По лезвию любви

      Я стою у стойки, держу бутылку «Джима Бима» так, будто собираюсь её кинуть в следующего ублюдка, кто подойдёт с фразой «Я слышал, ты Скарлетт». Потому что они все слышали. Конечно, слышали. Как же иначе? В охотничьем мире слухи разлетаются быстрее, чем трахается Дин Винчестер. А это, по их же словам, довольно быстро. И сегодня здесь людно. Слишком. Лица знакомые, но не родные. Все с шрамами, с историей, с похмельем в глазах. Громко смеются, чокаются стаканами, но каждый держит руку на рукояти ножа. Так и живём. — Дорогая, — тянет один бородатый ублюдок, заваливаясь на табурет рядом. От него несёт потом, дешёвой жратвой и… да, похотью. — Это правда, что ты вырвала язык вампиру и заткнула им ему же жопу? Я медленно поворачиваю голову. Смотрю прямо в глаза. Что ещё за чушь он про меня несет. Он улыбается. — Нет, — говорю спокойно. — Я его скармливаю тем, кто задаёт тупые вопросы. Он ржёт. И зря. Потому что через секунду его нос встречается с моим кулаком. Приятный хруст, брызги крови на моём рукаве. Он валится на пол, орёт. Бар на секунду замирает — и снова возвращается к жизни. Это «У Джо». Тут такое не в новинку. — Скарлетт, твою мать, — бурчит Джо с другой стороны стойки. — Ты мне тут всё зальёшь опять. — Он первый полез, — отмахиваюсь, наливая себе ещё. — Ты всегда первая. Она права. Но и по-другому я не умею. И тут — дверь открывается. Сквозняк несёт запах дороги, бензина и… дерьмовой идеальности.       Два типа. Один — ухмыляющийся, самодовольный парень с глазами, которые кричат «я трахал больше, чем ты дышал». Второй — высокий, тёмный, настороженный. Внимательный. Смотрит, как будто рентгеном. Не на грудь — уже плюс. На нож, на руки, на взгляд. Сканирует. Хищник среди хищников. Дин и Сэм Винчестеры. Легенды. И хрен с ними. — Это она? — слышу я с соседнего столика. — Ага. Говорят, она трахнула вампира до смерти. — Чувак, это биологически невозможно. — Это Скарлетт, у неё — всё возможно. Я фыркаю, про меня вечно странные и до ужаса отвратные слухи. Уже тянется рука к ножу — но Дин подлетает первым. Садится рядом, как будто ему место тут прописано. Смотрит, улыбается. — Ну привет, пташка. — Я не пташка. —  Ты как пуля. — сказал он, а его взгляд скользнул по моей груди. — Такую я бы с радостью пустил себе в сердце. — Дин, — слышу Сэма. — Может, не сегодня? — Расслабься, брат. Я просто пытаюсь наладить дипломатические связи. Я поворачиваюсь к Сэму. Он стоит чуть позади. В темно-серой куртке, со взглядом, который будто уже выучил меня. Не трогает. Не давит. Просто смотрит. И я смотрю в ответ. — Если ты думаешь, что сможешь просто подойти и сесть — ты ошибаешься, — говорю Дину. — А если подползти? — Тогда я воткну в тебя нож. — фыркнула я.  Он смеётся. Но я вижу — он не уверен, шучу ли я. — Слушай, — вмешивается Сэм, наконец-то подходя ближе. Его голос глуже. Тише. В нём нет дешёвого флирта. Есть интерес. — Мы тут по делу. По слухам, ты тоже за вампирами? — Ага. — Заброшенное гнездо на юге. Мы отслеживали. Ты? — Я уже убила троих, пока вы, мальчики, тусовались. — Я допиваю бурбон и вытираю рот рукавом, чуть размазывая помаду. — Где вы остановились? — спросила я и аккуратно вытерла помаду.   — «Sunset Motel». Номер 8. — Мать вашу, — выдыхаю. — Я в 7. Дин широко улыбается: — Судьба? — Нет, проклятие. Я встаю. Хватаю куртку. Голову начинает чуть кружить от бурбона и злости. За спиной слышу Сэма: — Слушай… Если ты не против… Может, объединимся? Я замираю. Не из-за предложения. А из-за того, как он это говорит. Без напора. Без снисхождения. Просто… честно. — Только если ты не будешь мешаться под ногами. Он хмыкает. Я ухожу первой, но чувствую — он смотрит. До самого выхода. До самого мрака.