Душа цвета янтаря

Аластор склонился над телом Хаска. Оверлорд казино лежал неподвижно. Аластор мягко обхватил руками холодное окоченевшее тело. Аластор никогда не плакал. Но в тот момент, по его щекам скатилась одинокая слеза. Он заметил огонёк и приподнял голову. Его цвет был медовым, тёплым. Совсем как глаза Хаска. На мгновение Аластор действительно надеялся, что это душа его… Его… Хаска. — Хаскер, — его голос дрогнул. Огонёк замер, и он протянул к нему руку. — Прошу, не уходи. Останься, — радиодемон бормотал. Какое-то мгновение… Было тихо. Ничего не случилось. Грудь оверлорда сдавило. Ему было больно. Так больно. Он чувствовал себя так только при смерти матушки. Но неожиданно огонёк сел ему на руку. Он затаил дыхание, глаза замутнились от слёз. — Дай мне все исправить, — Аластор поднес руку к лицу Хаска. Маленький огонёк осветил его лицо, создав яркий свет. На лице кошачьего оверлорда легли тени. Он казался спящим. И красивым. Аластор выдохнул, не поняв, что он затаил дыхание. Маленький лоскуток света, как странный, но прекрасный светлячок, бесстрашно прошмыгнул в приоткрытый рот Хаска. … Ничего не происходило. Ничего. Аластор сдавленно выдохнул и обнял холодное тело чуть крепче. Слезы жгли его лицо. Но… Он заметил, что лицо Хаска стало менее бледным. К его лицу, даже сквозь шерсть, вернулся еле заметный румянец. Аластор судорожно выдохнул, когда грудная клетка оверлорда еле заметно дернулась, приподнявшись и заставляя его вдохнуть. Хаск сделал слабый вдох. Его ресницы дернулись, и он приоткрыл глаза. Первое, что он видел — размытое красное пятно. Аластор. Радиодемон издал странный звук, похожий на смех и плач одновременно. Хаск моргнул, его зрение немного сфокусировалось, все еще смазанное по краям. Но Аластора он увидел. И даже узнал. Губы оверлорда казино скривились в слабой улыбке. — Ал. Аластор почувствовал, как его лицо скривилось в улыбке. Его девиз — ты никогда не одет без своей улыбки. Но чего стоила улыбка, когда его друг всё-таки вернулся? — Хаскер, — он прохрипел и крепко обнял его. Оверлорд казино обнял его слабыми руками и крыльями. — Тупица. — Хаск сказал почти ласково. Аластор шмыгнул носом, совсем не по оверлордски, и улыбнулся. Конечно. Казино живёт вечно. Хаск уткнулся красным от крови лбом в его плечо, и Аластор, почти баюкая другого Оверлорда, мягко уткнулся носом в его макушку. Его вечно зализанные назад волосы были спутаны и пахли кровью. Он вдохнул и почувствовал яркий запах крови и слабый, но пробивающий сквозь него аромат знакомого одеколона и шампуня. — Ты напугал меня до чертиков, — Аластор прохрипел. — В следующий раз я сдеру с тебя шкуру, понял? — Это… Чертовски… Непродуктивно, — Хаск хрипло засмеялся, и Аластор поймал себя на слабой ухмылке. — Дурак, — он сказал, вспомнив бессчётное количество раз, когда Хаск называл его так на эмоциях. Почти по родному. Хаск тихо засмеялся. — Ничего. Сейчас… Окажемся дома. Я тебя подлатаю, — пообещал Аластор. Хаск верил ему. Всегда верил. Этот раз не стал исключением.