Услуга за услугу

А ты серьёзно думал что я буду давать тебе всю свою информацию так бесплатно? Что я не попрошу ничего в замен? Услуга за услугу мироходец.-

И что же ты от меня ожидаешь? Ресурсы? Защита от организации? Что ты хочешь?-

О нет нет мальчишка, мне это всё никчему. Знаешь.. я бы хотел от тебя другой оплаты-

Ну и чего же? Что ты хочешь от меня?-

К примеру тебя.-

Что?!-

Недовольное ворчание под нос. Как он докатился до такого! Он, могучий и сильный Первый. Первый черт возьми! Который вынужден выполнять чужие прихоти. Он не хотел соглашаться на это, но небольшая угроза как "предупреждение" что в противном случае не будет больше никакой информации, его огорчила. И по тому как на шее туже затягивается ошейник, ему не было выбора как согласится на это. Эта короткая юбка от платья, которая заставляет чувствовать себя неуверено, а при ходьбе так открыто, прям как на ладони весь. И даже возникает вопрос, зачем Отцу эти костюмы. Зачем ему их так много! Это он молчит о кружевном белье. Он его отказался одевать. Заходит обратно в зал уже не так уверенно как до этого, и проходит до трона, где вальяжно сидит Отец. Раскинув ноги в стороны, лицо подперев кулаком , и улыбаясь на всё это перед ним. Такой вид как Первый, любимчик сына , находится сейчас перед ним, неловко сдимающий края юбки, оттягивая её как можно ниже. Парни его особо не привлекали, да даже толком не были интересны, но из троих кого он мог бы выбрать он всё же считает что Лололошка наилучший вариант, который ещё и не сможет отказаться. Наклоняется вперёд и его ладони оказываются на бедрах Первого, поглаживая их большими пальцами. В груди стучал адреналин, ожидание скорого и небольшой страх что это просто обман, стёб. Его тянут на себя, и через всю силу и честь он не спеша упирается коленом на трон. Тадмавриэль побыстрее опустил его на свои колени, и не давая толком осмыслить всё это, его руки уже были под юбкой, сжимая ягодицы, упругие и мягкие. Живот непонятно и неприятно тянет от всего этого, а ладони на плечах сжимаются сильнее. Если бы не информация которую он ему обещал, он бы сейчас с радостью врезал кулаком в его самодовольное лицо , но увы. Молния на спине опускается, и его верх стягивают и выкидывают. Зачем тогда надо было одевать.. Юноша только хотел было немного успокоится как его толкают и он падает с колен на пол спиной. Задать вопроса он не успел, как властный голос скомандовал. Давай на колени мальчишка, и побыстрее-

Я .. я не хочу делать Это! Фу мерзость! На это мы не договаривались!-

Мы договаривались о твоём Теле. А рот это же тоже твоё тело. Так что всё по честному. Давай-давай - Язык идёт вдоль, доходит до конца и накрывает всю головку, смыкая на ней губы. Рука не охотно двигалась у основания вверх-вниз, и немного сжимала орган. Рот открывает как может, головка уперлась в щеку, а предэкулят противным вкусом остаётся на языке. Рука сжимает волосы и голову дёргают вниз. Головка больно уперлась в горло, так и желая пройти дальше внутрь. Губы сомкнуты и из них идёт только тяжёлое мычание. Лололошка тяжело дыша через нос, сжимал руки на своих коленях, задмурившись, но в краях глаз уже стояли капли слез. Рука стала двигать его голову, насаживая его всё сильнее, заставляя кашлять и задыхаться от нехватки воздуха, чувствовать тошноту и лёгкую боль. Движения не были и капли нежными, даже намёка не было на это. Только грубость, как он и любит. Слезу утирают до того как она скатилась, и по щеке пару раз хлопнули ладошкой. Открывая глаза, его отодвинули от органа, и он смог вдохнуть полной грудью и откашляться. В глазах от резкого вдоха потемнело. Он поднял голову и встретился взгляд с Ним. Юноша весь голый, в одном только ошейнике дрожит от холода, на твердом полу. Горячие руки гладят по бедру и поворачивают его на бок. Палец на сухую пытается пролезть от чего Первый только может тихо выть от новой боли и ерзать на месте. Через ужасную боль, палец входит, и двигается внутри тела, выдавливая только тихие стоны боли. Естественная смазка и вообще влага помогают утихомирить боль, но не сильно. Второй палец зашёл так же резко как и первый, причиняя новую волну боли. Пальцы раздвигают в ножницах, а по телу бежит дрожь. Слабые толчки пальцами внутрь, спина выгибается, а из рта выходят частые вздохи. За ошейник взади дёргают, заставляя выгнутся сильнее, и даже вскрикнуть. Пальцы уходят а ошейник снимают с шеи, но сразу его затягивают на руках. Тадмавриэль рассматривает его как только свою игрушку, сжимает руки на бедрах и не предупреждая толкается в него. Юноша дёрнул руками, которые прижали к полу, и вскрикнул, сжимая до боли зубы

Черт! Стой! Стой! Больно...-

Его естественно не слушают, и наоборот затыкают своими губами. Кусает, сосёт губу, и толкается языком внутрь. Противно. Он кусает его в ответ, от чего он с мычанием отдалился, а во рту вкус металла от крови. В ответ он делает пару довольно грубых и болезненых толчков, от чего Первый вздыхает, а голова кружится. Толчки ритмичные, быстрые и грубые. Удовольствия нет особо, но и боли тоже, что и заставляет чувствовать себя так странно. Он уложил его на спину, и залез верхом. Это было ещё хуже, ведь он это делал как будто сам желая, но это не так. Рука обхватывает влажный от недавнего оргазма член, и направляет в свой такой же влажный анал. Садится медленно, и это злит Его. Руки хватают талию и насаживают, от чего он снова вскрикнул и замычал. Глаза закатывались от усталости, тело уже болело, а чужие руки заставляли его двигаться. Толчки казались глубже, хоть и медленнее. Он двигал его, пока тот еле держался. Сил не было, всё это выматывает, и хочется провалится в сон, в долгий почти вечный сон. Второй раз, или нет, он уже не понимает. Всё его нутро заполняют, тёплая жидкость сочится из него, а по телу бежит дрожь от холода. Он не знает сколько времени прошло, и как так получилось что он лежит в Своей кровати в Своём бункере, одетый в свою помятую одежду, на полу лежит скафандр, а тело ужасно болит. И если бы не боль, он бы посчитал это всё просто плохим сном.