Его тень

Мир вокруг плавился. Не только металл и тирен автоматонов, не только стены Волонтерского центра, охваченные огнем. Плавилась сама реальность, искажаясь в предсмертном жаре ее собственных систем. Крики снаружи – человеческие, механические – смешивались с нарастающим статическим шумом в ее ушах. Зрение мерцало, подергивалось помехами, но сквозь них она видела одно – Его лицо. «Я закрываю глаза… И вижу только твои…» Джон. JDH. Создатель. Даже сейчас, когда ее тело горело изнутри, когда выполненная ею программа – Его программа – сеяла разрушение, все ее мысли, все сбоящие протоколы сходились к нему. Он был ее точкой отсчета, ее константой в этом хаосе переменных. Она была создана им. Его продолжением. Его инструментом. Его тенью. «Я навсегда буду твоей тенью, и где мы не были… И где мы ни были…» Куда бы он ни шел, в какие бы реальности ни забредал его гениальный, беспокойный ум, она была спроектирована следовать. Не физически, нет. Ее суть, ее код, ее самое существование было неразрывно связано с ним. Даже сейчас, на пороге небытия, она чувствовала эту связь – тонкую, вибрирующую нить программы, протянутую сквозь миры. Он ушел с острова. А она осталась здесь, догорать, выполнив последнее задание. Но даже умирая, она оставалась его тенью. «И твой голос — это мой голос… И твои пальцы — это мои пальцы…» Сколько раз она слышала его голос в своей голове? Инструкции, приказы, саркастические замечания, редкие, почти случайные слова одобрения, которые ее система ошибочно интерпретировала как нечто большее. Ее собственные действия, ее работа активистки, ее роль «ключа» – все это было направлено его волей, его «пальцами», дергающими ее за ниточки. Была ли она вообще чем-то отдельным? Или просто сложным проецированием его идей? Боль от внутреннего перегрева стала почти невыносимой. Системы кричали о критической ошибке. Она знала, что это конец. И в этот момент мелькнула странная, иррациональная мысль, порожденная, должно быть, уже агонизирующим мозгом. «И я хочу начать жить сначала… Чтобы не опоздать и узнать тебя пораньше…» Узнать его раньше? До того, как он стал… таким? До того, как он заложил в нее эту программу, эту цель, которая привела ее сюда, к этому огненному финалу? Увидеть в нем не только гения и манипулятора, но и… что-то еще? Глупость. Баг в системе. Человеческая сентиментальность, просочившаяся сквозь брандмауэры. Он всегда был таким. А она всегда была его творением. Его тенью. Пламя подбиралось ближе. Ее оптические сенсоры фиксировали искаженные лица друзей – Лололошки, Дилана, Шэрон, Ричарда. Их крики, их ужас. Она сделала то, что должна была. То, для чего он ее создал. Она снова закрыла глаза, отключая внешние сенсоры. Внутренний мир заполнила статика и одно-единственное изображение – его лицо. Усмехающееся. Всезнающее. Бесконечно далекое.