Мир перевернулся во мне

      После завершения съёмок «Шоумаскгоон» Макаров ещё долго размышлял над их отношениями с Юлей. Они тогда разговаривали только по необходимости — в основном тогда, когда нужно было говорить комментарии к выступлениям друг друга.       Всё поменялось тогда, когда он решил произвести фурор в одном из выпусков. Он сам предложил задействовать в номере змею и «познакомить» её со Змеёй из «Маски» — и у него, и у неё воспоминания об этом проекте были ещё свежи. Паршута отреагировала неожиданно радостно для него: ему казалось, что эмоции её будут сильно сдержанными из-за их натянутых отношений, но Юля, кажется, вообще не обратила на это внимание: она полностью была погружена в этот номер. Он тогда стал перед ней на колено и протянул змею, а Паршута со счастливой улыбкой на лице аккуратно прикоснулась к ней, и последние слова песни пропела вместе с Макаровым.       Пока она радовалась и смеялась, Слава, ещё не вышедший из образа, неожиданно даже для себя решил сделать вид, что кусает её в шею, но из-за неосторожных движений обоих этот «укус» получился почти настоящим — его губы её шеи всё-таки коснулись.       После этого, когда вновь вернулся на сцену для того, чтобы выслушать мнения своих соучастников и жюри одновременно, он ловил неоднозначные взгляды Тишмана в свою сторону. Прекрасно понимал, почему так происходит — четырнадцать лет дружбы говорили сами за себя, — но мужчина никак не реагировал на это. «Дружочек» побесится и перестанет.       После съёмок этого выпуска между ними что-то явно изменилось: они стали чаще разговаривать в перерывах, а иногда вместе выходили на улицу со стаканчиками кофе. Их репетиции ставили друг за другом, поэтому они успевали пересечься и обсудить что-нибудь.       После съёмок последнего выпуска, когда незапланированно спел «там Юлечка Паршута меня любит и ждёт», он почувствовал, что хотел бы дружить с ней и общаться больше, вне рамок проекта — да и она, казалось, не была против.       Они периодически встречались, чтобы просто попить кофе где-нибудь и поговорить. Иногда эти встречи затягивались надолго, и Слава уже толком не помнил, что они обсуждали тогда — кажется, это было большое множество разных тем, которые перетекали из одной в другую.       Их общение немного сократилось, когда у Юли появился молодой человек. Она не могла разорваться между ним, Марком и Славой, и Макаров прекрасно понимал это, поэтому особо не настаивал. Именно из-за этого в какой-то момент они просто замолчали и перестали говорить и встречаться друг с другом вообще.       Через пару лет, после того сообщения Юли в её телеграме, где она рассказа о том, что её предали, Слава был первым, кто позвонил ей — конечно, после Тишмана.       Они вновь стали иногда встречаться и рассказывать какие-нибудь интересные истории, произошедшие с ними за эти годы, и в какой-то момент Макаров понял, что внутри него начинают зарождаться чувства к ней, и совсем не дружеские. Он пережил с ними несколько дней, а потом решил всё же рассказать обо всём Юле. Правда, подходящего случая никак не находилось. А потом их вместе позвали на одно из закрытых мероприятий, и он решил, что расскажет ей там.

***

и снова мир перевернулся во мне, его ладони так скользят по тебе, но откровенно даришь взгляды ты мне, взгляды ты мне…       Макаров видел, как она танцевала с Тишманом — кажется, он очень часто касался её обнажённой талии, плеч и спины. В одной руке Слава держал бокал с шампанским, а другую неосознанно сжимал в кулак — ревность и какая-то невыносимая злость вспыхнули внутри него в мгновение.       В один момент он поймал её взгляд. Пока Марк шёпотом что-то говорил, наклонившись к уху, Юля смотрела ему в глаза. Мужчина не мог считать её мысли — не телепат всё-таки — и хотел дождаться окончания музыки, чтобы спросить её об этом.       За пару минут, в течение которых длилась песня, он ещё несколько раз заметил её взгляд на себе. А потом Паршута, когда музыка затихла, что-то сказала Марку и ушла в противоположную сторону. Слава проводил её взглядом и поставил пустой бокал на стол с чуть более громким звуком, чем должно было быть. Всего через несколько минут он должен петь свою песню, поэтому пошёл к организаторам мероприятия, чтобы подкорректировать программу и исполнить другую, на что они, к удивлению мужчины, быстро и без особых уговоров согласились. если кто-то другой танцует с тобой, я сам не свой, я очень злой…       Когда он начал петь первые слова, Юля появилась в его поле зрения. Они вновь столкнулись взглядами и держали их друг на друге. Почему-то именно на словах «я очень злой» рядом с Юлей возник Марк, и тогда Слава разорвал зрительный контакт, обратив взгляд к другим слушателям в зале.       А на втором припеве начал медленно спускаться со сцены и подошёл к девушке. сон наяву, я подойду и тебя молю…       Он протянул ей руку, в которую Юля вложила свою ладонь и улыбнулась ему. танцуй со мной, танцуй легко, ведь нас с тобой не видит никто…       Слава закружил её в танце в ритм музыки, а девушка двигалась свободно, поддаваясь его рукам. Всё это казалось ему правильным: они вдвоём кружатся в быстром танце, назойливый, не отходящий от Юли Тишман стоит где-то позади, в толпе других зрителей, и их взгляды, которые направлены друг на друга, говорили о большем, чем могло бы быть.       Он не хотел, чтобы этот сон заканчивался. Макаров был уверен, что в реальности такого не произошло бы никогда. Никогда бы Юля не смотрела на него так, никогда бы она не держала его за руку. Никогда бы не выбрала его вместо Тишмана.       Последняя мысль вновь распалила внутри него какой-то огонь, поэтому на проигрыше мужчина положил руку на обнажённую талию Паршуты и притянул к себе слишком близко. На уровень «друзья» это уже не тянуло.       Юля с улыбкой подыгрывала ему: гладила его плечи, не отстранялась ни на сантиметр от него — иногда даже двигалась ближе — и, кажется, даже пропевала слова его песни.       Они поставили красивую точку своего танца: Юля прогнулась в спине, отклонившись назад, а Слава удержал её рукой, наклонившись слишком близко к её лицу. Он почувствовал её дыхание на своих губах. Знал, что ещё чуть-чуть и он не сможет сдержать себя, но Паршута вовремя вывела его из этого момента и отстранилась. Тихо поблагодарила его за танец — так, чтобы никто не слышал — и ушла. В ту сторону, где её ждал Марк.       Макаров сжал в руке микрофон и как только отдал его ведущему мероприятия вышел из зала. Ему нужен был свежий воздух, причём срочно.       Он прошёл несколько коридоров и оказался возле запасного выхода. Когда он открыл дверь, невдалеке увидел Юлю и целующего её Тишмана.       Наверное, хлопок двери был слишком громким, но он не обратил на это внимание. Сейчас всё отошло на второй план.       Спустя пару минут он уже был в машине. Через полчаса он был в своей квартире и лежал на кровати, зачем-то прокручивая из раза в раз увиденную картину. Теперь он понял, что это всё-таки не было сном. невыносимая, но всё же любимая одна. как мне тебя простить? как же нам дальше быть, скажи?