Да здравствует Натаниэль Виснински

Зимние улицы Петербурга всё засыпало снегом, так и норовили укрыть себя белым одеялом. Правда, из-за этого самого одеяла у каждого, вышедшего на улицу, был шанс наткнуться носом на столб или пролететь по улице по гололёду. К счастью парней, ничего из вышеперечисленного с ними не случилось. Правда, Нил всё же чуть не врезался в первый столб на Невском проспекте. Он был погружен в какую-то своеобразную муть. Хоть денёк выдался холодный, ему это можно было простить. И, если выражаться словами классиков: «Нет ничего лучше Невского проспекта, по крайней мере в Петербурге; для него он составляет всё». Но вы тут собрались не чтобы читать Николая Васильевича, правда? Шли они в тишине. Но она была шумящей, оглушающей и звонкой. В голове каждого был кавардак. Особенно у Нила. Куда они вообще идут, зачем, и, мало того, кто все эти люди вообще? С чего он взял, что им можно доверять? Может, они ведут его на органы или мясо, чтобы продать на рынке города по цене свинины. Или того хуже (или лучше, Джостен не определился) отдадут какому-то иностранцу и возьмут за него 5 рублей. Он слышал, сейчас такое было популярно, хоть и не в новинку. Вскоре они подошли к одному из старых зданий. Обычный с виду дом. Как минимум для революционного времени. Чуть осыпавшаяся краска бирюзового цвета, разбитое окно на первом этаже. Деревянные, огромные двери на входе. Золотые ручки, судя по всему, были просто покрашены и сейчас превратились в железные. Фонарь рядом был разбит. Повсюду рядом валялись осколки. Судя по всему новые, старые давно замело снегом и можно было с лёгкостью наступить на них. Компания хотела было зайти, как раздался еле слышный в порывах ветра голос Нила: — А куда мы вообще идем? — спросил тот, обдавая взглядом всех четверых. Только на свету он заметил отличие одного из парней, а именно шатена. Его кожа была чуть темнее, чем у других. Судя по всему, он был с юга. Ростов или Краснодар, раньше называвшийся Екатеринодаром. И эти близнецы не похожи на прохожих. Тоже явно не местные, может, Москвичи (ошибка допущена специально). И последний, брюнет. По его бледности можно понять, что он местный. Из размышлений о происхождении и прописке компании его вырвал тот самый шатен: — Ну, если ты всё-таки согласился ехать с нами, то за документами и билетами. Кстати, о документах, они у тебя есть? — Нил опешил. Документов у него не было. Как минимум с собой. Скорее всего, они были в детском доме, где он вырос, или на заводе по пошиву одежды, куда его отправляла воспитательница, говоря, что его там ждут. Но, как видите, решил идти в сторону бывшей столицы. — С собой нет, они, должно быть, в детском доме или на… — договорить он не успел. Его перебил один из блондинов, такой в очках: — И как мы поедем? А? Об этом-то вы не подумали. А я говорил, — парень тыкал себе в грудь пальцем, а после обвёл всех, помимо Эндрю. — Аарон, успокойся и хватит орать как резаный. Люди шарахаются. Да и если ты забыл, что у всех вас поддельные документы? — Последнее предложение он произнёс тише, так что бы услышали лишь рядом стоящие люди. Судя по всему, Нил был прав, и Кевин был местным. По виду дворянин. Вещи с первого взгляда качественные, но нужно было хотя бы потрогать. Чего Нил попросту не мог сделать. На груди, кстати, был золотой кулон с каким-то драгоценным камнем, похожим на тот, что был на кулоне рыжеволосого. Но, в отличие от незнакомца, Джостен носил его под одеждой, мало ли кто вздумает украсть и сорвать прямо с шеи. — Не забыл. Но тебе, Кевин, беспокоиться-то не о чем, — и вновь он не закончил. Перебил второй близнец. У них вообще отсутствует чувство уважения друг к другу? Вроде как это считалось плохим тоном, как минимум так их учила одна из воспитательниц. — Так, хватит! Мы с вами так на поезд не успеем, а нужно ещё успеть заполнить «паспорта» красной пастой, — он развернулся и открыл двери дома. По парадной раздался негромкий стон шатена: — Ненавижу новую власть, у них всё красное. Брр, помню, раньше все всё заполняли чёрной ручкой, а то и пером. — Ники, бога ради, помолчи хоть пять минут, — один из близнецов, не Аарон, а Эндрю, вскинул руки, поднимаясь на второй этаж. Пару часов спустя. Центральный вокзал шумел. Раздавались крики, возгласы, шум приходящих поездов. Стук колёс, топот, толпа и никакого личного пространства. Нилу нечего было бояться, личных или каких-то важных вещей у него не было. А кулон, как было сказано выше, спрятан под рубашкой. Но он видел, как нервничает и увиливает от рук Кевин. Он узнал его имя средь бессмысленных бесед. Как и имена остальных. Близнецы Аарон и Эндрю, шатен Ники. Его даже не замечали. Так что Джостен не лез, слушал и запоминал. Хорошо иметь отличную память. Не так ли? Но всё же. Кевин умело увиливал от рук. Билеты лежали во внутреннем кармане, а украшения тот вроде как снял. Их поезд приходил в 20:00. То бишь через пару минут. К их счастью, это было правдой. В 20:30 все пятеро были в поезде. И, видимо, мольбы Нила были услышаны, и это было купе. И всё вновь красное. Всё-таки это раздражало. И на удивление, все поместились. Чемоданы были отправлены под полки, вещи, такие как книги или поддельные паспорта, уже заполнялись Аароном. Верхнюю одежду предпочли оставить. Теплом это место не славилось, да и без полуоткрытого окна было трудно дышать. Всё-таки пыли тут было прилично. Видимо, во время уборки мыли только полы. Путь предстоял долгий, около 30 часов до Берлина. Там пересадка на другой поезд до Парижа. И только оттуда паром в Лондон. Не самый быстрый путь, но он единственный. Когда с документами было покончено, все решили спать. Расположиться было не трудно. Нил забился в угол на правой койке около двери. Ники и Кевин упорхнули наверх. Аарон соответственно на левой нижней. Эндрю решил спать на правой нижней. На одной с рыжеволосым. Только тот явно не собирался отключаться. Доверия они всё-таки не внушали. Драгоценностей у него не было, но вариант с убийством и органами не уходил из головы. Безопасность в СССР сейчас трещала по швам. Заплатить 5 рублей проводнику и провезти труп было как два пальца об асфальт. Порыв Джостена не спать вовсе не удивил Эндрю. По нему самому не скажешь, что он ему доверяет, но глаза для убедительности прикрыл. Чтобы не уснуть, Джостен одолжил у новых знакомых книгу на немецком: "Генрих фон Клейст". Благо, в школе Нил учил иностранные языки и знал французский, английский и немецкий. Но раскрывать свои способности не стал. Ещё пригодятся. Шум колёс всё норовил утянуть парня в сон и окутать одеялом спокойствия. Но явно не сегодня. Как минимум пока он не убедится, что все они спят. Хотя и тогда это будет скорее дрема.