Тепло рук

Илья стоял у окна и слушал, как Шварц хлопочет где-то за спиной. Было поздно. Слишком поздно, чтобы быть бодрыми, и слишком рано, чтобы спать. Питер за окном был тёмным, влажным, отражающим. Свет фонаря бил прямо в стекло, и он видел только своё отражение и край дивана позади. — Ты вообще часто остаёшься у друзей до утра? — вдруг спросил Шварц. Голос был ближе, чем казалось. Он подошёл и протянул Илье одеяло. — Я вообще не часто остаюсь, — честно ответил Илья и взял его. Их пальцы едва коснулись друг друга — не случайно, но и не специально. Просто... естественно. Шварц сел рядом на подоконник, уставившись в улицу. — Странно, да? Вроде просто стрим. Просто вечер. Просто гитара. А потом внезапно — вот мы сидим, и кажется, что день был какой-то особенный. — Может, потому что был, — тихо ответил Илья. Он сел на диван, обернувшись в одеяло. — Я не знаю, как это работает. Но когда ты начал играть перед стримом, просто чтобы проверить гитару… у меня всё внутри сжалось. Шварц посмотрел на него. — Ты помнишь? — Конечно. Я всё помню. — Илья поднял глаза. — У тебя тогда был этот голос, знаешь… не для камеры. Настоящий. Почти хриплый. Молчание между ними было долгим, но не тяжёлым. — Я играл это не для камеры, — тихо сказал Шварц. — Я просто знал, что ты уже в коридоре. И надеялся, что услышишь. Илья резко выдохнул, как будто всё внутри переклинило на пару секунд. — Ты... специально? Шварц не ответил. Вместо этого он наклонился чуть ближе, и вдруг его рука легла поверх руки Ильи, всё ещё сжимающей край одеяла. — Давай просто… не делать вид, что это случайность, — сказал он. — Хоть сегодня. Илья кивнул. Просто. Без слов. Потому что иногда стрим заканчивается, а настоящее — только начинается.