Песнь дрозда

Северус Снейп не знал, как именно Распределяющая Шляпа приняла решение. Она задержалась на его голове дольше обычного, шепча в ухо заманчивое "Слизерин, ты будешь велик там…", но затем что-то изменилось. Он сам не понял, что именно — возможно, мелькнувшая мысль о Лили, сияющей, рыжеволосой, уже сидящей за столом Гриффиндора. Или, может быть, легкое, почти неощутимое желание быть кем-то иным,. Шляпа хмыкнула. — Гриффиндор! Так он оказался в самом неподходящем, как ему казалось, месте — среди будущих героев, храбрецов, дураков. И, что хуже всего — в одной спальне с Джеймсом Поттером, Сириусом Блэком и остальными будущими Мародёрами. Поначалу всё было… непросто. — Смотри, Блэк, змей заблудился в львином логове, — усмехнулся Поттер, ложась на кровать. Северус закатил глаза и молча начал распаковывать чемодан. Вражда с Лили казалась невозможной — они всё ещё были близки, но теперь между ними лежал невидимый барьер. Северус злился. На неё, на Поттера, на Гриффиндор. На Шляпу, в конце концов. Но шли недели. Потом месяцы. Мародёры были наглыми, громкими и абсолютно невыносимыми… пока однажды он не увидел, как Джеймс прикрывает Петтигрю от заклинания слизеринца, не задумываясь ни на секунду. А потом пришёл вечер, когда Сириус, вернувшись с отработки, бросил в Северуса баночку с зельем и буркнул: — У тебя ж сожжены руки. Намаж. И молчи, пока я добрый. Это был первый шаг. На третьем году обучения они стали товарищами. На четвёртом — друзьями. Не без ссор, разумеется. Северус не забывал язвить, Сириус не упускал возможности подколоть, но в этих перепалках всё чаще проскальзывала доброжелательная ухмылка. А потом пришла безумная идея: стать анимагами. — Это опасно, — строго сказал Северус. — Именно поэтому — весело, — ответил Сириус. Он не хотел. Он действительно не хотел. А потом увидел, как Лили смеётся, слушая, как Джеймс описывает, каково быть оленем. И вдруг… захотел тоже быть частью этого. Хотел, чтобы на него смотрели так же. Потребовалось время. Месяцы боли, тренировок, проклятий и восторга. Когда наконец он трансформировался, это было ночью — внезапно, неожиданно. Маленький, чёрно-белый дрозд с острым взглядом и хрупким телом. Он сидел на подоконнике и пел — не потому что хотел, а потому что песня лилась сама. Джеймс тогда проснулся и смотрел, не дыша. — Это ты? Дрозд склонил голову. — Мерлин, Снейп… Ты прекрасен. Он не знал, что ответить. Никогда не думал, что кто-то скажет ему это слово. Прекрасен. С Лили всё стало сложнее. Она ценила его, говорила, что рада, что он здесь, с ними. Но теперь у неё с Джеймсом было "что-то". И Северус это чувствовал. Он думал, что ненавидит это. А потом понял — он просто… отпускает. Потому что рядом были Джеймс, Сириус, Ремус. Потому что, когда он в облике дрозда садился на плечо Блэка, тот не отмахивался, а улыбался. Потому что Ремус всегда оставлял для него шоколад, когда знал, что тот придёт последним. Потому что, возможно, дом не там, где ты родился. А там, где тебя ждут. В седьмом году они вчетвером стояли у окна Гриффиндорской башни. Впереди была война, за спиной — детство. — Станешь дроздом сегодня? — спросил Сириус. — Спой нам что-нибудь хорошее. Он кивнул. Перевернулся на месте — и лёгкая тень взмыла вверх. Песня дрозда разнеслась над башней. Нежная, чистая. О прощении, дружбе и доме, который ты находишь сам.