В классе пахло пылью, дешёвым маркером и чужими, слишком приторными духами. Сквозь распахнутое окно тянуло весной — той самой, которая бывает только в школе: когда вроде и солнце, и птицы поют, и уроки идут, а ты уже мёртв внутри от приближающегося ЕГЭ.
Даня сидел у окна, подперев щеку кулаком. В другой руке крутился синий стержень от ручки, изуродованный зубами. На доске что-то писала Лариса Геннадьевна — учительница химии, но Даня не обращал внимания. Он смотрел на парня, который сидел через две парты.
Руслан. Как всегда, чуть развалившись, с этой своей небрежной полуулыбкой и дурацкими шутками, которые почему-то всегда заходили всем. Даже Ларисе Геннадьевне. Даже бабке-вахтёрше.
Руслан что-то чертил в тетради. Даня пытался не смотреть. Безуспешно.
— Ты как зомби, — прошептала Юля, одноклассница, сидящая рядом. — Или влюблённый.
Даня дёрнулся.
— Иди нахер, — прошипел он и ткнул стержнем в её тетрадь.
Та захихикала. Даня отвернулся к окну. Челюсть сжалась.
Он не знал, что именно не так. Просто последнее время Руслан будто стал… другим. Отдалённым. Меньше разговоров, меньше тупых шуток. Меньше «Дань, не хочешь прогулять химию?» и больше «щас, я с Никитой поем».
Сраный Никита. Новенький, которого все уже обожали.
Особенно Руслан.
Даня не был уверен, что это ревность. Ну, то есть, не ревность в том смысле. Просто раздражение. Непонятное, глухое. Как будто у тебя что-то отняли, но ты даже не успел понять, что это твоё.
— Кашин, к доске, — прозвучал голос Ларисы Геннадьевны, как выстрел.
Даня встал, будто по команде. Мелом по доске. Пишет, стирает, пишет снова. Руки дрожат.
— Ты в порядке? — шепчет Руслан, проходя мимо, когда Даня возвращается на место.
Даня не отвечает. Только кивает. Садится, уткнувшись в тетрадь.
***
CMHell
Ты чё сегодня такой?
20:42
DkUglyBoy
Тебе какое дело
21:15
CMHell
Просто спрашиваю
21:15
DkUglyBoy
Отъебись.
21:37
Руслан не отвечает. Даня кидает телефон на кровать и утыкается в подушку. Сердце бьётся как бешеное. Он хочет сказать: «Я скучаю, идиот», или: «Не смотри на Никиту так, будто он важнее».
Но молчит, как обычно.
***
Школьный вечер. Репетиция выпускного. Все в актовом зале, гудят, как улей. Руслан и Никита сидят вместе на скамейке. Смеются. Даня стоит у стены и смотрит, как что-то в груди сжимается.
Он уже собирается уйти, когда голос Руслана вдруг рядом:
— Ты вечно убегаешь. Чё за прикол?
— Отвали, — коротко бросает Даня.
— Даня, блять, ну серьёзно. Что с тобой?
Даня поворачивается, резко.
— А что? Не нравится, когда я делаю то же, что и ты?
Руслан хмурится.
— Ты о чём?
— О том, что ты со мной больше не разговариваешь. О том, что я стал тебе не нужен. О том, что ты теперь с этим… Никитой.
— Ты ревнуешь?
— Нет! — слишком резко. — Просто заебало чувствовать себя никем рядом с тобой!
Молчание.
Руслан медленно делает шаг ближе.
— Даня, ты… — Руслан вздохнул, аккуратно убирая волосы со лба Дани, которые лезли в глаза. — Ты же знаешь, что мне важно твоё мнение. Ты для меня важен, как никто другой.
Даня покачал головой. Он не знал, что ответить. Потому что это было так… запутано. Он сам не понимал, что именно чувствует. Но это было нечто большее, чем просто дружба.
Он открыл рот, чтобы что-то сказать, но в этот момент Руслан наклонился и, поймав его взгляд, поцеловал его. Это был не просто поцелуй — это было признание. Без слов.