Искупление ветра

Глава 11: Столкновение без удара Сквозь темные леса и пустые земли она шла, чувствуя, как её ноги почти касаются земли, не оставляя следов. В её голове был один лишь вопрос: почему? Время в её пути не имело значения. Оно растекалось, как кровь по камням. Лишь её сила оставалась с ней, но не давала утешения, только пустоту. Она не могла забыть ночь, тот момент, когда её мир рухнул, когда его глаза — холодные и безжизненные — смотрели в её душу, оставляя лишь холод. Знаешь, что это — пустота? Когда ты идёшь, а мир вокруг не имеет значения. Всё становится фоном. Но каждый шаг приближает её к решению. К тому, чтобы хоть что-то понять. Если это вообще возможно. И вот в один момент, среди ночной тишины, её ощущение обострилось. Не было сомнений — они здесь. Она замерла. Тени двигались рядом с ней, и из них начали вырисовываться две фигуры. Мужчина с длинными темными волосами и холодным взглядом. Его руки были спокойны, его дыхание не изменялось. И рядом с ним стоял другой — с ледяным выражением лица, в котором скрывалась угроза, но и нечто более острое. Это был Итачи. Она узнала его в тот же момент, как её душа замерла. Кисаме. Тот, кто всегда рядом. Но это был не тот момент для шуток. Не тот момент, когда можно было бы скрывать свои чувства за холодной маской. Итачи не двигался, его глаза не выражали никаких эмоций. Всё, что было в них — это его решение, то, что он сделал. Или не сделал. Диа ощущала, как её сердце сжимаются. Она не верила. Это не было возможно. Всё, что она пережила — каждый их момент, каждое их слово, и вдруг... всё это — ложь? Она не могла поверить. — Ты все еще убегаешь от неё? — Его голос прорезал тишину. Это было как ледяной поток, который омывал её сознание. Диа замерла, её внутренний мир замкнулся. Он знал. Он понимал её, как никто другой. Знал, что она не может жить в этом молчании, знал, что она не поверит в то, что случилось. Она не могла поверить. Она просто не могла. Почему? В её голове было тысячу вопросов. Почему он не объяснил? Почему всё это случилось так, как случилось? — Что ты здесь делаешь, Итачи? — её голос был низким и напряжённым, но не сдавшимся. Итачи остался молчаливым, его лицо было как маска, но в глазах было что-то... что-то, что Диа не могла разобрать. Лед и пламя. Он молчал, но его глаза не скрывали того, что было глубоко внутри. Она не могла понять его, и это было ещё больнее. Кисаме бросил взгляд на Итачи, как бы ожидая реакции, но Итачи лишь кивнул и шагнул вперед. — Ты так и не хочешь понять, да? Ты всё ещё убеждена, что всё было не так, как на самом деле. Ты всё ещё ждёшь объяснений. Но ты никогда их не получишь. — его голос был тихим, почти не слышным, но каждое слово было как удар. Она не могла сдержаться. Она сделала шаг вперёд, её тело напряглось, чакра взметнулась. Всё внутри неё кричало, требуя ответа, требуя, чтобы он признался. Она не могла не чувствовать, как её сердцебиение ускоряется. Он был перед ней. — Ты всё разрушил, Итачи. Ты уничтожил всё, что я когда-то верила. — её слова были полны боли. Она шла к нему, её сердце било в груди, но она не могла остановиться. Как ты мог? Как он мог? Итачи смотрел на неё, его холодные глаза не выражали ни боли, ни сожаления. Он был как камень, но в его голосе — дрожь, которую она едва уловила. — Ты не понимаешь... Ты никогда не поймёшь. — его слова были пустыми, но в них было что-то, что заставляло её душу кричать от боли. Она сделала ещё один шаг. Но его голос снова остановил её. — Ты не готова узнать правду. Ты не готова принять её. И это было как холодный ветер, который пронизывал её до самой души. Всё внутри неё замерло, но её глаза не отрывались от его лица. Он был её прошлым. Он был её темным отражением. И её чувства разрывались от этого. Она не могла понять. Почему? Почему он разрушил всё, что они строили? Её шаги стали медленнее, будто каждый из них приносил больше тяжести, чем предыдущий. Напряжение в воздухе становилось почти осязаемым. Итачи стоял перед ней, его глаза не выражали ничего, что могло бы хоть как-то облегчить её душу, но в его взгляде была такая холодная твердость, что это разрывало её изнутри. Что он скрывает? Что стоит за этой маской невозмутимости? Диа не могла понять. Не могла простить. И каждый момент, каждое слово его, казалось, стирало последние остатки веры в него. И всё равно, в её душе, где-то на самых глубинных уровнях, оставалась искорка того, что она когда-то чувствовала. — Ты действительно думаешь, что я не готова понять, Итачи? Ты не знаешь меня. Ты не знаешь, что я прошла. — её голос прозвучал глухо, но твердо. В каждом слове была сила, пробудившаяся вновь, несмотря на все сомнения. Итачи чуть наклонил голову, его взгляд стал еще более холодным, ещё более беспокойным. Он не двигался, но в его глазах появился какой-то момент сомнения, как если бы его собственные внутренние демоны стали чуть видимее. Но он не сделал шаг назад. — Ты никогда не поймешь, Диа, потому что ты слишком глубоко погружена в свои чувства. Это твоя слабость. Ты всегда пыталась найти оправдание. Но истина не зависит от твоих убеждений. Она безжалостна. — его слова были тихими, но острыми, как нож. Тишина снова накрыла их. Ни один из них не двигался. Но напряжение в воздухе было настолько густым, что казалось, что оно вот-вот взорвется. Диа пыталась выдохнуть, но её дыхание было прерывистым, как если бы её сердце билось в несколько раз быстрее. Внезапно, как из ниоткуда, голос Кисаме прорезал это молчание. — Вы двое... опять будете стоять, как столбы, или наконец поговорите, чтобы закончить это? — его насмешка была холодной, но в голосе слышалась искренняя усталость от этого бесконечного молчания. Итачи не ответил. Он просто молчал, глядя на Диа, как будто его взгляд мог стерзать её за одно мгновение. Он знал, что всё это не имеет значения. Она никогда не поверит ему, как и он никогда не сможет разорвать этот круг, в который она сама себя ввела. Но Диа не могла просто уйти. Она не могла позволить этому быть концом. С её чувствами, с её мыслями, с её внутренними терзаниями. — Я не понимаю, почему ты выбрал этот путь, Итачи. Я не могу поверить, что ты стал тем, кем тебя считают все. Ты был для меня...всё. Ты был больше, чем друг, больше, чем просто человек, к которому я привязалась. Ты был тем, с кем я могла увидеть будущее, тем, кто разделял со мной моменты тишины и страха, кто был рядом, когда весь мир казался слишком холодным. И ты стал тем, кого я должна ненавидеть. Как это возможно, Итачи? Как ты мог стать этим монстром, предателем?" Она заметила, как его губы чуть приоткрылись, словно он собирался что-то сказать, но затем снова замолчал. Его глаза оставались такими же холодными, отчуждёнными. Его взгляд был для неё почти невыносимым — он казался таким далёким, таким чужим. Это не был тот Итачи, которого она знала, того, кто когда-то держал её руку, кто целовал ее губы, кто доверял ей так же, как она доверяла ему. Всё это было похоже на туман, на обманчивую тень, в которой она не могла найти ни одного знакомого очертания. — Ты не понимаешь, Диа. Ты не можешь понять, потому что ты всё ещё смотришь на меня глазами, полными чувств. Ты не видишь истины, не можешь её принять. Я был вынужден стать тем, кем стал, ради нас. Ради тебя. Её сердце сжалось, и она сделала шаг вперёд, несмотря на то, что её собственные ноги будто не слушались её. — Ради меня? Ты считаешь, что я смогу понять это оправдание? Ты что, действительно думаешь, что я могу поверить, что ты ушёл ради меня? Всё, что ты сделал, Итачи, это предал меня. Ты разрушил всё, что было между нами. И теперь ты говоришь мне, что это ради меня? Её голос дрожал, но в нём звучала не только ярость, но и глубочайшая боль. Она чувствовала, как каждая его фраза, каждый его взгляд подрывает её внутреннюю стойкость. Итачи не двинулся, его лицо было, как камень, его глаза — пустыми, но в них всё же была та самая тень, которую она не могла игнорировать. Тень, которую она помнила. Его сердце, его мысли — он был не тем человеком, о котором она думала, но он всё ещё был тем, кого она когда-то любила. — Ты не понимаешь, потому что не хочешь. Я был вынужден принять этот путь, и ты не сможешь понять этого, Диа. Но знай одно... Я никогда не забуду, что было между нами. Ты была моей... моей слабостью. И это тоже часть моей боли. Её душа разрывалась на части, она не могла в это поверить. Она не могла поверить, что человек, которому она когда-то так доверяла, человек, который был ей близким, мог думать о ней таким образом. — Я не твоя слабость, Итачи. Ты сам выбрал этот путь. Ты сам стал тем, кто разрушил всё. Не пытайся снова сделать меня виноватой в этом. Я не стану оправдывать тебя. — её слова выходили с трудом, как если бы каждая буква наносила удар по её собственному сердцу. Тишина снова поглотила их, но теперь она была другой. Она была насыщенной напряжением, тягучей и почти болезненной. В её душе кипели чувства, которых она не могла контролировать, а его молчание только углубляло разрыв между ними. Как они могли прийти к этому? Внезапно из темноты раздался насмешливый голос Кисаме. — Ну, вы двое и правда не умеете ни говорить, ни действовать. Разрушаете всё сами, а потом сидите, как статуи, и глотаете воздух. Бессмысленно. Итачи даже не повернул голову в его сторону, он всё так же стоял, не выражая никаких эмоций. Но для Диа стало ясно одно — Итачи был слишком поглощён своим собственным внутренним конфликтом, чтобы ответить. И даже если бы он хотел, он уже не мог вернуть то, что было. — Прощай, Итачи. Я не могу быть рядом с тем, кто разрушил всё, что было для меня ценным. — её слова звучали тихо, но они были окончательными. Она развернулась, не позволяя себе оглянуться, и сделала шаг в сторону. Несмотря на внутреннюю борьбу, несмотря на ту связь, которая когда-то связывала её с ним, она знала, что больше не может оставаться в этом мире, полном обмана и разрушения.