“Судьба на грани боли”

***

Ни одна книга и ни одно сериальное мыло не могли в полной мере объяснить, что чувствуешь, когда встречаешь свою истинную пару. Вот Чимин утверждал, что когда он встретил Юнги, почувствовал тепло во всём теле и непреодолимое желание взять его за руку и никогда не отпускать. И петь серенады. Тэхён очень любил Чимина — ведь тот был его бро! — но Юнги стало немного жалко. Где-то с самой своей первой течки Тэхён надеялся, что свою истинную пару он встретит примерно никогда. Он вполне будет счастлив с какой-нибудь симпатичной девочкой-бетой. Они влюбятся, поженятся и заведут кучу детишек. Идеальный план. Тэхён обойдётся как-нибудь без «родства душ и тел», воспеваемого уже не первое столетие всеми деятелями искусств. Любовь и уважение можно построить и без этой фигни. Его родители - отличный тому пример. А ещё Тэхён слишком хорошо знал статистику. Будучи парнем-омегой, что уже крайне редкое явление, шанс найти свою истинную пару в лице девушки-альфы стремился к нулю. А вот парень-альфа — запросто. Спасибо, но нет. Тем более, он только-только устроился на действительно стоящую работу. «Хейл-Инкорпорейтед» запустили свои щупальца во многие сферы бизнеса, став настоящими монстрами, и попасть в их штат было сродни чуду. Чудо, к слову, обладало модельной внешностью, скотским характером, отзывалось на «Сокджин», а за глаза величалось «ящерицей подзаборной». Подзаборным Сокджин не был ни разу, наоборот - уважаемый сын известных адвокатов. Приёмный, правда. Этот незначительный факт — ведь приёмные родители дали ему все, что только душа пожелает - так тяготил Сокджина, что он не стеснялся изливать всю свою печаль на окружающих. Сучился, в общем. Тэхён и Чимин стойко не переносили первого альфу школы, но колледж удивительно всё расставил на свои места. Пережив три семестра в одной комнате вместе с Сокджином, они как-то притерлись друг к другу и даже не успели понять, как стали тусоваться вместе и вне учёбы. Сокджин не перестал быть редкостным засранцем, но одно то, что он помог Тэхёну отвоевать своё право на койку в комнате с двумя альфами, дало ему сто очков вперёд. Тэхён категорически не собирался перебираться в корпус для омег. Его построили ещё в те времена, когда общество поголовно считало, что удел всех омег - плита, ребёнок и поддержание домашнего очага. И даже если омеги пришли учиться, они не должны были об этом забывать. Насколько Тэхён помнил из школьного курса, многие даже не доучивались, залетая чуть ли не на первом курсе. Нравы, к счастью, с тех пор изменились, а вот на капитальный ремонт денег никто не выделил. Максимум - поставили новые окна, поменяли мебель и обновили краску на стенах. Обновили, но не поменяли. Так что Тэхён был готов намертво вцепиться в дверной косяк их комнаты, но не позволить переселить его в тошнотворно-розовый ужас с пузатыми херувимчиками по всему потолку. Даже обилие девушек не скрашивало весь этот кошмар - все знакомые омеги женского пола, увы, воспринимали его лишь как подружку, но не потенциального парня. Прекрасная Лидия тому яркий пример. К слову, Лидия, единственным недостатком которой являлся тот факт, что она встречалась с Сокджином, и Дэнни, лучший друг того же Сокджина и вообще обаяшка, здорово помогли в общении с ним. А в конце третьего курса Сокджин наконец-то нашёл одного из своих настоящих родителей — Питера Хейла. Филантропа, миллиардера и просто засранца. Вот тут-то всё и закрутилось... Тэхён особо не вникал, чьей именно была идея забрать всю их дружную ораву в «Хейл-Инкорпорейтед» по окончании колледжа - поговорка про дареного коня, и всё такое. Престижная фирма, хорошая зарплата, друзья под боком - для студента без опыта работы настоящая сказка. IT-отдел мгновенно поглотил Дэнни и провозгласил своим талисманом. Но кто бы сомневался. Кира и Лидия упорхнули в финансовый, где Лидия грозилась стать самым молодым директором за всю историю компании, и пугало то, что, скорее всего, так и случится. Чимин неожиданно нашёл своё призвание среди продажников — оказывается, ему не обязательно использовать свой коронный взгляд щеночка, чтобы кого-то разжалобить, по телефону тоже хорошо выходило. А уж на личных встречах с покупателями его стали применять как секретное оружие. А Тэхён... Тэхён стал личным помощником Питера Хейла и ничуть не жалел об этом. При первом знакомстве Тэхену показалось, что он встретил Сокджина номер два, только взрослее, умнее и намного циничнее. Слово за слово, оскорбление за оскорбление, и Тэхён признал, что этот Хейл вовсе не потерян для общества, а Питер, утирая скупую мужскую слезу, пожалел, что не Тэхён его внезапно обретённый сын. Сокджин от такого заявления чуть не позеленел. Тэхён тут же выдал пару историй из школьной жизни, заставив Сокджина пойти пятнами. Питер всё же нарёк его любимым не-сыном. К слову, у Питера был ещё один нагулянный ребёнок - красотка-альфа Малия Вейт. Тэхён с удовольствием замутил бы с ней — Малия даже отвечала на его неловкий флирт первые десять минут. А затем она узнала, что Тэхён - новый любимчик её отца, и вся симпатия резко сошла на нет. И вот именно в этот момент появился он. Чонгук. Новый руководитель отдела безопасности. Говорили, что он пришел из военных, хотя документов никто не видел. Некоторые сотрудники даже шептались, будто его лично порекомендовал кто-то из правления - не иначе как сам Питер. А ещё ходили слухи, что Чонгук - альфа из старинного рода, хранившего какие-то древние традиции. Все это, конечно, выглядело как красивая сказка, но стоило один раз увидеть, как он входит в офис - весь уверенность, спокойствие и ледяная решимость в глазах, — чтобы поверить во всё сразу. Тэхён наткнулся на него в лифте. Банальная ситуация — он спешил, запрыгнул в последний момент, и... запах. Пронзительный, чужой, острый. Его инстинкты запищали тревогу, и если бы он не был так хорошо натренирован скрывать свою природу, то сдал бы себя с головой. Чонгук стоял, как статуя, в строгом чёрном костюме и даже не смотрел в его сторону. Но Тэхёну казалось, что тот видит его насквозь. – Новый? — бросил альфа, не поворачивая головы.  – Вроде того, — ответил Тэхён, выпрямившись. Он чувствовал, как по спине ползёт дрожь, но не позволил себе ни на миллиметр сдать позицию. Чонгук не ответил. Просто кивнул один раз и вышел на нужном этаже. Вот тогда Тэхён и понял: всё. Вот тут-то всё и начинается. Он собирался игнорировать эту проблему, пока она не рассосется. Он вообще большой молодец в этом деле — игнорировать проблемы и делать вид, что все отлично. По его мнению, если достаточно долго не смотреть в сторону беды, есть шанс, что она развернется и уйдёт искать кого-нибудь понастойчивее. Но Чонгук не был из тех бед, что уходят сами. Он не уходил. Он наблюдал. Издали. Иногда их взгляды сталкивались - случайно? - и тогда внутри Тэхёна всё сжималось в тугой клубок. Альфа будто бы что-то знал. Словно чувствовал. А потом пришёл понедельник, и Питер, с совершенно невозмутимым видом, сказал: — Кстати, Тэхён, с сегодняшнего дня ты координируешь работу с отделом безопасности. Прямое взаимодействие. Чонгук будет отчитываться тебе. У тебя же есть мобильность и сообразительность, чтобы справиться, да? Тэхен медленно моргнул. – Это как... я буду ему начальником? –Не обольщайся, - фыркнул Сокджин, проходя мимо. — Ты просто будешь рядом. «Рядом» - это было самое страшное слово, потому что оно означало слишком близко к альфе, чей запах уже снится по ночам.

***

И теперь, стоя напротив Чонгука в конференц-зале, Тэхён делал вид, что внимательно слушает отчёт, но на самом деле считал, сколько раз альфа бросил на него взгляд. Один. Два. Семь. «Ты влип», — подумал Тэхён и тяжело вздохнул. Он чувствовал, как что-то в нём начинает поддаваться. Это было не похоже на обычное влечение, которое можно было бы заглушить холодным душем или упрямым упрямством. Нет. Это было... глубже. Словно его природа, та, которую он столько лет держал под замком, вдруг потянулась наружу — на запах, на голос, на этот чертовски спокойный взгляд, в котором будто бы не было ни тени интереса. Но Тэхён знал: Чонгук чувствует его. Просто умеет это скрывать. Альфы его уровня - всегда умеют. Тэхён ненавидел, что его тянет. Ненавидел, что ему хочется остаться подольше в кабинете, где только что был Чонгук. Что он ищет в воздухе его шлейф. Что сердце срывается с ритма каждый раз, когда они случайно касаются плечами в узком коридоре. И самое ужасное — он начал ждать этих моментов. Чимин, конечно, сразу всё понял. Он вообще всегда понимал, особенно когда дело касалось Тэхёна. Просто однажды вечером, сидя у него на кухне с бокалом вина, сказал: – Ты зря думаешь, что сможешь это игнорировать. Он тебя чувствует. А ты - его. – Он альфа. Я омега. Это не повод, — буркнул Тэхён, зажавшись в кресле, будто хотел спрятаться под обивку. – Это повод задуматься, — мягко сказал Чимин. — У тебя был кто-то после...? Он не договорил, но Тэхён всё понял. После того, как его едва не изнасиловали в старших классах, он закрылся. Годы маскировки, блокаторов, переездов и отказов. Ни одного альфы, которому он бы доверил себя. Ни одного, кто бы не пугал. Но Чонгук... не пугал. Он злился, бесил, сбивал с толку. Но не пугал. – Он тебя не тронет, пока ты не разрешишь, — добавил Чимин, глядя в бокал. – Откуда ты знаешь? –Потому что Юнги такой же.

***

На следующей неделе всё пошло к чертям. Сначала уволили старшего менеджера проекта, и Чонгук неожиданно стал куратором команды, в которой работал Тэхён. Никто не ожидал, что он согласится — он редко влезал в текучку и предпочитал стратегические задачи. Но что-то изменилось, и теперь Тэхёну приходилось каждый день видеть его на собраниях, слышать голос, чувствовать взгляд. — Ким, вы остаётесь после совещания, - спокойно сказал Чонгук, не поднимая глаз от планшета. И всё. Один голос — и Тэхён весь напрягся. Когда все вышли, в комнате повисла тишина. Чонгук медленно подошёл к окну, обернулся, и только тогда заговорил: — Ты больше не используешь блокаторы. Это не был вопрос. Это было заявление. Тэхён побледнел. Он действительно снял их. На днях. Просто потому, что устал. Потому что блокаторы начали бить по здоровью. Потому что он думал, что никто не заметит. Но Чонгук заметил. – Это не твоё дело, - глухо сказал он. –Это становится моим делом, когда ты работаешь под моим руководством и весь офис сходит с ума от запаха, — голос альфы был тихим, почти ласковым, но в нем звенела опасность. – Тогда переведите меня, - выдохнул Тэхён. - Или увольте. Мне плевать. Он врал. Он хотел остаться. Он хотел быть ближе. — Ты этого хочешь? - Чонгук подошёл ближе, почти в упор. Его запах обволакивал, дурманил. Сдержанный, но мощный. Не агрессивный - властный. – Я... — голос Тэхёна дрогнул. — Я не хочу, чтобы всё повторилось. Я не доверяю альфам. – Я не прошу доверять. Я прошу чувствовать, прошептал Чонгук. Он не прикоснулся. Просто смотрел. Прожигал глазами. И Тэхён вдруг понял — он стоит на грани. На грани чего-то, что может либо сломать, либо исцелить. Тэхён стоял в комнате, чувствуя, как его сердце ускоряет свой ритм. Чонгук был слишком близко, а его присутствие было таким сильным, что Тэхён не мог сосредоточиться. Он чувствовал, как воздух вокруг него становился густым, а запах Чонгука начинал охватывать все его чувства. Это было нечто большее, чем просто физическое притяжение. Это было неизбежное осознание того, что все, о чём он так долго избегал думать, начинало сдавливать его, не давая возможности уйти от этого чувства. — Ты хочешь, чтобы я ушел? — голос Тэхена дрожал, он сам не знал, почему это был такой сильный вопрос для него. Но, вероятно, именно эта сила незнания и вызвала такую бурю внутри него. Чонгук молчал, но его взгляд был достаточно многозначным. Он сделал шаг ближе, почти не касаясь Тэхёна, но в его движении было столько напряжения, что Тэхён не мог игнорировать это. – Я хочу, чтобы ты понял, почему это важно, сказал Чонгук, и в его голосе сквозила смесь холодной решимости и чего-то более глубокого. — Это больше, чем просто игра. Это... нечто большее, чем ты себе представляешь. Тэхён молчал, не зная, что ответить. Он мог бы сказать, что это всего лишь притяжение, что это всё будет пройдено, что со временем всё забудется. Но он знал, что это не так. Он знал, что внутри него что-то поменялось, и он больше не мог игнорировать это. — Я думал, что могу скрывать это. Я думал, что смогу справиться с этим, — наконец выдохнул Тэхён, не встречая взгляда Чонгука. — Но... я не знаю, как дальше. Чонгук шагнул ближе, его глаза были полны решимости, но также и той боли, которую он пытался скрыть. – Ты не можешь скрыть это. Ты не можешь просто игнорировать свои чувства, — сказал он тихо, но в его словах было что-то, что заставляло Тэхёна замереть. – Но я не знаю, как это всё... — Тэхён не смог закончить фразу. Он почувствовал, как внутри него начинается конфликт, как его разум сталкивается с тем, что он долго пытался скрыть. Он не хотел быть слабым. Не хотел признать, что всё, о чём он так долго избегал думать, теперь бесповоротно пришло. Чонгук понял его молчание. Он сделал шаг вперёд, уже не думая о расстоянии между ними. — Я не прошу тебя менять себя, Тэхен. Я прошу тебя быть честным с собой. И если ты будешь честен, то поймешь, что всё, что тебе нужно - это сделать шаг навстречу. Тэхён взглянул в его глаза, и в этом взгляде было что-то такое, что заставляло его сердце колотиться сильнее. Вопросы, сомнения, страхи - всё это исчезало на фоне того, что происходило между ними. Но Тэхён не знал, что делать. Он не знал, как решить этот внутренний конфликт, как переступить через свои собственные барьеры. И хотя он знал, что стоит перед выбором, он не был уверен, что готов сделать его. Чонгук стоял перед ним, и его взгляд был настолько настойчивым, что Тэхён почувствовал себя слабым. Но несмотря на все эти чувства, он не мог принять того, что происходило. Всё слишком запутано, слишком сложно. Внутри него было столько всего: и страх, и волнение, и желание, и отвращение одновременно. — Нет, я не могу, - выдохнул Тэхён, отводя взгляд. Чонгук не ответил. Он просто стоял там, не двигаясь, как будто ждал, что Тэхён передумает. Но Тэхён уже был уверен в своем решении. Он не мог быть с Чонгуком. Это было слишком много для него. Когда Чонгук ушел, Тэхен почувствовал облегчение, но это было временное облегчение, которое быстро сменилось пустотой. Он не знал, что ему делать, и решил, что лучше всего будет поговорить с Чимином. Чимин был его другом, самым близким другом, который всегда поддерживал его. Он мог понять его, и Тэхён надеялся, что именно он поможет разобраться в этой ситуации. Он пришёл к Чимину и рассказал всё. Всё, что произошло с Чонгуком, о его чувствах, о том, как трудно было противостоять притяжению. Чимин внимательно выслушал, но его глаза были полны того, что Тэхён уже знал - он был обеспокоен. — Ты не можешь просто отмахнуться от этого, Тэхён, - сказал Чимин, и его голос был серьёзным. — Ты не можешь игнорировать свои чувства. Ты ведь понимаешь, что если не сделаешь шаг, ты можешь потерять шанс быть с ним. Тэхён сгорбился, зная, что Чимин прав. Но он все равно не мог решиться. Он не знал, как справиться с этим. Он почувствовал боль. Боль, которая была связана не только с внутренними переживаниями, но и с тем, что началась его течка. Это было ужасно болезненно. Чимин сразу заметил, что Тэхён начал плохо себя чувствовать. — Ты в порядке? - спросил он, подойдя к другу. — Тэхён, у тебя течка? Тэхён кивнул, чувствуя, как его тело сотрясает от боли. Это было мучительно, и он не знал, как с этим справиться. Он даже не знал, где найти силы, чтобы пережить эту боль. — Подожди, я всё устрою, - сказал Чимин, и в его голосе звучала решимость. Он достал свой телефон и позвонил своему альфе, рассказывая всё, что происходило. Он объяснил, как тяжело Тэхёну, и что он не может помочь справиться с течкой самостоятельно. Юнги сразу же понял, о чём речь, и сказал, что скоро подъедет . Он знал, как важно для омеги пройти через этот период с поддержкой, и он не мог оставить Тэхёна в такой ситуации. Чонгук, который был рядом с Юнги, услышал разговор и понял, что его присутствие тоже необходимо. Он не мог просто так оставить Тэхёна, особенно когда знал, что Тэхён переживает течку сам. Через несколько часов Чонгук уже был у Тэхена. Он вошёл в его квартиру, где тот лежал на диване, пытаясь справиться с болью. — Тэхён, ты ведь не думал, что я оставлю тебя одного? — сказал Чонгук, его голос был мягким, но в нём звучала решимость. Он присел рядом с Тэхёном и осторожно взял его за руку. Тэхен посмотрел на него, и его глаза наполнились слезами. Он не знал, что делать, не знал, как выразить всю ту боль и сомнения, которые сжигали его изнутри. — Я не могу... — прошептал он. — Я не могу быть с тобой. Это слишком сложно для меня. Чонгук молча взял его лицо в свои ладони, и его глаза встретились с глазами Тэхёна. Он был мягким, но в его взгляде была сила, от которой Тэхён не мог отвести взгляд. — Ты не должен бояться этого, Тэхён. Ты не должен бояться меня. Ты не один. Ты нужен мне, и я сделаю всё, чтобы быть с тобой, если ты позволишь. Тэхён почувствовал, как его тело расслабляется, а боль от течки понемногу уходит, когда Чонгук наклонился и поцеловал его лоб. Это был не просто поцелуй. Это было обещание, обещание того, что они пройдут через все вместе. С каждым словом, с каждым жестом, Чонгук приближался к Тэхёну, и омега не мог больше держать себя в руках. В его сердце и разуме начинала расцветать новая надежда. И, несмотря на все, он почувствовал, что готов сделать этот шаг. Чонгук стал его альфой, и теперь Тэхён знал, что они пройдут через это вместе.