В благородство играть не буду

Последние несколько дней выдались на удивление спокойными. Питер Паркер, теперь уже официально встречающийся с Гвен Стейси, балансировал между тремя мирами: лабораторией Октавиуса, логовом в ангаре и обычной школьной жизнью. Наш герой работал с Отто над нейроинтерфейсом, изучал на своей базе симбиота, пытаясь найти способ усовершенствовать его. Для начала, привив огнестойкость, и, конечно же, смущал Гвен, которая ещё не привыкла к их новому статусу пары. В лаборатории доктора Отто работа шла полным ходом. Питер помогал совершенствовать чип, внося коррективы в алгоритмы передачи сигналов. Его предложения, неожиданно точные и продуманные, заставляли доктора поднимать брови в немом удивлении. Металлические щупальца теперь двигались более плавно, а задержки сократились до минимума. По вечерам, когда доктор уходил, Паркер оставался один, тайком тестируя на себе прототипы чипов, проверяя, сможет ли Веном адаптировать их для своих нужд. «А как тебе идея присобачить к нам щупальца дока, которые ты покроешь слоем чёрной жижи, чтобы не была понятна их механическая природа?» «Глупо. Неэффективно. Они не органические. Могу сам отрастить щупальца.» «Запомни напарник, всегда лучше иметь лишние щупальца и не пользоваться ими, чем не иметь вовсе.»  На заброшенном складе №42 шла не менее важная работа. Питер методично изучал свойства симбиота, подвергая образцы воздействию высоких температур. Первые попытки закончились неудачей - чёрная субстанция сворачивалась, теряя связь с носителем. Но после десятка экспериментов появился прогресс: временная термостойкая мембрана, способная выдерживать до трёх сотен градусов. До идеала ещё далеко, но начало положено. Школа стала для Питера своеобразным отдыхом. Он больше не прятался по углам, не вздрагивал от каждого громкого звука. Даже Флэш Томпсон теперь обходил его стороной, вспоминая недавний урок. Гвен, всё ещё не привыкшая к переменам в своём парне, то краснела, когда он неожиданно брал её за руку на глазах у всего класса, то злилась, когда его шутки заходили слишком далеко. Ночью Питер выходил на первые пробные вылазки. Не как герой - пока просто как наблюдатель. Он изучал город с высоты, запоминал маршруты, отмечал места, где чаще всего кучковались личности бандитской наружности. Веном рвался в бой, но Питер сдерживал его порывы. «Лёгкая добыча. Нет шансов против нас.» «Остынь симба, мы просто проводим разведку, действовать начнём после того, как нас цапнет паук.» Развитие Венома шло семимильными шагами. За эти несколько дней он научился говорить полноценными предложениями, довольно примитивными, но главное, что прогресс есть. И вот вечером, после очередного продуктивного дня, наш герой ворочался на кровати и никак не мог уснуть. Его раздирало от нетерпения, ведь на завтра запланирована школьная экскурсия в Озкорп. «Может принять на грудь чего-нибудь сорокаградусного, чисто в медицинских целях, для успокоения нервной системы и крепкого, здорового сна.» «Алкоголь не лечит. Негативное воздействие на организм.» «Да кого волнует организм. Ты пойми, главное, что он душу лечит.» «Нет научного подтверждения наличия души. Глупые отговорки зависимых.» «Тебе бы с соседом моим из прошлого мира подискутировать на эту тему, у него сорок лет стажа лечения души. Дядя Толя бы тебе популярно объяснил, почему ты не прав, и где он видал твоих родителей.» Питер перевернулся на другой бок, пытаясь лечь поудобней, но как бы он не изворачивался, сон всё равно никак не хотел приходить. «До чего я докатился, с таким нетерпением жду, когда в меня вцепиться радиоактивное членистоногое. Арахнофоб внутри меня бьётся головой об стену. А вдруг отрастут лишние конечности, я, конечно, харизматичен, но вряд ли смогу полностью этим компенсировать четыре пару рук.» «Не вырастут. Не позволю, проконтролирую все мутации.» «С каждым днём я всё больше уверяюсь, что ты моя лучшая находка в это мире, спасибо, напарник.» Ведя мысленный разговор со своим симбиотом, Питер и сам не заметил, как провалился в сон.

***

— Питер, ты ничего не забыл? — кружила вокруг героя тётя Мэй, как наседка над своим птенцом. Паркер сидел за столом, спокойной завтракая яичницей с беконом и стойко перенося её излишнее беспокойство. Тётя Мэй суетилась, то поправляя воротник рубашки Питера, то проверяя содержимое его рюкзака. — Ты взял бутерброды? А воду? А телефон зарядил? — её голос звучал одновременно заботливо и тревожно. Питер терпеливо кивал, запивая кусок бекона чаем. — Всё взял, тётя. И бутерброды, и воду, и даже запасную батарею. Осталось только запихнуть в рюкзак палатку, и я смогу жить в Озкорпе около недели. — Он уже не ребёнок, Мэй. — раздался спокойный голос дяди Бена, который сидел за столом с газетой. — Хотя, если честно, я бы тоже взял ещё один бутерброд. Питер ухмыльнулся и протянул дяде половину своего бутерброда. — Вот видишь, дядя Бен тоже понимает, что голод - не тётка. — пошутил он. «Каламбур. Надо запомнить концепцию.» Тётя Мэй вздохнула, но улыбнулась. — Просто будь осторожен, хорошо? Озкорп - это не просто экскурсия. Там серьёзные исследования, и кто знает, что может случиться. — Обещаю, что не буду трогать радиоактивных пауков и не стану участвовать в экспериментах по созданию суперсолдат. — серьёзно сказал Питер, подмигнув ей. Дядя Бен отложил газету и посмотрел на него внимательно. — Ты в последнее время сильно изменился, Питер. И я не могу сказать, что это плохо. Но помни: с большой силой приходит большая ответственность. «Веном, надеюсь ты отпечатаешь этот момент у нас в памяти. Я, будучи фанатом Человека-Паука, сейчас завизжу как маленькая девочка.» — Я знаю, дядя. Это очень хорошие слова, которые я не забуду. — Хорошо. Тогда вперёд, покорять научные вершины, — улыбнулся дядя Бен. Питер встал, поцеловал тётю Мэй в щёку и направился к двери.

***

Школьный автобус был уже полон, когда наш герой зашёл в него. Гвен сидела у окна, сохранив для него место. — Опоздал. — сказала она, но в её глазах не было упрёка. — Начальство не опаздывает, оно задерживается. — ответил Питер, плюхаясь рядом с ней. — Когда это ты успел стал начальником? — спросила Гвен, иронично приподняв бровь. — Да вот, совсем недавно директор назначил меня заведующим красотами нашей школы, после того как мы начали встречаться. Гвен отвернулась к окну пытаясь оставаться невозмутимой, но смущённая улыбка всё равно вылезла на её лицо. Транспортное средство тронулось, везя нашего героя на место, как он надеялся, одного из ключевых, для него, событий в новом мире. За разговорами с Гвен о предстоящей экскурсии прошёл дальнейший путь. Автобус медленно приближался к стеклянным небоскребам Озкорпа, отражавшим утреннее солнце. Питер прижался лбом к прохладному стеклу, наблюдая, как здание вырастает перед ними во всём своём футуристическом величии. «Вот мы и здесь. А неплохо так Озборн устроился, небось нажился на проектах моего отца, грязный капиталист.» — пронеслось у него в голове. Гвен незаметно взяла его за руку. — Ты странно затих. Волнуешься? — её голос вывел его из раздумий. — Просто представляю, как буду работать здесь через пару лет. — соврал Питер. — У них лучшие лаборатории в городе, значит им нужен лучший учёный. «Лучшие лаборатории. Лучшие образцы. Лучшая добыча.» — прошептал Веном. «Верно подмечено, партнёр, сегодня мы начнём приватизацию их добра, присвоив себе вкуснейшие мутации. Надеюсь, не подавимся.» — мысленно ответил ему Питер. Экскурсионная группа собралась в просторном холле с голографическими дисплеями, демонстрирующими последние достижения компании. Питер с интересом изучал схемы генетических модификаций, когда к группе подошла высокая женщина в белом халате. — Добро пожаловать в Озкорп. — сказала она. — Меня зовут доктор Мендоза, я буду вашим гидом. Сегодня вы увидите наши исследовательские лаборатории, где мы работаем над прорывными биотехнологиями. Группу повели по длинным коридорам, показывая лаборатории с пробирками, где кипела разноцветная жидкость, и огромные центрифуги. В одной из комнат стояли клетки с генетически модифицированными животными. — А это наш отдел арахнологии. — объявила доктор Мендоза, открывая дверь в помещение с паутиной по углам. — Здесь мы изучаем уникальные свойства паучьего шелка. Питер замер, пытаясь сдержать предвкушение. По всей комнаты стояли прозрачные контейнеры с десятками пауков, всевозможных размеров и окрасов. Один из них, крупный, с необычным красным узором на спине, казалось, смотрел прямо на него. «Смотри какой проказник, глазки строит. Я тебя тоже сразу заприметил, красавчик, похоже это судьба.» — проговорил про себя Паркер. — Можно посмотреть поближе? — не удержался он. — Конечно, но только не открывайте контейнер. — улыбнулась ученая. — Эти малыши кусаются. Питер подошел, чувствуя, как Веном шевелится под кожей. Паук явно заинтересовался им, подняв передние лапки. «Чувствует нас. Заинтересован.» В этот момент раздался громкий тревожный сигнал. По всему помещению замигали красные лампы. Ученики начали опасливо озираться по сторонам, охватываемые паникой. — Внимание, экстренная ситуация. — раздался голос из динамиков. — Все сотрудники и посетители должны немедленно проследовать к выходам. — Что случилось? — испуганно спросила Гвен. — Не знаю, но нам нужно идти. — ответила доктор Мендоза, направляя группу к выходу. Ученики начали толпиться, пытаясь выйти в коридор и создавая давку. Наш герой, оглядевшись по сторонам, бросился к контейнеру, открывая его и беря того самого паука в руку. «Не стесняйся паучок, кусай, с чувством, с толком, с расстановкой.» — мысленно обратился он пауку. Паук, как будто услышав мысленный посыл, укусил его за запястье. Питер тут же отбросил его подальше от входа, стараясь не привлекать внимания. Острая боль пронзила руку, но Веном почти сразу отреагировал, обволакивая место укуса. «Яд. Мутации. Беру под контроль. Не волнуйся, я справлюсь.» Питер спрятал руку в карман и почувствовал, как по телу разливается странное тепло. Мир вокруг замедлился, звуки стали четче, цвета ярче. Тут к нему подбежала Гвен, беря героя за вторую руку. — Питер, ты чего здесь застыл, побежали скорее на выход! — прокричала она, сильно обеспокоенная происходящим. — Не хотел быть растоптанным паникующей толпой. — на ходу придумал он оправдание. Гвен схватила его за руку и потянула за собой в сторону выхода. Как вдруг вскрикнула, и схватилась за шею. Питер придержал её, обхватив за талию, и начал осматривать пострадавшее место. На шее девушки виднелся ярко-красный след от укуса. «Кто бы мог подумать, что всё пойдёт не по плану. Отставить панику, сейчас нужно помочь ей добраться до моего логова. Там я смогу изучить её кровь и понять, опасна ли для неё мутация, да и со своим образцом сравнить не помешает.» Питер крепко держал Гвен за плечи, пока она шаталась, опираясь на него. Её дыхание стало прерывистым, а зрачки расширились до невероятных размеров. — Ты в порядке? — спросил он, притворяясь шокированным, хотя прекрасно понимал, что происходит. — Всё... в порядке... — прошептала Гвен, но её тело внезапно дёрнулось в судороге. — Просто вдруг стало так... ярко... «Мутация начинается. Возможна опасность.» — предупредил Веном. Питер огляделся - коридоры опустели, все уже эвакуировались. Он подхватил Гвен на руки и быстро направился к выходу, стараясь не привлекать внимания. — Питер... что со мной? — голос Гвен звучал отстранённо. — Я слышу твоё сердцебиение так громко и чётко. «Ускоренный метаболизм. Сенсорное усиление. Нестабильно.» — А я тебе говорил носи шапку, осень всё-таки на дворе, наверняка подцепила какую-то болячку — пытался отвлечь её Питер, выбегая на улицу. — Держись, всё будет хорошо. Он усадил её на скамейку у выхода, делая вид, что оказывает первую помощь, дабы не привлекать внимания, в это время обследуя её с помощью Венома. Гвен дрожала, её пальцы впивались в металл скамьи, оставляя вмятины. — Мои руки... — она с ужасом смотрела на свои ладони. — Что со мной происходит? — Гвен, ты уже взрослая девочка, твоё тело меняется, это нормально. «Это стрессовая ситуация так влияет на меня? Что-то я разошёлся, даже больше обычного, надо захлопнуть фонтан красноречия, пока не прилетело. Тем более рука у неё теперь тяжёлая.» — Паркер! — она резко встала, и её движение было неестественно быстрым. — Я видела, как ты подошёл к тому контейнеру. И теперь... теперь я чувствую всё это, что чёрт возьми происходит с нашими телами!? Её глаза была направлены на него, будто пытаясь просверлить дырку. Питер понял, что конспиратор из него хреновый. — Да, я действительно намерено полез к этим милейшим созданиями. — он протянул ей руку. — Я всё объясню тебе, но не здесь. У меня есть одно местечко, где мы разберёмся с процессами в наших организмах и спокойной обсудим случившееся.

***

Питер крепко держал Гвен за руку, пока они пробирались через замусоренные переулки к складу номер сорок два. Девушка шаталась, её движения были резкими и нескоординированными - мутация явно брала верх. Веном шевелился под кожей Питера, анализируя изменения в её организме. «Её тело адаптируется. Но процесс болезненный.» — Держись, — шепнул Питер, поддерживая её. — мы почти на месте. Гвен лишь кивнула, сжав зубы. Её дыхание было прерывистым, а глаза сверкали неестественным блеском. Дверь склада со скрипом открылась, пропуская их внутрь. Пространство было затемнено, лишь слабый свет пробивался через запылённые окна. В углу стояло оборудование, собранное Питером с момента признания этого места своим логовом: микроскопы, центрифуга, пробирки с образцами симбиота. На столе лежали заметки с расчётами и схемами. — Вот она, моя скромная обитель. — сказал Питер, помогая Гвен сесть на старый диван. — Не Озкорп, конечно, но чем богаты. Гвен огляделась, её взгляд скользнул по пробиркам с чёрной субстанцией. — Ты... ты всё это собрал сам? — её голос дрожал, но в нём уже звучало не только потрясение, но и любопытство. — Да, с небольшой помощью моего напарника. — Питер постучал себя по груди, и на мгновение его руку покрыла чёрная плёнка. «Гулять так гулять, устроим вечер откровений. Если уж нет смысла скрывать силы Человека-Паука, то и кляксу можно показать. Буду валить всё на отца и его исследования.» — Это... это то, что я думаю? — спросила Гвен, замерев в одной позе и уставившись на его чёрную руку — Если ты думаешь, что это - разработанный моим отцом симбиотический организм, который даёт мне крутые способности и комментирует у меня в голове всё происходящее, то да. — ухмыльнулся Питер. — Хотя странно, откуда у тебя вообще такие мысли. Но давай первым делом всё же разберёмся с тобой. Он взял со стола шприц, пробирку и подошёл к дивану, на котором сидела Гвен. — Мэм, разрешите взять немного вашей крови? Это всё для блага науки, никаких аморальных экспериментов. Гвен кивнула, немного улыбнувшись его паясничествам, и протянула руку. Питер быстро взял образец, затем набрал и свою кровь в другой шприц. Под микроскопом различия были очевидны. Клетки Гвен вибрировали, меняя структуру - паучий яд запустил процесс мутации. Веном, изучив данные, выдал заключение: «Её ДНК перестраивается. Аналогично твоему укусу, но медленнее. Без симбиота адаптация не такая быстрая. Эффект слабей.» «Эти процессы ведь не опасны для неё? Выдержит ли её организм и не будет ли патологий?» «Выдержит. Опасности нет. Нужен покой. Питательные вещества.» «А если дать ей кусочек тебя? Ты же помог мне контролировать мутацию, значит и её потянешь.» «Невозможно. Носитель привязан по крови. Слияние не обратимо. Не выживу в другой среде.» Гвен, тем временем, сжимала кулаки, пытаясь совладать с дрожью. — Питер... я чувствую, как всё внутри меняется. Это... страшно. Он подошёл к ней, опустившись перед ней на колено, и взял её ладони в свои. — Я всё рассчитал, любимая. Никакой опасности нет, ты просто сейчас уснёшь, а проснёшься усиленной версией себя. Есть только один момент, которого я боюсь. — сказал Питер, сделав в конце испуганное лицо. — Что случилось? — взволнованно спросила Гвен. — Как мне объяснить твоему отцу, что ты останешься у меня на ночь? — Паркер! Ты идиот!