Слишком близко

Вэнь Кэсин ненавидел своего преподавателя математики. Профессор Чжоу, казалось, специально устроился на работу в его университет, чтобы бесконечно к нему придираться. Он выделил его с самого первого дня и, несмотря на все старания и успехи в учёбе, упорно делал вид, что худшего студента у него никогда не было, доводя бесконечными придирками Кэсина до исступления. Поэтому, несмотря на то, что профессор Чжоу Цзышу был чертовски горячим мужчиной, Вэнь Кэсин терпеть его не мог. Вот и сегодня тот велел ему остаться после уроков, чтобы обсудить результаты недавнего теста. - Вы набрали девяносто пять баллов, мистер Вэнь, - процедил он так ядовито, словно обнаружил, что Кэсин вообще не умеет ни читать, ни писать. - Да, профессор, - растерянно отозвался тот, - но разве это плохой результат? - Плохой. Потому что могли набрать все сто, - припечатал тот. - Но, видимо, вы слишком заняты гулянками и вечеринками, раз совершенно не стараетесь. Вэнь Кэсин чуть не захлебнулся от возмущения. - Гулянками, профессор!? Да я всю ночь готовился к тесту! Я даже на полчаса глаз не сомкнул! А вы говорите... - Не отпирайтесь! Я слышал, как об этом рассказывал ваш приятель, - он так выделил последнее слово, что не оставалось никаких сомнений, какими именно "приятелями" он их считает. - Какой приятель? - побагровел Кэсин, мысленно перебирая список, пока не остановился на одном знакомом имени. - Се Ван!? - Да, теперь он припоминал, тот действительно рассказывал сегодня группе восторженных слушателей, как побывал на какой-то крутой вечеринке с реками алкоголя. Вот только Кэсина там не было! - Не пытайтесь мне врать. Вы даже живете вместе. Кэсин хотел было ответить, что они просто соседи по квартире, но тут его словно перемкнуло. - Какое вам дело до того, с кем я живу? - выкрикнул он, хлопая учебником об стол. - Вы мне не бойфренд, не любовник! Я могу жить и спать с кем хочу, хоть со всем университетом! Лицо профессора перекосило. В его глазах мелькнуло такое выражение, что Кэсин чуть было не испугался за собственную жизнь, но не успел: его схватили за отвороты куртки и толкнули к стене. Профессор Чжоу навис над ним, словно разгневанное божество возмездия, пылая потемневшими глазами. Его лицо было так близко, что горячее дыхание рваными вздохами оседало на губах Вэнь Кэсина. Он отвёл взгляд, зацепившись за выступившие вены на руках профессора - какие, оказывается, у него красивые руки, подумал он не к месту, снова поднимая взгляд и встречаясь с ним глазами. Во рту пересохло, сердце колотилось, как бешеное, и Кэсин не знал, что сказать. Он словно находился в каком-то трансе, во власти странного колдовства, и ему казалось, что всё это происходит с ним и не с ним одновременно. - Отпустите меня, - наконец промямлил он только потому, что надо было это прекратить. Профессор как-то непонятно усмехнулся, и вид у него был, словно у одержимого. - Отпустить? - переспросил он, склоняясь ещё ближе, почти задевая губами скулу Вэнь Кэсина. - А вы правда хотите, чтобы я вас отпустил? Его голос был охрипшим и грубым, и словно стекал по венам Вэнь Кэсина, превращая его внутренности в огонь. Он чуть поерзал, не зная, то ли отпрянуть, то ли податься вперёд. - Всё ещё собираетесь переспать со всеми университетом? - насмешливо продолжил профессор. - В таком случае, как насчёт того, чтобы начать с меня? И, не дожидаясь ответа, крепко схватил его за подбородок, удерживая, и поцеловал. Вэнь Кэсин не был новичком в поцелуях, но так его целовали впервые: настойчиво, безжалостно, словно его ласкал губами предводитель дикого племени, вторгшийся на новые земли. У него почти моментально подогнулись колени, а в голове не осталось ни единой мысли. Может, в другом состоянии он решил бы, что профессор Чжоу безумен, а он сам заразился этим безумием. Но сейчас он не хотел думать, он хотел только целоваться. Губы Чжоу Цзышу были мягкими и чувственными, но почти бесконтрольная грубость его ласк заставляла об этом забыть. Профессор убрал руку от его подбородка, обхватывая за пояс и прижимая к себе. Кэсин сразу почувствовал бёдрами его твёрдый член сквозь ткань брюк. Твёрдый, очень твёрдый. И когда тот успел так возбудиться? У него самого уже кружилась голова, хотелось толкаться навстречу, прижимаясь ближе, ещё ближе, откидывая голову назад, подставляя шею и чувствительные места на ней под новые поцелуи. Да, так. Именно так. Он хрипло вскрикнул, когда профессор Чжоу укусил его чуть выше ключицы, в сгиб между шеей и плечом, а потом вдруг опустился на колени, прижимаясь к его члену губами сквозь плотную ткань джинсов. Кэсину казалось, что даже так он чувствует горячее дыхание на своей напрягшейся плоти. Он подавался вперёд все настойчивее, глухо вскрикивая, когда профессор резко остановился и быстро расстегнул его джинсы, одним движением стаскивая их вниз вместе с бельём. Вэнь Кэсин ошарашенно, будто во сне, смотрел, как Чжоу Цзышу облизывает губы, словно голодный, а потом сжимает его бёдра, сильно, до синяков, и надевается на него ртом. Ощущения обрушились на него, словно горячий дождь, обжигающий ливень. Он глухо вскрикнул, толкаясь вперед и, сам того не замечая, схватил профессора Чжоу за волосы. Но тот, казалось, не возражал - он самозабвенно ласкал его, забирая так глубоко в рот, что, казалось, хотел проглотить целиком, руками гладил и сжимал бёдра, живот, мошонку. Вэнь Кэсин захлебывался криками и стонами, пока, наконец, возбуждение не достигло своего пика. Он крепко сжал в руках пряди чужих волос и, откинув голову назад, бурно кончил. Волны оргазма ещё пробегали по его телу, когда он открыл затуманенные глаза, ища взглядом Чжоу Цзышу. Тот по-прежнему стоял на коленях и смотрел на него с довольной улыбкой кота, объевшегося сметаны. Одной рукой он всё ещё держался за бедро Кэсина, а другой сжимал себя через ткань брюк. Несколько мгновений они молча смотрели друг на друга. Вэнь Кэсин не знал, что делать, что сказать. Он впервые понял, как чувствуют себя люди, проснувшиеся утром после вечеринки и вспомнившие, что творили. Он словно так же опьянел от ласк и поцелуев, а теперь, после оргазма, пришёл в себя и протрезвел. - Так и быть, прощу вам плохой результат теста, - сказал Чжоу Цзышу. Его голос был таким хриплым, что Кэсин с трудом его узнал, и неудивительно, учитывая, что тот вытворял своим горлом всего несколько минут назад. Он едва не рассмеялся от абсурдности ситуации. - Рад, что удовлетворил вас, профессор, - съязвил он, и Цзышу неожиданно рассмеялся. Его смех Кэсин слышал впервые и был поражен, как приятно тот звучит. Значит, профессор все-таки умеет смеяться, как все нормальные люди. О том, толкают ли нормальные преподаватели своих студентов к стене, чтобы потом изнасиловать их ртом, он предпочёл сейчас не задумываться. Цзышу наконец отпустил его, и Кэсин дрожащими руками натянул джинсы вместе с бельём. Он подумал, не должен ли чувствовать себя использованным, но вместо этого сказал: - Э... Профессор... А вы? А вам... Он хотел спросить "Нужна помощь?", но не смог заставить себя произнести это вслух. Однако Чжоу Цзышу все понял и с кривой улыбкой помотал головой. - Ты сделал все, что надо. Я удовлетворен, - и он выразительным жестом огладил себя в районе паха, где ещё совсем недавно была внушительная выпуклость, а теперь виднелась лишь влажная ткань. Значит, ему и правда понравилось. Что ж, тем лучше. Как бы то ни было, если бы Кэсин и правда хотел вырваться, то сделал бы это. Несмотря на всю неожиданность и некоторую грубость вначале, ему всё же понравилось. Даже мягко сказано. У него никогда не было такого страстного партнёра. Ему вдруг пришло в голову, что он хотел бы узнать и другие стороны этой страсти - где-нибудь в более удобном месте, например, в постели... Вэнь Кэсин вздрогнул от собственных мыслей и помотал головой. - Ну, тогда я... пойду? - чувствуя себя немыслимо глупо и нелепо, пробормотал он. Профессор Чжоу ничего не сказал, просто молча смотрел на него, и Кэсин, опустив взгляд, поспешно выскользнул за дверь. Домой он примчался, как ошпаренный, и, воспользовавшись тем, что ванная была свободна, сразу кинулся внутрь. Стоя под струями горячей воды, он торопливо намыливал себя гелем для душа, без конца проигрывая в голове события сегодняшнего дня. Вот Чжоу Цзышу толкает его к стенке, вот опускается на колени, вот с довольным видом проглатывает его сперму... Вэнь Кэсин сам не заметил, как сжал свой член, начиная ласкать себя быстрыми, почти жёсткими движениями, пытаясь представить, что это ладонь Чжоу Цзышу гладит его с такой страстью, с таким желанием, его тёмные глаза смотрят на него, а в ушах звучит низкий голос: "Ты сделал всё, что надо. Я удовлетворен... " Кэсин кончил с криком, не заботясь о том, заглушают ли его струи воды, и сполз по стенке душа. Ноги его не держали. *** На следующий день он не знал, как идти в университет и как смотреть профессору Чжоу в глаза. Хотя тот сам всё начал, Кэсин почему-то чувствовал себя неловко. На профессора за домогательства он не держал зла - мог оттолкнуть его в любой момент, да и глупо было отрицать, что ему... понравилось. Очень понравилось. Так, что колени не держали и перехватывало дыхание. И он очень хотел испытать это снова. Хватку сильных рук, горячие губы на губах. Хриплый, жаркий шёпот на ухо. Дрожь оргазма, свою и его. Он хотел... - Боюсь, вы не об экзаменах думаете с таким видом, - раздался совсем рядом знакомый голос. - А они, между тем, на носу... Кэсин подпрыгнул от неожиданности и обернулся - рядом стоял профессор Чжоу, которого он только что раздевал в своих мечтах. - Я... Э... Я готовился... - В самом деле? - приподнял бровь тот. - Не хотите мне показать результаты... вашей подготовки? Кэсин, сам от себя не ожидая, почувствовал, что краснеет. Он замялся, подбирая слова, но профессор вдруг склонился к нему и втиснул в руку листок бумаги. - Если захочешь, приезжай ко мне сегодня вечером, - голосом, от которого по телу Кэсина прошла сладкая дрожь, сказал он. - Вот мой адрес. *** Вечером Кэсин, который говорил себе, что ни за что никуда не поедет, стоял перед дверью профессора Чжоу. Ладони у него вспотели от волнения, а в голове не было ни единой связной мысли. Он мялся с ноги на ногу, не решаясь поднять руку и позвонить в звонок, как вдруг дверь открылась, являя стоявшего на пороге Чжоу Цзышу. - Увидел тебя в окно, - пояснил он, без лишних слов затаскивая Кэсина в квартиру и запирая дверь. Услышав щёлк замка, Кэсин поежился, чувствуя, как волнение борется в нём с предвкушением. Он ожидал, что профессор накинется на него, но тот вдруг взял его за плечи и серьёзно сказал: - Боишься? Если ты не хочешь, ничего не будет. Я не насильник. Кэсин хотел было пошутить про их первый раз в аудитории, но слова застряли в горле. - Я не боюсь, - почему-то шёпотом сказал он. - Я просто... Чжоу Цзышу несколько секунд всматривался в его лицо, а потом вдруг взял его в ладони и поцеловал - на удивление медленно и нежно. Кэсин замер - эта нежность поразила его больше, чем недавняя сумасшедшая страсть. От удивления он приоткрыл рот - и Цзышу проник туда языком, углубляя поцелуй, делая его более жадным и настойчивым. Страсть вспыхнула между ними резко, как лесной пожар, поджигая сразу обоих. Не тратя больше времени на разговоры, Чжоу Цзышу целовал его, жадно шаря ладонями по телу под одеждой, а потом, оторвавшись от губ, припал поцелуем к шее, терзая её и прикусывая. Распалившись до предела, Вэнь Кэсин мог только глухо стонать, выгибаясь навстречу бёдрами. - Профессор... Профессор... - Называй меня Цзышу, - глухо, так как его рот был занят более важным делом, пробормотал тот, расстегивая пуговицы на его рубашке. Какая-то из них не поддалась, и тот, устав с ней бороться, просто сильно дёрнул, выдирая оставшиеся с мясом. Пуговицы со звоном покатились по полу, а Цзышу уже помечал засосами чувствительную кожу между ключицами, спускаясь ниже на грудь, а потом ещё ниже, к впадине пупка. Кэсин вскрикнул, когда в эту впадинку вторгся горячий язык, а Цзышу вдруг выпрямился и обхватил его за бедра, чуть приподнимая и заставляя опереться спиной на стену. Их тела прижались друг к другу, и Кэсин ощутил трение их напряжённых членов. Цзышу двигался быстро, словно трахая его через одежду, и Кэсину показалось, что он сейчас просто взорвётся от страсти и неудовлетворенного желания. Он впился ногтями в кожу Цзышу через ткань рубашки, и тот с силой укусил его за шею, ускоряя темп, двигаясь и двигаясь, пока наконец не замер с гортанным стоном, содрогаясь. Кэсин терпеливо ждал, пока тот придёт в себя, хотя ждать было невыносимо. Член пульсировал, требуя продолжения, и он уже хотел погладить себя украдкой, как Цзышу отстранился от него, глубоко выдыхая, и отпустил его бёдра, позволяя встать на пол. Несколько мгновений они смотрели друг на друга, а потом Цзышу снова припал к его губам, одной рукой лаская скулу, а другой ловко расстегивая его джинсы и приспуская бельё. Кэсин облегченно застонал, когда его измученного ожиданием члена коснулись чужие пальцы, сразу задавая жёсткий, почти агрессивный тон. Он не продержался и минуты, закусывая губу, чтобы не закричать в голос, но все равно не сумел удержаться, выплескиваясь горячим в руку Чжоу Цзышу. Едва отойдя от оргазма, он почувствовал, что его поднимают на руки и несут куда-то, а потом опускают на постель. Под спиной оказались пахнущие свежестью простыни, а сверху - горячее тело, уже пылающее новым огнём. Они снова сплелись в объятиях, покрывая друг друга поцелуями и укусами, сливаясь в единое целое, так, что в конце концов стало не отличить, где начинается один и заканчивается другой. *** Ночь пролетела быстро, и, не успел утомлённый ласками Кэсин закрыть глаза, как за окном уже забрезжил рассвет. Он лениво потянулся, просыпаясь, когда его укусили за ухо, и знакомый голос прошептал: - Вставай, соня. Когда он наконец с трудом разлепил веки, рядом с ним уже никого не было, но из кухни доносился ошеломительный аромат кофе и ещё чего-то соблазнительного. Натянув на себя валявшееся рядом с постелью бельё, он решил не озадачиваться поисками остальной одежды и отправился на запах еды. Цзышу стоял рядом с плитой, и как Кэсин успел увидеть, на нём не было ничего, кроме боксёров и передника. Он жарил блины на сковороде, а на столе уже красовались две огромные чашки свежесваренного кофе. Увидев его, Цзышу широко улыбнулся, кивая на стул: - Садись. Уже заканчиваю. Кэсин сел, недоумевая, куда делся агрессивно-страстный маньяк, изукрасивший его шею укусами, и откуда взялся этот милый улыбчивый парень, совершенный ангел с виду. Но отказываться от этого нового подарка судьбы было глупо, и Кэсин послушно уселся за стол, подтягивая ближе к себе одну из чашек. Через пару минут к нему присоединился Цзышу вместе с горкой ароматных румяных блинчиков. - Не знал, что ты умеешь готовить, - с набитым ртом пробурчал Кэсин, идея от блаженства. - Ну, я не мастер этого дела, - пожал плечами тот. - Но уж блины пожарить в состоянии. Тем более, что ты вчера очень устал, - он бросил на Кэсина многозначительный взгляд, - так что я решил, что тебе просто необходимо подкрепиться. - Ммм, профессор, вы так предусмотрительны. - Не зови меня так, - поморщился тот. - У меня, между прочим, есть имя, и ты его знаешь. - Как скажете, профессор. - Вэнь Кэсин! *** - Тогда, в прошлый раз, я жутко приревновал, - чуть позже сказал ему Цзышу, когда они в обнимку устроились на диване. - Возможно, мне не стоило так себя вести, но я ничего не мог с собой поделать. - Вот оно что, - промурлыкал Вэнь Кэсин, потираясь щекой о его шею, как кот. - А ты, значит, давно на меня глаз положил? - Давно, - кивнул Цзышу. - С самого первого дня. Когда ты вошёл в аудиторию, такой красивый и самоуверенный, словно фотомодель. У меня сразу всё внутри перевернулось. Сначала я ещё говорил себе, что ты меня просто раздражаешь, но долго врать себе не получилось. - А если бы ты сразу перешёл к активным действиям, то сэкономил бы нам кучу времени и нервов, - Кэсин укусил его за ухо, потом перешёл к шее. В конце концов, Цзышу его всего искусал, а ему нельзя, что ли? - Я вообще-то твой преподаватель, - напомнил ему Цзышу, совсем не по-преподавательски подставляя шею под поцелуи. - Рад, что ты помнишь, - хмыкнул тот, не отрываясь от своего занятия. - Но ничего страшного, в следующем году я выпускаюсь, и ты перестанешь им быть. - Это да, - согласился тот. - Кстати, ещё кое-что... - Что? - С завтрашнего дня ты переезжаешь ко мне. - Всё ещё не даёт покоя, что я снимаю квартиру вместе с Се Ваном? - усмехнулся тот. - Хочешь присвоить меня себе? - Хочу, - припечатал Чжоу Цзышу, подтягивая его к себе и подкрепляя свои слова собственническим поцелуем. В последующие недели Кэсин узнал несколько вещей: во-первых, Чжоу Цзышу на самом деле милейшее создание, надо только узнать его поближе. Близко. Очень близко. Во-вторых, он по-прежнему требователен к нему на занятиях, хоть и перестал критиковать без повода. И, в-третьих, наказания за несделанные домашние задания бывают очень даже приятными.