучка, мягко обрамляли его лицо, а губы были слегка приоткрыты. Ему не хотелось его будить.       — Тэ, — прошептал Чонгук, легонько прикоснувшись к его плечу. — Мы приехали.       Тэхён лишь тихо выдохнул во сне, слегка повернув голову.       Чонгук улыбнулся, принимая решение. Осторожно отстегнув ремень безопасности, он наклонился и бережно подхватил омегу на руки. Одну руку под колени, другую — поддерживая спину. Тэхён инстинктивно прильнул к его груди, даже не просыпаясь, уткнувшись лицом в изгиб его шеи. От омеги исходил лёгкий аромат цветочных духов, смешанный с его собственным феромоном, и Чонгук почувствовал, как его сердце пропустило удар.       Закрыв дверь машины локтем, он направился к их дому. Ночной воздух был прохладным, и Тэхён во сне теснее прижался к источнику тепла. Его рука непроизвольно легла на плечо альфы. Чонгук старался идти плавно, чтобы не разбудить его, но в то же время наслаждался этой близостью, ощущением доверия омеги, пусть и неосознанного.       У входа в подъезд возникла небольшая проблема с кодовым замком, но Чонгук сумел его ввести, балансируя со своей драгоценной ношей. Внутри здания было тихо. Только приглушенное гудение лифта нарушало ночную тишину.       В лифте Тэхён слегка пошевелился и пробормотал что-то неразборчивое. Его ресницы затрепетали, но глаза не открылись. Чонгук невольно задержал дыхание, понимая, насколько интимным был этот момент — держать в руках спящего «друга», чувствовать его дыхание на своей шее, оберегать его сон.       Когда лифт остановился на нужном этаже, альфа осторожно вышел в коридор и направился к их квартирам. Здесь потребовалась настоящая акробатика — достать ключи из рюкзачка Тэхёна, не разбудив его и не уронив. После нескольких неловких попыток дверь, наконец, поддалась.       Войдя в тёмную квартиру, освещённую лишь лунным светом через незашторенные окна, Чонгук на мгновение замер, позволяя глазам привыкнуть к темноте. Осторожно прошёл в середину студии, затем бережно, словно опуская на воду лепесток цветка, положил Тэхёна на кровать. Омега повернулся на бок, в сторону окна, но не проснулся. Чонгук аккуратно снял с него кеды и накрыл лёгким одеялом. В лунном свете его лицо казалось почти неземным, умиротворённым и прекрасным.       Альфа позволил себе лишь маленькую вольность — легонько отвёл прядь волос с его лица и на секунду задержал руку, едва касаясь щеки. Тэхён улыбнулся сквозь сон, и Чонгуку показалось, что улыбка была предназначена лишь ему.       — Спокойной ночи, Тэ, — прошептал альфа, выпрямляясь. — Сладких снов.

***

      Утреннее солнце пробивалось сквозь щель между шторами, образуя на полу яркую полосу света. Чонгук лежал в постели, уставившись в потолок. Сон не шел к нему с тех пор, как он вернулся домой. Слова Тэхёна, произнесенные в полусне, крутились в его голове, как заевшая пластинка. «Я скучаю… по нашему детству… когда мы были всегда вместе…» «Вся моя жизнь — это ты…» «Без тебя… полное разочарование…»       Он перевернулся на бок, пытаясь заглушить внутренний голос, но тщетно. Сколько лет он скрывал свои чувства, боясь разрушить их дружбу? Сколько раз он убеждал себя, что их отношения и так идеальны и не стоит рисковать? Но что, если все это время Тэхён чувствовал то же самое?       Уснуть Чонгуку удалось лишь ближе к рассвету, когда первые лучи солнца уже окрасили горизонт в нежно-розовый. Проснулся он от звонка телефона. На экране высветилось имя: «Тэ 🧸».       — Алло? — его голос звучал хрипло от недосыпа. — Тэхён?       — Привет, — в голосе омеги слышалась неуверенность. — Ты не занят сегодня?       — Нет, — он резко сел на кровати. — Что-то случилось?       — Я… — Тэхён промолчал. — Можно я зайду?       — Конечно, — сердце Чонгука забилось чаще. — Буду ждать.

***

      Звонок в дверь прозвучал ровно через час. За это время Чонгук успел принять душ, привести себя в порядок и даже приготовить кофе и тосты, на всякий случай.       Тэхён стоял на пороге, одетый в свободные трикотажные брюки и белую футболку. Его волосы были собраны по привычке в небрежный пучок, а на лице не было ни грамма косметики. Чонгук невольно залюбовался. Омега был прекрасен в своей естественности.       — Привет, — произнёс он, входя в квартиру. — Извини за ранний визит.       — Ничего, я все равно собирался вставать, — соврал Чонгук. — Кофе будешь?       Тэхён кивнул и прошел на кухню, где уже стояли две чашки и тарелка с тостами.       — Ты как будто ждал меня, — заметил омега с легкой улыбкой.       — Просто предусмотрительность, — альфа пожал плечами, стараясь казаться непринужденным. — Как твоя голова?       — Да… — Тэхён смущенно опустил взгляд. — Глупо вышло. Но голова уже в порядке, спасибо.       Они сели за стол друг напротив друга, как делали это сотни раз. Но сегодня в воздухе витало что-то новое, какое-то невысказанное напряжение.       — Чонгук-и, — вдруг произнес Тэхён, отставляя чашку. — Это ты донес меня в квартиру вчера?       Альфа замер с тостом в руке.       — А… — он запнулся на полуслове. — Да.       — Почему не разбудил меня?       Их взгляды встретились, и Чонгук для себя понял, что больше не хочет прятаться.       — Я не хотел, чтобы ты смущался из-за того, что сказал мне в машине, — тихо ответил он.       Тэхён побледнел.       — Что я сказал?       Чонгук сделал глубокий вдох.       — Ты говорил о нашем детстве. О том, как скучаешь по тому времени, когда мы были всегда вместе. И ты сказал, что… — альфа сделал паузу. — Вся твоя жизнь — это я. И что без меня было бы невыносимо.       Тэхён закрыл лицо руками. Его плечи слегка задрожали.       — Тэ, — Чонгук встал со стула и обошел стол, опускаясь рядом с ним на колено. — Послушай меня.       Он мягко отнял его руки от лица. В глазах омеги стояли слезы.       — Мне так стыдно, — прошептал Тэхён. — Ты, наверное, считаешь меня идиотом.       — Нет, — твердо сказал альфа. — Я считаю, что ты просто озвучил то, что я чувствую каждый день последние несколько лет.       Время будто остановилось. Тэхён смотрел на него широко раскрытыми глазами, не в силах произнести ни слова.       — Я люблю тебя, Тэ, — просто сказал Чонгук. — Ни как друга детства, ни как младшего брата. Гораздо больше. Я просто боялся все разрушить.       Тишина, последовавшая за его словами, казалась оглушительной. А затем Тэхён тихо рассмеялся сквозь слезы. Они просидели на кухне до позднего вечера, разговаривая так, как не разговаривали никогда прежде. Открывая душу, делясь страхами, надеждами и мечтами. Вспоминая, как много раз каждый из них был на грани признания, но всегда отступал в последний момент.       — Помнишь выпускной? — поинтересовался Тэхён, держа в руках чашку с давно остывшим чаем. — Ты пригласил Суджи, и я думал, что умру от ревности.       — А ты пошёл с Минджэ, — отозвался Чонгук с улыбкой. — Я весь вечер пытался не смотреть, как вы танцуете.       — Но мы все равно закончили вечер вместе, — отметил Тэхён. — На той крыше, помнишь?       Конечно, Чонгук помнил. Они сбежали с официальной части, забрались на крышу школы и просидели там до рассвета, мечтая о будущем. Именно тогда они решили поступать в один университет.       — Мне кажется, я уже тогда знал, что люблю тебя, — сказал он. — Просто не мог это сформулировать.       Тэхён протянул руку через стол и переплел их пальцы.       — А я знал точно. Просто боялся, что ты не чувствуешь того же.       Когда за окном стемнело, они переместились в гостиную, включили первый попавшийся фильм, но так и не смогли сосредоточиться на сюжете. Вместо этого они продолжали говорить, словно пытаясь наверстать упущенное.       — Я специально выбрал эту квартиру, — признался Тэхён, положив голову на плечо Чонгука. — Когда узнал, что твои родители купили её в этом доме.       — А ведь ты говорил, что это случайность, — альфа улыбнулся, целуя его в макушку. — Очень удачная случайность.       — Ничего случайного, — омега поднял голову и посмотрел ему в глаза. — Я всегда хотел быть рядом с тобой.       Неожиданная пауза возникла в их разговоре. Тэхён замолчал на полуслове, перехватив взгляд Чонгука. Время словно замедлилось.       — Что? — тихо спросил омега, чувствуя, как сердце начинает биться чаще.       — Ты… — Чонгук сделал глубокий вдох. — Ты удивительный.       Тэхён почувствовал, как сердце начинает биться где-то в районе горла. Чонгук медленно поднял руку и осторожно, словно боясь спугнуть момент, коснулся щеки омеги. Его пальцы были тёплыми, а прикосновение невероятно нежным, будто он касался драгоценного фарфора. Тэхён непроизвольно подался навстречу его ладони, словно цветок к восходящему солнцу.       — Можно? — прошептал Чонгук. И в этом единственном слове читалась вся гамма его чувств: желание, неуверенность, надежда и страх быть отвергнутым.       Вместо ответа Тэхён сам прижался ближе, сокращая расстояние между ними. Его взгляд скользнул по губам альфы, и это было красноречивее любых слов.       Чонгук наклонился к нему медленно, давая время отстраниться, если тот захочет. Но Тэхён лишь прикрыл глаза, чувствуя, как внутри разливается тепло предвкушения.       Когда их губы, наконец, соприкоснулись, время словно остановилось. Первое прикосновение было невесомым, почти невинным. Лёгким, словно взмах крыльев бабочки, от которого по телу Тэхёна пробежала электрическая волна. Чонгук отстранился. На мгновение их дыхание смешалось, а затем он снова поцеловал его, уже увереннее.       Губы альфы были мягкими и тёплыми, с лёгким привкусом мятного чая, который они пили незадолго до этого. Тэхён чувствовал, как рука Чонгука нежно поглаживает его скулу, а вторая осторожно обнимает за талию, словно боясь, что омега может исчезнуть.       Для Чонгука этот момент был подобен погружению в тёплую воду после долгого пребывания на холоде. Сладость губ Тэхёна, аромат его пряного феромона, смешанный с естественным запахом кожи, тихий вздох, сорвавшийся с его губ — всё это переполняло его эмоциями до краёв. Каждый нерв в теле альфы словно пел от счастья, а время и пространство перестали существовать. Был только этот момент и Тэхён в его руках.       Когда пальцы омеги неуверенно коснулись крепких плеч, а затем скользнули на затылок, перебирая короткие черные волосы, Чонгук ощутил, как что-то внутри него окончательно рушится. Все стены, которые он так долго выстраивал вокруг своего сердца.       Поцелуй становился глубже, увереннее. Тэхён чувствовал, как бешено колотится сердце Чонгука. Или это было его собственное? Он уже не мог различить. Их тела подались навстречу друг другу, словно два магнита, подчиняющиеся неумолимым законам физики.       Когда они отстранились, чтобы перевести дыхание, глаза Тэхёна были затуманены, а щёки покрыты нежным румянцем. Чонгук смотрел на омегу с выражением абсолютного восхищения и недоверия, словно не мог поверить, что это действительно происходит.       — Я так давно хотел это сделать, — признался альфа, не выпуская омегу из объятий.       Тэхён улыбнулся, и в его глазах Чонгук увидел отражение своих собственных чувств.       — А я давно ждал, — прошептал Тэхён, прежде чем снова потянуться к его губам.       Второй поцелуй был уже не робким исследованием, а взаимным признанием без слов. В нём сплелись: недели, месяцы, годы невысказанных эмоций, тайных взглядов и случайных прикосновений. Губы Чонгука двигались в идеальном танце с губами Тэхёна, словно они были созданы друг для друга.       Прервав поцелуй первым, Чонгук нежно убрал прядь волос с лица Тэхёна, задержав пальцы на его щеке.       — Знаешь, — тихо произнес он, — я столько раз представлял этот момент. Но реальность оказалась намного лучше.       Тэхён склонил голову к его ладони, наслаждаясь теплом прикосновения.       — Почему ты так долго ничего не предпринимал? — поинтересовался Тэхен с лёгкой улыбкой.       Чонгук рассмеялся, и этот звук заставил его сердце пропустить удар.       — Боялся всё испортить. Ты стал таким важным в моей жизни. И мысль о том, что я мог потерять даже нашу дружбу… — он покачал головой. — Я думал, что мне достаточно просто быть рядом с тобой.       — А мне не было, — признался Тэхён, глядя ему прямо в глаза. — Каждый раз, когда ты уходил, я чувствовал, что часть меня уходит вместе с тобой.       Чонгук притянул омегу ближе, заключая в объятия так, словно хотел защитить от всего мира. Тэхён уткнулся носом в изгиб его шеи, вдыхая любимый феромон, который теперь имел совершенно новое значение.       — Знаешь, что самое удивительное? — произнес Тэхён, подняв взгляд на альфу после минуты комфортного молчания. — То, что ничего не изменилось и одновременно изменилось всё. Мне всё так же легко с тобой, но теперь я могу не сдерживаться, когда хочу дотронуться до тебя или сказать, как сильно ты мне нравишься.       Чонгук мягко улыбнулся, его взгляд был полон нежности.       — Ты мне не просто нравишься, Тэ. Я влюблён в тебя. Влюблён в твой смех, в то, как ты морщишь нос, когда о чём-то задумываешься. В твою страсть к творчеству и в то, как ты слушаешь. По-настоящему слушаешь, когда я говорю о своих глупых мечтах.       Тэхён почувствовал, как его сердце увеличивается в груди, словно хочет вместить всю ту любовь, которую он испытывал к альфе.       — Они не глупые, — прошептал омега, целуя спортсмена в уголок губ. — Твои мечты прекрасны. И я тоже влюблен. В твою доброту, в твои внимательные глаза, в твои руки, которые всегда готовы поддержать, в твой ум и в твоё сердце, Чонгук-и. Особенно в твоё сердце.       Альфа притянул Тэхёна для ещё одного поцелуя, более глубокого и уверенного. Из открытого окна был слышен шум ночного города. Фильмы на телевизоре сменялись один за другим, но они слышали лишь стук своих сердец, наконец бьющихся в унисон.

***