Наперекор

*** Всю дорогу до отеля, Артем чувствовал, словно кто-то его наэлектизовал. По всему телу пробегали импульсы, табуны мурашек, стоило только Олегу заговорить. Камеры выключили. Первое время, от волнения пересыхало во рту, и он облизывал сухие губы, ожидая приговора. Олег не отвернулся от него. Не закатил скандала, не упрекнул в том, что его соулмейт продал душу, чтобы получить способности. Олег лишь поддерживал диалог, поглядывая на него с нежностью и улыбкой. И это возвышало на небеса и ранило одновременно. Отель в небольшом городке как всегда не отличался роскошью — совковый интерьер, запах чего-то старого, разбитая плитка. Команда приехала поздно, когда уже стемнело, и устало разбрелась по комнатам. Артем принял душ, переодел штаны на просторные шорты, и устало плюхнулся в кровать. Пиликнул телефон. Сообщение от Олега: “Не против, если я зайду в гости?” Сон и усталость как рукой сняло. Подрагивающими пальцами, Артем набрал “Нет конечно, заходи если хочешь”, отправил. Ровно через минуту, дверь в его номер распахнулась. Олег, держа одну руку в кармане серых тренировочных штанов, второй жамкал белую футболку, мялся на пороге. Вид у него был, как у потерянного щеночка. — Заходи не бойся, выходи не плачь, — сказал Артем на выдохе, со смешком, и Олег фыркнул, делая шаг вперед, на старый, протертый ламинат. Дверь за ним щелкнула, закрываясь. Он вынул руку из штанов, взмахнул, и что-то яркое полетело на вампира. Он протянул руку и поймал влажное, теплое от руки Олега яблоко. — Я только что его помыл. Артем кивнул, фыркнул, улыбнувшись поднес фрукт ко рту, прокусил гладкую, ярко-красную пленку, впился в мякоть. Олег осмотрелся, в поисках стула, но Артем опередил его и похлопал по кровати рядом, жуя яблоко и мыча. Олег медленно, медленно подошел, сел. Кровать прогнулась от его веса. От Олега пахло свеженанесенным одеколоном и гелем для душа. Артем продолжал хрумкать яблоком, сглатывая кисло-сладкий сок. — Спасибо. Я даже поужинать не успел, — сказал он, прожевав и сглотнув. — Да всегда пожалуйста, — ответил Олег, умиленно улыбаясь, оливковые глаза следил за двигающимися набитыми щеками Артема, — Это потому, что ты купаешься, как девчонка, по три часа, вот на остальное и времени нет. Тема закатил глаза, поднимаясь. Выкинул огрызок, зашел в душ, вымыл руки. — Вот! Это то, о чем я говорил! Ты точно пацан? Можно же просто об футболку вытереть. Посмеиваясь, Олег показал на себе, как вытирать руки. Артем фыркнул. — Ни-ко-гда, вещи нужно беречь, — сказал он, плюхаясь рядом. Пришла очередь Олега закатывать глаза. Но, уже спустя секунду, он вдруг расправил плечи, посерьезнев. — Тем… Почему ты сразу мне не рассказал, еще там? Зачем тянул? Артем вздохнул, подтягивая к себе колени и обнимая их, опираясь подбородком о твердую коленную чашечку. — Я боялся. Ты же знаешь, что я с собой сделал, моя душа твоя, но не полностью. Часть уже съело. Я могу лишь предложить тебе остальное. Кстати, Оля знала, — Артем тут же перевел тему, увидев, как в глазах Олега появился грустный блеск. Глаза напротив округлились в удивлении. — Ты сказал ей первой!? — Так получилось, — Артем виновато потупился, — она советовала мне тебе все рассказать. Я решился, а потом сова струсил, но в ночь перед полетом в Минводы мне приснился сон про мое астральное путешествие в прошлые жизни, и я узнал там тебя, я и до этого почти узнал, когда увидел твою фотосессию в винтажном костюме, просто не мог вспомнить точно, а тут сон… В общем, я долго думал, и в итоге решился. Но рассказывать я бы не смог, поэтому решил показать. Олег выслушал весь монолог, не перебивая. — Я рад, что ты показал мне, — наконец, сказал он, — я думал, ты собирался порвать со мной все связи, как… У меня была девушка, вампир. Она ушла… Бросила меня, в общем, — Олег надавливал на чистые пальцы без колец, раздавался хруст. Тишина. Олег вдруг замолчал, споткнувшись на полуслове, но Артем слышал повисшее в воздухе: “Также, как и ты бросал всех своих бывших.” Он помолчал, разглядывая искусственный, нелепый деревянный узор ламината. Набрал воздуха в легкие. — Мне жаль. Но пойми, мы не можем по-другому, — начал он, но увидел, как Олег вдруг вскинул голову, открыв рот, чтобы что-то сказать, поэтому поспешно добавил, — Я не мог. Теперь могу, потому, что ты моя судьба. Ты питаешь мою душу. Обычно так не бывает. — Понятно, — просто ответил медиум, чуть повесив голову. — Устал? — Немного. Голова болит. Артем отпустил колени, свесил ноги с кровати. Ступни в черных носках коснулись прохладного пола. Он вытянул руку, поглаживая Олега по пушистым волосам. Парень дрогнул, поднял голову. Удивленные, распахнутые глазки, приподнятые бровки. Такой милый. Артем сконцентрировался, придвинулся еще ближе, вытягивая боль через руку, выкидывая в сторону. Коснулся черных кудрей снова, поглаживая, но взгляд у Олега изменился, — потемневший, приколачивающий к месту. Олег схватил руку Артема своей, не переставая пристально смотреть, приближаться. Казалось, если кто-то из них отвернется, магия момента испарится, но никто не отвернулся. Олег поцеловал его. Лизнул чужие губы, попросился внутрь, как скребутся питомцы, прося разрешения. Артем открыл рот. Следующая секунда, и его плечи вжимают в матрац. Во рту чужой язык — горячий, юркий. Все случилось так быстро, что он до сих пор слабо понимал, что происходит. Одно плечо уже отпустили, грубая рука шарила под водолазкой. Он попытался вдохнуть и не смог, чужой рот увлекал его все глубже и глубже в дебри безумия. Артем попытался немного отстраниться, чтобы сделать глоток воздуха, но уходить было некуда — его голову вжало в подушку. Полилась энергия. Горячая, она обжигала нутро, проходя сквозь рот, глубже. Олег отстранился, с шумом выдохнул. Он весь дрожал. Артем втянул воздух, посмотрел в глаза напротив. Темные, голодные, с пошлой дымкой. — Ты на вкус как яблоко, — сказал Олег, садясь между его ног. Голос низкий, с хрипотцой и дрожью. Облизнул покрасневшие, влажные губы. Артем сглотнул. Руки. Сильные, грубые, гораздо шире, чем у него самого. Он так долго гадал, как же они будут чувствоваться на его теле, и сейчас, они гладили, сжимали, дразнили. Зажатый в этих руках, он извивался, подстраивался под ласки, сжав одеяло в кулаках. Шершавая ладонь прошла по внутренней стороне бедра, подползая под ткань шорт, словно змея. Мурашки, по всему телу. Вампир закусил губу. Зеленые глаза жадно метнулись к его рту. Вторая рука прошлась по животу, поднялась выше, задела темную вершинку соска, вызывая мелкую дрожь. Палец надавил, прошелся вверх, вниз, щекоча. Артем охнул. Олег, словно завороженный, шарил глазами по его лицу. Он игрался с ним. Играл на теле Артема, словно на инструменте, интуитивно находя правильные ноты, наслаждаясь реакцией. Изящная рука с темнеющей татуировкой обвилась вокруг мощной шеи. Пальцы скользили от пота на коже. Притянул к себе. Хаски послушался, наклонился вниз, приблизился так близко, что его дыхание рывками тряслось на лице Артема. Вампир накрыл его губы своими. Рука под шортами замерла, сжала сильней. В комнате разносились два громких, задушенных дыхания и пошлые, мокрые звуки. Артем целовал его грязно, мокро, обвив шею одной рукой. Вторую он упер в матрац, поднимаясь и меняя позиции. Теперь, они оба лежали на боку. Вампир отстранился, упер руки в чужую грудь, толкая, садясь сверху на чужой пах. Под руками — ткань футболки, и это все, что спасало от раскаленной кожи. Артем будто оказался на сковороде. Олег озадаченно моргнул от резкой смены позиций, оглянулся, но тут же зашипел, стоило вампиру поерзать бедрами. Артем задушенно выдохнул. Сзади к нему прижималось твердое, горячее. Он обхватил лицо Олега, мизинцами погладил за нежными мочками, наклонился, заглянув в голодные, блестящие глаза. Зрачки расширились так, что почти вытеснили зелень радужки. Он был обдолбан этой страстью. Они оба были. — Я хочу, чтобы ты любил меня всю ночь, — сказал Артем, наклоняясь и погружаясь в чужой рот. Он снова поерзал, и в рот завибрировал низкий стон. Талию стиснули в узких силках. Олег отстранился, прижимая таз к тазу, толкаясь бедрами вверх. Руки Артема слетели на подушку по обе стороны от лица медиума. — С удовольствием, — прохрипел Олег. Он схватил края водолазки и футболки, потянул. Артем помог, высвобождая руки и голову, приподнялся, и кровать тут же поменялась местами с потолком, все закружилось. Олег снова навис над ним, снимая футболку, нещадно растягивая ткань. Артем охнул, разглядывая маскулинную, рельефную, покрытую черной порослью грудь, живот. Коснулся. Мышцы под его прикосновением дрогнули. Он не успел опомниться, как пояс его шорт впился в бедра. Олег стянул их вместе с бельем, небрежно кинув на пол. Там же вскоре оказались его серые тренировочные штаны. Руки снова прошлись по бедрам, проскользнули вниз, обхватили ягодицы. Живот Артема дрогнул. — Подожди, — выдохнул он, и не сдержал смешок, когда лицо Олега превратилось в испуганную, недовольную мину. — Подожди, мне нужно подготовиться. Олег кивнул, послушно отпрянув. Артем поднялся на локтях, глаза сами собой оглядели тело напротив. Он прикусил губу. — Ляг. Олег лег. Артем снова сел сверху, дотянулся до прикроватной тумбочки, нащупал косметичку, звякнул молнией, достал небольшой тюбик, щелкнул крышкой. По номеру поплыл запах секса и карамели. На кровать рядом упал квадратик презерватива. Увидев прозрачную косметичку, Олег ухмыльнулся. — Ты точно девченка, у вас вечно всякие приблуды. Как ты вообще оказался в мужском теле? Ошибка перерождения? Косметичка глухо упала на пол рядом с их скомканной одеждой, из нее выпали тюбики, кисти, баночки. Артем завел руку за спину, растягивая себя, вставляя пальцы. Олег сразу же примолк, ухмылка сбежала с его лица. Он смотрел то на лицо вампира, то на руку, заведенную за спину. Артем почувствовал чужие руки, поглаживающие ягодицы. Рука Олега задела кисть Артема, и он сам не заметил, как попал по той самой точке, вспышка удовольствия прорезала все тело, изо рта вырвался высокий, неконтролируемый стон. — Блядь, — ругнулся Олег, и вскоре руку вампира уже оттаскивали прочь, мягко, но настойчиво. Артем поддался, упираясь обеими ладонями на мощную, горячую грудь под ним. Чужие пальцы были толще его собственных. Толще, и наглей, резче. Два пальца проникли сразу по костяшки, согнулись. Все тело вампира выгнуло. Вместо того, чтобы выйти и войти, растянув его как следует, упрямые пальцы продолжили тереться об одну и ту же точку, прошибая все тело удовольствием, граничащим с болью. Артем дрожал, задушено стеная. Он пытался что-то сказать, но не мог, открывал рот, чтобы набрать больше воздуха. Глаза застлали слезы, и сквозь расплывшуюся картинку, он увидел горящий, черный взгляд. Вторая рука медиума погладила татуировку на шее, большой палец потер кадык, скользнул в рот, потерся о внутреннюю сторону щеки. Артем, дрожа, выгнул поясницу, из груди вырвался громкий стон. Низ живота свело в сладком спазме, и на грудь Олега прыснуло белое. — Сексуальный пиздец, — рыкнул Олег, рывком меняя их положение. Артем дышал. Сейчас, это все, что он мог. Просто дышать, в надежде, что сможет выжить. Гладкая грудь с темными кружевами из тату хаотично вздымалась и опускалась. Олег нагнулся над ним, целуя три семерки, спускаясь ниже. Его рот ощущался горячо и мокро на коже, шершавый язык щекотал. Ниже, ниже, ниже. Горячее него охватило сосок. Артем выдохнул, схватив Олега за волосы. Он сам не понимал, что хотел сделать — отстранить или прижать ближе, поэтому просто держался за голову медиума, как муравей за спасательную соломинку. Олег спустился ниже, поцеловал плоский животик, отстранился. Раздался звук разрываемой упаковки, снова щелкнула крышка, что-то брякнуло о пол, бедро сжала чужая ладонь. Артем приподнялся на локтях. Олег заглянул в его глаза, с немым вопросом. Вот это выдержка. Даже после прямой просьбы, все равно спрашивает. Артем мелко кивнул, и тут же втянул воздух через сжатые зубы. Олег заполнил его. В животе стало горячо, и это жаркое чувство наполненности сводило с ума. Артем высоко промычал. Он боялся пошевелиться внизу. За него это сделал Олег. Толчок. Мужчина над Артемом сдвинул брови, шумно втягивая воздух ртом. — Блядь, внутри тебя так хорошо. Артем ухватился за подушку над головой, сжал в кулаках, потянул. Энергия, жар, удовольствие смешались в дикий коктейль. От низа живота расплывалась горячая лава. В какой-то момент, ноги вампира оказались на сильных, твердых плечах медиума. От чувства заполненности Артему казалось, что он задыхается, словно только-только зашел в воду по грудь. Толчки усиливались. Порывы энергии входили вместе с ними, пробивая тело разрядами. Он открыл рот, в немом стоне, высунул блестящий от слюны язык. Олег нагнулся, мазнул своим языком по его, сплел их вместе, втянув в поцелуй, начал толкаться быстрее, резче, короче. Плоть сталкивалась с плотью, раздались шлепки. Рука обвилась вокруг члена Артема. Он замычал в поцелуй в исступлении, содрогаясь, позволяя волне удовольствия снести его сознание. Олег простонал в поцелуй, перестал двигаться. Внутренности обожгло. Безумие. Они сплелись в одно безумие. *** Артем лежал на плече Олега, словно наркоман вдыхая запах его пота, смешанного с одеколоном. Они были нагими, одеяло укрывало их от холодного воздуха в комнате. Олег обнимал его поперек груди, прижимая к себе. Кожа на коже. Липко. Тепло. Олег щекотал его ухо своим дыханием. В легких разливалось что-то восторженное, чувство уюта и нежности. Ощущения, которые он давно позабыл. — Я люблю тебя, — прошептал он еле слышно. — И я тебя, — шепнули на ушко в ответ, сжали в объятиях сильнее, — Давай поспим, уже скоро рассвет, времени поспать почти не осталось. — И чья это вина? Когда я говорил всю ночь, я говорил фигурально! Артем почувствовал спиной, как дрожит грудь Олега от смеха. — В следующий раз уточняй, фигурально или нет, — головы коснулся теплый, мягкий поцелуй, — Спи.