Глаза одного цвета - судьба

Врасия. Священный дух, о котором пишут сказки для детей и легенды с кровавыми бойнями для библиотеки в Сумеру. Она давно потеряла свое настоящее тело во времена войны архонтов, ту силу и те амбиции, но нашла себя спустя несколько сотен лет в воплощении юной девы, что навсегда и останется таковой. Приняла самый обычный вид, смешиваясь с толпой, но продолжив нести вечную память о самой себе. О, и, конечно, Рекс Ляпис. Моракс. Гео повелитель тоже был в списке друзей Тартальи. Он часто разделял обеды с предвестником, помогал с поручениями местных бабулечек, от которых не мог отвертеться одиннадцатый, наставлял как мудрый учитель и побеждал всякий раз в честной схватке. "Дети" — каждый раз щелкала Врасия, стоило увидеть мужчин идущих вдоль по тёмной улице в порванной и испачканной одежде. И хоть Чайлд и считал эту самовлюбленную женщину другом, она даже не пыталась скрыть своей враждебности. ... — Доброе утро! Чжун Ли дома? — Аякс лучезарно улыбается в предвкушении чудесного дня в компании друга, но его планам мешает синеглазая мигера в шелковом халате. Врасия присекает попытку парня проскочить в прихожую, выставляя руку вперёд, едва касаясь его груди. — Он занят, — хмурит брови и обиженно дует ярко-красные губы. — Что-о? — тянет рыжий со своей щенячьей моськой, — Но Чжун Ли сегодня даже не работает. Чайлд по гусиному вытягивает шею, чтоб заглянуть вглубь дома, когда слышит приглушенный смех из дальней комнаты. Врасия оборачивается на голос Моракса и ещё сильнее злится. Но вопреки всем ожиданиям девушки и надеждам Аякса, архонт выходит в коридор, поправляя белый галстук под идеальным костюмом. Мужчина приветствует предвестника махом руки и расплывается в нежной убылке, переводя взгляд на свою маленькую жену. — Куда это ты намылился? — Врасия подходит ближе и смешно вздергивает голову, чтоб взглянуть в полные наглости янтарные глаза. — Обещаю вернуться.. До семи часов. Тарталья с умилением наблюдает за семейной картиной, невольно вспоминая своих же родителей. Его немного удивляет, как быстро меняется синеглазая под руками своего мужа, меньше ворчит и дует губы только для ответного поцелуя, а не чтобы выслать очередное проклятье специально для фатуи. — Шести! Чайлд с порога видит, как Чжун Ли повинуется велениям своей жены и направляется к обувнице. Когда мигера наконец покидает коридор, виляя бёдрами в сторону спальни, Повелитель камня наклоняется к лакированным туфлям, а Чайлд проскальзывает на коврик у двери. — Утро начинается не с кофе? — сочувственно хлопает предвестник по плечу дракона, но тот лишь снова загадочно улыбается. — Можно и так сказать, — Моракс поправляет ткань брюк и поднимается в полный рост, чтобы подойти к зеркалу. И тут Аякс, мелкий гаденыш и пакостник, который любит поиздеваться да подшутить, видит на шее своего друга отчётливый след красной помады, точно такой-же оттенок был и на губах синеглазой мигеры. — Оо-о, ну точно не с кофе! — шепчет рыжий, — Что, удачный медовый месяц? Дабы не познать гнев камня, а скорее его избранницы, Тарталья вылетает из уютного домика на тихую улицу. За ним следом выходит и хозяин желища. — Желаю и тебе постичь это счастье как можно скорее, Чайлд. Пока двое идут к рынку, чтобы перекусить, Тарталья задумывается. Это ведь так хорошо, что его друзья живут счастливо, наконец не заботясь о войне или благополучии граждан, думая только о их совместном будущем. Интересно, а как сложится их жизнь дальше? Врасия мечтала переехать поближе к центру города, к работе и магазинам, а Чжун Ли наоборот, предпочитал уединение и тишину. Чайлду было бы больше по душе вариант мигеры, так бы он почти сразу по прибытию мог из банка северного королевства спустится к их квартирке. Да и вот же девушке повезло! За таким хваленым красавцем, как Чжун Ли, вздыхают толпы фанаток. И Аякс знает, что говорит. Врасия действительно не упустила удовольствие завоевать каменное сердце. Ох, двойное удовольствие, о котором Чайлд узнал при походе на горячие источники. Правда, мигера сорвала джекпот. Может именно поэтому она и не выпускает его из постели, мучает поцелуями, вздохами, манящими бёдрами, аккуратной грудью.. — ..Аякс? —О, прости, я задумался, что-то уже выбрал? — Одиннадцатый просыпается напротив лавочки со всякими вкусностями. — Кажется, я.. забыл кошелёк. ... А на Врасию денег Чжун Ли не жалко.. Вон! Скупил все побрякушки, на что падал женский взгляд. Их сумка потяжелела на пару килограмм точно, а по приезде в город свободы, куда они собственно и направлялись, так вообще не поднять будет. Но маленькое путешествие выдалось прекрасным: они зашли на постоялый двор Ваншу, забрались на вершину одной из гор, чтобы пособирать цветов, прошли знаменитую Винокурню и даже выкупили пару бутылок вина из одуванчиков. И вот, под звёздным небом, они наконец место для ночлега. Над головами ни облачка, ветер совсем лёгкий и даже не ощущается, а алкоголь разбавляет беседу. Чайлд оглядывается на полягу за их лагерем, там пусто и чисто, идеально. — Ну, думаю, если спать совсем не хочется, тогда приглашаю вас, Моракс, на очередной спарринг, — рыжий встаёт с голой земли, подбрасывая свой лук и ловко разделяя его на два клинка. — Нет-нет-нет и ещё раз нет, Царевич, — врывается в разговор Врасия, когда её муж уже раскрыл рот для согласия. — Ты забыл про рассеченную ногу? Сиди на месте. Чжун Ли лишь виновато вздыхает, переводя взгляд на предвестника. А рыжий совсем расклеелся, вечер не задался, все скучные и вообще денег он больше никому не даст. Он шлепается задницей обратно на землю и складывает руки на подбородке. Но алкоголь влияет не только на активного Аякса. Мигера смотрит на остатки вина в своей деревянной мисочке и решается помочь бедному фатуи справится со скукой. — Если уж так чешутся кулаки.. Сразись со мной, коли смелый. Тартатья как заново родился. И хоть в глазах все ещё не играет тот огонёк, но волосы на его теле точно встали дыбом от мурашек. — С тобой? — спрашивает он синеглазую, но отчего-то смотря на Чжун Ли, — Если только супруг не против. — Возражений нет, — дракон наклоняется к рядом лежащей сумке, — Я пока подготовлю бинты для тебя, Чайлд. Рыжий подрывается с места, задним ходом идя к поляне, оружее снова появляется в его руках. Врасия не отстаёт и медленно шагает рядом, выстукивает какой-то ритм на голом бедре. — Ты настолько уверен в своей жене? — Её обучением занимался Архонт войны, я более чем уверен в её способностях. И вот, бой должен уже начаться, наступило то самое чувство предвкушение нового соперника и новой победы. Аякс, правда, был удивлён огромным двуручным мечом в руках девушки, что ели дотягивает до ста шестидесяти сантиметров, но медлить не стал, сразу пошёл в атаку. Честро, бой вышел славный. Молодому парню понравилось, что мигера сначала несколько минут изучала его, его техники и удары. Понравилось и то, что она совсем не стеснялась бить его чем только можно: мечом, ногами, пиро стихией. Но и Царевич не отставал. Над женской головой в нескольких дюймах пролетали стрелы и капли заряженной воды, он спускал на неё вихри и водопады, пока дорогая красная рубашка полностью не прилипла к телу, а волосы не облепили щёчки. Но, может именно тогда это и началось. Тарталья понял, что Врасии совсем наскучил этот концерт. Ее глаза то и дело закатывались от мимо летящих стрел и от того, что рыжий не выкладывался на полную. Кого он жалеет, её - героя войны? Себя, от гнева Архонта? Или свою душу и сердце от того самого чувства. Синеглазая громко фыркает и идёт в наступление, но Аяксу не дают и секунды на действия - он оказывается прижатым к земле собственным весом, пока рядом, под ногами, не вонзился меч, явно намереваясь отсечь парню пару конечностей. Но.. Все его эмоции... Это был дикий восторг. Как она спустилась элементалем и прижала его грудь острым каблуком. Врасия тяжело дышит, но не спешит смахивать капли пота, она смотрит в его тёмные глаза, заглядывает в самую душу, пока его взгляд скользит по тонкой женской лодыжке, выше к краю жакетки и к коротким шортам. Смотрит, как её грудь резко вздымается под мокрой рубашкой, как по её губам стекает капля прозрачной воды, как она рассматривает его, свою очередную победу. — Только не говори, что я сломала тебе нос, — Врасия хмурит брови и встаёт ровно на землю, отпуская заложника. — Нет, что ты, конечно нет, — Чайлд думает, что одинаковый цвет глаз можно назвать судьбой. — У тебя кровь хлещит водопадом, Аякс. — Шрамы.. шрамы ведь украшают мужчину? — Так, все, Чжун Ли! — совсем ласково, как ножом по сердцу, она зовёт своего мужа, — У нас тут галлюцинации пошли походу..