Однажды во тьме...

Азкабан дышал, как существо. Он хрипел сквозь старые каменные стены, как больной зверь, чей век близится к концу. Каждая трещина здесь помнила крики, проклятия, мольбы. И среди всего этого — двое. Грейнджер и Малфой. Союзники поневоле, затерянные в лабиринте мрака. Гермиона сидела на краю старой койки в их временной комнате. Ветер с моря прорывался сквозь щели в стене, принося запах соли и гниения. Её пальцы теребили край перчатки, хотя взгляд оставался сосредоточенным на Драко, который стоял у карты подземелий. — Нам нужно пройти вот сюда, — его палец очертил часть туннеля, выцветшее пятно на пергаменте. — Здесь энергетический узел. Кто-то активирует древние печати, превращая этот участок в проводник чёрной магии. Гермиона встала, шагнула ближе. Слишком близко, и это снова всколыхнуло между ними ту странную вибрацию, что возникала всякий раз, когда их руки случайно касались, когда взгляды пересекались дольше, чем следует. Её голос был спокойным, но под ним кипел внутренний хаос: — Почему ты думаешь, что это не бывшие узники? — Потому что уровень магии слишком точный. Холодный. Безэмоциональный. Это не отчаяние. Это расчёт. Она почувствовала, как по спине прошел холодок. Кто бы ни стоял за этим — он знал, как работает этот мрак. — Ты боишься? — тихо спросила она. Малфой не ответил сразу. Только посмотрел на неё — взглядом, в котором смешались воспоминания о войне, о темных коридорах детства и той тьме, которую он так долго пытался забыть. — Я боюсь того, что может случиться с тобой, если мы опоздаем. Эти слова застряли между ними, как острое лезвие. Гермиона не ответила. Не могла. Она только шагнула ещё ближе, словно проверяя, на что способна эта странная, опасная близость. Его рука оказалась у неё на талии — инстинктивно, почти бездумно. Но она не отстранилась. — Ты говоришь так, как будто мы больше, чем просто напарники, — прошептала она. — Может, мы уже и не просто напарники, — ответил он. Мир вокруг будто бы затих, позволив им на мгновение почувствовать, как напряжение переходит границы. Их губы встретились — резко, словно вызов, как схватка, полная боли и желания. Это не было романтично. Это было необходимость. Голод. Взрыв накопившегося — ненависти, влечения, страха. В поцелуе — битва, а не ласка. Она сжала его рубашку в кулаках, когда он оттолкнул её к стене, их дыхание слилось в единое. Он рвано прошептал: — Мы завтра можем умереть. Я не собираюсь жалеть о том, что не сказал тебе, как ты меня сводишь с ума. — Замолчи, Малфой, — прошептала она в ответ. — Просто... не останавливайся. ... Позже они шли по тем же узким коридорам, теперь молча. Их тела были напряжены, но не от магии — от того, что между ними случилось, от того, что могло повториться. За очередным поворотом вспыхнул свет — холодный, зелёный. Спонтанно, как вспышка проклятия. Гермиона толкнула Драко в сторону, спасая от атаки. Заклинание взревело, ударившись в стену, оставив в ней раскалённую трещину. — Засада! — крикнула она, активируя щит. Из теней вынырнули трое. Не узники. Маски. Заклинания. — Авада! — раздался голос. Гермиона едва успела уклониться. Малфой уже атаковал, его движения были точны, жестоки. Он больше не сдерживал силу. Он не был сыном Люциуса — он был своим собственным оружием. Она прикрыла его с фланга, слепо доверяя, как если бы они сражались вместе уже годами. Один враг пал, второй отступил, но третий — третий улетел, успев бросить последнее заклинание, уже за поворотом: — Мы наблюдаем. Мы ждём. Азкабан больше не ваш. Снова тишина. Запах палёной ткани. Кровь на руке Гермионы. Она даже не заметила, когда её ранило. Малфой подошёл. Коснулся её плеча. — Ты в порядке? Она кивнула. Медленно. Он сжал её сильнее. — Не умирай, Грейнджер. Без тебя тут слишком темно. Она не знала, что ответить. Только прижалась к нему на секунду, позволив себе эту слабость. — Мы найдём, кто за этим стоит, — прошептала она. — И разнесём его к чёртовой матери. ... Они вернулись к базе уже затемно. Карта, брошенная на стол, вновь вспыхнула светом — сигнальный маяк, кто-то активировал ещё одну печать. Драко сжал кулак. — Это становится гонкой, — сказал он. — Они захватывают территорию быстрее, чем мы её очищаем. — Значит, пора изменить правила, — произнесла Гермиона. — Мы начнём с самого центра. Мы пойдём в Сердце Тюрьмы. Он взглянул на неё с уважением и страхом. Только самые отчаянные даже осмеливались произнести это название. Там, по слухам, хранились тайны, что могли разрушить всё, что они знали о магии. — Ты уверена? — спросил он. — Мы должны быть быстрее их, Драко. Нам нужно добраться туда первыми. Он кивнул. И в тишине Азкабана, где каждое эхо было предупреждением, они начали подготовку к самому опасному походу в их жизни. Продолжение следует...