Вместе

Утро началось ужасно — в целом, как обычно. Деревяшкин проснулся от крика пьяного отца, который отправлялся на работу. Каждый раз Лёша надеялся, что он сдохнет по дороге. Точнее, он так думал. Но, конечно, без отца он бы попросту не выжил. В частности, именно морально. Нет, по сути, жизнь без него, возможно, стала даже лучше. Остались бы сёстры, мама и брат. Но Деревяшкин понимал прекрасно, что он просто зависим от криков своего вечно пьяного папаши. Он зависим от их ссор, порой даже стычек и синяков, оставляемых отцом на каждой частице тела. Выкинув назойливые мысли, он глубоко вздохнул, начиная переодеваться. Послышался резкий удар дверью, что означало лишь одно — отец только что покинул квартиру. А значит, хоть какое-то время он мог побыть в спокойствии. Хотя, и то вряд ли, ведь тревога сжирала Лёшу постоянно. В независимости от места в котором он находился, или же в целом от обстановки. Лёша оделся как обычно: рубашка с галстуком, широкие чёрные брюки, дополнил он образ несколькими кольцами. Алексей бы одевался нанмого лучше, но у них в учебном заведении была строгая школьная форма, которую Лёша просто ненавидел. Всегда чуть ли не проклинал директоров и всех учителей за то, что они ввели этот бред. Даже если некоторые к этому и не имели никакого отношения. Лёша решил как обычно не завтракать. Оправдывался перед любящей матерью тем, что якобы поест в школе. Хотя там еда была просто отвратительной, и это знали будто все, кроме самой мамы Деревяшкина. Ну а что поделать, не хотелось её расстраивать, вот и всё. Но и есть тоже не хотелось. Парень двигался по улице медленно, ветер пробирался через тонкую ветровку, от которой чуть ли не за километр можно было услышать запах сигарет. Дурная привычка Лёши, от которой он не мог избавиться. Курил то сигареты, то электронки. Отец немало раз бил его за это, Лёня уже привык. А мама то ли не знала, то ли притворялась, что не знает. Школа — это гиблое место, туда Лёша ходил только ради... Деревяшкин хотел бы ответить, что ради знаний, но, конечно, нет. Он любил маяться дурью на уроках, изматывать учителей вместе со своим другом — Данилой. Он был настоящим шкафом, на его фоне Лёша становился настоящей спичкой, ей-богу. Лёха был бы только рад с ним гулять почаще, это дело он просто обожал, только вот у Данилы весь день был словно по расписанию. В понедельник тренировка, во вторник зал, в среду ещё какая-нибудь херня.. В общем гуляли они только по выходным, и то, Фурцев часто уезжал куда-то. А Лёша никак выбраться из дома не мог, что уж там уехать куда-то. Лёша заходит в школу, его подавленное настроение меняется словно по щелчку пальцев. С ним тут же начинают здороваются, он пожимает руки в ответ, ярко улыбаясь. Переобувается, заходя в раздевалку. Тянут руки. Лёха даже лиц их не видел, если быть честным. Да, репутация у него была весьма хорошей... Да что уж там, его просто знали как местного весельчака и того, кто может от скуки сорвать урок. Ну, он несколько раз нажимал на кнопку пожарной тревоги, дабы спасти свой класс от злосчастной физики. Лёша выходит из раздевалки и поднимается на второй этаж. Сунув руки в карманы, он идёт по шумному коридору, на лице его улыбка. Сворачивает к кабинету химии, дабы подстроить какую-нибудь шалость, но в коридоре появляется он. Долбанный во все щели Александр Парадеев. Вот, у кого репутация в самом деле была безупречной. А всё из-за богатого папы, который приносил всё Парадееву на блюдечке (по крайней мере, так считал Лёша) И именно у него отца работал папа Алексея. Вот так совпадение. И из-за этого у них частенько проходили стычки. Холодный взгляд Деревяшкина буквально прожигал дыру в Парадееве. А Саша же, медленно шёл и уже натягивал на лицо свою привычную лисью ухмылку, которую так ненавидел Лёша. Они идут по коридору, наполненному людьми, но, казалось, что в нём только они одни. Многие знали об их вражде, всегда находили её чем-то интересным, ведь они оба пользовались популярностью в школе. И это ведь вызывало еще больше поводов к тому, чтобы Деревяшкин в моменте просто подошёл и вмазал по смазливому личику белобрысого. Лёша то уже в голове у себя план придумал, как в скором времени накинется с кулаками на Парадеева. Он знал, что он драться не умеет. Ну, ему так Данила сказал. Лёша прищуривает свой взгляд, отрывая его от Саши. Он уже хочет было пройти мимо, но этот словно на зло задевает его плечо, отчего Алексей слегка пошатывается, тут же разворачиваясь в сторону Парадеева. Светловолосый же делает ровно тоже самое, он ведь знал, что так будет. На лице его ухмылка лукавая, а ребята в коридоре словно дыхание затаивают, ждут происходящего. Многие уже сложили в голове, к чему это может привести. Взгляд Лёши похож на волчьий, зрачки его словно сузятся сейчас и он попросту накинется на Парадеева, отрывая его назойливые кудри. Лёша сжимает челюсти, зная, что Парадеев сейчас точно докопается. — Слыхал, что твой папаша опять бухой на работу припёрся. Интересно, сегодня точно такое же будет? — улыбаясь, процедил Парадеев, облизывая свои губы. Лёша же уже был на грани, эти слова не просто его задели. А Саша продолжал, — мне вот интересно, ты таким же станешь? — наклоняя голову, спрашивает Парадеев. Это была последняя капля. Лёша срывается словно с цепи, точно разъярённая собака, которую год держали в будке. Ситуация была похожа. Парадеев ожидает этого, так что тут же принимат летящего Лёшу. Но Деревяшкин тренировался, специально для этого момента, чтобы набить напыщенное табло картавого. Он вжимает Парадеева в подоконник, начиная бить по лицу со всей силы. Кажется, всё идёт по плану, до одного момента. Светловолосый резко отталкивает Лёшу, да с такой силой, что тот падает на кафель. Благо головой не ударяется, хоть на этом спасибо. Алексей даже сделать ничего толком не успевает, как ему уже в челюсть прилетает хорошо поставленный кулак Парадеева. Вот это Лёха в моменте офигел. У него даже рот приоткрылся, но возможно это было для того, чтобы выплюнуть слюну, перемешанную с кровью. Лёша наконец пришёл в себя, пытаясь скинуть тело Парадеева, который походу тоже вошёл во вкус. Лёша опять зарядил ему в лицо, отчего Саша пошатнулся, это и сыграло ему на руку: Деревяшкин быстро столкнул его с себя, быстро вставая. Тут же встал в "боевую" позу, держа кулаки на голове. Сплюнул опять кровь, глядя на Сашу, который тоже быстро встал, глядя на Лёшу. Только вот, если в глазах Деревяшкина прямо таки читалась вся ненависть и злоба, которую он был готов выплеснуть в любой момент, то у Парадеева в глазах сияла насмешка. Лёша от его выражение лица нахмурился, он не понял, почему парень просто стоит, ничего не делая. Но он переводит взгляд за его спину и всё понимает. Там стоял директор и пара каких-то учителей. Лёша нервно сглатывает, прикусывая губу чуть ли не до крови. Он прекрасно понимает, что сейчас будет. Виновато опускает взгляд вниз, словно это как-то поможет избежать наказания. Об этом же наверняка доложат его маме, которая явно расстроится из-за такого поведения Лёши. А ещё хуже - будет сравнивать с отцом. Это удар ниже пояса. От этой мысли он сжал челюсть, сунув руки в карманы. Ненависть к Парадееву лишь усиливалась. А кудрявый так и стоял, ухмыляясь глядя на Деревяшкина. Вот если бы не учителя позади — Лёня бы точно на него с кулаками накинулся. Ибо никак иначе. По его смазливо-симпатичной роже только так. И вот, Лёша уже сидит в кабинете директора. Он ему был знаком уже как пять пальцев, такое ощущение, что в нём он появлялся чаще, чем на обычных уроках. Сидел как обычно, потупив взгляд в пол и старательно делая вид, что он не причастен. Рядом же сидел Парадеев. Если нога Деревяшкина нервно дёргалась под стулом, словно отбивая ритм чечётки, то Александр выглядел совершенно расслабленным, будто в самом деле был не причастен. Хотя провокатором был именно он, никто более. Директор, недовольно прикусывая щёку, поправляет очки. Обращается именно к Лёше. Неудивительно. — Объяснитесь, молодой человек? — было ощущение, что Наталья Павловна (так звали директора), говорит это лишь для галочки, а в самом деле ей было глубоко плевать на версию исхода событий Деревяшкина. Лёша напрягся, прикусывая губу, дабы не выпалить лишнего в порыве сильного гнева к Парадееву. — Конечно объяснюсь. Вам стоит поработать над воспитанием этого.. Белобрысого придурка, который разбрасывается словами так, словно ему всё позволено. Да, Сашенька? — он поворачивается к Парадееву, выдавливая из себя едкую улыбку. Но она тут же пропадает, как только он оборачивается на директора. — Подбирайте выражения, Алексей! Вашу версию я услышала, что насчёт Вас, Александр? Лёша закатывает глаза. Они были словно на допросе, честное слово. Деревяшкин бы всё отдал, чтобы его без лишних слов просто отпустили. Написали бы замечание в дневнике, в конце концов написали бы маме, и всё в этом духе. Сидеть в душном кабинете директора, так ещё и за пару с Парадеевым, с которым он пару минут подрался — так себе занятие. Саша, немного подумав, наконец собрался с мыслями. — Я никак Алексея не задевал, видимо, это его голоса в голове что-то крикнули, — улыбаясь, произносит Саша. Лёша сжимает челюсть, поворачиваясь в его сторону и смотря настолько ошеломленным взглядом, насколько вообще было можно. Ему не послышалось? Он только что привёл всё к тому, что у Деревяшкина якобы шизофрения? И самое главное, Наталья ничего не сказала! Она не сделала замечания, как сказала Лёше, она не сказала ровным счётом ничего. От этого рот Лёши готов был на пол упасть. Как же всё таки важно иметь богатого папочку. Не церемонясь, Деревяшкин подхватывает рюкзак и встаёт со стула, имитируя поклон. Наталья Павловна хмурится, уже собираясь накричать на Лёшу по тому поводу, что он уходит без её разрешения, но Алексей её опережает: — Спасибо за то, что благополучно меня выслушали. А с тобой ещё поквитаемся, Сашка, — теперь нагло ухмыляется Лёша. Он подмигивает Парадееву, а затем выходит из кабинета, уже предвкушая то, что его поставят на учёт.