Я тебя...

Капли били по окнам, растекались по асфальту, смывая всё вокруг. Они были тяжёлые, неудержимые, казалось, не дающие ни малейшего шанса на сухость, и я, сама того не осознавая, становилась частью этого ливня. Я опоздала на полчаса, и внутри меня разлилось чувство тревоги. Я ощущала, как холод проникает до костей, а мысли переплетаются в беспорядке. Мои руки дрожали, пытаясь привести себя в порядок, но ничего не выходило. Я стояла у двери её кабинета, смотря на них, и на мгновение забыла, как дышать. От звука дождя внутри меня как будто пробудился какой-то страх, который был гораздо сильнее холода и мокроты. Казалось, что этот кабинет — это двери в другой мир, и то, что ждёт за ними, способно изменить меня. Я несколько раз провела рукой по волосам, пытаясь хотя бы немного выглядеть прилично, хотя и знала, что это невозможно после такого ливня. Кожа на лице немного затвердела от холода, а под глазами собрались тёмные круги — всё, что было худшим в момент, когда пытаешься выглядеть не такой, какой на самом деле являешься. Но наконец я подняла руку и постучала. — Полчаса, — её голос прорезал тишину, как лезвие. — Ты заставила меня ждать чертовы полчаса. Она стояла, облокотившись на стол, руки скрещены, а взгляд — ледяной и пристальный, словно пыталась понять, достойна ли я ещё одной минуты её времени. — И вишенка на торте — ты пришла сюда, как мокрая крыса. Она медленно подошла ближе, каблуки стучали по полу с почти угрожающей точностью. Остановилась прямо передо мной, дерзко приподняла мой подбородок пальцами. — Я должна была уйти. Я всегда ухожу, когда меня заставляют ждать. Но знаешь что? Её губы коснулись моего уха, дыхание было горячим, в контраст к её холодному тону. — Я не ушла. Я ждала, пока ты зайдёшь сюда и начнёшь извиняться. Я начала оправдываться, а капли стекали по лицу. Она не дала мне договорить. — Хватит, — резко бросила она, и её голос заставил меня замолчать мгновенно. Она снова подошла ближе, слишком близко, и в этот раз в её глазах не было ни намёка на сочувствие. Только холодное любопытство — как у хищника, играющего со своей жертвой. — Ты правда думаешь, мне важно, почему ты опоздала? — прошептала она, слегка наклонив голову. — Раз пришла — значит, была причина. И сейчас у тебя ровно один шанс — сказать что-то, что заставит меня не потерять к тебе интерес. Взгляд обжигающий, осанка уверенная, каждое движение выверено. Но в её глазах — азарт. Она ждёт. А она никогда не ждёт напрасно.