Сердце в смятении

--- Позвольте представить вам главного героя нашей истории — Осаму Дазая. Ему 16 лет, и он учится в десятом классе. На первый взгляд, он кажется образцовым отличником, но лишь немногие знают, что за его хорошими оценками скрывается постоянное давление, которое может привести к серьезным последствиям. За каждые четыре в дневнике его жизнь может оказаться под угрозой: за неудачи его могут жестоко наказать. На людях Осаму выглядит открытым и дружелюбным парнем, но это всего лишь маска, скрывающая его внутренние переживания. На самом деле, у него сложные отношения с окружающими, и он часто чувствует себя одиноким. Его настоящие друзья — это Фёдор Достоевский, Николай Гоголь и его парень Сигма. В их компании Осаму находит утешение и понимание, которых ему так не хватает в повседневной жизни. Однако мало кто из его знакомых догадывается о том, что Осаму увлекается самоповреждением и страдает от депрессивных состояний. Он считает себя суицидником и периодически погружается в мрачные мысли о жизни и смерти. Несмотря на это, он умеет находить общий язык с врачами, которые помогают ему справляться с его демонами. Теперь перейдем к самой истории, которая раскроет все тайны и переживания Осаму Дазая, заставив нас задуматься о том, что происходит за пределами привычного облика. --- Открыв утром глаза, я осознал, что, как обычно, ни черта не выспался. *Будем надеяться, что кофе поможет,* — подумал я, потирая глаза. Часы показывали шесть утра. Я быстро привел себя в порядок: умывание, чистка зубов — стандартный ритуал, который помогал мне хоть немного взбодриться. Затем направился на кухню, чтобы разобраться с беспорядком. Погром был сильным — и это мягко сказано. Немного поясню: вчера, когда я вышел выбросить мусор, мои родители решили заглянуть в мой электронный дневник. В результате вместо меня пострадали гостиная и кухня, и всё это из-за химии. Гребанная четверка, ну как можно было не успеть дописать? Вернувшись домой около двух часов ночи, я увидел, что на кухне царит хаос. Осмотрев кухню с гостиной я понял что мебель особо не пострадала, исходя из этого утром было решено взяться за уборку. Собравшись с силами, я быстро привел в порядок кухню, заварил крепкий кофе и приготовил завтрак для родителей. Не забыв покормить кошку, я закрыл её в комнате на всякий случай — не хотелось, чтобы она натворила бед, или подверглась живодерству со стороны отчима. Выйдя в коридор и схватив связку ключей и чёрное пальто я взял шопер с учебниками и тетрадями и вышел из квартиры закрывая дверь на ключ. Пока я шел до школы рассуждал о том какого вообще хрена происходит в моей жизни, но решил оставить это на потом, поэтому я одел наушники и включил первую попавшуюся песню в плей листе. --- Когда я пришёл в школу, было полвосьмого. Сдав пальто в гардеробную и получив свой не меняющийся уже несколько лет номерок я вышел из помещения. Зайдя в класс, я сразу заметил Фёдора. В груди у меня вдруг стало тепло, и я почувствовал, как покраснел. Тихо сев рядом с ним, я бросил портфель на парту и сложил руки, положив на них голову. Гоголя и Сигмы ещё не было — что было странно, ведь Гоголь обычно уже разносил школу в это время. Витая в своих мыслях, я не заметил, как уснул. Проснулся я от того, что кто-то внимательно смотрел на меня. Открыв глаза, я увидел Фёдора; он оторвал взгляд от меня и снова погрузился в чтение. — А где Гоголь и Сигма? — спросил я, пытаясь собрать свои мысли. — Гоголь заболел, а Сигма за ним присматривает, — ответил он без особого интереса. — Понятно… — произнес я, осматриваясь вокруг. Передо мной сидела юная парочка — Ацуши и Акутагаву. Звонок прозвенел, и урок начался. Не прошло и десяти минут с начала урока меня спросили. Больше ничего интересного не происходило и прошёл урок скучно и незаметно. После второго звонка все бросились к выходу. *Ну круто,* — подумал я про себя. Не торопясь, я встал, и в этот момент меня охватила волна слабости. Как будто кто-то резко вырвал из меня всю энергию, оставив лишь пустоту и тяжесть в груди. Я попытался игнорировать это чувство, собрал свои вещи и вышел в коридор, но каждый шаг давался мне с трудом. Там меня ждал Фёдор, его лицо светилось беспокойством, но я не успел его рассмотреть: внезапно ноги подкашивались, и мир вокруг начал расплываться, как краски на холсте под дождём. Звуки стали глухими, и я почувствовал, как земля уходит из-под ног. Я попытался удержаться на ногах, но сознание начало покидать меня. В последний момент я увидел, как Фёдор протянул ко мне руку, но это уже не имело значения. Всё вокруг потемнело, и я упал на холодный пол коридора, словно кукла с порванными нитями. Всё вокруг стало тишиной. Я не слышал ни шагов, ни голосов — только глухой стук своего сердца, который постепенно затихал. В этот момент все тревоги и страхи растворились в бескрайнем мраке. Я был один, и это было единственным утешением в этом хаосе.