Сердце из алых листьев

Утро на университетском дворике начиналось мягким шелестом липовых листьев, которые катились по плитке будто маленькие лодочки. Кай Смит, огненный воин с вечно растрёпанной причёской, проснулся ещё до резкого звонка будильника и накинул тёплую толстовку факультета боевых искусств, пахнущую стиранным хлопком и дымком тренировочного зала. Зелёный ниндзя - Ллойд, младший Гармадон и наследник ПМК, всё ещё дремал, спрятав нос в томнике по древней гербологии; тонкие страницы вибрировали в унисон с его мерным дыханием. Красный ниндзя остановился на секунду: сияние утра играло в спутанных прядях друга, и сердце Кая гулко, почти не‑по‑утреннему, ударило в грудную клетку. Он опустил раму, чтобы сквозняк не потревожил сон Ллойда, а заодно впустил аромат свежесваренного кофе из коридора. Смит коротко кивнул дежурному дроиду‑уборщику‑пищику и направился в душ. Тёплая струя смыла остатки усталости ночной тренировки и развеяла сонную хмарь. В памяти вспыхнуло: вчера поздно вечером зелёный ниндзя клюнул носом и заснул на его плече прямо во время просмотра старого фильма, а Кай боялся даже пошевелиться, чтобы не спугнуть это доверие. Вернувшись в комнату, он обнаружил, что наследник уже сидит на кровати, потягиваясь как ленивый котёнок под лучом солнца. - Доброе утро, - прошептал Ллойд, улыбка растянулась до самых глаз. Кай, чувствуя жар собственных щёк, так же тихо ответил, и в этот краткий миг в их взглядах поместилась целая, ещё не написанная, эпопея. Ллойду понадобилась кружка; огненный ниндзя опередил его, протянул керамику и невзначай коснулся горячей ладони друга. Искра чакры будто пробежала по коже, оставив после себя приятное послевкусие громового разряда. В комнате запахло имбирём - парни в спешке сварили лапшу с яйцом и специями. Радио пробормотало о предстоящем межфакультетском турнире, но Кай щёлкнул выключателем, сохранив зарождающееся утро только для их двоих. - Кстати, профессор Ву читает лекцию в десять, - напомнил Гармадон‑младший, проверяя расписание. На экране Кая внезапно всплыло шутливое напоминание «свидание?» - старый розыгрыш Нии; строка мигнула красным сердечком. Смит поспешно спрятал телефон, но Ллойд успел заметить румянец и приподнял бровь с лёгкой, доброй насмешкой. Они вышли из общежития, и золотой свет октября растворил остатки смущения. Листья кружились вокруг их кроссовок, словно маленькие фениксы, а рюкзаки то и дело сталкивались, постукивая друг о друга. Духовой оркестр репетировал на лужайке; громкие трубы смешивались с далёким смехом, и красный ниндзя рассмеялся так звонко, что воробьи взмыли к небу. В аудитории они оказались первыми. На доске мелом кто‑то вывел символ дружбы тонкую, изящную спираль. Кай провёл пальцем по меловой линии, оставив белёсый след на коже; зелёный принц мягко смахнул пыль, и мир сжался до их пальцев. Пять минут растянулись, как вечность. Когда двери распахнулись, и профессор Ву зашёл, студенты торопливо заняли места - два сердца упали на соседние стулья. Смит пытался писать конспект, но буквы упрямо превращались в замысловатые узоры, похожие на контур улыбки Ллойда. А наследник рисовал маленькие языки пламени, будто списывая их с волос друга. Звонок разрезал пространство. Поток студентов едва не унёс Гармадона, но Кай удержал его за рукав: - Сад за библиотекой ждёт нас, - сказал он вполголоса. Зелёный принц лишь кивнул. В саду пахло поздними розами и свежей бамбуковой корой, тень павильона скрывала их от чужого внимания. Ллойду показалось, что небо сегодня выше обычного. - Красиво, - выдохнул он. - Не так красиво, как… - Кай не договорил, но Гармадон уловил смысл. Воздух задрожал; огненный ниндзя коснулся щёки друга, она была тёплой, как фарфоровая чашка с чаем. Ллойд закрыл глаза, и вселенная замерла. Первый поцелуй был тихим, медовым и горячим; всё лишнее растаяло. Новый смех прервал дыхание, и они отпрянули лишь на долю секунды, чтобы вдохнуть. - Я думал об этом всю неделю, - шепнул зелёный принц, прикасаясь лбом к лбу Кая. - А я с первого курса, - признался Смит, и часы колокольни за спиной эхом подтвердили его слова. Они опустились на скамью под рыжеватой ивой; каждый кленовый лист, не спеша, ложился им на колени, словно расшитый признаниями конверт. Пара студентов прошла мимо, не заметив спрятавшееся счастье. Кай слушал тишину, которую порой могут подарить только двое. Ллойд заговорил о выставке драконьих артефактов: сверкающие чешуйки, кристаллы чакры, легенды. Огненный ниндзя согласился мгновенно, главное же не куда, а с кем. Поднялся ветер; золотистая прядь упала на глаза Гармадону. Кай спрятал её за ухо любимого и решился на второй, более смелый поцелуй - на вкус он оказался пряным, как какао с перцем после зимней тренировки. Дрожь удовольствия прокатилась у обоих, и они засмеялись одновременно. Полдень подкрался незаметно; павильон перестал давать тень, и зелёный ниндзя предложил пойти в столовую на крыше инженерного корпуса, оттуда видно весь кампус. Прежде чем уйти, парни собрали алые листья, выложили на траве сердце: маленькую карту своего "мы". Теперь они уже не отпускали рук: сначала робко, теперь уверенно, наперекор взглядам. На маршевой лестнице Кай оглянулся и понял, что мир вокруг стал ярче, словно прибавили насыщенность. Ллойд сжал ладонь огненного ниндзя крепче. - Я боялся этой силы, - признался Смит. - А я опасался, что ты не поверишь в неё, - вздохнул зелёный принц; но в его глазах плескалась надежда. Небо сияло совершенно нереальным синим, а облако над ними походило на крохотного дракончика, свернувшегося клубком. Кай ткнул пальцем в небо, и оба расхохотались так, что смех отскочил от стен. На крыше пахло жареной лапшой, газетной краской и свободой. Они выбрали стол у самого парапета, чтобы ветер трепал волосы и срывал робость. Ллойд корил друга палочками, поддразнивая: всякий раз, когда Кай краснел, он украдкой касался его щеки носом. Пальцы Смита запутались в мягких прядях зелёного наследника, и ещё один поцелуй, на этот раз со вкусом соевого соуса, сделал обед в прямом смысле сладким. Телефон зазвонил не вовремя - на дисплее мигала Ния. Кай быстро объяснил сестре, что планы изменятся, и та, похоже, поняла всё без слов. - Сходим к ней позже вместе, - предложил Ллойд. Слово "вместе" зазвенело особым колокольчиком, и Смит улыбнулся так, как не улыбался никогда. После обеда пары тянулись чередой; день катился к вечеру, словно шар по ровному склону. На алхимической лабораторной они работали рядом: рубиновый раствор в колбе вспыхнул золотыми искрами, почти пародируя их чувства. Профессор похвалил "замечательную синергию", а одногруппники украдкой переглянулись и, кажется, всё поняли. Солнце садилось, окрашивая витражи библиотеки янтарём. Двор университета погрузился в мягкий предзакатный полумрак. Фонари вспыхнули один за другим, как звёзды, спустившиеся на землю. Под одним из них Кай остановился, и Ллойд шагнул ближе, обхватив огненного воина за плечи. Поцелуй, освещённый тёплым кругом света, казался центром Вселенной, а окружающий мир стал музыкальной паузой. Тишина кампуса превратилась в их вселенскую песню. Свет ложился на мостовую мягкими кругами, будто кто‑то рисовал мелом добрые заклинания. - Ни за что не отпускай, - прошептал Ллойд - зелёный принц и просто влюблённый парень. - Никогда, - ответил Кай Смит, - огненный воин, ниндзя и теперь уже счастливая половинка единого "мы". И они стояли так долго, пока вечер перешёл в ночь, а звёзды расстелили над головами шёлковое, полное обещаний покрывало.