Солнце

Дождь превратил улицы в зеркальное отражение серых облаков. Вару, с капюшоном, надвинутым на глаза, стоял в деревянной беседке, злобно поглядывая на мир. Его взгляд выражал вселенскую скуку и легкую раздражительность. Внезапно к нему под крышу протиснулся интересный блондин. Яркий, словно солнышко в ненастный день, он улыбался так широко, что казалось, дождь от этого станет тише. –Ой, извините! Не хотел вам помешать, – щебетал он, поправляя непослушную прядь волос. Вару фыркнул, не удостоив его взглядом. – Иметь дело с такими, как ты, последнее, чего мне хотелось, – процедил он сквозь зубы. Феликс не смутился. – Ох, какой вы ворчливый! Но я уверен, что даже самый мрачный день можно раскрасить яркими красками, – он продолжал говорить, словно не замечая явного нежелания собеседника. – Я Феликс, кстати! А вы? –Вару, – неохотно бросил тот. – Советую тебе поискать более приятного собеседника. И давай пожалуйста без твоих "вы", а то у меня такое ощущение, что я дед какой-то. Феликс усмехнулся, улыбнувшись во все зубы. –Как скажешь! Мне очень приятно с тобой познакомиться, – Феликс протянул руку. Вару лишь брезгливо посмотрел на нее. – Не трогай меня, – процедил он. Дождь продолжал монотонно барабанить по крыше. Феликс, казалось, этого даже не заметил. Он просто пожал плечами и убрал руку, словно это была самая обыденная реакция. "Как хочешь", - пропел он, продолжая сверкать своей солнечной улыбкой. Вару тем временем, продолжал сверлить его взглядом, пытаясь понять, что движет этим жизнерадостным существом. Обычно люди избегали его, чувствуя ауру отчуждения, но этот блондин, похоже, был невосприимчив к его яду. Вдруг, словно по волшебству, тучи расступились, и луч солнца пронзил серую пелену, упав прямо на Феликса. Его светлые волосы вспыхнули золотом, а улыбка стала еще ярче. Вару невольно зажмурился, словно от слишком яркого света. "Что за чертовщина?" – подумал он, чувствуя, как в его душе просыпается что-то давно забытое. Феликс засмеялся, увидев растерянное выражение на лице Вару. – Видишь? Я же говорил, что даже в самый мрачный день можно найти немного света, – сказал он, лучезарно улыбаясь. Вару отвернулся, пытаясь скрыть смущение. Он не понимал, почему этот парень так на него влияет. Его раздражало его оптимизм, его настойчивость, его нежелание видеть в нем только злобу и отчуждение. Но, в то же время, что-то внутри него тянулось к этому свету, как цветок к солнцу. Дождь постепенно стихал, уступая место теплым солнечным лучам. Феликс оставался стоять под этим лучом, словно заряжаясь энергией. Вару украдкой поглядывал на него, и в его глазах появилось что-то похожее на любопытство. Возможно, в этом мире действительно есть место для света, даже в самом темном уголке души. Феликс упёршись о пирила и встав на носочки, протянул руку наружу. Продержав ее от силы несколько секунд, он перевалил вес на пятки, развернувшись на них к Вару. – Дождь закончился! – озвучил на первый взгляд отличную новость Блондин, – С тобой было очень приятно познакомиться, ну ладно, не буду больше мозолить тебе глаза! – он вскинул руку вверх в знак прощания. – Пока, Вару! Вару замер на месте, словно его парализовало. Внутри желудка похолодело, будто он проглотил кубик льда. Он потер потной рукой край своих темно-зеленых джинс, судорожно сглотнув. Он не знал, чем было вызвано такое чувство, но знал только одно – он хотел еще общения с этим солнечным человеком. Он схватил свой скейт, засунув его подмышку, и побежал к Феликсу, вдогонку крикнув: – Да подожди ж ты! Феликс обернулся, удивленно вскинув брови. "Что-то случилось?" – спросил он, с той же неизменной улыбкой, которая теперь почему-то не раздражала, а вызывала легкий трепет в груди Вару. – Слушай, э... Не хочешь там, ну, типо... Вместе прогуляться там? Ты же вроде сам сказал, что погода позволяет, и ты видимо никуда не торопишься, верно? В голове Вару пронеслась мысль: "О, боже, какой позор, что я несу! Заткнись, зелёный! Просто заткнись!". Но желание постоять с ним лишнюю минуту было намного сильнее стыда. У Феликса снова взметнулись уголки губ вверх, и Вару чуть не утонул в этой солнечной улыбке. – Я только за! – промолвил жёлтый, все так же жизнерадостно улыбаясь. Вдруг его взгляд упал на скейт Вару. Его глаза засияли в два раза ярче, словно в них включили турбо-режим. Он перевел взгляд на его очки, пытаясь увидеть за линзами его глаза, и заглянуть уже в них. Он встал к нему плечом к плечу, и шагнул вперёд, говоря ему, что стоит выдвигаться. – Слушай, – начал Феликс, – У меня дома, кстати, тоже есть скейт, только я вообще ничего на нем не умею, даже стоять толком не получается! Вару взглянул на него, изнутри прокусив нижнюю губу, и осторожно проговорил: – Если хочешь, то я могу тебя научить парочке трукам... Или хотя бы стоять на нем. Феликс с азартом и восхищением взглянул на Кудрявого. – Ты серьезно сейчас?? – Ну конечно. Все равно делать нечего, кроме как на прохожих гавкать. Кстати... Неплохая идея, – Язвительно сказав это, Вару посмотрел на парня. Всю оставшуюся дорогу, Феликс рассказывал о своих одноклассников, друзьях, а Вару, внимательно смотрел на него, вслушиваясь в каждое сказанное им слово, смотря в его глубокие, крсивые до дрожи, голубые глаза.